Часть 2 "Неужели конец?"

      Железный звон разбудил всю округу. В больнице действовал общий подъём в семь утра, но работники вставали пораньше, дабы следить за пробуждением пациентов и приёмом таблеток. Куромаку всю эту ночь тревожно спал, снились сны с непонятным содержанием, вдаваться в подробности которых мы не будем во благо сохранения Вашего же рассудка, читатель.

***

      Мальчик с трудом открыл глаза, медленно осознавая, где он вообще находится. Спустя время зашевелились и крылья, мальчик сел в кровати и посмотрел на сидящего за столом смотрителя. — Доброе утро! — пациент радостно прокричал, потянувшись и расправив белоснежные крылья. — Твои таблетки и завтрак. — показал на прикроватную тумбочку Куро, не отвлекаясь от бумаг. Мальчишка посмотрел на завтрак и таблетки, встал с кровати и подбежал за спину смотрителя. — А чем ты так занят? — заглядывая через плечо, поинтересовался пациент. — Делами. Много дел. — устало пробурчал сероволосый, вытянув руку с ручкой вперёд, чтобы та не затекла. — Может, тебе помочь? Я же умею читать и считать. До тысячи! — запрыгал за спиной смотрителя мальчик, глядя на заваленный бумагами стол. — Спасибо, Зонтик, я и сам справлюсь. — Но бумажек же так много! — воскликнул мальчик, остановившись у стола. — Я справлюсь. — больше обращаясь к себе, чем отвечая на вопрос, прошептал Куромаку.       Пациент немного расстроился и подошёл к кровати, пододвинулся к тумбочке, чтобы можно было спокойно есть. Взяв руку в ложку, тот замер, всматриваясь в неё. Видимо, его заинтересовало это кривое отражение в металле, он вертел ложку в руке и все время удивлялся. Затем на глаза попалась овсяная каша. Сморщившись, мальчик протянул руку с ложкой к тарелке, зачерпнул немного склизкой массы, затем отвернулся. — Тебе не нравится? — спросил смотритель, не поворачиваясь к пациенту. — Ненавижу эту кашу. — Сомневаюсь, что разрешать заменить. Так что придётся есть. — Зонт снова зачерпнул кашу, поднёс ко рту и остановился, посмотрел на спину в халате. — А ты сегодня ел? — Нет времени. — мальчишка, услышав это, взял тарелку в руки и поднёс к столу с бумагами. — Ешь, я не хочу. — А ты будешь голодать до обеда? Уж нет, ешь. — Но ты же тоже будешь без еды до обеда, да и ты так много работаешь, тебе нужно есть! — мальчик придвинул тарелку ближе к смотрителю. Тот глянул на содержимое, аккуратно взял ложку и попробовал кашу с самого кончика. — Вкусно. — пациент весь просиял и запрыгал по палате от счастья, размахивая крыльями. — Поэтому ешь. — ложка легко попала в цель. Младший проглотил кашу, затем начал морщиться. — Фу, не солёная! — Чувство, будто ты здесь первый день. Ешь давай, Зонтик, тебе нужно набирать вес, чтобы суметь удержать равновесие без крыльев в будущем. Забирай тарелку и садись есть. — мальчик глянул на протянутую тарелку, взял ее в руки, поставил обратно на стол, притащил стульчик, сел рядом с Куромаку. — Я буду есть с тобой! — смотритель посмотрел на мальчика и улыбнулся про себя от этой ребячей наивности. — Ладно, только бумаги не запачкай. — теперь мальчик глянул на смотрителя и, улыбаясь во весь рот, через сил стал есть кашу.       Через некоторое время пациент уже не мог есть эту кашу. — А ведь с таким энтузиазмом начинал. Выбрасывать? — Куромаку встал, был уже готов взять тарелку, как мальчик предпринял неожиданные меры. — Открой рот! — протянул Зонт, зачёрпывая ложку каши. — Летит самолётик! — смотритель прыснул с этих слов и действий, но ложку каши съел, и пускай нехотя. — Побаловался и хватит, давай сюда тарелку. — Куро взял тарелку с недоеденной кашей и подошёл к мусорному ведру, затем выкинул остатки завтрака. — Я помою тарелку! — радостно крикнул мальчишка, подрываясь с места, но споткнулся о стул. Благо, крылья смогли удержать равновесие. — Осторожнее. — без эмоций произнёс Куро, оставляя посуду в раковине.       Мальчик заметил резкую смену настроения, но спрашивать что случилось не стал. «Видимо, снова мои крылья сделали его таким грустным. Тогда я вымою всю посуду до блеска! Может даже и похвалит.»

***

— Зонтик, время принимать таблетки. Смотри, новые. — из-за двери палаты показался пепельноволосый. — Кстати, они с разными вкусами, попробуй.       Мальчика воодушевила такая реклама новых таблеток. Он с жадностью сгрёб всё себе в ладонь и выпил по одной. Затем запив всё целым стаканом воды, заулыбался, но прежде чем что-то сказать, упал на кровать без чувств. По реакции смотрителя, всё шло по плану. В палату вошли несколько людей с носилками, погрузили на них мальчика и быстро повезли по коридорам больницы. Доехав до дверей операционной, врачи погрузили пациента на операционный стол, подключили к приборам, обеспечили поставку обезбаливающего и принялись за работу.       Сильно обеспокоенный Куромаку в это время сидел в коридоре и думал, правильно ли он вообще сделал, что сразу приступил к крайним мерам. Может, можно было как-то уговорить мальчика, как-то заставить отказаться открыльев, а не вот так. Спустя примерно час или два, двери открылись, пациента, накрытого пелёнками, повезли обратно в палату. Куро последовал за ними.       Уже в палате, переложив безчувственного мальчика на кровать, пробуджение и дальнейшие действия мальчика поручили смотрителю, что уже сидел у кровати и читал книгу, иногда глядя на пациента. Видимо, так и закончится пребывание мальчика в больнице. — Куро… маку… — прошептал мальчик, протянув руки в сторону смотрителя, что не отреагировал на эти действия. — Мне плохо… помоги… — пепельновласая макушка повернулась в сторону мальчика, посмотрела на тянущиеся руки, и смотритель со страхом взял эти ручонки в свои. — Всё хорошо. Тебя скоро выпишут.