Глава 10

В палату заходит Брагин. Внутри меня теплится надежда. –Ну, что? Я смогу вернуться на лёд? –Кристина, скажи, у тебя есть близкий человек, которому ты можешь довериться? – серьёзно спрашивает меня доктор. –Да, парень, которого вы видели. –А он может приехать сюда сейчас? –Думаю, что да. –Позвони ему, пожалуйста, скажи, чтобы приезжал. Когда придёт, позовёте меня через медсестру, – говорит он, стоя в дверях. –Алё, Саш, привет, - говорю я, как только он поднимает трубку. –Привет, что случилось? Тебя скоро выписывают? –Только что зашёл доктор и попросил, чтобы ты приехал сюда. Сейчас. –Но я не могу, у нас тренировка. –Отпросись, пожалуйста, вдруг он хочет что–то серьёзное сказать, – умоляю его я. –Ладно, жди меня. Скоро буду, - серьёзным и обеспокоенным голосом отвечает он. Минут через 30 открывается дверь в палату. В неё вбегает запыхавшийся Сашка с букетом разноцветных гипсофил. –Позови через медсестру Брагина, – прошу я. Спустя 5 минут появляется доктор. –Что случилось? – нервно спрашивает парень. –Есть две новости: хорошая и плохая, с какой начать? –С хорошей, конечно, – говорит вместо меня Костёр. –Мы тебя сегодня выписываем, Кристин. –А какая плохая? – я уже всё поняла. –Увы, посоветовавшись с коллегой, мы пришли к мнению, что в спорт вернуться нельзя. –Как?! Это моя жизнь! Моя! Вы не имеете права её рушить своими грёбаными вердиктами! – рыдая, кричу я. Надежда с треском рушится внутри меня. Это конец. –Крис, ты выбрала жертву и оказалась не права. Надо попробовать себя в чём-то другом, – успокаивает меня доктор. –Вы даже не знаете, как хоккей помогал мне в разные периоды жизни! Просто не знаете! И говорите, попробовать в чём-то другом! –Если не веришь мне, спроси у своего командного врача, всю информацию я ему передал, – завершил Олег Михайлович. – Выписку принесу через 40 минут, жди. Как только дверь закрылась, я заплакала, и нет, не от боли, она уже давно прошла. А от тех слов, которые я услышала. Они, как раскалённый нож, воткнутый в сердце, пронзили меня. Саша сидел рядом, держа меня за плечи, и что-то говорил. Успокоиться я не могла и только слышала разговор Кострова и Макеева: –Да, Сергей Петрович, я с ней. На тренировку вечернюю сегодня тоже не приду. Я должен побыть с ней и помочь переехать ко мне... Хорошо, спасибо... К сожалению, нет. У неё тут истерика из-за этого. Мгм, понял. До свидания. –Крис, – обращается ко мне Саша, вытирая своими пальцами мне щёки от слёз, – я позвонил Макееву, сказал, что тебя не будет на тренировках в ближайшее время. –Зачем, Саш?! Зачем? Я бы ходила! Подумаешь, врач запретил! Я не хочу жить без хоккея! Не хочу! – заорала я. –Тихо, успокойся. Уже ничего не изменить. Вдруг в дверь постучали. –Александр, можно Вас на пару слов? – попросил доктор. −Да, иду.

~~~~~~~~

–Александр, надеюсь, вы понимаете всю серьёзность происходящего, – начал Брагин. –Конечно, я сам прошёл через эти переживания, но только смог вернуться. –Вот насчёт этого я и хочу с Вами поговорить. У Кристины был 45% разрыв связки. Это очень много. Но если в течение двух недель или даже месяца она не будет ходить на тренировки, то есть шанс, что она вернётся на лёд несмотря на то, что травматолог сказал однозначное: «Нет». Я всё-таки человек и понимаю её чувство. –Почему вы ей этого тогда не сказали? –Потому что она бы сказала, что раз теоретически можно, значит можно идти и сейчас. Но так нельзя.  За неделю, которую она у нас была, я более-менее понял её характер. Поэтому Вы 3 недели следите, чтобы она была дома и соблюдала мои указания. Договорились? –Да, конечно, спасибо Вам. –Выписку Кристине уже принесли, поезжайте домой, отдохните. Пусть она в себя придёт.

~~~~~~~~

Мы сразу поехали к Саше домой, за моими вещами он обещал съездить вечером. Зайдя в его квартиру, я сразу пошла в гостиную и легла на диван. Несмотря на то что я живу отдельно, его квартиру знаю хорошо, ведь часто бываю здесь. Хотелось спать, но в голове крутились совсем другие мысли. «Что мне теперь делать без спорта, без семьи? Все отказались от меня, остался только Сашка. Моя последняя надежда», – думала я. Мои мысли прервали собственные рыдания. –Крис, я ужин приготовил, пошли, – зовёт меня парень. –К-костёр, я не хочу кушать, – сквозь плач отвечаю я. –Волчиц, ты чего? Мы справимся со всем вместе. Не переживай! –Я не хочу жить без хоккея, без родителей, которые отказались от меня. Просто не хочу, понимаешь? Я хочу умереть, и тогда всё наладится. Наверное… –Ты с ума сошла! У тебя вроде нога пострадала, а не голова! Никакого самоубийства, поняла?! – переживая за меня, кричит Саша. –Не ори на меня, – тихо отвечаю я. – Я очень спать хочу, куда мне можно приткнуться? –Оставайся на диване, сейчас принесу плед. –Хорошо. Через некоторое время Костров возвращается, даёт мне одеялко и пристраивается рядом. –Я полежу с тобой, пока ты не заснёшь, – шёпотом говорит мне он. –Обними меня, – тихо говорю я. Саша обнимает меня за талию, при этом своими ногами старается не касаться моего колена. Он целует меня страстно и везде: шея, ключицы, лицо, руки. Мои чувства очень похожи на те, которые были в больнице. Я прижимаюсь своим лицом к его груди и вдыхаю вкусный запах его парфюма. –Я хочу тебя! – выдыхает тихо Сашенька. –Ну, хорошо, давай попробуем. Я сажусь, беру ортез со спинки дивана и натягиваю его на колено. «Только попробуй заболеть сейчас!»– в мыслях угрожаю я ноге. Саша снова начинает меня целовать. Он нежными руками снимает с меня футболку и расстёгивает лифчик. Его горячее дыхание обжигает меня, мои пальцы дрожат. Я расстёгиваю пуговицы на его рубашки и стягиваю её с плеч. Наша одежда падает на пол. Страсть наполняет нас. А эти моменты приносят мне удовольствие. Я растворяюсь в теле Саши, моё желание осуществилось. Но в сознание всё ещё звучат страшные слова доктора. Ничто не поможет мне забыть это. Уж слишком страшно от жизни без хоккея.