6. Объяснительные

      ноябрь 2011 года

             — Вы что, вообще устроили?! — кричала полковник, нервно расхаживая по своему кабинету из стороны в сторону, пока капитаны стояли по стойке смирно у самой двери. — Я же могу вас прямо сейчас уволить за превышение полномочий!       Уже пятнадцать минут Рогозина читала им гневную тираду. Капитаны решили добиться признательных показаний не самым законным методом и, кажется, немного перестарались. У одного из подозреваемых под глазом сиял огромный синяк — дело рук Данилова, а его подельница лежала на больничной койке после сердечного приступа, спровоцированного стараниями Власовой.       — Чем вы вообще думали?! — не унималась Рогозина. Она остановилась и, сверкая глазами, посмотрела на каждого из них по очереди. — Вы понимаете, что натворили?       Капитаны молчали, виновато опустив глаза.       — Галина Николаевна… — попытался оправдаться Данилов.       — Ты вообще молчи! — резко перебила его полковник, её глаза сверкали от гнева. — А если Михалков сейчас заявление на тебя напишет? Ты как выкручиваться собираешься?       — Не напишет, — вмешалась Власова, её тон был более уверенным, чем у Степана. — У нас на него компромат есть. Ему не выгодно в полицию обращаться.       — Этого даже слышать не хочу! — всплеснула руками Рогозина,— Ты как на это согласилась? Ладно, Данилов! Но ты-то! — полковник, как будто надеялась на здравомыслие Риты.       Тяжело вздохнув, капитаны переглянулись. Оба понимали, что виноваты, но жалеть о чем-то уже поздно, останется только ждать сурового решения начальницы.       — Товарищ полковник, но ведь сработало! — продолжала настаивать Власова. — Да, не совсем законно, за то эффективно.       — Не совсем законно? — переспросила начальница возмущенно, — Вы одного подозреваемого избили, а второго до сердечного приступа довели! И вы это называете «эффективно»?       — Но результат же есть! — воскликнула Власова, но поймав взгляд Рогозиной успокоилась, и добавила тише: — Оба чистосердечное подписали.       Терпение Рогозиной иссякло. Она рухнула на своё кресло, словно отяжелевшая от бремени своих подчинённых, и всерьёз задумалась о том, как ей быть дальше. Сделав глубокий вдох, она достала из ящика два листка бумаги и две ручки, положив их на стол с таким глухим звуком, что казалось, будто в комнате раздался выстрел.       — Пишите объяснительные, — произнесла она с холодной решимостью, строгим и непреклонным голосом. — Вам будет объявлен выговор с занесением в личное дело. На этом у меня всё!       В очередной раз переглянувшись, капитаны сели друг напротив друга и, тяжело вздохнув, начали писать объяснительные. Каждое слово давалось им с трудом. Несмотря на все различия, было у них одно сходство — оба не любили признавать собственных ошибок.       Выйдя из кабинета Рогозиной, капитаны с облегчением выдохнули. Впервые они нарвались на праведный гнев своей справедливой начальницы. Да еще и вместе! В голове не укладывалось.       — Первый раз всю карьеру меня так отчитали! — вздохнула Рита, присаживаясь на диван в буфете. Мягкая обивка казалась ей неожиданно уютной после напряженной встречи. Она потёрла виски, пытаясь прогнать остатки стресса.       — Привыкай, со мной по-другому не бывает, — усмехнулся Степа, налив себе чашку кофе.       — Я почему-то в этом даже не сомневалась. Всегда знала, что ты проблемный! — Рита покачала головой, но уголки её губ всё же тронула улыбка. — Но идея надавить на них была действительно хорошей. Иначе пришлось бы их отпускать.       Степа поднял чашку к губам и с удовлетворением посмотрел на неё.       — Ты чего? — спросила Рита, поймав на себе его взгляд.       — Ты признала, что я был прав! Кажется, завтра наступит конец света.       — Очень смешно, — Рита закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.       Он налил еще одну чашку кофе и подошел к ней, усаживаясь рядом на диване и протягивая ей кружку.       — Спасибо, — произнесла она, принимая кружку с ароматным напитком. На мгновение их пальцы случайно соприкоснулись, и оба почувствовали легкое волнение, которое заставило их отвести взгляды в сторону.       — Кхм, так что ты говорила? Тебя правда начальство ни разу на ковер не вызвало? — попытался перевести тему Данилов, стараясь скрыть внезапную неловкость.       — Вызывало, конечно. Просто не так… Ты же знаешь, я и сама жестить люблю, — ответила она с легкой усмешкой, стараясь не смотреть ему в глаза.       — Наслышан, — многозначительно протянул он, не отрывая от нее взгляд.       Сидя рядом с ним, Власова чувствовала себя жутко неловко. Ей хотелось поскорее попасть домой и сбросить с себя тяжесть этого дня. Осторожно встав, она убрала чашку и, поправив волосы, направилась к выходу:       — Поеду-ка я домой.       — Тебя подбросить? — спросил Степа, стараясь скрыть легкое беспокойство в голосе.       — Нет, спасибо, за мной заедут, — ответила она, не оборачиваясь.       — Что ж, тогда до завтра, — произнес он с ноткой сожаления.       — До свидания, товарищ капитан, — Рита мягко улыбнулась на прощание.