11. Вернулась

декабрь 2015 года

      Утро капитана началось с того, что его собственное тело решило устроить ему забастовку. Будильник, настойчиво трезвонивший с шести утра, был проигнорирован с той же решимостью, с какой Данилов обычно игнорировал советы Антоновой по поводу его здоровья. Последние несколько дней выжали из него все соки, оставив лишь оболочку, неспособную сопротивляться даже самым мелким трудностям.       Открыв глаза, он тут же осознал масштабы катастрофы – солнце уже высоко, а значит, он проспал. Резкий рывок с постели, словно от удара током, ознаменовал начало экстренной мобилизации. В спешке Степа принялся искать чистую рубашку, но обнаружил, что весь его гардероб пребывает в состоянии перманентной стирки. Единственным выходом стал старый, но, по крайней мере, не мятый свитер – единственная вещь, которая выглядела хоть сколько-нибудь прилично в этом хаосе.       В попытке окончательно пробудить сознание, Степа отправился на кухню, где его ждал еще один удар. Кофе, сваренный с надеждой на спасительную бодрость, оказался испорченным. Неприятный кислый привкус, который он ощутил после первого глотка, свидетельствовал о том, что молоко, добавленное для смягчения горечи, давно перешло в стадию негодности.       Выбегая из квартиры, Данилов, обычно предпочитавший лестницу, в этот раз решил довериться лифту, надеясь на его скорость. Ирония судьбы, или, скорее, закон подлости, тут же напомнили о себе: лифт, словно почувствовав его спешку, застрял между этажами, превратившись из спасительного средства в очередную преграду.       Завершило эту череду утренних неудач опоздание на совещание. Точнее, Данилов полностью его пропустил и добрался до ФЭС, когда совещание давно закончилось.       Первым делом он забежал в буфет, надеясь, что хоть здесь ему удастся выпить желанный кофе. Оксана, сидевшая на диване с чашкой в руках, спокойно наблюдала за суетливыми движениями капитана.       — Степа, ты чего? — обеспокоенным голосом протянула Амелина, когда Данилов начал кашлять после первого глотка кофе.       — Сегодня явно… кхм.. не мой день, — с трудом выдавил он, откашливаясь и стараясь не выдать своего раздражения.       Оксана продолжила смотреть на него с легкой улыбкой, в которой проскальзывало сочувствие.       — Что я пропустил? — поинтересовался он, отодвигая чашку в сторону.       — Вообще-то совещание, — усмехнулась Амелина.       — Ха-ха! — с нескрываемым сарказмом произнес он. — А что-то более конкретное?       — Нууу, — протянула Оксана многозначительно, что-то важное Данилов все-таки пропустил. — Есть одна новость…       Девушка не успела договорить. В буфет резко ворвался Круглов с крайне серьезным и сосредоточенным лицом.       — О, Степа, вот ты где! Нужно срочно выехать на задержание. Давай, переодевайся быстрее, — скомандовал он, не дожидаясь ответа.       Степа мгновенно напрягся, его мысли о кофе и какой-то новости от Оксаны мгновенно улетучились. Он быстро встал, чувствуя, что сегодняшний день продолжит испытывать его на прочность.

***

      Вернувшись в контору через несколько часов, Степа забежал в оружейку, чтобы сдать табельное, надеясь, что остаток рабочего дня он проведет в стенах ФЭС. На пороге он столкнулся с Игорем, который как раз выходил из оружейки.       — О, привет! — с улыбкой произнес он. — Ты где сегодня пропадаешь?       — Да, похоже, мне в отпуск пора, — нервно вздохнул Данилов в ответ, ощущая, как напряжение нарастает в его груди.       — Уже знаешь последние новости? — Игорь прищурился, словно пытаясь уловить реакцию Степы.       — Какие новости? — с сомнением спросил он, но тут его телефон резко зазвонил. Степа вытащил смартфон из кармана и увидел знакомый номер.       — Извини, — сказал он Игорю и ответил: — Да, Данилов, слушаю. Понял, иду.       Похоже, день не планировал становиться спокойнее. Махнув Игорю в знак прощания, совершенно позабыв об их разговоре, он поспешил уйти. Внутри него нарастало напряжение, словно предчувствие надвигающейся бури. Звонок из лаборатории не предвещал ничего хорошего.       Зайдя в лифт, Степа тяжело вздохнул и посмотрел куда-то в пустоту. Его глаза быстро округлились. На секунду ему даже показалось, что он начал сходить с ума. В оружейку, откуда он только что вышел, заходила женская фигура с волосами медного цвета. Этот образ он ни с кем не спутает. Степа резко зажмурил глаза, не веря тому, что сейчас видел. Через секунду двери лифта закрылись.       — Привидится же такое… — вздохнул он, открыв глаза, — Точно пора в отпуск…       Лифт медленно опускался, и в тишине, которая его окружала, Степа почувствовал, как нарастающую тревогу. С каждой секундой его мысли возвращались к тому видению — к той женщине с огненными волосами, которая, казалось, вышла из его воспоминаний.       Двери лифта открылись с тихим звуком, и Степа шагнул в коридор, но ощущение нереальности всё ещё преследовало его. Он быстро дошел до лаборатории, где его ждал Тихонов. Набросив халат на плечи, он опустился на свободный стул и прикрыл глаза ладонью.       — У тебя все в порядке? — растерялся эксперт, глядя на капитана встревоженными глазами.       — Просто… устал, — произнёс он наконец, чувствуя, как его голос дрогнул. — Чего у тебя?       Отгоняя от себя сомнения, Иван все же попытался сосредоточиться на работе. Он быстро показал капитану найденную информацию на одного из фигурантов дела.       — Хорошо, я понял, — вздохнул Степа, вставая со стула. — Сейчас съезжу и все проверю.       Сбросив халат, Степа остановился и посмотрел вперед через прозрачное стекло. Внезапно ему показалось, что он видит её снова — ту самую фигуру с медными волосами, исчезающую в толпе. Женщина шла в противоположном коридоре службы в сторону кабинета Рогозиной. Сердце вновь забилось быстрее.       — Ты тоже это видишь? — бросил он Тихонову, не отрывая взгляд от женщины.       — Ты о чем? — растерялся эксперт.       — Мне кажется, или это Власова?.. — голос Степы дрогнул, когда он произнес ее имя.       — Так, ты не в курсе? — удивленно протянул Иван, наконец осознав, о чем говорил капитан.       — Не в курсе чего? — удивился Данилов.       — Рита к нам вернулась, — произнес Тихонов с ноткой недоумения, словно это было очевидно для всех, кроме Степы.       Он замер, словно его пронзил удар молнии. Власова? Она вернулась? Безумный день.       — Вернулась? — еле слышно спросил он, не сводя взгляда с фигуры, которая уже скрылась за углом.       — Да, сегодня на утреннем совещании Рогозина представила ее всем. — Тихонов замялся, видя, как капитан теряется в своих мыслях. — Степ, надо съездить. Это срочно. — добавил он, надеясь вывести друга из транса и вернуть его в рабочее русло.       — Да... да, я поехал, — произнес он наконец, стараясь вернуть себя в реальность.

***

      Работать дальше в спокойном состоянии он больше не мог. Власова вернулась… кто бы мог подумать. Мысли о ней не оставляли его, словно навязчивый мотив, который звучал в его голове, мешая сосредоточиться на рутинных задачах.       Ему показалось, что за остаток дня он проехал уже пол Москвы. Улицы сливались в одну бесконечную ленту, а лица прохожих становились размытыми тенями. Он не замечал ни пробок, ни суеты вокруг — его единственной целью было вернуться в родную контору и увидеть ее.       Когда он наконец переступил порог офиса, сердце забилось быстрее. Власова сидела в переговорной. Одна. За стеклянной дверью она выглядела такой же уверенной и недоступной, как прежде. Свет падал на её волосы, создавая вокруг неё ореол, который только усиливал ту атмосферу загадки, что всегда её окружала.       Он остановился на мгновение, собираясь с мыслями. Внутри него бушевали эмоции: радость, что она снова здесь, приятная ностальгия, растерянность. Собравшись с духом, он шагнул вперёд, закрыв за собой дверь в переговорную.       Медленно опустившись на стул и откинувшись на его спинку, Степа мягко улыбнулся и посмотрел на нее:       — Привет…       Рита спокойно оторвалась от монитора и повернула голову, заглядывая ему в глаза.       — А я уже подумала, что ты меня избегаешь, — усмехнулась она, не отводя взгляда.       — Вернулась?       — Вернулась.       — Все-таки соскучилась по оперативной работе.. — он не спрашивал, скорее утверждал, потому что ни на секунду не сомневался в своей правоте.       — Устала от бумажной. — ответила она с привычным сарказмом в голосе.       Данилов расплылся в совершенно идиотской улыбке. Она совсем не изменилась. Даже, казалось, стала еще красивее. В голове мелькнула мысль: если весь этот сумасшедший день нужно пережить ради того, чтобы в конце увидеть ее, он повторил бы все еще раз.       — Я чертовски рад тебя видеть, — произнес он, не в силах скрыть своего восторга.       Его голос звучал чуть громче, чем следовало, но в этот момент ему было все равно, что кто-то мог услышать. Вся суета и напряжение дня отступили на второй план, уступая место простому счастью. Она взглянула на него, и в ее глазах прочиталась та же радость, что и в его сердце.       — Я тоже скучала, — протянула она с легкой улыбкой.       — По мне? — спросил он с улыбкой.       — По ФЭС! — ответила она, и в ее голосе зазвучала игривость, которая заставила Данилова рассмеяться.       Сидя напротив нее, Степа вдруг понял, что все прошлые неудачи растворились, а день стал намного лучше.