Глава 1 «Джокер»

Первое тело нашли в заброшенном переулке, между переполненными мусорными баками и стенами, исчерченными граффити. Детектив Феликс Ли видел и похуже, но что-то в этой жертве заставило его желудок сжаться. Мужчина, мелкий воришка, известный в участке, лежал на спине, с широко раскрытыми, невидящими глазами. Его лицо, однако, было искажено в гротескной, преувеличенной ухмылке, словно кто-то насильно растянул уголки его рта до ушей. Это была не улыбка радости, а маска чистого, безмолвного ужаса, застывшего в смерти. — Еще один, детектив Ли? — вздохнул его напарник, Чанбин, поправляя маску из-за вони. — Это уже пятый за три месяца. Все мужчины, все ничем не примечательные, все... улыбающиеся. Феликс провел пальцем в перчатке по щеке жертвы. — Это не просто улыбка, Чанбин. Это представление. Будто он пытается что-то сказать. СМИ прозвали убийцу «Джокером», прозвище, которое Феликс ненавидел. Убийца не оставлял никаких улик, никаких свидетелей, только леденящую душу "подпись". Феликс проводил бессонные ночи, просматривая досье, зарисовывая искаженные гримасы, пытаясь найти закономерность, проблеск человечности или безумия, который дал бы им зацепку. Однажды дождливым днем Феликс зашел в небольшую независимую художественную галерею, на которую наткнулся случайно. Обычно он не увлекался искусством, но неистовая энергия расследования душила его. Проходя мимо холстов, залитых яркими, почти жестокими цветами, он столкнулся с кем-то. — О, извините! — поприветствовал его глубокий, почти мелодичный голос. Феликс поднял глаза и увидел высокого, поразительного мужчину с длинными темными волосами, собранными в свободный хвост, глазами, похожими на янтарь, и по-настоящему пленительной улыбкой. — Не заметил вас, задумались? — Что-то вроде того, — пробормотал Феликс, чувствуя странный толчок. Мужчина, держа в руках альбом для набросков, заполненный замысловатыми, почти навязчивыми портретами углем представился протягивая руку: — Хван Хёнджин, — Его рукопожатие было твердым, пальцы длинными и изящными. — Я владелец. И художник, как видите. — Он жестом показал на окружающие их картины. — Ищете вдохновения, детектив? Феликс моргнул. — Как вы... Хёнджин усмехнулся. — Костюм, уставшие глаза. Это знакомый мне образ. Мой отец был полицейским. Так, что привело вас в это место? Они говорили на удивление долго. Хёнджин был обаятельным, умным и казался искренне заинтересованным в мыслях Феликса о жизни, искусстве и даже "темных" сторонах человеческой натуры Он говорил о скуке мира, подавлении истинных эмоций, необходимости чего-то большего. Феликс обнаружил, что странно увлечен разговором, находя в нем передышку от мрачной реальности своей работы. Он даже начал часто посещать галерею, находя присутствие Хёнджина странно успокаивающим, тихим противовесом нарастающему ужасу убийств. Но даже когда между ними завязалась странная, робкая дружба, убийства продолжались. Джокер становился смелее, оставляя тела в более общественных местах, "улыбки" становились более выраженными, более тревожными. Феликс тонул. Он чувствовал грызущую интуицию, шепот в глубине сознания, что что-то ужасно не так, но не мог ухватиться за это. До шестой жертвы. На этот раз молодая женщина, изящно уложенная на парковой скамейке, с одной кроваво-красной розой в руке. И улыбка... она была идентична одному из угольных набросков Хёнджина, которые Феликс видел в его личной студии, этюду театральной маски, изображающей насмешливую гримасу. Это был случайный комментарий, который Хёнджин сделал во время одного из их разговоров: — Истинное искусство, детектив, — это не только красота. Это вызов реакции. Иногда шокирующей. Чтобы по-настоящему почувствовать что-то, нужно быть доведенным до предела