Новый год на берегу моря

- Вот так, умничка. - похвалила Розалин пса Шторма, который терпеливо ждал, пока она наденет на его голову повязку с плюшевыми оленьими рогами. Дома пахло пирогом с черешневым повидлом, поэтому ради него ирландский волкодав был готов выдержать не только рожки, но и попону со снеговиками (благо ту летняя ведьма не купила). - Не издевайся над собакой. - мирно проговорил Янис, который расслабленно качался в кресле-качалке и наблюдал за тем, как его жена возится с псом. - Это всего лишь на десять минут. - непререкаемо заявила Розалин, уже переодетая в зеленое бархатное платье с капюшоном, по краям обшитым белой опушкой. - И ты, кстати, следующий на очереди. Тетя Мира просила прислать фотографию и открытки ей на Рождество в Париж. А еще мои родители все же хотят увидеть твое лицо. Они до конца осени не верили, что я всерьез решила остаться в Хизертауне, еще и за тебя замуж выйти. Так что будь добр. Янис выдохнул и подчинился. Розалин была единственной женщиной, которой позволялось вить из него веревки и обряжать в красные свитера со снеговиками. А с родней летней ведьмы до сих пор не удалось познакомиться, так как омай не имел возможности отлучаться и уезжать с места, которое оберегал от буйства водной стихии. Розалин приняла этот факт, оставшись с ним. - Ты тоже умничка. - ласково похвалила летняя ведьма мужа, поправив свитер крупной вязки на его плечах, а после поднялась на цыпочки и поцеловала в щеку. - А теперь давайте все встанем возле камина, и я поставлю фотоаппарат на таймер. Надеюсь, тетушка не будет сильно ворчать за то, что мы привели Шторма в ее дом. - Шторм живет здесь уже почти полгода. - пожал плечами Янис, приобнимая жену. - Ты не думаешь, что беспокоиться о таком уже поздно? - Ну… да. - Розалин немного виновато покачала головой. - Кто же знал, что тетя Мира решит, что Франция милей ее душе, чем Хизертаун, а дом, который мы купили летом, нуждается в хорошем ремонте и переосмыслении дизайна. Ладно. - ведьма улыбнулась и щелкнула небольшим пультом в сторону стоящей в нескольких метрах фотокамеры на штативе. - Через десять секунд вылетит птичка, так что хотя бы на полминутки сделай милое лицо. Я-то знаю, что ты у меня просто золото, но у родителей будет только фотография, так что постарайся показать всю возможную свою добропорядочность, чтобы они поверили в то, что ты - хороший муж, не только по моим и тетушкиным словам. - Это разве можно определить по фотографии? - краем губ спросил Янис, глядя куда-то чуть выше объектива отщелкивающей секунды камеры. - Определенно. - шепнула Розалин, обнимая одной рукой мужа, а вторую кладя на голову послушно сидевшего рядом пса. Затвор объектива щелкнул несколько раз, делая сразу серию снимков, и летняя ведьма тут же пошла проверять получившиеся фотографии, которые уже вылезли проявленными из щелочки под низом камеры. - Ооо… Шторм такой славный получился. - довольно проговорила летняя ведьма, протягивая фотоснимки Янису. - Я не моргнула, а ты - вполне прилично выглядишь, без своего зверского оценивающего выражения лица. Я даже себе одно фото оставлю на память. Это наш первый новый год вместе. Янис задумался над словами Розалин, рассматривая получившиеся снимки. А ведь она права. Это их первый совместный праздник. Подумать только, как изменилась размеренная жизнь омая за предыдущие полгода, по завершении которых он как-то неожиданно для самого себя обзавелся восхитительной со всех сторон женой. Янис в целом раньше не думал, что когда-либо женится, но появление Розалин в его жизни полностью изменило эти мысли и рассказало о настоящих сокрытых внутри желаниях. Мужчина поднял голову, наблюдая за тем как Розалин бегает из гостиной на кухню и обратно, собирая вещи к пикнику на побережье. - Можешь уже снимать свитер, если он тебя бесит. - крикнула она на ходу, пробегая с корзинкой для еды мимо. - И возьми с собой дров, а также крючок для чайника. - Я останусь в нем. Сейчас ветрено. - произнес Янис, пряча одну из фотографий в карман своих брюк, и отправился в коридор, где сбоку на полке лежали заранее заготовленные дрова. - Он же тебе не нравился. - раздался голос Розалин с кухни. - И ты ворчал, когда я его принесла. - Сейчас понравился. - кратко ответил омай, складывая часть древесных брусочков в корзину. - Теперь мне стоит заботиться о своем здоровье, раз я твой муж. - То есть пока ты не был моим мужем, ты зимой ходил голышом и простужался? - голос летней ведьмы стал смешливым. - Здешняя зима все равно что лето на крайнем Севере. - неопределенно ответил Янис. - Я просто хочу сказать, что буду носить этот свитер, потому что его дала мне ты. Розалин появилась на пороге кухни с объемной корзинкой еды в руках. Шторм преданно следовал за ней, ибо знал, что сверху всевозможной снеди лежит Тот Самый Черешневый Пирог. - Если бы я могла отправить твои слова и всю эту атмосферу своим родителям, то они бы сказали мне, чтобы я держалась за тебя всеми руками и ногами. - растроганно произнесла девушка. - Твои родители дали бы тебе очень хороший совет. - невозмутимый омай забрал у жены продукты и ногой аккуратно распахнул дверь. Пес выбежал первым, теперь следуя за хозяином. Свежий морской ветер взметнул черные волосы мужчины, поиграл седой длинной шерстью ирландского волкодава и забрался под зеленую пушистую накидку Розалин. Летняя ведьма с удовольствием подставила лицо пасмурному небу, синему ближе к краю, а на горизонте совсем золотому. Здешняя зима её полностью устраивала. +15 градусов - средняя температура, а в отдельные дни доходило и до двадцати. Розалин и Янис спустились от кипарисов вниз по склону, между больших валунов и зеленеющего розмарина, а после устроились под удобно скошенной скалой, защищающей от ветра со спины. Море ласково волновалось в двадцати метрах от места их пикника, выбрасывая пенные шуршащие волны на мелкую гальку и песок. Омай занялся костром. Для него это было обычным делом, так как ночами он довольно много времени проводил на берегу. И по долгу своего предназначения, и потому, что ему просто нравилось море. Розалин аккуратно разложила плотную бежевую скатерть на ровном месте и выставила на середину пирог на бамбуковой салфетке. Шторм уселся рядом и внимательно гипнотизировал выпечку своими честными и верными карими глазами. - Только крошечку. - сдалась летняя ведьма, отламывая совсем маленький кусочек от пирога. - В честь праздника. Сладкого собакам нельзя. Я взяла тебе немного сырой индейки. Пес с удовольствием слизнул угощение и послушно прилег рядом, получив то, что хотел. Костер тем временем разгорелся. Янис подвесил на крюк, вставленный между двух сучков, чайник для глинтвейна, Розалин ссыпала туда заранее нарезанные кружочками яблоки, лимоны и апельсины, а также специи. Вино оставила на потом. Оно не должно кипеть, чтобы полностью не терять градуса. Тем временем рядом с пирогом появилась тарелка с кусочками буженины, салями, пармезаном, сыром бри и оливками. Дальше - маленькая менажница с медом, чтобы макать туда сыр. На другом блюде лежали крупные креветки, обжаренные в оливковом масле с чесноком, и вместе с ними пряные гренки из чиабатты. Шторм получил свою сырую индейку без костей, а Розалин с Янисом, дождавшись готовности глинтвейна, неторопливо принялись за закуски, молча и мирно наблюдая за тем, как заходящий краешек солнца золотит горизонт. - Пройдет три ночи, и на рассвете появится новорожденное солнце, а год повернется к свету. - медленно проговорила летняя ведьма, а потом посмотрела на мужа. - Я давно хотела у тебя спросить. Как маг зимнего двора неужели ты не скучаешь по снегу и морозам? Омай задумался, а после глотнул горячего напитка из глиняной кружки. Этот вопрос он решил для себя давно. - Главное, чтобы было море. И чтобы оно двигалось и дышало. - ответил мужчина, задумчиво глядя на набегающие волны, а после вдруг добавил. - Даже если бы я не был омаем, я бы жил с тобой здесь, потому что тебе здесь хорошо. - Правда? - Розалин серьезно на него посмотрела. - Я спрашиваю тебя об этом честно, потому что сама бы на крайнем Севере даже одной зимы бы не выдержала. - Тебе и не надо это выдерживать. Даже думать о подобном. - Янис спокойно качнул головой. - Такие шаги должен делать мужчина. Он должен делать, чтобы женщине было хорошо, а не женщина - мотаться за ним. Меня с детства учили так. Розалин поставила чашку на гальку и крепко обняла своего мужа. - Для меня очень дорого то, что ты сейчас сказал. Очень много значит. Янис обнял ее в ответ и бережно поцеловал в медово-рыжие волосы. Они так и сидели, обнявшись, а густые синие сумерки самой длинной ночи в году опускались вокруг, но лишь для того, чтобы в темноте и тишине родилось новое солнце.