/Беременность/ (Адидас, Турбо, Зима, Кащей)

Вова Адидас       О таких новостях сообщать нужно обязательно и ты это знала, но боялась. Боялась реакции Вовы. Ты не ожидала от него никаких упрёков, но и заоблачной радости тоже. Но, пересилив себя и выдавив признание, ты проследила за стремительно меняющимися выражениями лица Адидаса. Привычная для всех серьёзность сменилась на изумление, которое тут же переросло в громкое ликование. Вова подхватил тебя на руки и покрутил, возглашая на весь район: «У меня будет ребёнок!» Валерий Турбо       В последнее время вы с Валерой очень сильно отдалились друг от друга. Толчок такой холодности в ваших отношениях дало пребывание Турбо в опасной группировке. И ты, чтобы не подвергать себя и ребенка (о котором на днях сама узнала) опасности, решила отойти в сторону и не пытаться что-то изменить. О своём положении ты осмелилась рассказать только брату, также состоящему в ОПГ. Он поддержал тебя и пообещал всегда быть рядом.       Время шло, но Валера не пропадал из головы. Ты часто ловила себя на тоске, на мысли, как он. Глубоко в душе тебе хотелось вновь увидеть его и заглянуть в глаза, почувствовать, как бьётся его сердце. И вечером, днями позднее, твоё желание сбылось.       Ты проснулась посреди ночи от громких пьяных серенад под своим окном. Подойдя к подоконнику и сонно заглянув в окно, ты увидела шатающегося Валеру, напевающего незнакомую тебе песню. Свет белого фонаря падал на надпись, сделанную на снегу:

«Я очень люблю тебя и нашего ребёнка».

      Ты сразу же поняла, кто всё разболтал, но обижаться не стала, ведь это послужило вашему скорому воссоединению. Вахит Зима       Узнав о твоей беременности, Зиму окончательно заклинило. Его и раньше можно было поймать на неадекватном поведении по отношении к тебе: часто приходил поздно домой, лез с перегаром целоваться, изо всех сил доказывал всем и каждому, чья ты. Теперь же ты на ежедневной основе получаешь от него довольно неприятные, как бы выразился сам Вахит, подгоны. Сперва были не столь опасные, но жуткие надписи на подъездной стене «Ты моя» или «Я люблю тебя», затем у порога тебя дожидались букеты твоих любимых, но ужасно помятых алых роз. Понятное дело, откуда он их принёс. А потом дошло и до более пугающих находок. Как-то, выходя из квартиры, ты обнаружила мёртвую, истекающую кровью крысу, прибитую ко входной двери.       Сейчас ты стараешься не выходить лишний раз из дома и не подавать никаких признаков обитания, однако это не особо помогало; Вахит продолжал донимать тебя и ломиться по ночам. — Когда же это закончится уже? — выдавила из себя ты, истерзанная психологическим давлением, зажав уши, пока Зима рвал горло у тебя под окнами. Кащей       В честь тебя и ребёнка он закатил огромную пьянку на шесть дней и семь ночей, восхваляя перед всеми, какой он молодец.