/Он следит за тобой/ (Адидас, Турбо, Зима, Кащей)

Вова Адидас       Поводом для сомнений в твоей верности Вове послужили твои извечные дела. В последние несколько недель на каждое предложение сходить вместе куда-нибудь ты отвечала отказом, вернее предпочитала отложить в долгий ящик.       И вот, Вова, полный решимости, решился на этот отчаянный шаг. Он последовал за тобой от самого подъезда до... Базара. Адидас походил, понаблюдал за тобой, смешавшись с толпой, ещё в течение последующего часа. Ты ходила по прилавкам со швейными товарами и внимательно рассматривала вязальные нитки. Не заприметив ничего подозрительного, Вова повернул в сторону дома.       И всё же не давало ему покоя твоё недавно сформировавшаяся холодность к вашей паре, былым совместным прогулкам. Не желая затягивать, Адидас решился на откровенный разговор с тобой. Однако звать тебя на место встречи не пришлось, ты сама с радостью пришла.       Неловко было подступиться к этой теме, но Вова всё же начал: — Ты избегаешь меня?       На это ты только посмеялась и рассказала, что ходила на базар только для того, чтобы нитки купить, а они были нужны для свитера, который ты позднее преподнесла любимому человеку.       Вова расправил вещь и осмотрел каждую петельку, сделанную тобой с любовью. — Чтобы ты на снегу, коли что поди случится, не замёрз. — с теплом проговорила ты.       Он посмотрел на тебя не то жалостливо, не то с замешательством. В его глазах читалась полная толика вины, но ты этого не разобрала и, улыбаясь, спросила: — Почему ты так смотришь?       Оставив тебя без словесного ответа, Вова крепко обнял тебя, уткнувшись носом в твоё плечо, безостановочно бормоча извинения. Валерий Турбо       В который, наверное, в сотый раз ты идёшь домой в одиночку. Все подруги разбрелись по парам со своими молодыми людьми, совсем позабыв о тебе. Ты идёшь одна из кинотеатра, еле как сдерживая порыв подступивших и колющих глаза слёз. «Почему я одна? Почему я снова одна? Боже, за что?» — роптала ты в своих мыслях, вздымая голову к небу.       Ты шла и оглядывала опустелые улицы, точно призрачные, и тихо, с дрожью в голосе напевала какую-то мелодию, вылезшую из головы. Ты шла по этим улицам в который раз и не подозревала, что из-за зданий подворотни за тобой пристально наблюдает Валера, который каждый раз (неважно, до или после сборов, болен он или здоров) тенью провожал тебя до самого дома, который, если вдруг что, обязательно предотвратит потенциальную опасность для тебя, который не может прожить и дня без воспоминаний о тебе. Вахит Зима       Ты поймала его за слежкой по дороге в школу. Вахит неумело петлял за тобой следом, то и дело неуклюже скрываясь за кирпичными стенами зданий или стволами деревьев. — Зачем ты караулишь меня? Неужто делать больше нечего, кроме как меня стеречь? — Я просто хотел... — Вахит почесал затылок. — Хотел убедиться, что всё хорошо. — Мог бы просто взять и проводить меня, раз уж так неспокойно. — устало закатила глаза ты. — Прости. — Зима осторожно приобнял тебя. — Я просто боюсь за тебя; и если будет надо, костьми лягу, но не дам тебя в обиду. Кащей       Раньше Кащей считал, что он от природы неотразимый и любая девушка, без сомнения, бросится ему на шею. Но как только в жизни казанского авторитета появилась ты, так у Кащея начались бредовые убеждения, что ты в любой момент можешь от него уйти. Добиться расположения такой неприступной особы была задача не из лёгких, а вот удержать её — в десятки раз сложнее. И поэтому он прибегнул к слежке за тобой в любое свободное от группировки время.       Поначалу ты не вдавалась в странное поведение Кащея серьёзно, но со временем, когда он начал попадаться тебе слишком часто, ты малость забеспокоилась. Он попросту не давал тебе проходу и постоянно пытался обратить твоё внимание на себя, безмолвно восклицая: «Я здесь! Посмотри на меня!»       Уговоры оставить тебя не надолго одну не помогали, Кащей продолжал бегать за тобой как верный пёс, пока ты не решилась разорвать эти мучительные отношения.       Первые недели для некогда самоуверенного главаря Универсама после разрыва дались особенно тяжело: в гнилой однушке при полном одиночестве удалось спиться за несколько дней, чего не происходило на протяжении долгих лет, на венах появились багровые, тонкие порезы от бритвенного лезвия. Эти платонические отношения, как оказалось, съедали не только тебя, в Кащея тоже попали эти осколки. Но он не переставал изменять своему рвению наблюдать за тобой.