Глава 2.9 Ночь Полной Луны

      Пробуждение мешалось со сном, потому что Анна сидела на нём верхом, запрокинув голову назад и покачивалась вверх-вниз, доставляя ему немыслимое наслаждение. Юрий прижал к себе её прохладные гладкие бёдра, огладил хрупкую талию, провёл шершавой ладонью по мягкому животику, поднялся вверх и нежно принял в руки её тяжёлые полушария грудей с затвердевшими от возбуждения сосками.       Он ещё помнил это тело, проводя по бокам и выискивая смягчённый временем шрамик, который его любимая получила от одного ревнивого любовника задолго до того, как Юрий появился в этом мире.       Она рассказала ему эту историю так запросто: один древний ведьмак совершенно потерял голову, когда застукал её с другим. Швырнул в них заклинанием, и она едва увернулась, а вот её любовнику повезло меньше. Проклятие прошло по ней по касательной, оставив этот неизгладимый шрам. А ведь могла бы умереть в страшных муках, как тот, кто лежал под ней. И тогда Юрий никогда не познал бы, что такое — любовь.       Возвращаясь из воспоминаний в реальность, Юрий перевернул Анну на спину, приподнял её бёдра, входя под другим углом, отчего та начала постанывать, показывая ему, что его властность заставляет её чувствовать что-то совсем другое. Он поднял её ногу, поцеловал колено, прошелся языком до щиколотки, взял в рот каждый её пальчик по отдельности, полизал, покусал и пососал, а потом снова заскользил губами вниз, склоняясь, освобождая от себя её лоно.       Вспомнив, как она замирала от предчувствия, задержался на шелковистой коже её бёдер, по очереди лаская то одно, то другое, приближаясь к пышущему жаром страсти естеству Анны. Наконец пошире раскинул её бёдра и раскрыл пальцами нежные губы и увидел возбуждённый бугорок и истекающую естественными соками дырочку. Он прижался губами к её клитору и аккуратно втянул его в себя, кружа вокруг языком, отчего слюни буквально залили Анну.       Её пальцы нервно вцепились в волосы Дюка, и он задрожал, потому что такой беззащитной и одновременно властной могла быть только Анна. Мужчине пришлось сдавить себе у основания член, потому что так сильно он ни разу не желал ни одну женщину.       Широко лизнув её, он простонал имя любимой, скользнул языком внутрь, снова поднялся вверх, дразня её клитор, вобрал в рот её губки, снова лизнул между ними, отчего Анну прогнуло в пояснице, и нежный стон оповестил о том, что она готова утонуть в удовольствии.       Его язык задвигался интенсивнее, меняя силу, давление и направление, а когда ноги Анны вдруг сомкнулись вокруг его головы, а пальцы на ногах подогнулись, Юрий успел сунуть ей палец внутрь и надавил им вверх, и это вызвало у Анны дополнительную судорожную волну наслаждения.       Когда девушка перестала метаться по полу, Юрий снова развёл её бёдра, чуть приподнял и вошёл, ощущая, как Анна продолжает непроизвольно сокращать внутренние мышцы, что привело и его к скорому оргазму. Однако он был взрослым мужчиной и не позволил себе столь безответственный поступок, как излить своё семя внутрь этой плодовитой самки. Залив её мягкий животик мутной жидкостью, Юрий упал рядом и посмотрел на Анну, блаженно прикрывшую глаза.       Ему так хотелось спросить её, вспоминала ли она про него? Был ли у неё кто-то лучше него? Жалела ли она о том, что в ту проклятую ночь отдалась Владимиру? Но решил, что копаясь в горьком прошлом, он может закопать прекрасное настоящее, поэтому просто обнял Анну, положил её голову себе на грудь и погладил по спине, прислушиваясь к тому, что происходило снаружи.       Их ждали. Юрий понимал, что у многих будут претензии к нему, Анне и Екатерине. Сегодня последняя ночь, и им придётся отступиться, чтобы дать другим возможность попытать счастья.       Ах, Анна! И почему она не сказала ему, что именно толкало её на то, чтобы привлекать к себе внимание оборотней? Ведь больше ста лет она как-то обходилась без них, так что же теперь заставляло её идти на сделки не просто с их главарями, а, как говорится, с любым и каждым?       Он уже готов был задать ей свои вопросы, как снаружи раздался голос одного из егерей:       — Анна Сергеевна, у Вас телефон разрывается. Можете ответить?       — Минуточку, — сказала Анна, и Юрий сразу увидел, как она из нежной любовницы превратилась в строгую начальницу.       Анна остатками сухой травы вытерла себе живот, натянула сильно порванные штаны, затем набросила такую же изорванную толстовку и вышла наружу.       Егерь протянул ей трезвонящий телефон, с интересом рассматривая эту загадочную даму, в данный момент выглядящую, как деревенская девка, только что скатившаяся с сеновала, где провела бурную ночку с местным парнем, а может, и не с одним. Но Анна поймала его взгляд, выгнула дугой правую бровь, и егерь отвёл глаза в сторону.       — Карина? Что случилось?       — Анна Сергеевна! Куда же Вы пропали? У нас тут такое: Кулешов лично приходил, искал Вас и сильно ругался…       — Ближе к делу, — прервала Анна свою сотрудницу.       — Да. В общем, Анна Сергеевна, у нас тут в городе ажиотаж: недавно открыли аптеку, в которой продают БАДы. И эти БАДы уж очень сильно помогают омолодиться! Буквально реально возвращают молодость: давление нормализуется, лишний вес уходит, начинают расти волосы, мужчины снова «могут». В общем, БАДы эти стоят огромных денег, но там каждый день — очереди, потому что старики свои «гробовые» туда несут, продают всё, что накопили за жизнь, даже дома и квартиры. Конечно, этот процесс обратим, но те, кто уже устал от старости, готовы на всё в буквальном смысле этого слова! Кулешов говорит, что не потревожил бы нас, если бы сам не увидел действие этих «БАДов»! Он уверен, что без магии там не обошлось, а это может значить одно — какая-то ведьма нарушает договор и внаглую обогащается за счёт обычных людей!       — Говоришь, волосы растут и давление падает? — задумчиво переспросила Анна, потирая лоб пальцами. — Позови Савелия Спиридоновича, мне нужно с ним срочно переговорить.       — Его сейчас ещё нет, Анна Сергеевна, день же… А, погодите… Вот и он…       — Алло, Анна Сергеевна, я Вас слушаю.       — Савелий Спиридонович! — оживилась сразу Анна. — Достаньте эти БАДы и проверьте их на наличие магических ингредиентов, особенно…       — Шкуры баксвента и глазных яблок соризола?       — Да, — с облегчением ответила Анна. Потом поняла, что нужно как-то оправдать своё отсутствие: — Я в командировке, если что. И пробуду ещё… Сутки точно, а потом — как пойдёт.       — Вы в другом городе? — поинтересовался Савелий Спиридонович.       — Нет, — ответила Анна, понимая, что ему соврать точно не сможет, но уточнять не стала, потому что и вот так она может: — До свидания. Как смогу — позвоню, — и отключилась.       Потом она пошла на поляну, где открыла свою машину, вынула из телефона батарею и в разобранном виде швырнула его внутрь. Затем подошла к багажнику, вытащила рюкзак, достала сменный костюм, свернула его и прижала его к себе локтем.       Потом подошла к оборотням, взяла из коробки большой бургер, с жадностью надкусила его и пошла в сторону пещеры, где быстро переоделась в целый костюм, а свой изодранный на виду у всех швырнула в костёр, чтобы ни у кого не хватило мозгов подобрать одежду с остатками её шерсти, кожи и даже крови, и навести на неё порчу.       В другое время все эти порчи полетели бы им в обратную, но только не сейчас, когда её внутренняя ведьма куда-то исчезла, оставив безбашенного оборотня и равнодушного вампира без магического прикрытия.       Анна взяла ещё один бургер и минеральную воду, села около своей машины и принялась уплетать котлету, прикусывая её булкой и запивая водой, потому что этой ночью её ждало что-то всерьез страшное, она была уверена, читая в глазах многих волков приговор.       Она уже велела Дюку и Екатерине держаться от неё подальше, остался Алекс, который со своей первой влюблённостью может натворить глупостей, поэтому она прошлась между группами оборотней, выискивая одного. Но Алекса нигде не было, и она закричала:       — Алекс! Ты где?       Однако вместо юноши к ней вышел пожилой мужчина, наверняка когда-то считавшийся красивым, и сказал:       — Алекс слишком жадный, мы решили его оставить сегодня без охоты. Условия прежние?       — Можем обсудить, — предложила Анна.       — Да, давай обсудим. Ты уже больше двухсот лет считаешься нашим бессменным вожаком, и никто из наших главарей не может противостоять тебе. Но мы решили, что негоже, чтобы оборотням отдавала приказы какая-то кровососка. Как насчёт того, чтобы тот, кто тебя догонит, не только воспользуется твоим телом, но и станет новым вождём?       — Согласна, — немного подумав, ответила Анна, и переговорщик готов был поклясться, что глаза их вожака загорелись, словно именно этого предложения она и ждала.       Подняв руки вверх, Анна потребовала к себе внимания от остальных и сказала, кажется, не повышая голоса, но её услышал каждый, словно она стояла прямо рядом с ним:       — Правила сегодняшней погони изменяются. Тот, кто догонит меня, получит не только желание, но и моё место — вашего вожака.       Все довольно загалдели, накидываясь на еду, но Анна снова подняла руку и продолжила:       — Это будет, если выиграет кто-то из вас. Но если выиграю я, то помечу каждого, кто сорвётся за мной в погоню с этой поляны! Надеюсь, все понимают, что это будет означать?       Оборотни неуверенно переминались с ноги на ногу, не спеша отвечать, потому что этот варварский обычай когда-то отменила сама Анна, сказав, что ей не нужна их преданность по принуждению. А теперь она же собиралась снова ввести, да не какую-то, а метку вождя: ту самую, которая продолжала воздействовать на помеченного, пока вожак не умрёт.