8-17, 16-28.

Антон сидит на стуле, глядя в тарелку, и ковыряет вилкой котлету. — Я просто не понимаю, почему ты такой придурок? Ну почему всем достались нормальные дети, а мне — такой долбоеб?! — распалялась его мать. — Что ты, что Арсений! Воспитывали же его, потолкали во всем… Да даже пороли иногда, и все равно такой сволочью вырос! Арсений. Сколько раз Антон просил не упоминать старшего брата. Сколько раз повторял, что не общается с ним уже как месяц. Хотя мальчик даже не удивлён, что его слова опять проигнорировали. «Конечно, кто же будет меня слушать, да ещё и не по делу? Как будто кто-то когда-то собирался…» Арсений Попов — это старший брат Антона Шастуна, но не родной, поэтому фамилии разные. Когда Арсению было семнадцать лет, мама привела домой какого-то мужчину и сказала, что это его новый папа. Он понимал, что мать пытается найти замену бывшему мужу, из-за чего может согласится даже на отношения без любви. Да, Татьяна готова была на всё, лишь бы не быть одной. Вот только к этому новому мужчине (которого, как оказалось, звали Андрей) прилагался сюрприз в виде восьмилетнего ребенка. «Ну конечно, этого-то мне не хватало — навязанного младшего брата, с которым придётся нянчиться!» — злился Арсений. Он и так очень уставал. Уставал от всего: от стонов за стенкой, от скрипа кровати и от криков собственной матери, которая выкрикивала всё новые имена. Когда Попову было десять и он боялся выходить на улицу по ночам, то он просто закрывал уши подушками и прятался под одеяло. Когда парню исполнилось пятнадцать, то он приходил поздно ночью или под утро, возвращаясь только чтобы поспать, помыться и поменять учебники. Остальное время он проводил на улице, в кафешках или у единственного друга. А в семнадцать лет Арсений и вовсе не появлялся дома — ему удалось найти работу, к которой полагалось жилье, поэтому он в тот же вечер собрал все свои вещи и съехал. Условия там были не лучшие, но он был готов на всё, лишь бы поскорее сбежать от прошлого. Да и к тому же возится с навязанным младшем братом совершенно не хотелось. Узнав об этом, Татьяна, мягко говоря, не одобрила эту идею. Она тоже не планировала заниматься воспитанием Антона — не ради этого она связывалась с Андреем! Арсений же пропустил очередную истерику мимо ушей и просто ушёл. Захлопнув ненавистную дверь, он впервые вздохнул с облегчением. «Больше. Никакого. Дерьма.» Через месяц Попов зашёл «в гости» просто чтобы убедиться, что его мать ещё жива — она не отвечала на звонки и сообщения. Заглянув в прихожую и на кухню, он никого не застал. Решив не разуваться, он направился в гостинной. Каково же было его удивление, когда он обнаружил там забившегося в угол мальчика, который сидел, закрыв ушки, и плакал. А за стенкой раздавались такие отвратительно-знакомые стоны. Ребёнка стало жалко. «Всего восемь лет, а уже детская травма.» Арсений больше не колебался. Он подошёл к мальчику, чтобы успокоить, но тот дёрнулся и вжался в угол ещё сильнее. Тогда Арсений без раздумий взял его на руки и вынес из этой чёртовой квартиры. В парке он узнал, что мальчика зовут Антон Шастун. Сначала он не отвечал на вопросы Арсения, но за мороженое рассказал, что родители (так ему сказали называть старших) часто издают эти странные звуки из спальни, ссорятся, а иногда Татьяна даже бьёт Андрея. Антон так спокойно об этим говорил, что Арсений не мог не спросить: почему так происходит? На что мальчик спокойно ответил: «Прошлая мама била меня, а не папу, и он ушёл». Тогда Попов понял, что Татьяна Попова и Андрей Шастун просто идеальное сочетание. Что называется, нашли друг друга! «Но ребёнок-то здесь ни при чём…» В тот вечер Антон сказал, что Арсений очень красивый, потому что у него голубые глаза и тёмные волосы. Парень удивился такой характеристике, но улыбнулся, чтобы хоть как-то подбодрить Шастуна. Ребёнок был таким потерянным и брошенным, особенно если смотреть со стороны: заплаканное и перепачканное мороженным лицо, мятая одежда. «Да ещё в компании со мной, хах! А уж мой-то внешний вид вызывает что угодно, но только не доверие». Ещё раз взглянув на новообретённого брата, Арсений утвердился в своём решении. Здесь и сейчас он пообещал себе, что будет заботиться о мальчике — воспитывать, учить, уделять внимание… А главное — постарается сделать его жизнь хоть чуточку счастливее.

***

В течение восьми лет Арсений и вправду был рядом. Антон официально стал его братом (даже не смотря на то, что Татьяна отказалась брать фамилию мужа). Что по поводу Попова-младшего: ему исполнилось двадцать восемь, он закончил медицинский университет, и после прохождения практики стал работать в больнице педиатром. Жил он в получасе езды от дома младшего брата, в собственной квартире, которая досталась в наследство от умершей бабушки. Попов даже комфортно её обустроил, хоть и не часто появлялся дома, пропадая на ночных сменах. А Антону исполнилось шестнадцать. У него всё было не так радужно, как у старшего брата: родители стали чаще ссориться, драться, а вдобавок начали пить. Первое время Шастуну удавалось скрывать это от брата, потому что он думал, что Арсу сейчас не до него. Как обычно говорят взрослые: «У него сейчас важный период в жизни». Но рано или поздно всё тайное становится явным. Началось с того, что Арсений однажды спросил про синяк на лице Шастуна, но парень лишь отмахнулся, сославшись на драку в школе. А когда Попов провожал брата домой, то услышал крики из когда-то его квартиры. Тогда-то он и узнал всю правду. Антон умолял его не ходить туда, уверял, что всё хорошо, но Арс просто отодвинул его в сторону и решительно зашёл в квартиру. Благие намерения привели к отвратительной ссоре. Хоть в отличии от Татьяны и Андрея Арсений и говорил спокойно, но когда Шастун-старший толкнул его в грудь, парень не сдержался и перешёл на крик. Всё, что он хотел — это достучаться до «родителей»: объяснить им, что Антон ещё ребенок, а он уже видел и слышал, чем они занимаются. Ещё больше разругавшись с мамой, он к тому же чуть не подрался с Андреем. Все эти крики прервал хлопок входной двери. «Антон» — вспомнил Арсений, и сразу же кинулся за ним. Но когда он, наконец, догнал брата и попытался его остановить, тот начал вырываться и кричать, что ненавидит его. — Я же просил тебя не лезть в это! — в отчаянии повторял Антон. — А ты взял и всё испортил! Что, хотел помочь? А СТАЛО ТОЛЬКО ХУЖЕ! Как бы Попов не пытался успокоить подростка и объясниться, тот всё равно вырывался. А в конце даже бросил: «Отвали! А лучше — вообще забудь о моём существовании!». Эти слова ударили по Арсению больше любых других. Руки опустились сами собой. С чувством раскаяния и безысходности он смотрел на убегающего Антона. В этот момент Арсению показалось, что Антон сбегает и из его жизни. Но он его не остановил.

***

С того момента прошёл месяц. Не сказать, что Арсений бездействовал и совсем забыл о брате. Скорее наоборот — он каждый день пытался с ним связаться. Но тот игнорировал его сообщения и звонки, а потом и вовсе заблокировал. Тогда Попов решил прийти к нему домой, но это тоже не дало никакого результата. Но вот что странно: Татьяна и Андрей будто прикрывали младшего сына от старшего. Вначале посылали Арсения куда подальше и говорили, что Антона тут нет, а потом и вовсе перестали обращать внимания на его приходы. Но вот мужчину это напрягало. Такое поведение не было свойственно этим двоим. Он знал, что мать не станет прикрывать Шастуна, а значит напрашивался только один вывод: подросток действительно редко бывает дома. И тут Арсений вспомнил себя, — что он делал, чтобы как можно реже пересекаться с «родителями» — и ему стало ещё страшнее. Он помнил, как часто предлагали вступить в плохие компании. Что ровесники Шаста не только курят и выпивают, но и нередко употребляют кое-что похуже. Антон оказался как раз в такой обстановке. Конечно, к курению Попов относился более мягко, так как и сам курил, но вот всё остальное, во что мог вляпаться брат, и правда пугало. Арсений не знал, что делать. Он потерял не только любую связь с Шастуном, но и его доверие. Перепробовав все варианты он решил смириться. «Если Антон больше не хочет со мной общаться, то нет смысла его заставлять, — грустно подумал Арсений. — Значит, всё что мне остаётся — это просто жить дальше. Как раньше. Одному.» Эта мысль ранила в самое сердце. «Как раньше уже не получится». На душе стало ещё паршивее.

***

Так продолжалось до тех пор, пока поздно ночью Арсений не получил сообщение. Звук на телефоне был включен, но тот факт, что кто-то написал ему в такое время, был странным. Попову просто так не пишут. Но происходящее настораживало. У Арсения появилось нехорошее предчувствие. На экране телефона высветилось: Сообщение от: Малыш Тошкаシ Сказать, что Арсений удивился — ничего не сказать. Прочитав, как был записан Антон, мужчина улыбнулся. Он знал, как подросток мило бесился, что просил не называть его так. Но Попов в тайне оставил это имя контакта — для него Шастун навсегда останется малышом. Вспомнив, кто ему пишет, Арсений спохватился и тут же разблокировал телефон. На него высыпалось множество сообщений: Убей меня Убей меня ахаххахаха УБЕЙМЕНЯПОЖАЛУЙСТА убей убей убей убей убей убейте меня кто нибудь убей меня пж Ты убьёшь меня? плз Помоги, убей меня!!! Хочешь помочь? УБЕЙ МЕНЯ!!! Ауууууу, убей меняяяяяя АХАХАХАХАХАХАХА УБЕЙ МЕНЯ killme killme killme killme killme killme killme killme Мужчина ожидал чего угодно, но только не этого. Внутри всё похолодело. Арсений начал стучать по экрану, стараясь написать ответ как можно быстрее. Антон, что происходит? Что-то случилось? Ты где? Пожалуйста, не молчи! Арсений вцепился в телефон. Он в жизни никогда так быстро не приходил в себя после сна. Его напугали эти сообщения. «Что за бред несёт Антон? Он пьян? Хотя, если бы он он был пьяный, то не попадал бы так чётко по клавишам… Подростковый период? Что за замашки? И какого черта он молчит?!». Он попытался ещё раз: Тош, ты дома? Тебе родители что-то сделали? Ответь, прошу тебя! Минуты тянулись мучительно долго. Наконец пришло ещё одно сообщение. Малыш Тошкаシ Арс, помоги мне. Меня отпиздили, я не дойду. Мне очень больно Вы Где ты? Скинь геолокацию! Попов вскочил с кровати и начал одеваться. Когда Шастун, наконец, скинул адрес, Арсений рванул туда. «Надеюсь, не прийдется вызывать скорую». По пути он пытался дозвониться Антону, но никто не поднял трубку. Когда Арсений приехал на место, он побежал искать брата. Оббегав полрайона он уже отчаялся, как нашёл его, лежащим под скамейкой. «Видимо, упал…» — Тош, Тошка, Антон! — мужчина не сильно хлопал по щекам подростка, пытаясь привести в чувства. У парня шла из носа кровь, так что Арсений старался не прикасаться. «Мало ли перелом». — Давай, вставай, ну же! — повторял Попов. Но подросток всё никак не приходил в себя. Тогда Арсений взял его на руки («Он слишком лёгкий…»), и отнёс к машине. Там он уложил его на задние сиденья и, достав из багажника аптечку, стал обрабатывать раны. Смочив кусочек ваты спиртом и ещё раз попытался его разбудить. — Ну же, давай, малыш, просыпайся, — Брюнет водил ваткой под носом мальчишки. — Тошка. Анто-о-он. — м-м-м…— Наконец промычал Шастун. — Ч…что? Где я? — В моей машине, заяц. Ты помнишь что произошло? — Арсений взволнованно посмотрел на парня. Тот даже глаза толком открыть не мог, и поэтому Попов напомнил: — Ты мне написал и сказал, что тебя избили. Что случилось? — Про первые сообщения он решил пока умолчать. — А-Арс, живот! очень больно…— Попов испуганно подскочил к брату и поднял его футболку. Весь торс был усеян красно-фиолетовыми пятнами и кровоподтёками. Мужчина постарался аккуратно прощупать живот. — Хм, вроде бы жизненно важные органы не задеты. Просто синяки и ушибы. Дай-ка нос посмотрю, — Арсений взял салфетки и вытер с лица кровь. Затем включил фонарик на телефоне и ощупал нос подростка. — Повезло, перелома тоже нет. Что-то ещё болит? Голова как? — Болит… — простонал Антон. Арсений пощупал затылок пострадавшего. Кончики пальцев оказались в крови. Мужчина нашёл какую-то подушку и подложил под голову брату. — Поехали домой. Там я смогу нормально тебя осмотреть. Уже дома Арсений под «убери это своё медицинское» обработал все раны младшего и забинтовал ему голову. Такое состояние полуобморока было на руку Попову: Антон не любил врачей, больницы и всё, что с ними связано. Закончив «медицинские процедуры» Арсений задал мучавший его вопрос: — Может, расскажешь, наконец, что случилось? Шастун неловко отвёл взгляд. — Блядь… да я нарвался на пацанов каких-то. — А что ты им сделал? — Не хочу говорить. — нахмурился Антон. — С чего бы? — удивился Арсений. — Только давай без этих твоих нравоучений! Не до них сейчас. Блин, я даже сигареты не купил… — расстроенно пробормотал Антон. — М, вот как. Ты у нас, оказывается, куришь. Совсем взрослым мальчиком стал. — Арсений поджал губы, подбирая слова. — А потом я буду стоять в онкологическом отделении и… ладно, твое дело. А чего зажал-то? — Денег нет. — Пожал плечами Антон. — Всё, что можно было продать — продал. Всё равно не хватило. — Так я же скидывал десять тысяч на прошлой неделе… Тебе разве родители не отдали? — Нет. — Соврал Антон. У него были свои причины не говорить, куда делись деньги. — Ну это уже не в какие рамки! Завтра поеду и разберусь с. — Не надо! — Резко прервал брата Шастун. — Мне и не на что столько тратить. Разве что на сигареты. — Да как не надо? Карманные деньги должны же быть, на всякий случай — в столовке что-то купить или копить. Деньги нужны хотя бы на базовые вещи! Нет, я завтра пойду с тобой домой и разберусь с этими… — Нет, Арс, пожалуйста, не надо, — вдруг расплакался подросток. — я сам разберусь. — Антон? Антош, всё хорошо.? — Попов испуганно заглянул в красные глаза брата. — Ты чего? Что-то случилось? Или что-то болит? — Арс, — всхлипнул подросток. — за этот месяц, пока мы с тобой не общались, многое случилось… Оказалось, что жить совсем не просто. — Так, заяц, ты меня пугаешь. Перестань говорить загадками. Скажи прямо: что произошло, пока меня не было? — Арсений подошёл к Антону и приобнял его за плечи. — Я… я пытался покончить с собой.