glowing

Первое, что он чувствует — как под веки проникает тепло, заполняя глухую тишь сна. А потом он видит оранжево-жёлтый при их открытии. Солнечный свет, пробиваясь сквозь частично зашторенные окна, заливает комнату полностью. Всё светится — и волны сбитой простыни вокруг них, и часы, показывающие пятнадцать минут пятого, и светло-зелёные стены — всё в мягком золоте и блюре влажных глаз. Он шарит рукой вокруг, не оглядываясь. Потом, нащупав руку и сжав её, он всё же смаргивает и фокусируется. Оди всё ещё спит, и свет танцует на ней: на венце отросших кудрей, тоже светящихся оранжевым; на её глубоко умиротворённом лице, наконец-то чистом от крови, хмурости и кошмаров. Она вся светится. Он улыбается и ещё раз смотрит на часы; семнадцать минут пятого. У них ещё полно времени. Он придвигается ближе к ней и засыпает.