Глава 1. Финал

На обломках камней и земли лежала молодая потрёпанная войной куноичи. Рядом с ней, сгорбившись сидел мужчина, в чьих глазах читалось волнение за девушку и бесконечная усталость. С того времени, как Саске использовал на Сакуре одно из своих сильнейших гендзюцу прошло чуть меньше суток. Куноичи никак не могла очнуться из мира иллюзий, несмотря на талант к освобождению из них. По тому как бегали глазные яблоки под веками становилось очевидно, что она пребывала в ужасе от того, что видела под действием техники. Трудно вообразить, какие только зверства могли происходить в иллюзорной реальности. Время шло необычайно медленно, но если расчеты Какаши верны, то спустя час, Харуно наконец распахнула веки и резко осела на земле, сжимая крепкой хваткой пыльную ткань кофты у груди. Сердце билось в груди как застрявшая птица не в силах высвободиться из клетки. Сакура, бледная как смерть, с остатками слез на глазах, начала мотать головой из стороны в сторону, пытаясь найти виновника своих страданий. Всё ее тело гудело от напряжения, в животе ощущался неприятный комок нервов, который противно щекотал все тело, не позволяя твердым мышцам расслабиться. Что-то было не так. Случилось нечто необъяснимо ужасное, и Сакура искала причину того, почему ее душило внутреннее чутье. Из нее словно вырвали кусок души с плотью и кровью, оставив после себя открытую зудящую рану. Слезы мешали видеть, застрявший в горле ком кричать, а остывающие капли пота раздражали нежную кожу. — Сакура, как ты себя чувствуешь? - низкий голос Какаши раздался над ухом. Куноичи вздрогнула от мимолётного страха и удивления. Знакомые и такие родные глаза успокоили девушку, но вид помятого учителя напомнил ей об остальных членах ее команды, которых так сильно не доставало в это беспокойное время. — Какаши-сенсей! Где Наруто и Саске?

***

Каждый прыжок давался с трудом. Тревога сжимала горло и мутила взгляд. Чужой вес замедлял, делал куноичи ещё более неуклюжей, и как назло, чакры оставалось совсем немного. Силы стремительно накапливалась, но их все равно было недостаточно. Ее сил всегда будет недостаточно. Какаши, поддерживаемый сильной рукой Сакуры, смотрел вперёд с таким же тревожным и истощенным взглядом, но в отличие от нее, он умел брать свои чувства под контроль, изредка лишь озираясь на болезненное лицо ученицы. Он глядел на нее, видя перед собой не повзрослевшую сильную девушку, пережившую ужасные события войны, а ту самую маленькую невинную девочку со слишком большим сердцем, которую он постоянно пытался оберегать от опасностей. Только Хатаке и с этим не справился. В памяти внезапно всплыло давно забытое воспоминание, как слабая и всеми забытая, девочка со всех сил бежала, чтобы встать стеной между двумя бушующими стихиями, сносящими все на своем пути. В тот день, после экзаменов на чунина, на крыше ненавистной больницы, когда Сакура, как никогда раньше была близка к смерти. К страшной, трогательной, и до ужаса несчастной смерти от рук двух ее близких друзей. Если бы тогда Какаши не оказался рядом, не успел среагировать, сделал одно лишь неверное движение, и его дорогой ученицы сейчас не было бы с ними. Кто знает, может и он сам не смог бы простить себя за фатальную ошибку и покончил с собой как отец. Страшно представить, что случилось бы с Наруто и Саске при таком исходе. Продолжили бы они свою погоню друг за другом, или же потеряв искру в глазах, стали пустыми оболочками себя, умерев тогда вместе с ней. Эта черта Сакуры, ее жертвенность, ее любовь привлекает людей к ней, но в конце, она все равно остаётся всегда одна. Пожертвует своим счастьем, ради счастья других, что ее рано или поздно и погубит. Какаши молился всем известным ему богам, чтобы не запечатлеть этот неизбежный момент, когда из груди девушки выйдет последний вздох. Он наивно лелеял мечту больше никогда не видеть смерти близких людей, в особенности его учеников, которые стали для него настолько родными, что в глубине души, он понимал, что он для них уже давно не только учитель. По-крайней мере для Наруто и Сакуры. Солнце уже давно зашло за горизонт, но луны не было видно на темном небосводе. Ни солнце, ни луна не освещали дорогу в Долину Завершения. Проклятое место, от которого веяло величием так же сильно, как и пахло кровью. Сакура не помнила как она оказалась на месте. Ее память словно разрезали ножницами на мелкие куски и склеили остатки. Она помнила как проснулась рядом с сенсеем, а в следующий миг, они уже мчались в неизвестном направлении. Только вот мозг Сакуры не обманешь так просто, она ясно понимала куда и зачем они спешат. Ведь, если не думать о худшем исходе событий, значит, что его и не будет. Так легче обманывать себя и заставлять продолжать бежать, несмотря на ломоту и дрожь в теле. «Мысли материальны, просто не думай ни о чем плохом и продолжай двигаться вперёд».

***

Наконец, они дошли до Долины Завершения, или в то место, что раньше являлось долиной. Ведь сейчас перед ними предстала картина полной разрухи, где не было места красоте: куски камней, земли и жалкий, слабый ручей, который раньше был довольно широкой рекой. В темноте, возвышались две огромные фигуры Учихи Мадары и Сенджу Хаширамы. Ранее величественные и могучие, статуи были бесцеремонно обезглавлены и обезличены. Их разбитые головы печально лежали у собственных ног, перекрывая поток воды в русле. Там же внизу, около голов, в темноте еле как получалось различить два маленьких силуэта. Они лежали рядом друг с другом и держались за руки, смотря на широкое звёздное небо. Камень под ними был черного цвета словно пьедестал из обсидиана, возвышающий их над речкой. Сакура почувствовала как под ее рукой напряглось сильное тело Какаши. Без Шарингана ему трудно давалось видеть в темноте. Как бы он не старался, шиноби никак не мог разглядеть то, в каком состоянии сейчас находились его ученики. Сакура, дёрнув его за плечо, отвлекла от бессмысленных попыток вглядеться в тьму и посмотрела в уставшие серые глаза, без слов обещая помочь сенсею, но чуть позже. В этот миг, их несчастным знакомым ее помощь требовалась незамедлительно. Она аккуратно опустила учителя на землю и спрыгнула со скалы. Какаши оставалось лишь терпеливо наблюдать за девушкой, не в силах помочь. Когда Сакура приземлилась рядом с самыми важными для нее людьми, ее глаза раскрылись от шока и неверия. Молодые парни лежали без движения не на черном камне, а на темной луже собственной крови. Их руки не были сцеплены вместе, они вовсе отсутствовали. С обрубков плеч, где раньше начиналась конечность, вытекло настолько много крови, что Сакуре из далека, кровавые следы показались руками. Одежда на обоих порвана, открытые участки кожи усыпаны серьезными ссадинами и ушибами. На лице Наруто ужасная гематома над левой скулой, чудом не задевшая глаз. Его кровавый рот растянулся в такой лёгкой и счастливой улыбке, что никак не вязалось с тем, в каком печальном состоянии находилось его тело. Лицо Саске было бледнее обычного, будто все соки покинули последнего Учиха. Глаза закрыты, на губах также виднелась совсем лёгкая улыбка, которую легко не заметить. На щеках Саске следы засохших слез, не кровавых от действий Мангеке, а самых обычных, соленых и печальных. Не позволяя себе разрыдаться от увиденного кошмара, Сакура глубоко вдохнула и попыталась взять себя в руки. Она ниндзя-медик и покалеченных людей видела даже больше, чем здоровых. Сейчас не время впадать в истерику, когда ее друзья нуждались в помощи. Девушка уверенно протянула свои ладони к кровавым обрубкам и накрыла их зелёной лечебной чакрой. Ещё несколько часов назад, когда она только проснулась, Сакура додумалась принять остатки солдатских пилюль, которые хранились у нее в карманах штанов. Накопленной чакры должно было хватить на остановку кровопотери, снижение риска заражения и восстановление мышечных и кожаных покровов. «Должно хватить. Должно. Тогда почему ничего не происходит?» — Давай же... «Ничего не происходит. Почему? Что не так!?» Сакура попыталась ещё раз. Потом второй. И третий. Покалеченные тела не откликались на ее старания. Чакра проникала внутрь их тел, но не лечила. Такое происходило, только в тех случаях когда человек уже... — Нет! Наруто! Саске! - отчаянный крик прошёлся эхом по долине. Сакура кинулась в сторону, где лежал Наруто, на этот раз прижав обе свои ладони к его груди. Она вновь послала волны лечащей чакры в его тело. Нет ответа. Сакура со всей силы прикусила губы, не замечая вкуса собственной крови. Сморгнув слезы, она кинулась уже к Саске. Ладони легли на голую грудь, зелёная чакра освещала его смертельно красивое лицо, искаженное маской спокойствия и облегчения. Нет ответа. Руки Сакуры начали неистово трястись. Воздух из груди выходил маленькими резкими выдохами. Сердце билось все чаще и чаще с каждой проходящей секундой. В глазах темнело, слезы застилали обзор, мешая четко видеть. Рядом с ней раздался глухой звук, но она не обратила ни капли внимания на подошедшего Какаши. Сакура переложила свои ладони чуть ниже груди Саске, зажав их в кулаки. «Может получится вновь заставить сердце биться?» Несколько механических, четких надавливаний, затем зажмурить нос и два раза вдохнуть воздух через губы. Сидевший рядом Какаши, лишь молча наблюдал за тщетными попытками медика вернуть жизнь туда, где её не было. Они опоздали. Сакура, не желающая принять этот факт, сидела сгорбившись над Саске и упорно вдыхала в него жизнь. Когда она встала и начала прислушиваться к возможному сердцебиению, Какаши заметил на ее рту кровь с губ Саске смешанную с ее собственной. Ничего не услышав, Сакура бросила нервный взгляд в сторону Наруто и проделала те же движения и с ним, испачкав красным свои губы и подбородок ещё сильнее. Ладони также измазались в крови сокомандников. Она никак не могла успокоиться и продолжала пытаться разбудить мальчиков, жадно вглядываясь в их безмятежные лица. Какаши, поняв, что не сможет никак убедить Сакуру прекратить их лечить, сел ждать рядом, давая ей понять, что несмотря на ужасную потерю, он вместе с ней. Ещё на поле боя, когда битва Наруто и Саске стихла вдалеке, опытный шиноби понял, что теперь лишь двое вечных соперников будут решать каков будет итог битвы. Когда Какаши с Сакурой только нашли их, он и без Шарингана сразу понял, что уже слишком поздно, но не смог никак это сказать девушке, в глазах которой неистово горел огонек надежды. Она бы в любом случае не поверила ему, пока не увидела сама. Лишь ее истошные крики, спустя несколько минут тишины, вывели его из пучины самобичевания и бесконечного чувства вины. Его ученики покинули этот разрушенный, заброшенный мир вдвоем, с улыбками на лицах. Две страдающих души, получивших сполна боли за свои короткие жизни ушли счастливыми вместе, рядом со своим лучшим другом. Боль Какаши была острой и ужасно мучительной, она сжимала его грудь и заставляла его сгорбиться над землёй, опустив онемевшие руки вниз и зажмурив глаза со всей силы. Боль и горе заставляли его хватать ртом воздух, которого было недостаточно. Какаши резко стянул с лица маску и начал жадно вдыхать, но кислорода все равно не хватало. Тело трясло, а кончики пальцев покалывали, словно онемели. Боль Сакуры невозможно описать словами. Она билась в судорогах, прыгая от одного тела к другому. Ладони продолжали светиться ярким зелёным светом, как и ее безумные глаза, которые всматривались в безмятежные лица друзей. Так продолжалось неизвестное долгое время, пока Сакура не почувствовала как истощаются ее запасы чакры и начинают проявляться побочные симптомы пилюль. Ее шатало из стороны в стороны, но девушка упорно держалась за сознание и вливала остатки чакры в остывшие тела, пока самая последняя капля света не исчезла между побелевшими пальцами куноичи. Когда чакры больше не осталось, Сакура еле как нашла в себе последние силы, чтобы усесться между Наруто и Саске. Она медленно обернулась, встречаясь глазами с единственным ее любимым человеком, оставшимся из их несчастной команды номер семь. — Какаши-сенсей, простите меня. Я не смогла их спасти, - это были ее последние слова, перед тем как глаза закатились под веки, и она упала в бок, подняв клубы пыли с обломков камней. Последнее, что увидела Сакура — красивое лицо Какаши без маски и единой эмоции, кроме пустоты в серых глазах.