Часть 1.

Дорога была максимально неприветливой: голые, мёртвые деревья, кладбище, затянутое тучами ночное небо, даже звёзд и луны не видно, гнетущая тишина кругом, только зловещее уханье совы было слышно вдалеке. Фигурка хрупкой, низенькой, двадцатипятилетней женщины казалась чужеродной на столь мрачном фоне. Тем не менее, она была частью этой картины и шла прямиком к такому же мрачному особняку, высотой с многоэтажку. Шла и гадала, дома ли сейчас хозяин, надеясь, что да и, вместе с тем надеясь, что нет. Мелисса всё никак не могла унять волнение перед этой встречей, которая не факт, что вообще состоится, и эта неопределённость ещё сильнее пугала. Захочет ли он вообще её видеть после пятилетней разлуки? Может быть, он уже давно смирился с её уходом и нисколько не жалеет об этом, а её внезапное появление станет лишь лишним напоминанием о его не самых лучших и продуманных поступках? Например, о том, как он лишил её глаза в драке, а после примирения позволил ей оставить у себя проклятую трость. Да, в начале знакомства они потрепали друг друга изрядно. Но стоило дать им чуть больше времени, как они сумели найти общий язык, сблизиться, стать в каком-то смысле семьёй. Особенно сильно их привязанность проявила себя, когда стало известно, насколько опасна трость и насколько быстро Мелиссе необходимо избавиться от неё, а это оказалось непросто. Ситуация оказалась настолько запущенной, что Дюку, отбросив в сторону гордость, пришлось обратиться за помощью к вампирскому клану, рассказав о своём проколе Артемису Серафви, а вампирский клан в свою очередь пошёл на временное перемирие с оборотнями ради победы над Десмодусом, демоном из трости. Дюк Силафф поручился за Мисси, взяв на себя ответственность за всё случившееся, и изъявил готовность принять любое наказание, которого, ко всеобщему изумлению, не последовало. В результате всей этой борьбы Мисси Паучья сеть вновь стала Мелиссой Дюмариас, человеческой девушкой, тоскующей по своей семье. Однако внутри, после всех пережитых событий, которые ощутимо закалили её, она уже не была прежней. Дюк не сопротивлялся её решению вернуться домой. Это даже немного обидело Мелиссу, хотя вампир и не скрывал грусти при расставании с ней. «Жду в гости», - сказал он на прощание, печально улыбнувшись. Но его рубиновые глаза сказали куда больше, и у девушки не осталось сомнений, что всё, что было между ними, имело значение и для него тоже. Конечно, а иначе он бы не пошёл с повинной к клану, не рвался бы так спасать её душу, рискуя лишиться своей. При осмыслении всего этого было просто невозможно поверить, что когда-то они ненавидели друг друга до чёртиков. Ведь спустя несколько лет совместной жизни им было так больно расставаться, даже обнимать друг друга они не могли перестать. Мелисса не знала, куда занесёт её жизнь, поэтому ей хотелось запомнить его объятия надолго: его запах, гладкую ткань его костюма, то, как он обхватывал её талию своими худыми, но сильными руками. Первое время они старались поддерживать связь через переписки и телефонные звонки. А потом столько всего случилось, события завертелись подобно урагану, всё чаще Мелисса забывала отвечать на его сообщения, перезванивать. Вскоре у неё началась совсем другая жизнь, обыденная, спокойная, семейная, и, видимо, поняв это на каком-то ментальном уровне, Дюк и сам перестал напоминать о себе. Сколько бы Мелисса, уже не девушка, а вполне себе зрелая женщина, не говорила себе, что это нормально, когда люди перестают общаться, забывают друг друга, у каждого появляются свои заботы, требующие куда больше внимания, чем поддержка старых отношений, Дюк не выходил у неё из головы, не выходил все эти пять лет. Да, мысли о нём, конечно, отошли на второй, а то и на третий план, но всё ещё не давали покоя. Как он там? Забыл ли он её? У него тоже уже нет времени на общение с ней? Или он решил, что ему больше не стоит лезть в её жизнь? Вина, стыд и, что самое страшное, неопределённость в своих чувствах к вампиру, при условии, что у Мелиссы уже объявилась вторая половинка, потихоньку съедали душу не хуже тех мелких чёрных монстриков, что сводили её с ума, когда она только завладела тростью. И вот, в один из своих приездов домой к родителям, она смогла найти время, чтобы навестить старого друга. На вопросы родителей, почему она совершает визит так поздно, Мелисса сослалась на живущую ночным образом жизни подругу-тусовщицу, а таковая у неё теперь действительно была. Отголоски жизни с Дюком. Ворота во двор особняка оказались распахнуты настежь, а вот дверь в сам особняк оказалась заперта, и сколько бы Мелисса не стучала, ей никто не открывал. Это заставило её почувствовать и расстройство, и облегчение одновременно. Да, с одной стороны, она хотела увидеть Дюка, а с другой, ей было боязно смотреть ему в глаза после того, как она так небрежно оборвала контакты, причём на целых пять лет. Захочет ли он вообще видеть её после этого? - Да где же ты ходишь… - раздражённо и нетерпеливо топала ножкой Мелисса. Для верности она решила подождать хотя бы минут десять, может, он вышел куда-то или ещё спит. Хотя женщина специально выбрала такое время, потому что примерно помнила, во сколько Дюк обычно просыпается. Стоило ей уже отчаяться, как раздавшийся позади знакомый мужской голос заставил её подпрыгнуть: - Ты теперь что, в домушники заделалась? Мелисса обернулась, и её губы сами собой растянулись в улыбке. Дюк Силафф, которого она и искала, стоял, прислонившись плечом к забору и наблюдая за ней со своей прежней, так полюбившейся ей обаятельной улыбкой. - Вот ты где! – воскликнула Мелисса, мигом повеселев и забыв о всех своих опасениях. Она побежала во весь опор навстречу мужчине, чуть не споткнувшись по пути о камень. Дюк в свою очередь радостно рассмеялся и тоже начал приближаться к Мелиссе, широко распахивая длинные руки для объятий. Приблизившись к вампиру достаточно близко, Мисси с неожиданным для самой себя проворством подпрыгнула в воздух и обхватила руками его шею. Силафф же крепко стиснул её талию и, прижав к себе, закружил, чем заставил старую подругу заливисто рассмеяться. - Опять курить бегал? – шутливо отчитала она Дюка, как только в нос ударил запах знакомых сигарет, но не отпустила его. - Да, есть грешок, - с притворным раскаянием отозвался Дюк, - Дай хоть взглянуть на тебя, а то я и не признал с первого раза! Мисси слегка отстранилась, всё ещё держась за его шею, но, поняв, что таким образом их лица находятся слишком близко друг к другу, тут же засмущалась и аккуратно спрыгнула на землю. Она и правда изменилась: каштановые волосы, которые раньше доставали только до середины шеи, теперь струились по плечам до самого пояса, и в них были заметны немногочисленные сиреневые пряди, оставшиеся после утраты вампирской сущности. Очки она уже не носила, а вместо одного карего глаза на Дюка смотрело два здоровых. Даже шрама не осталось. А одета Мелисса была в ярко-красное, облегающее платье, поверх которого был нарядный чёрный пиджак, крайне необычный стиль для серой мышки, которой она была когда-то. Бёдра слегка раздались в ширь, под глазами уже залегли едва заметные мешки, но сама она не выглядела уставшей, совсем наоборот, смотрела на Силаффа уверенно и даже с какой-то хитринкой. - Ну и как я тебе? – нетерпеливо поинтересовалась Мелисса, ибо Дюк чересчур долго разглядывал её с каким-то задумчивым выражением. - Всё такая же коротышка, - усмехнулся Силафф, кладя руку на голову женщины и трепля её волосы. - А ты всё такой же дылда, - не осталась в долгу та, убирая его руку, - Так и будем тут стоять или всё-таки зайдём внутрь? В нашу первую встречу ты был куда гостеприимнее. - Тут ты права, мой косяк, - согласился Дюк, не переставая улыбаться, - Давай, топай, - и он направился в сторону особняка. Сам вампир не изменился нисколько: те же тёмные как ночь волосы без каких-либо признаков седины, аккуратная козлиная бородка, мертвецки бледная кожа. Разве что мешки под глазами стали чуть заметнее, однако в целом он не постарел ни на день, оно и понятно, вампир всё-таки. У брюнета также обновился гардероб: сейчас он щеголял в новом тёмно-фиолетовом костюме с чёрной рубашкой под ним и в шляпе, украшенной узорами в виде паутины. Мелисса не сомневалась, что этот костюм, как и все прочие, Дюк сшил сам. Он и для неё шил наряды, которые та и по сей день бережно хранила, включая то чёрно-красное платье в классическом стиле с открытыми плечами. - Ни у кого не возникло вопросов, куда ты собралась на ночь глядя? – поинтересовался Дюк, когда они уже шли бок о бок по знакомым Мелиссе коридорам. - Я сказала, что иду к подруге. Она заядлая тусовщица, по ночам как раз и оживает, - ответила шатенка, оглядываясь по сторонам: за эти пять лет интерьер особняка особо не изменился. - Ночная тусовщица? Такая же крутая, как и я? – хмыкнул Дюк, косясь на гостью. - Безусловно, - фыркнула та. - И много у тебя теперь таких друзей-тусовщиков? – продолжал Силафф дружеский допрос. - Мне пока хватает одной. Точнее, двух, - поправилась женщина, улыбнувшись Дюку. Тот ответил тихим смешком. Когда парочка добралась до кухни, Мелисса уселась на стул, не забыв разгладить платье. - Чай, кофе? Или может чего покрепче? – спросил тем временем Дюк, следуя всем правилам гостеприимства. - Сам знаешь, не прикидывайся, - ответила Мисси, деловито закинув одну ногу на другую. Поняв намёк, вампир вытащил целую бутылку красного вина из холодильника. - Ого, какой ты запасливый! – кареглазая удивлённо возрилась на бутылку. - Я же знаю, что ты у меня та ещё алкоголичка, - хмыкнул Дюк, доставая два бокала и разливая напиток. - То есть, ты всё это время держал её у себя для нужного момента? - Нет, просто ты заразила меня алкоголизмом. Женщина прыснула со смеху, прежде чем чокнуться с другом за встречу и сделать первый глоток.