Разные разговоры

Чайник закипает, слышит что свист с каждой секундой становится сильнее, как поезд отходящий со станции.Бежит из ванной быстро как может, параллельно пытается на запотевшем кафеле не поскользнутся, ноги отдает холодом от плитки. — Ёшкин кот, — снимает с плиты, слышит как кто то проснулся, — тьфу, твою, — наливает в стакан, параллельно рукой потряхивает от этого неприятно, руку обожгло — дивизию. — Доброе утро, — скомканный голос, как шуршащая бумага для готовки слышится с прохода. Тетя Дина с заспанными глазами кухню оглядывает. — В такую рань, вон, — на окно вялой рукой показывает, — что встала? Тебе куда то надо? У вас же каникулы, — полушёпотм пытается говорить, что бы остальное семейство не разбудить — А, я в общагу, должна съездить, до этого я на смену утреню, — садиться, глоток терпкого чёрного кофе заставляет сразу проснутся окончательно. Глаза щурит, от терпкости, ну силы у неё до середины дня точно будут. — М, а отдыхать тебе когда, — тетя кипяток наливает и рядом садиться, — женихи там… — Что? , — выражать удавленное-негодование шепотом однако сложно — Нет…ну я не знаю может у тебя уже кто то есть, просто… Лика кофе резко допивает, не обращает внимание что ещё горячие. — Я потом все помою вы просто складываете, я собираться, опаздываю, — из кухни как ошпаренная выскакивает, хотя язык она все же немного ошпарила, это правда.

***

В первой городской все так же шумно на первом этаже, и безлюдно на третьем, а про подвал вообще говорить не стоит. Первый раз когда там была подумала что попала в фильм ужасов, в такой американский, новый, популярный. — Якубова, там пациент Наташи, очередной побитый, она смены переставила, примешь. Вы же с ней подруги, — не просьба а приказ, ну а как ты хотела. Голос участковой выводит из сонливого разглядывания воробьев за окном. — Да конечно, — подтягивается, надо было больше кофе пить, а что с ней будет вечером? На встречи с этим Вадимом? , — на секунду взгляд зависает, — надо быстро себя как-то растормошить. — Просыпайся давай, — как будто в подтверждение ее мыслям констатирует участковая — Ага… Я просто вчера в аптеке на вечерней была, какая палата? — Первая на втором, давай давай, — подгоняет из комнаты для персонала, — просыпаемся, тебе тут до четырёх торчать В палате встречает разукрашенный подросток, это не мальчики которых она вчера разбирала, на вид, если не брать в расчёт побитый глаз лет наверное 16, видно высокий, без сознания, взгляд падает на лежащую висячку рядом с ним, рукава у нее в крови. — Так, судя по бумаге…хотя, — взглядом его окидывает ещё раз, подмечает что видно есть вероятность на сотрясение, — тут и так очевидно, сотрясение, плюс побои но хорошо что зашивать не над… — А где кудрявая? , — о в сознании, смотрит глазами своими, наивные, она прям видит. — Ну я кудрявая, — всегда удивлялась как голос меняется в стенах больницы и аптеки, становится сразу деловым, холодным как кафель в морге. — Нет, э, Наташа, блондинка, — тише добавляет, видно поняв что слишком резко отреагировал. — А, так это ты что ли? — Кто я? Хах, видно да, Он. Наташа рассказывала что к ней все чаще начал заглядывать какой-то подросток, после каждого мордобоя, с группировки какой-то видно их всех сюда везут, понятное дело. Но по рассказам милый, безобидный. Ну это конечно Наташа его так описывала, Лика бы его описала как побитого щенка дворового, от этого грустно. — Так начнём с заново, я сегодня вместо Наташи, у неё теперь другой распорядок. Если тебе интересно… отвечаем четко… Что болит? — Ну…голова, а она вообще по каким дням теперь будет? — Я сама не знаю мальчик, в глаза смотри. Наташа говорила что они у него как лаванда по цвету и права оказалось, красивые, такой наверняка в школе нравится.Малика помнит как у неё в классе такие были, за ними все девчонки бегали, романтика, загадочность всегда была притягательна в мальчиках…девочки молчаливые, загадочные никово однако не интересовали. — Я не мальчик, — брови густые хмурит, и как будто обижается, Лики ухмыльнутся прям хочется, ну как такие в банду попадают. Зачем? Ему бы в театре играть, или в кино, — Валера. — Валера а фамилия? — А вам зачем? , — хмурится и губы поджимает, ну щенок! — Что бы Наташа знала кого потом она зашивает. — А, — улыбается во все зубы, в глазах нежных видит огоньки, — Туркин. — М, ну что, Валер боль острая или тупая?
 — Острая…
 — Острая? , — черт. 
—Тупая.- боль как боль, нож не воткнули, зуб не выбили значит не сильная. 
 — Тупая?
 — Ну, такая, — средней тупости. Хочется этой самой бумажкой его по голове постучать. **** — Ну как? , — Софа сегодня в регистратуре, замечает вошедшую Лику, — слышала на тебя дополнительных скинули. Уже за вчерашнее не обижается, но все же с Маликой даты работы поменяла, может из-за суеверия, а может хочет одной побыть, она не спрашивала. — Да так, три всего, — усаживается на диван выдыхая, — мне кажется у нас скоро будет перебитая Казань. — М-м-м это да, поэтому, — закрывает тетрадь поворачиваясь к подруге, — я надеюсь что уеду от сюда. По-ско-рее. — Хах Соф, — встаёт, папки берет с именами пациентов с верхней полки, — я в тебя верю. Но перед этим тебе надо училище закончить и практику. — Пиздец Лик а не практика, тебя хотя бы мыть полы не заставляли пока. — Ну я просто это тактично…избегаю, — находит необходимые документы — Я ахренела, недавно мыла, представляешь, — Малика поворачивается к подруге, облокачиваясь на край шкафчика, — на первом, идут под ноги не смотрят. И я им « по помытому молодые люди не ходим!», — пальчиком как наказ показывает, пародирует голосом уборщицу местную. — Вау ты смотри как интересно…была мед.сестрой и за пять минут стала новой техничкой — Я о том же! Я теперь уборщиц очень понимаю но…если честно сочувствую им меньше чем себе вчера… Это все же не наша обязанность, не для этого я поступила, что я буду в институте…показывать…профессиональное подметание линолеума? — Неуважение чужого труда? Не любите помогать ближним гражданочка Боярская? , — усмехается. — Ой да перестань, — ручкой как мух отгоняет. — Хах…кстати… — Что такое? Если что я папки не трогала. — Нет, слушай там пацан есть такой… Валера Туркин, — А мальчик который к Наташе все подкатывает после каждого мордобоя, знаем, она мне рассказывала, — потягивается, — ух что то я засиделась — А можно как-то…ну что бы к нему другой приходил врач, всегда, — Софа непонимающе голову наклоняет как собачка, — у этих мальчиков всегда просто побои, все мы знаем откуда они…а этот уже к Наташе прям актив… — А вот ты о чем…я поняла! , — улыбается что уловила, кивает, волосы как ночь по плечам раскинулись, — ну, наверное да, лучше что бы этих мелких мальчиков от таких хороших как Наташа отгородить, хотя Лик если… — Если подумать это не мое дело, да, да, Наташа сама взрослая и сама может за себя постоять, — тараторит самопоучительно. — Мне нравится как мы с тобой читаем мысли друг друга, — подходит к двери, Лика на ее место садится. — Но слушай, хоть это и просто мальчики как ты говоришь, но лучше, пусть держаться будут дальше. У пацана язык подвешен а Наташа…это, — вздыхает, — Наташа. — Это я знаю, поговорю кое с кем об этом, тебе ручку дать? — Да…я тут надолго. — Фамилия его какая? — Туркин За смену документы заполнила ещё двоих пациентов приняла, даже тайно смогла Бродского почитать, повеселее даже стала то ли пободрее. Он у неё в обложке из-под обоев спрятан всегда в сумке лежит. Ей процесс чтения его, у всех на виду внушает какое то чувство немого протеста, о книге даже Наташа с Софой не знают, своего маленького никому не известного протеста, протеста против всех старых вахтёрш, против гопников с улицы, против глупости и посредственной жизни и советского устоя что так пережимал шею ещё в детстве, это в столицах они могут дышать полной грудью, всегда могли. А в сельской местности ты как будто каждый вздох, каждый раз делаешь с надеждой что сможешь прорубить, как небезызвестный монах, себе путь в свою собственную «Европу». Уже собирая вещи задумалась. Если задержусь на несколько минут и поеду на автобусе, приеду в притык к встрече, ну как и договаривались.Заходить не хочется в общагу, там наверняка Наташа будет, увидит вопросы начнёт кидать «куда» «с кем». Нет мне такого не надо, лучше задержаться и тут собраться. Собирается в более быстром темпе, берет вещи идёт переведается, в туалете, потом немного подкрашивает глаза Это конечно не свидание но выглядеть презентабельно нужно всегда, хотя бы попытаться… Но всегда почему то получалось что образ серьёзной дамы перечёркивался сразу как при первой встречи все видели кудряшки, как будто с ними я для всех становлюсь малосущественной личностью.Обидно знаете ли. Может глаза сильнее подвести? Или достаточно, зелёные тени хороши, может золотые сережки ещё? — А ты куда так вырядилась? , — в туалет заглядывает сестра, Люба кажется.У Лики плохо с именами. — Да так, — чувствует как запахло сигаретами, дым медленно тянется к форточке и кажется что сигареты дешевые, ну это только по запаху, — Встречаюсь кое с кем. — Мужчина? , — конечно ей интересно, слухи в коллективе это как за здравие. Потом разнесёт наверное всем, а может нет. Это зависит от того как она ей расскажет. Лика даже ухмыляется открыто, беззлобно, в зеркало напротив. — Да, но это так, — говорит максимально буднично, — знакомый отца. — О не уж то тоже врач? — Да откуда мне знать, отец попросил ему город показать, а то он проездом.Ну я же не могу отказать — Мм, я уже подумала что у тебя кто то появился, — боже, это общество ещё ей в трусы залезет если захочет. — Люба, а, я не пойму, ты что змея? , — в отражение спрашивает, — Хватит меня гипнотизировать, вопросы странные задавать, я не кролик на ужин. Берет косметичку и выходит под недовольный взгляд медсестры. Ну ничего она как нибудь это переживет. Автобус ждать долго не приходится, а вот места свободного в нем не оказывается, приходится ехать стоя. Но зато не наблюдается неприятный контингент, лишь люди что с работы едут, с завода наверное, бабушки и школьники. В какой то момент место освобождается и поездка становится ещё лучше. Подходит к общаге уже к бледно-серому закату, считает что зайти все же надо, хотя бы у вахтерши спросить не звонили ли ей. Ответ слышит отрицательный так что можно предположить что время и дата встречи не поменялась, от этого под коленками зачесалось. От нервов что ли? По часам 17:45, отлично пару минут и он подъедет, по идее…а по идее они вообще на какое время договаривались? Договаривались вроде на 18.или это уже сама себе придумала? Мысли начинают копошиться, ну еще понервничай тут на месте, вечер с 18 начинается, успокойся… Главное с Наташей не пересечься, надеюсь она сегодня никуда не выходит. Делает кружок по первому этажу, что бы не сильно на улице мерзнуть и просто перед глазами вахтёрши подозрительно маячить. Время медленно приближается, так же медленно как и она сама приближается к двери на улицу где встречает прохладный воздух и уже потемневшее небо. Взглядом меланхоличным улицу окидывает, а сама себе не врет, волнуется так сильно как перед экзаменом. Может даже сильнее, экзамен под собой неизвестность не несёт а тут сплошной жирный вопрос как вечер пройдёт. Хотя у неё есть предположение зачем он ее позвал. Ну это она уже у него спросит, надеется что честно ответит. — О, а это кажется, Он… Из-за поворота выезжает чёрная машина, из-за темноты видит только фары. Останавливается не близко но и не далеко от входа, фары не выключает видно ее видит.Выходит. — Малик во что ты ввязываешься, — пока он подходит бурчит. Нет сегодня она не будет дрожать перед ним как осиновый лист, все точки по местам расставит. Хотя, мысль сразу быстро бежит в голове, как не дрожать перед ним. Вадим рядом останавливается, в белом свитере на плечах кожанка новая, джинсы, еб твою мать, джинсы. — Малика, — взглядом окидывает — Вадим — Не замёрзла стоять? Давай в машину, — даже слово не дал сказать Малика по ступенькам спускается идёт медленно что бы не поскользнутся на замершем асфальте.Надо было сапожки другие надеть, не на ровной подошве. Тоже хороша, его за вещи стиляжные осудила а сама не лучше. — Так куда мы едем, — холодный воздух обрывается закрывающейся дверью, — в кафе? Ты же убивать меня не намерен? Вадим брови вверх поднимает к ней поворачивается прям всем корпусом. — Хоть повод тебе на это дал? -, тон его холодный, как и глаза.Неужели опять что то ляпнула ему неприятное, но ощущение еще что обидела, не уж то задела? — Нет, я так…для уточнения. — Мм, так вот тебе Лика, для уточнения, -поучительный холодный тон обволакивает, — перестань каждого парня потенциально записывать в насильники, убийцы, или в моральные уроды, — последнюю часть предложения уже себе под нос бурчит но она слышит. Да его видно задела.Но что теперь ей сидеть молчать? — Во первых я спокойно спросила, -говорит буднично, без агрессии, — во вторых меня Ликой только друзья называют. Мы с тобой не друзья.Поехали в кафе, пока ты себя не обеляешь, — черт тебе а не страх. Сам хотел что бы она не боялась? Она и не будет.Не ясно зачем ему это правда, может он хочет ею воспользоваться когда бдительность потеряет, может ещё что, кто знает. По сути Наташа ей вряд ли поверит, скажи что ее брат бандит, а он явно связи какие то да и имеет, заткнуть ее легко может. — Мы не с того начали, — горло прочищает, выезжая на дорогу в центр. — Да мы вообще все не с того начали… — так Лика стоп, ты же не собачится поехала, ты вообще не такой человек, — Окей, ладно, я тебя не боюсь, — говорит уверенно в его сторону смотрит, — все, хорошо, в список убийц не записываю ты доволен? Видит как край уголков Вадима приподнимается. — Мы в кафе едем ''Мираж '', знаешь? , — это он так тему переводит? — Да знаю…говорят хорошее…но никогда там не была. — Почему? , — вопрос прям искренний как будто ему ее жизнь интересна. — Сам ответил, ни с кем не хожу, никому не нравлюсь. А сама…ну представь девушку в кафе одну, за столом на двоих. Ну смех. В этом мире же, все для пар, куда бы не пошёл. Даже в больницах. Знаешь… — не знает зачем продолжает, но кажется ей прям надо высказаться, высказаться человеку которого не сильно знаешь это как терапия, может вы вообще последний раз видитесь, что ему станется с этой информацией, — Даже такое ощущение, что одинокие, за своё положение переплачивают хотя по идее должно быть на оборот. Вадим как будто задумывается, хмыкает. Да, права она, на таких людях карманники и пацаны и поднимаются за частую, на одиноких, без связей, друзей, головой покачивает, девчонка не глупая, странная в какой то мере но интерес по стенкам прокатывается Тишину разбавляет его голос с хрипотцой. — Всегда выбирают одиночку а не парочку, на улице, к таким легче подойди, — краем глаза видит как она к нему подворачивается, — а в кафе таким обычно на баре, а это за частую территория одиноких, пытаешься подлить больше, для переплаты… Да ты тут права, сплошная, хах, переплата, — губы в ухмылке растягивает, и тише добавляет, просто как факт, — Но для бизнеса это выгодно, — на неё смотрит. — Для какого из, банда или кафе? , — в тон ему спрашивает — Оба. Едут следующие пять минут в тишине, у них даже радио не играет, Лика это подмечает. На вопрос может ли она прокрутить каналы, Вадим отвечает кивком. Как на зло ничего интересного, тут среди белого шума потерянного канала, колесико слегка улавливает знакомую мелодию.Пытается вернутся и выравнять звук, да правда она, можно считать что эта победа, связь налаживает и уже слышен текст песни. Лика сама от себя не ожидает но начинает в пол голоса через несколько куплетов на припеве подпевать. — Снег уже упал и погасил далёкой страсти вспышку. Реже я мечтаю, и совсем не о тебе, — откидывается к окну, Вадим слегка на неё косится. Ну и пусть, она знает что поёт не очень, пусть думает что странная, ей песня очень нравится, — Уже забыт вопрос, но смотришь ты всерьёз. Нравится ему песня или нет, но на очереди припева он подкручивает колёсико громкости — Я не знаю, зачем мне ты, и зачем мне рука твоя, — подпевает уже громче и с улыбкой и слегка прищуренными глазами от радости момента, — Я не знаю, зачем мне ты, может, сам от себя скрываю.Я не знаю, зачем мне ты, от чего вдруг мечтаю я, — замечает как Вадим слегка отстукивает по рулю, это ещё больше вызывает улыбку, на сколько же музыка может поменять ситуацию координатно, — Я не знаю, зачем мне ты, объяснить не могу — не знаю, — под конец берет ноты повыше, правда старается, может не плохо даже получилось. Начинает играть следующая песня, водитель видно считает что концерт закончен и убавляет громкость. Интересный у них конечно тандем произошёл. — Неплохо поешь, — как бы не в значай бросает, — занималась? — Хахх, нет, нет. Ну в детстве в хор ходила два года и все, это были ужасные два года, я и творчество, хах, вещи не очень совестимые.- смеётся, смех ее на птичьи трели похож. — А как же, э, рисунки твои? Это же, творчество как ни как. Подъезжают к парковке, из окна видит «Кафе Мираж».Вывеска желтыми светодиодами горит, на окнах новогодним гирлянды светят. Но внешний вид вопрос «А точно это то самое кафе а котором говорят?» ставит. Белые стены с какими-то надписями и на окнах решетки.Может в Казане каждое место не принадлежащее к комсомолу так выглядит? — Ну, это так, для души, — из машины выходит. Внутри оказывается все намного приятней, тёплый свет, который смешивается с гирляндами на окнах, некоторые окна закрывали бледно-желтые шторки с узором роз, само по себе кафе не большое но замечает по правую сторону небольшую барную стойку с десертами. Стандартный советский дизайн, но место приятное, засматривается на столик у окна. К Вадиму поворачивается, он с кем то разговаривает, знакомый наверное. Не подходит, мало ли, ждёт пока парни друг другу руки пожмут и к ней подойдёт. — Старый знакомый, — он оправдывается? Или может смущается? Тон совсем не знакомый. — Давай там сядем, — в сторону столика на двоих у окна показывает. Когда им приносят меню, выбирает не слишком дорогое, спрашивает сначала у Вадима что он хочет пить. Ответ- чай ее очень устраивает, предлагает чайничек на двоих и берет что не дорогое наугад, оказывается блинчик с творогом. Как только официант отходит смотрит в окно что рядом, видна дорога и мелькающие машины, синяя темнота, как понять что синяя? Даже может больше индиго? Помогают фонари что световым радиусом освещают набережную. Вадим заказал небольшой десерт, печенье? Что-то типо того она не запомнила. — Ну, — Начнём. Ровная спина чуть-чуть наклоняется вперёд а ручки складываются на столе, как бы подпирая кудрявую голову, — теперь мне объяснишь зачем это все? , — густые брови поднимаются вверх, а взгляд бегает по рукам собеседника который откинулся на стуле крутя импортную, а Лика уверенна что импортная, зажигалку. Вадим сразу прекращает рассматривать каждого в кафе и хватается за неё взглядом. Так же вперёд поддаваясь но не слишком, рукой опирается на собственное скрещённое колено. — Зачем позвал? Я же уже говорил, что бы исправить впечатление.Память у тебя как у рыбки — А вот нет, — легкая улыбка на лице, — не верю, — назад на манер ему отклоняется чувствуя деревянную спинку плетёного стула, Вадим за ней следит пристально теперь. — А зачем тогда? Ну-ка удиви, — как будто на слабо берет — Я тебя когда первый раз встретила, ты же не Вадимом…э…братом Наташи был, — понимает что фамилии его она так и не знает, — а бандитом, боссом или как у вас в ваших бандах это назыв… — Авторитет, — на полуслове ее перебивает, слышит его тон спокойный. — Да…авторитет…а когда узнал что подруга Наташи, — она мысль свою закончит, не запугает ее теперь, — сразу в кафе пригласил, и вот у меня вопрос, — взгляд что до этого бегал от любой точки на столе пытаясь найти за что зацепиться, теперь фокусируется на его бело-чёрном свитере, как будто считая каждый шов, — ты такой…со всеми девушками или только с теми кто оказывается другом твоим сёстрами и знакомыми? — А…хах, — назад откидывается, — вот оно что, не веришь что от чистого сердца позвал? Не искренне? — смотрит на неё теперь ухмыляясь, но она это не увидит если глаза не поднимет, молчание немного затягивается но Лика кивает, — А такой, это какой? В голосе его слышит насмешку, над ней что ли? От этого какой то осадок формируется маленький совсем. — Ну… — задумчивая интонация и попытка найти нужное слово, вызывают легкой ёрзанье, не назовёт она его же галантным, воспитанным, культурный верно? Может это его как индюка раздует, — нормальный. — Нормальный? , — переспрашивает а она взгляд быстрый кидает на него, да, он ухмыляется, да так как будто ему шутку неплохую закинули, от этого осадок становится больше, а брови хмурятся. — Ну галантным я же тебя не назову, — говорит немного громче и резче чем до этого, видит как улыбка с лица его пропадает, но видно не злится, а она вот слегка обиделась. Одна из самых нелюбимых вещей которая выводила ее из себя, и из девушки которая пытается делать все по уму разуму, как она считала, превращала в какого то подростка, была насмешка над ней. — А почему нет? Лика подаёт в лёгкий ступор, ответить ли ему честно, или попытаться закрыть вопрос? — Ну, я не могу просто, — пытается подбирать слова, от этого голос становить неуверенным и как будто переходит в шёпот, — представить что слово галантный может использоваться в отношении…бандитов. Она сама прям слышит как мысль свою озвучила не как что то уверенное а как будто вопрос по математике сверят у соседа, правильно ответили или не правильно, она не уверенна что может честно с Вадимом эти говорить, вдруг вспылит? Но при этом понимает что по-другому не может. Ей прямота мысли важнее чем увиливание, когда мысль прям с языка сорваться хочет, молчать не может. — А вот оно как, — хмыкает, ближе стул подвигает, — да ты видно только мусор а не пацанов встречала, таких, — задумывается как будто, взгляд отводит, — много к сожалению развелось — Но вам же, — мысль обрывает официант что принёс чай и заказ. — Спасибо, — Вадим кивает, оторвавшись от Лики на секунду, — счёт сразу принесите. Лишь ответив на запрос кивком, официант удаляется. — Что мы Малик? , — смотрит с поднятыми бровями, мол продолжай — Ну вы же все, плевать хотели на ближних и на то что один другого бьет, что уж прости если правда режет, — говорит слегка затупляя дыхание на последних словах, но главное что уверенно, — но это то что я вижу, — он ее не перебивает, слушает, — что девчонок одни насилуют а они потом в слезах в больницу приходят….а буквально вчера, — вспоминает, — на смене разбирала дрочунов в аптеке. — Я ж говорю это мусор, не пацаны, без выдержки и понятий, играют себе в… — Это были мальчики, — резко отрезает, смотрят друг другу в глаза теперь, перебила его, — мальчики что одного чуть не забили и он к нам забежал, а они за ним…а по итогу один раскрашен сильнее другого… Мне его так жалко было, по человечески… — Открою тебе тайну, — есть начинает, тон будничный, но под собой что то подразумевает, как будто учит — в группировки идут не от хорошей жизни, часто, для кого-то улица дом.А кто- то с улицы выходит в бизнес и это уже другой разговор и там, если честно не каждому будет место, только тем у кого будет эта выдержка и умнее убеждать и не бить с размаху.Пацаны которых ты видела, это так…скорлупа. Ну подрались, ну что теперь? — А это разве нормально вообще? Мне кажется нет, — брови летят вверх, лицо слегка вперед поддается, Вадим за ней следит с каким-то…интересом что ли? — Полиция пусть разбирается, — видит как она хмыкает мол, да да конечно она разберется . Ему на самом деле разговор с ней нравится, полемика. Может он ее в каких то моментах пугает, знает, но при этом пытается показать что ничего не сделает.Не знает видит она это или нет, но говорить не прекращает и его на самом деле это так радует. У многих были претензии к нему, у мам скорлупы, у знакомых с ПТУ кто с ним общался, даже у некоторых с бокса, их мало но все же…и ни кто не задавал вопросы, ни претензий.Так два вопроса и все. А она как барабанными ударами идет и он позволяет, он почему то не закипает, наоборот…ему спокойно, он сам на вопросы ответить хочет, ему не западло. — Я в полицию не верю…они стараются…но их как будто не хватает…вас, -прочищает горло, — как будто больше — Дальше будет больше, — облокачивается на стол, — это просто факт, ничего личного, — цокает — Все нормально, я от части понимаю, жизнь у многих…может быть лучше среди группы единомышленников, единственный вопрос, — тянет последнее слово, — какая цель у единомышленников — Цель? , — пальцы руки которая облокачивается на стол слегка потирают подбородок. — Ну…у каждой группы лиц должна быть цель, у людей которых не устраивала власть это была…революция — Хах.нет мы не красные.хотя после стрелок… Уголки невольно дергаются, отдергивает себя — Ты юморист конечно — Не нравится? , — брови поднимаются а все так и кричит, мне все равно милая я так дальше и продолжу, энергия у него конечно сильна, но только Малике тут врать и не надо. — Нравится. Он потирать подбородок перестает, смотрит на нее более осознано — А…кхм…а твоя банда относится конечно ко вторым? , — от его жеста как-то неловко стало, решила тему перевести, — не к тем кто просто дерется? — поясняет. — А тебе интересно? — Мне очень интересно потом каждого на перешивке встречать, конвейер из побитых детей… — Подростков, — встречает ее поднятые брови, — они сами могут решить, надо им это или не надо.Не дети уже….А ты благое дело делаешь…за это, конечно спасибо. Актёр погорелого театра, ее лёгким кивком одаривает. — А ты сам от чего пошёл? , — губы ее как будто свои цели имеют, с мозгом не согласованные, пока откусывает кусочек даже не осознаёт что в личное лезет. — О, как ты, — о нем что то разузнать хочет. Для чего, с какой целью? — Прости, это личное — Да…это так. — Не уследила, -Лика на чайничек небольшой смотрит, берет себе наливает, приятный пар обдаёт руки — Тебе налить? Смотрит на неё пристально, мысли выступают из клубка в линию. — Да, давай, — понимает что, как будто его уверенность под ее вопросом немного колышет, хотя вопрос как вопрос…но ему девушка в кафе чай еще не разу не предлагала налить, это он по идее должен спрашивать…не уследил. Нога нащупывает перекладину на стуле, тем самым позволяет на неё поставить ногу и облокотится на коленку подбородком. Ей абсолютно все равно что подумают, Лике всегда было все равно что о ней кто надумает в обществе. Чашку берет и начинает понемногу пить. — Все довольно очевидно, — не знает зачем говорит, говорить о чем то в общих чертах это одно, но намекать о чем то о себе… Зачем тогда вообще начинает? Из-за того что тишину заполнить хочет? Или дурак, думает что она любое его слово в компромат не занесёт? Что вот они '' простые будничные разговоры с приятным собеседником? '' Сынок знаешь вот людям все-таки доверять стоит, не сразу так хмуро смотреть, понял сынок? Мам, прости но не понял Лика же в свою очередь отрывается от ковыряния в тарелке, замирает. Пытается вспомнить каждое предложение и что же это за ''очевидное'' может быть. — Защита нужна была? Вадим хмыкает — Имеешь право на любую теорию…но я тебе уже ответил. Его вытянутый носок под столом, упирается ровно в ее лакированный от сапога. — Мне интересно, — перескакивает на свою тему, — ты на один вопрос мне честно сегодня ответишь? , — отправляет кусок в рот, — можно его задать? — Ну давай попробуем, — видит интерес напротив, какой то темный с блеском.Как будто ему уловку кинула. — Ты же хотел не исправить образ о себе этой встречей, верно? Просто в какой то момент надавить что бы я точно не сказала в любой момент Наташе что ты м…авторитет, группировщик и что давно в ПТУ видно не появляешься, скорее всего врешь ей, что в кафе работаешь а по сути твоя крыша и что видно на квартиру не накопил ты а как-то по своему заработал.Не хочешь что бы она знала…может даже не так…чтоб семья не знала…тебе это важно, — он семейный человек как говорила Наташа. А просто словам моим что ''Да конечно я не расскажу'' он не поверит…такие лучше лишний раз запугают чем на слово поверят…и я понимаю от части почему.Когда на кону стоит семья, деньги, работа и человек знающий тайну…всегда под вопросом оказывается последний. — Что ещё про меня тебе известно? — так же пристально. — Что помогаешь семье… — ну вот и уверенность к концу подошла, лимит исчерпан, — и Наташе и спортом занимаешься и мотоцикл у тебя есть, это круто на самом деле, как чувство свободы момента… — зачем она последнее ляпнула? Мысленно ударяет себя по лбу. Она буквально чувствует как дышать он как будто перестал. — Прости… — сама не знает за что извиняться, — но скажи я права? Только честно, я же, — выпивает чай залпом, чашку ставит и коленку свою как будто приобнимает, решает все же ему в глаза посмотреть, он даже не выражает злость просто как будто, замер в размышлениях. — Я же все равно бы не рассказала никогда, это не моя семья и не мое дело, я знаю когда ты единственный старший ребёнок на семью, это сложно — взгляд возвращает и не отводит и считает что она сама для себя уже победила, — просто правду скажи. Вадим вздыхает и из своего размышления как будто выходит, назад чуть отклоняется, вдыхает и прицокивает. — Ты странная… но да, из-за этого и позвал. Он думает что она ему нотации сейчас начнёт читать или скажет какой плохой и вообще от всех остальных не отличается, но то чего он не ожидает так это широкой улыбки губ и самого легкого выдоха, от которого ее плечи слегка продрожали а, глаза слегка прикрылись на секунду. — Мне это было важно, ну, честный ответ, — как бы объясняет, — а почему странная? Вадим на неё смотрит, как будто что то новое для себя вынес и образ ее заново складывается. — Странная потому что правду видно любишь. — А кто ее не любит? — Хм…многие, — чай залпом допивает, деньги на тарелочку с счетом кладёт, — пошли? — Уже? , — удивляется, встаёт и пальто со спинки снимает, нога немного затекла от этого не приятно. — А ты хотела больше времени провести? , — поддевает, идёт в строну выхода Лика следует за ним попутно надевая пальто и закатывая глаза.Хотя ее его издевки не сильно задевают, даже могут в какой то момент рассмешить но она конечно это никак не покажет. Уже на улице садясь в машину, он опять перед ней дверь открывает и у неё что то правда что то щемит внутри, спрашивает уже без каких либо внутренних терзаний и подбора нейтральных слов. — Я могу сказать что сегодня познакомилась не с авторитетом а с братом Наташи Вадимом? , — спрашивает, слегка голову наклоняет от чего кудри с шее в воздухе повисают, на него смотрит заинтересованно. Вадим же слегка тушуется, машину заводит, смотрит на неё а сам думает. На такой вопрос ответить так скорее всего и можно, до этого он перед ней только как Желтый был, автор ДомБыта и сегодня он таким же мог быть. Мог бы заткнуть на полу слове, нужными словами забить ее спинку наверняка хрупкую в спинку стула, заставить под ноги смотреть, что бы только слушала как он бы ей пояснял что бывает с теми кто язык за зубами не держит, и в конце бы добавил что то типо ''ну а теперь чай попьём'' так бы вечер и провели, она в страхе он бы в чувстве спокойной уверенности что теперь никто из семьи о его делах не узнает.И ему было бы нормально. Но он почему то пошёл по другому, и неужели оправдание этому…простое желание диалога? Или…кидает на нее взгляд. Она права, он решил действовать как Вадим, Вадим Желтухин: пацан что боксом занимается, участвует в соревнованиях, пацан что любит спорить и отвешивать иногда не понятные шутки, иногда смеяться как безумный как ему говорят, тот кто гонять любит и говорить о машинах и мотоциклах как о своём увлечении, Вадим что ценит как не странно компанию в которой можно пообщаться о чем то большем чем пацанские правила. — Можешь, — да может и правда им лучше знать друг друга не как Желтый и кудрявая а как Вадим и Малика, — Желтухин, — видит как брови в немом вопросе поднимаются, — фамилия моя, твою я то знаю. — А, — голову отворачивает медленно, начинает что то в сумочке искать, сделать это намного сложно дорога фонарями не богата хоть и едут они не сильно от центра ехать до района Айгуленого дома не далеко.Она его заранее просит не к общаге отвести а к корпусу многоэтажек.На вопрос зачем отвечает что живет в том дворе, дом все же знать не обязательно ему. — Ты…мотоциклы любишь? , — спрашивает как бы невзначай — Теперь моя очередь спрашивать что Наташа про меня рассказала, -ухмыляется но от процесса разглядывания вида из окна не отрывается, — да я никогда не каталось но я хотела бы, мне кажется это…как-то свободу что ли даёт, момента.Странно наверное слышать это от студента меда, — ухмыляется и смотрит на Вадима, тот видно тоже расслабился — Ну я видел как ваши курили так что, твои грешные желания ещё не так плохи, — ухмыляется смотрит на неё и ей кажется что глаза его из ледяных стали как Чёрное море, которое, что за ирония, она никогда не видела, но про рассказам Сони оно невероятно тёплое и темное. У неё самой смешок искрений вырывается — О как же нам быть перед богом медицины! , — слега наигранно отвечает, -грешники мы, курим пьём и мечтаем об опасном, — поднимет плечами, мол да это так и что. — Хочешь поехать покататься? , — спрашивает как будто невзначай а сам почему горло прочищает, — обещаю что безопасно. *** Нет она Вадиму сразу показалась слегка, шабутной, что ли, из-за кудрявых волос что в разные стороны раскидывались с каждым поворотов головы. Немного странная, сначала подругу перед скорлупой защищает, потом за кассетой идёт к нему на точку, Вадим тогда очень поразился ее желанию торговаться, потом оказывается что подруга Наташи. Та, о которой она рассказывала. На этом моменте для Вадима она уже не странная, она уже Малика Якубова — подруга Наташи которая знает что он группировщик и бандит. Это плохо, Вадим людям, кроме семьи и Цыгана не доверяет.Вадим знает что каждая клятва, доверие только до порога. Лучше с ней поговорить, объяснить что взболтнёт — будет ответ за слова. Но в моменте общения, в кафе, в машине, черт даже начиная на лестничной клетке внутри начинает скрестись лёгкий интерес, ползёт и слегка извивается. Вот только объяснит не может какой. Она явно не глупа, необычна в своих действиях, желании каждую ситуацию решить разговорами, а не криками и силой, наивно от части но это только от части. Вадим ее даже понимает. Ее любовь к честности его слегка притупляет, кому нахрен сдалась частность сейчас. Его это цепляет, ее манеры цепляют, ее желание даже через страх вопросы которые видно ее тоже скребут задавать-цепляет. Ее увлечение рисунками, и пение не волнуясь о мнении- цепляет. У Вадима серьезных отношений не было, так, когда ещё в ПТУ ходил встречался с какой-то однокурсницей, малолеткой, она на первом курсе он на втором ну потом пошёл пришиваться и так и разошлись. Начал все с новой страницы, в ДомБыте девчонки часто бывали тогда и сейчас, в основном подружки пацанов но это такие, с района. На дискотеках, с малолетками даже танцевал, это правда время ещё то было, когда сам скорлупой был. Сейчас же девушки несмотря на то что кому-то из них было 20, 23 как будто не сильно на долго заинтересовывали. Вадим в этом даже какую то выгоду видел, не было вопросов лишних, чисто ночь провели и разбежались или рядом просто сидели атмосферу радостную на собраниях авторов поддерживали. Один раз правда когда супером стал с девчонкой начал ходить. Как так, Супер да и без девчонки? Не очень презентабельно, а он им очень быстро надо сказать стал.Спортсмен, не глупый, такие в низах долго не сидят. Девчонке когда они решили расстаться повезло, Вадим лишних сплетен, слухов не любил. Если дело было его, значит оно было только его. По кругу ее не пустили, разошлись мирно, тихо. А так, с кем-то перепихнуться на ночь всегда можно было. Ну даже тут они все были разными, да и не часто это, но кое что общее за все время было: не высокие, круглолицые, весёлые, блондинки, брюнетки, ему было всё равно, с пухлыми губами- женственная одним словом. Эта Малика Якубова перед ним была совсем другая, высокая ещё и сапожки на каблучке носила, худая, глазами бегает по ее лицу, скулы, томные глаза под которыми можно заметить синяки которые она не сильно маскирует, а зелёные тени сегодня усиливали эффект, хмурые брови. Вадиму нравилось когда у девушек волосы можно назад откинуть, когда девчонки с распущенными ходили и они волнами висели. У Лики же волосы до плеч, кудрявые, что непослушно обрамляют овальное лицо. По этому назад часть завязала, если она их все завяжет Вадим думает, будет даже не понятно в приглушенном свете пацан она или девчонка. Нет она совершенно от всех кого он видел отличалась, женственности внешней в том понимании в котором он видел в ней не было, или он пока не замечал. Но в поведении она была явная, такая которую он у Наташи наблюдал и у девчонок с ПТУ некоторых. Одним словом девчонки с группировок так не двигались.Плавность в каждом движении, глазами за каждым следили в кафе как будто она милиционер, спину ровно держала. Какая-то она то ли эфемерная то ли мистическая как ощущение когда вечером снег первый выпал а ты из окна смотришь как фонарь заснеженную дорогу освещает и прям слышишь эту тишину приятную, такие заключения делает, сам поражается что умеет так описывать человека, может это просто ему первое детское воспоминание всплыло без причины? Закрывает глаза на секунду, вспоминает ее образ, смешно. Вот она недавно в подъезд зашла а ты так и не уехал. Вспоминает ее в кафе, образ чёткий складывается, точно, забыл. Эта лебединая шея, худая такая. Улыбается. Нет он правда идиот если не признаёт что она женственная, просто по-другому. Не как матрёшки. Она как из книжек маминой молодости. Заводит машину.

***

— Если безопасно…после праздников — Конечно после, -хмыкает, — я позвоню — Угу, я тебе дам номер нашей общаги — Мой на всякий случай запиши — Личный? , — ухмыляется во все зубы — Давай кафе и личный На прощание она все же в глаза ему посмотрела и впервые без какого либо страха.