Часть 11

Стоять в углу было обидно. Аська шмыгал носом, слыша диалог на повышенных тонах за спиной. Вернее, тон повышал Митяй. Таль же отвечал сухо, почти тихо. И от этого мурашки бежали по спине. — Ты издеваешься? И тут не заслужил?! Я полпроспекта оббегал! — Сам виноват. — Виноват?! Ах, я виноват, что вышел хлеба купить, чтобы твоего подкидыша не голым супом кормить? Потрясающе! — Мить, не строй из себя оскорбленную невинность. Смешно выглядит. — Посмейся, посмейся. В следующий раз в его пустую голову надует мысль сбежать в другой город. Сам ловить будешь. — Личный опыт? — Заткнись. Аська слушал перепалку, ковыряя обои. В углу стоять было стыдно. Но лучше здесь, чем посреди двух выясняющих отношения Талек. Сейчас идея гордо вернуться к себе домой выглядела смешно. Но тогда, преисполненный обидой и болью, глотая ком предательства в горле, Аська считал себя правым. Ведь выглядело все так, словно его из дома брата выжить решили. Разве нет? Ключи отобрали, дверь закрыта. Катись, подкидыш, на все четыре стороны. Ключ от родной квартиры Аська всегда с собой таскал. Дома было тихо. И очень чисто. Мама оставила запасной комплект ключей Талю, и квартира выглядела почти стерильно. Правда, холодильник был пустым, а животе посасывало, но зато нет противного Митяя. И Таля, который вдруг совершенно перестал защищать младшего брата. И Больцмана, теплого и пушистого. И любимого альбома с красным зябликом. Пустая квартира вместо ощущения уюта лишь сильнее нагнала на Аську злую тоску. Даже слезы выступили — вот такой он, никому не нужный. Все бросили, сиди теперь голодный и телевизор смотри. А через пару часов беглец был обнаружен. Стоит ли говорить, что за это время успел пережить Виталий Алексеевич, и сколько страху испытать? Аська понял, что искали его долго, когда брат прямо в пальто ввалился в квартиру, не снимая обуви, и к себе прижал беглеца. А еще от него валерьянкой несло. «Во дела!» Митяй был взбешен так, словно в него демон вселился. Если бы не Таль, точно разорвал бы Аську на тысячу кусочков. — Бестолочь! Виталька, хоть что говори, а жопу я ему надеру. — Мить… — Чтобы такая сопля о нас ноги вытирала?! — Митя… — Да блять, Виталь, ты реально не видишь? — Дима. Вот тут у Митяя словно переключатель повернули. Глаза сразу из живых и злых тусклым стали. Гость слегка сгорбился, словно мокрая ворона, скривил губы. И ушел на кухню. Словно имя это что-то напомнило, вернуло Митяя к другой жизни, к другим людям. Аська кусал губу. Выдерут или нет? На его кудряшки легла рука, взъерошила несмело. — Я второй комплект ключей сделал. Свои забери с тумбочки.