Часть 1 Одну тысячу раз прочти наизусть "Дао дэ цзин", вот и всё

Се Лянь активно размышлял. Он уже сообразил, что, скорее всего, имеет дело с духом нерождённого, и теперь прикидывал, что проще: позволить призраку вселиться в себя, а потом проглотить меч, или пойти по менее кровожадному пути, и попробовать поймать его, переодевшись беременной. А потом почувствовал, что его осторожно тянут за рукав. Склонив голову, он увидел, что рядом стоит Гуцзы- сын человека, в которого вселился его бедовый младший двоюродный братец. Опасаясь за безопасность ребёнка, он взял его с собой, оставив Ци Жуна в монастыре, в компании Жое, но быстро пожалел о своём решении. Если Лан Ин вёл себя спокойно, как и подобает (восьмиста)пятнадцатилетнему юноше, то малыш нервничал, и время от времени начинал проситься к отцу. То, что наследный принц уже раз двести говорил ему о том, что рядом с ним сейчас... кхем... не совсем его отец, было сравнимо с игрой на цине перед коровой: большеглазый малютка, казалось, совершенно не понимал, что мусорный гэгэ имеет в виду, и практически всё время проводил в обществе лазурного демона. -Гэгэ, я хочу обратно, пожалуйста, отведи меня к отцу, мне здесь страшно!- голосок мальчика дрожал, а большие карие глазки были полны слёз. -Гуцзы, хороший мой, я ведь уже объяснил тебе причину... Гуцзы всхлипнул, прижав к груди сжатые в кулачки ручки, и зажмурился, отчего слёзы брызнули в разные стороны. Се Лянь обречённо вздохнул, и малодушно подумал, что стоило, наверное, оставить его с Ци Жуном. В конце концов, до встречи в усыпальнице его родителей, эти двое как-то справлялись без его вмешательства. Он, вроде бы, и знал, как надо успокаивать детей, но все дети, с которыми ему приходилось возиться, были взрослыми, и до них можно было что-то донести, хотя бы, с третьего раза. Но как взаимодействовать с такими малышами, как Гуцзы, он понятия не имел. Вот Ци Жун, хоть и орал большую часть времени, как подыхающая чайка, понося своего царственного брата и его убогое жилище последними словами, легко нашёл общий язык со своим подобранным ребёнком, и иногда Се Лянь ему даже немного завидовал. Он уже протянул руку, чтобы погладить Гуцзы по голове, но тут в его мозгу прозвучал крайне недовольный знакомый голос: "Ты где?!" Его Высочество поперхнулся слюной, и принялся спешно вспоминать, ГДЕ его бестолковый братец мог услышать пароль от его сети духовного общения. "Зараза. Се Лянь, отвечай! Без шуток! Это срочно! У нас ЧП!" На этом месте, Се Лянь выпал из прострации, попытался сосредоточиться на сказанном. "В смысле- ЧП? У кого "у нас"? Дома что-то случилось?" "Случилось! Быстро руки в ноги, и пиздуй сюда!" "Да что такое-то? Злишься, что я увёл с собой Гуцзы?" "За моего паршивца я с тобой отдельно поговорю. ЖИВО ДОМОЙ!!!" " До утра можно потерпеть?" "Не можно. Чё там у тебя?" "Слушай, я правда не могу сейчас никуда уйти, мне духа нерождённого поймать надо." "Так, падажди..." Се Лянь, который так и застыл с протянутой рукой, снова посмотрел на Гуцзы. Малыш беззвучно плакал, размазывая слёзы по щёчкам, и выглядел очень несчастным. С одной стороны, Ци Жун явно не притворяется, и в монастыре действительно что-то стряслось, но с другой, он уже пообещал, что поможет купцу. Может, лучше Сань Лана попросить? В его голове снова зазвучал голос кузена, но уже без той раздражающей безюминки, которая присутствовала в нём до этого. Казалось, Ци Жун что-то напряжённо обдумывал. "Так. Если это тот, о ком я думаю, он уже понял, что его сейчас прижучат, и уже бежит обратно к мамке в Призрачный город. Всё, дай этой бабе какой-нибудь талисман, и скажи, что работа выполнена." "Подожди, я не могу так просто... Ци Жун, меня ж за идиота примут!" "МОЖЕШЬ!!! Я С МЁРТВЫМИ ПОБОЛЬШЕ ТВОЕГО ВОЖУСЬ! СЛУШАЙ ПРОФЕССИОНАЛА! ПИЗДУЙТЕ ДОМОЙ! Всё, отбой!" Вздохнув, Его Высочество покопался в рукаве, и, достав один из недоделанных талисманов, сказал Гуцзы, чтобы он прекращал плакать, потому что они собираются домой, и поплёлся объяснять купцу и его жёнам, что работа уже сделана, и иных манипуляций уже не понадобится. Пока они поднимались на гору, воображение принца рисовало ему самые разнообразные картины того, что могло произойти в его отсутствие, начиная от какого-нибудь незадачливого воришки, которому не повезло наткнуться на очень голодного и злого демона, до прибытия в монастырь Водных каштанов Хуа Чэна. Хотя, в последнем случае, Ци Жун бы так не орал. Точнее, орал бы, но немного не то. К его огромному облегчению, дом был на месте, и дворик тоже, даже клёны были в целости и сохранности. А потом дверь монастыря распахнулась, и к нему вышел его непутёвый братец. Се Лянь, в очередной раз, моргнул, привычно сопоставляя знакомую мимику Ци Жуна с физиономией молодого мужчины, тело которого тому пришло в голову занять, когда его прежнее утопили в котле в его логове у горы Юйцзюнь. На вытянутой руке он за шиворот нёс сероглазую девчушку с длинными светлыми волосами, одетую в шёлковое белое ханьфу. Пока Се Лянь гадал, почему демон вот так спокойно вышел к ним навстречу (хотя, должен был сидеть связанным, под охраной Жое) и куда, собственно, подевалась сама лента-оборотень, девчушка подняла голову, и пронзительно завопила, вытянув в сторону наследного принца все руки и ноги: -ДЯНЬСЯЯЯЯЯЯААААА!!! Лазурный демон недовольно фыркнул, не обращая внимания на дрыгающегося в его руке ребёнка, подошёл к Се Ляню, и, впихнув ему в руки голосящую девочку, бесцеремонно вырвал из его ладони ладошку Гуцзы, который мигом прилип к ноге родителя, с таким видом, будто не собирался отпускать её вообще больше никогда. -Обмен. И чтоб больше даже не дышал на МОЮ мелочь, понял?