Часть 14. Удар

— Возможно, с кем-то вроде тебя. Аня вынырнула из чужих мыслей и глубоко выдохнула. Пульс все еще стучал в висках. — Что ты сказала? Заснеженный двор академии в оконном отражении расплылся, уступив место стенам коридора и Дэмиану. Лицо его было спокойным, даже рассеянным. Смысл сказанных слов не сразу дошел до сознания Ани. А когда дошел, в голове щелкнуло, как если бы из гранаты выдернули чеку. Этот звук был знаком ей со времен обучения в WISE. Пальцы рефлекторно дернулись, вспомнив холодный металл предохранительного кольца. Как и все шпионы, Аня знала: после этого звука есть пять секунд, чтобы избавиться от гранаты и укрыться от взрыва. Руки сжались в кулаки. — Ничего, — громко сказала она, обернувшись, и задержала взгляд на наручных часах Дэмиана — Пошли обратно, открытие вот-вот начнется. Аня шагнула в сторону, но его пальцы вдруг сомкнулись вокруг её запястья. — Мне ведь это не послышалось. Кожа на месте, где его пальцы держали ее запястье горела. Казалось, еще чуть-чуть, и появится ожог. Аня стиснула зубы. — Что значит «с кем-то вроде тебя»? Она слышала его дыхание, так близко они стояли друг к другу. В ушах нарастал звон. В голове стучала мысль: «Надо ответить. Не стой столбом, Аня, не молчи, ответь ему!». — Тебе это послышалось. — Нет, — твердо возразил Дэмиан. —Я знаю, что слышал, и не буду притворяться, что этого не было. Аня резко обернулась к нему и подняла голову. Их взгляды столкнулись в немой схватке. И все-таки как они были похожи. Не всегда, но в такие моменты, как этот. Аня думала об этом, глядя на себя в отражении зрачков Дэмиана. Такой же упрямый. Такой же безрассудный. Словно в ответ на ее мысль, тот приблизился вплотную, ослабил хватку на ее запястье, проехал пальцами по коже вниз до кисти, провел большим пальцем по внутренней части ладони. Аня вздрогнула всем телом. Ее будто прошил ток. Что он делает? Что он собирается сделать? Аня силилась найти ответы на эти вопросы. Телепатия включилась незаметно, помимо ее воли, и последствия оказались еще хуже, чем в прошлый раз. Учащенное сердцебиение, озноб, головокружение — все напало на Аню вместе и сразу. Она отскочила от Дэмиана, ударилась спиной о подоконник и с глухим стоном схватилась за голову, пытаясь вытряхнуть себя из его сознания. Словно издалека, до нее доносился голос Дэмиана. Он волновался за нее, и это делало все еще хуже. Буря эмоций, которую он испытывал, явных и неявных мыслей, обрушилась на нее, придавила к полу. Аня прислонилась к стене. — Не подходи… Она едва соображала, но твердо знала — если Дэмиан коснется ее, она этого не выдержит. Но тот, не разобрав ее бормотания, схватил ее за предплечье. А потом был «взрыв». Все произошло быстро. Аня даже сама сначала не поняла, что случилось. Дэмиан неподвижно лежал на полу на спине. Его глаза были закрыты. Пушистые ресницы неподвижны. На левой щеке красовалась алая ссадина. Аня посмотрела на свой правый, все еще сжатый кулак, побледнела и медленно опустилась на корточки. Полы дорогого платья легли на пол. Потрясла его за плечо один раз, второй раз. Дэмиан никак не реагировал. В голове стоял крик. Ей казалось, крик настолько громкий, что его слышит весь Эдем. Мраморный пол, алые шторы, портреты основателей академии — все вдруг оказались свидетелями ее преступления. В голове пульсировала безумная мысль. Он… умер? Она припала к его груди и почувствовала стук сердца. Выдохнула. Всего лишь потерял сознание. Внутренний голос тут же заорал. Всего лишь?! Она вырубила Дэмиана Десмонда посреди коридора перед самым открытием бала, на котором они обязаны появиться с другими стипендиатами! В любой момент его может кто-то увидеть с фингалом на глазу и поднять шум. Аня еще раз потрясла Дэмиана за плечи. — Ну же, очнись. Тот не пошевелился. Аня чуть не взвыла. Почему? Почему все вышло именно так? Почему чем больше она старается себя контролировать, тем хуже получается это делать? Если бы отец увидел ее сейчас, задыхающуюся, рядом с неподвижным телом Десмонда, отправленного в нокаут ее кулаком, она бы провалилась на месте от чувства вины и стыда. Прямиком в детдом, откуда он ее когда-то забрал. Послышались гулкие шаги. Аня вскочила и заметалась по коридору, дергая все ручки подряд. За третьей дверью, на ее удачу, оказалась подсобка. Она метнулась к Дэмиану, подхватила его за подмышки, затащила внутрь и заперлась. Щель под дверью пропускала немного света. Благо, в Эдеме даже подсобки были чистыми и просторными. В помещение уместилось бы еще три таких Дэмиана и полторы Ани. Шаги послышались совсем близко. Аня затаила дыхание. В этот злополучный момент голова на ее коленях дернулась. От неожиданности она чуть не вскрикнула. Дэмиан тихо застонал, попытался встать, но в итоге завалился на бок и снова оказался в лежачем положении. Человек в коридоре остановился. Аня правой рукой закрыла Дэмиану рот и прижала указательный палец к своим губам, надеясь, что тот поймет ее жест. Шаги возобновились и вскоре затихли окончательно. Аня шумно выдохнула. Телепатией она проверила, что поблизости нет людей и убрала руку со рта Дэмиана. — Второй сын, ты как? Дэмиан! Дэмиан спал, уютно устроившись у ее ног и сжав в руке край ее платья. Ане стало стыдно. Дэмиану стоило взять на бал любую другую девушку. Потому что любая другая бы не ударила его до потери сознания и не прятала бы в подсобке, как какая-то маньячка. Мучаясь чувством вины, она растолкала и разбудила Десмонда. Очнувшись, тот сел и, скользнув по ней мутным взглядом, с серьезным лицом промолвил: — Я в раю? Аня рывком поставила его на ноги. — Почти. Ты в Эдеме. — Вот как, — озадаченно ответил он и качнулся. Дэмиан глядел вокруг рассеянно, стоял нетвердо и все норовил прислониться к двери. Он снова посмотрел на нее, но теперь с большим интересом. — Я тебя знаю? Аня мысленно выругалась. Не хватало еще, чтобы сыну Десмондов отшибло память. — Погоди, не подсказывай, кажется, я начинаю вспоминать, — медленно взмахнул рукой он. — Ты… Аня Форджер. Аня облегченно кивнула. — Дочь психиатра… Это ведь ты мне призналась в любви на днях? В корпусе общежития. Только сейчас ты как будто пониже, и волосы посветлее… Покрасилась? Дэмиан задумчиво потрогал розовый локон. Аня натужно улыбнулась, выпихнула его в коридор и, схватив за предплечье, повела в сторону медпункта. Сама виновата… Сама виновата, повторяла себе Аня. Это из-за ее удара в его голове происходило не пойми что. — Кстати, а что мы делали в подсобке? *** С момента основания Эдема между его учениками и медработниками шла холодная война. Почувствовав недомогание, ученики всеми силами скрывали симптомы своих болезней, чтобы не пропускать учебу и не наверстывать позже пропущенные уроки и проверочные работы. В свою очередь, медики пытались вычислить, кто заболел, чтобы предотвратить массовые эпидемии и, собственно, лечить детей и не давать им умереть раньше времени. Стоило отдать последним должное — работу они выполняли на совесть. Все, что могло угрожать здоровью эдемовцев, попадало под строгий контроль. В том числе и сами эдемовцы. Каждый чих и каждая ссадина тщательно документировались в медкнижках учеников. Один подозрительный синяк мог спровоцировать облаву на целую группу или пансион. Травля и любое насилие в Эдеме пресекались жестко. Аня знала: если в медпункте поймут, что это она ударила Дэмиана, то об этом с большой, очень большой вероятностью сообщат руководителю ее пансиона, Хендерсону. И тогда ей светит восьмой тонит и немедленное отчисление. Поэтому она не удивилась, когда, доктор, лысый мужчина в белом халате, обработав Десмонду рану и уложив его в палатной секции, пригласил ее к себе в кабинет на разговор. — Он упал, — заявила Аня, глядя доктору в глаза. — Кхм-кхм, на чей же кулак он упал, мисс Форджер? — Ничей, — мрачно ответила она. Доктор нахмурился. — Пожалуйста, мисс, кхм-кхм, — он покашливал, хотя выглядел совершенно здоровым, — будьте со мной честны. Я всего лишь хочу разобраться, что здесь произошло. Если вы продолжите утаивать правду, я буду вынужден уведомить об этом инциденте руководителя вашего пансионата и настоять на проведении расследования. Аня прикусила губу. Придется выкручиваться. — На его щеке был комар, — буркнула она. — И? — И я очень их боюсь, — мужчина выжидательно смотрел на нее. — Так сильно, что… ударила его по лицу. Мужчина нервно стучал кончиком ручки по столу. — Кхм-кхм! Мисс, вы всерьез полагаете, что я поверю в эту небылицу? Ударить человека из-за насекомого! К тому же, сейчас конец декабря. Откуда взяться комарам? — Я видела его своими глазами. — Кхм… Все понятно, — доктор опустил взгляд и начал перебирать какие-то бумажки. — Я направлю доклад мистеру Хендерсону сегодня же. — Не надо. Аня обернулась и увидела Дэмиана. Тот стоял в дверях между приемной и палатой, держась одной рукой за косяк. Припухлость на его щеке посинела. Аня, увидев это, невольно поморщилась. Здорово же она его приложила. — Я сам ее попросил. Мужчина перевел взгляд на Аню. Та неловко кашлянула в кулак. — Сами попросили ударить себя? — Убить комара, — медленно, словно нехотя, сказал Дэмиан. — Но, кхм-кхм, позвольте… Конец декабря! — Комары могут прятаться в теплых и влажных местах вроде щелей между стен или дупел деревьев и пробуждаться от спячки раньше весны. Вы должны это знать, если учили биологию так же добросовестно, как я. Мужчина растерянно посмотрел на Дэмиана, на Аню и снова на Дэмиана. — Но… — Со мной все в порядке. Это всего лишь несчастный случай. Мужчина вздохнул. — Кхм… Если вы так настаиваете… *** По итогам повторного осмотра, во время которого Аню выгнали в коридор, доктор заключил, что Дэмиан пережил легкое сотрясение мозга. Недостаточно опасное, чтобы о чем-либо волноваться, но достаточно серьезное, чтобы не отпускать его из медпункта сразу. Ссадину на щеке доктор обработал и залепил пластырем. — Возьмите из морозилки пакет со льдом, приложите к ране и лежите спокойно. Вам нужен покой, как минимум, на час. — Но нам нужно на бал, — возразил Дэмиан. — Туда, где танцуют и пьют алкоголь? Нет, нет и еще раз нет. Это последнее место к посещению для человека с сотрясением мозга. Кхм-кхм, к тому же, куда вы с таким фингалом пойдете. Поддавшись на уговоры Ани, доктор разрешил ей остаться с Дэмианом, но с одним условием. — У вас пятнадцать минут. Не больше. Больным положен покой. Палатная секция медпункта оказалась просторным помещением с восемью койками. Четыре по одну сторону от окон, четыре — по другую. Каждую огораживала пластиковая перегородка, замыкаемая голубой шторкой. Занята была только одна, у самой двери. Парень в рубашке со светлыми, почти белыми волосами, спал в обнимку с подушкой. Дэмиан молча с закрытыми глазами лежал у окна, прижимая пакет со льдом к щеке. Аня сидела рядом, опустив голову на кулаки. В голове крутился один и тот же вопрос. Что с ней произошло? Почему, когда она пыталась прочесть его мысли последние два раза, всё шло наперекосяк? Сначала ляпнула ерунду, а потом вообще вырубила его. Она без проблем читала мысли других — доктора, спящего пациента, даже случайного учителя, прошедшего мимо коридора. Но стоило попытаться заглянуть в голову Дэмиана, как её накрывало волной странных, почти болезненных чувств. Мозг перебирал все возможные варианты в попытке найти логичное объяснение происходящему. Перегрузка способностей? Когда телепатия использовалась слишком часто, ей становилось плохо — кружилась голова, повышалось давление. Но сейчас она чувствовала себя прекрасно. Может, его разум как-то блокировал её? Нет, невозможно. Дэмиан обычный человек, никакой защиты от ее способностей у него нет и никогда не было. Или она просто заболела? Во время болезней, в частности, простуды, ее способности всегда начинали сбоить. Соплей и кашля у Ани не было, только температура малость повысилась, но мало ли какая может быть болезнь? Может, та же самая простуда, только в ранней стадии. Ни один из вариантов не объяснял главного. Почему именно Дэмиан? Попытка проникнуть в его мысли в первый раз закончилась тем, что она проговорилась — «возможно, с кем-то вроде тебя». А во второй раз… её буквально выбросило из его сознания, как будто она сунула руку в кипяток. Это была катастрофа. Вся её миссия строилась на том, чтобы сблизиться с Дэмианом, выведать секреты его семьи. А как ее выполнить, если она больше не может читать его мысли? Она привыкла знать наперёд, что он скажет, как отреагирует. Теперь же он был для неё черным ящиком, и это пугало. «Что, если он уже что-то заподозрил? Что, если он сейчас думает, что со мной что-то не так?» Она украдкой взглянула на него. Дэмиан лежал, закинув одну руку за голову. Он успел сменить руку, держащую пакет со льдом. Его лицо было спокойным, но она больше не могла быть уверена, что он действительно спокоен. «Как бы поступил отец?» — отчаянно подумала Аня. Лойд Форджер никогда не полагался на удачу. Он анализировал, планировал, действовал наверняка. Аня медленно вздохнула, пытаясь сосредоточиться. У неё было пятнадцать минут, чтобы решить, что делать дальше. Оставить Дэмиана в медпункт, как велел врач? Но тогда они пропустят бал, а её миссия окажется под угрозой. Вытащить его? Но разве она имеет право рисковать его здоровьем ещё больше после того, что натворила? Аня стиснула зубы. «Я уже причинила ему вред. Если с ним что-то случится из-за меня…» — Комар… Глупость какая, — раздался голос Дэмиана. Аня от неожиданности вздрогнула. — Первое, что в голову пришло. — пробормотала она, вспоминая как отец разбил стол напополам на собеседовании в Эдем. — Как ты себя чувствуешь? — Голова побаливает. — Дэмиан коснулся затылка. — Что у тебя там? Шишка? — Не знаю. — Дай посмотрю. Аня осторожно отвела волосы на затылке и увидела покрасневшую выпуклость размер с монету. Корни волос рядом блестели. Похоже доктор нанес какую-то мазь. — Ау! — Прости. Задела случайно. Дэмиан агрессивно пригладил волосы, отведя взгляд в сторону. Щеки его заалели. — Черт, что вообще со мной произошло? Очнулся в медпункте, рядом никого. Хорошо, что твой голос услышал. — Ты что, ничего не помнишь? — с надеждой спросила Аня. — Не знаю. Помню, мы говорили о Юэне, его невесте, а потом… Все как-то смутно. Это правда ты меня ударила? — Тише ты. Да, я. — За что? — вскинул бровь Дэмиан. — Э-э, ты обозвал меня коротышкой. — Что?! — подскочил Дэмиан. — Врешь. — А вот и не вру. — Врешь! Такое я бы точно запомнил! — Но ведь не запомнил же. Дэмиан открыл рот, но тут же закрыл. Он как-то странно посмотрел на Аню, словно что-то отыскивая в ее выражении лица, потом нахмурился и откинулся на подушку с закрытыми глазами. — Не запомнил. — Это хорошо, — выдохнула она. — То есть очень плохо. Похоже, тебе напрочь отбило память. Аня покачала головой, а в душе не могла поверить своему счастью. Дэмиан забыл их разговор! Сама судьба давала ей шанс все исправить. — С тобой опасно дружить, Форджер. — Да, — неожиданно согласилась она. — Возможно, тебе стоит держаться от меня подальше. — И как это понимать? Аня выдохнула и отвернулась. Если бы она не была телепатом, они бы никогда не встретились. Дэмиан жил бы свою лучшую жизнь и не ловил бы своим смазливым личиком ее кулак. Если бы Аня не стала шпионом, не согласилась на участие в миссии «Неясыть», его бы не ждало самое ужасное предательство в его жизни. Ее предательство. Аня предавала его прямо сейчас, сидя на краю койки, и не собиралась отступать. — Я так понимаю, извинений от тебя ждать бессмысленно. — Дэмиан сел, скрипнув кроватью, отложил пакет со льдом и вытер мокрую руку о простыню. — Говори тогда, что нам теперь делать. — Как что? Врач сказал тебе лежать и отдыхать. — Я не собираюсь торчать здесь целый час. Придумай, как нам отсюда выбраться. — Что? Почему сразу я? — Даже не знаю, — закатил глаза Дэмиан. — Может, поэтому? Он показал пальцем на свою распухшую щеку. Аня не нашлась, чем возразить.