Я буду

Мы обнимаем друг друга еще какое-то время, наше дыхание выравнивается и словно становится одним на двоих. - Примем душ? – он тихо предлагает мне, продолжая поглаживать по спине. - Да, давай, - я сразу же соглашаюсь. Я скорее чувствую и слышу, чем вижу, как Чонгук застегивает пуговицу своих брюк перед этим сняв презерватив, снимает с меня туфли, разувается сам, а после легко подхватывает меня под бедра и несет в сторону гостевой ванны, которая расположена рядом с коридором. Когда он переступает порог комнаты, свет загорается автоматически. Он аккуратно опускает меня, и я чувствую, как мои ступни касаются теплой плитки на полу. Он тянется в сторону, чтобы включить воду в душе, а затем снова возвращается ко мне. Мы смотрим друг на друга. Я, кажется, все еще отхожу от всего произошедшего. Я слегка вздрагиваю, словно выходя из оцепенения, когда чувствую, как он мягко проводит пальцами по моим рукам, от запястий к плечам, подхватывает лямки платья и спускает их, от чего оно скользит на пол. А затем также невесомо, касаясь меня только кончиками пальцев, скользит руками по талии и снимает с меня белье. Я стою перед ним совершенно без защиты. Такая, какая есть. Я не чувствую неловкости или стыда. Я полностью открыта для него. Полностью доверяю ему. Доверяю ему себя. Я наблюдаю за тем, как он сбрасывает со своих плеч рубашку, а затем снимает брюки сразу с бельем. И пока я скольжу взглядом по его телу, он берет меня за руку и увлекает за собой под струи душа. - Аккуратно, тут скользко, - он проходит чуть вглубь душевой кабины, попадая под струи воды, что словно дождь падают на него сверху. Я также делаю шаг вперед под поток воды и останавливаюсь напротив него. Поднимаю голову наверх позволяя лицу и волосам полностью намокнуть. А когда перевожу взгляд на Чонгука, то сталкиваюсь с его глазами, смотрящими на меня. Сейчас я чувствую себя более голой и уязвимой, чем когда он раздел меня полностью. А он, будто замечая это, тянется ко мне, обнимает и прижимает к своему телу. Я очень крепко обхватываю его в ответ, словно я тону, а он – мое единственное спасение. Мне хочется прорасти своим телом в его. Стать одним целым. Я цепляюсь мокрыми пальцами за его плечи. То, как мы стоим вот так прижавшись друг другу под потоками воды, что каплями стекает по нашим обнаженным телам, ощущается даже более интимно, чем секс, что был ранее. Это единение. Единение душ. Душ в душе. Этот каламбур, возникший в моей голове, заставляет меня тихо засмеяться куда-то ему в плечо, нарушив для меня самой всю сакральность этого момента. В этом вся я. Не могу иногда сдержать поток безумных мыслей. - Что такое? – он чуть отстраняется, глядя на меня. - Не уверена, что смогу объяснить, - я все еще продолжаю улыбаться. А когда вижу его вопросительный просящий пояснений взгляд, то пересказываю всю цепочку своих мыслей, приведших к выводу про души в душе, мы уже вместе смеемся над комичностью этой фразы. - Ты невероятная девушка, - он говорит это сквозь улыбку, касаясь ладонью моего лица. - Потому что несу такую чушь? - Потому что ты это ты. Ты такая одна. Я словно знаю тебя всю свою жизнь. Я словно нашел, то, что потерял когда-то давно, - он смотрит на меня не отрываясь, когда говорит это, проводит пальцами по моим волосам, заправляя мокрые пряди за уши. - Я чувствую все также, как и ты. Я и подумать не могла, что такое вообще можно чувствовать к кому-то, - отвечаю ему я. Чонгук обнимает меня нежно, скользя руками по спине. Я все еще ощущаю все вокруг будто в тумане. Мы тянемся друг к другу, чтоб быть ближе. Чтобы выводить узоры по телам пальцами, губами. Понимаем друг друга без слов. Дарим всю нежность и ласку, что сдерживали так долго. - Наверно не так ты представляла наш первый раз, - я понимаю, что он все еще переживает о том, как именно все произошло. - Думаешь я представляла все в кровати при свечах и с музыкой? - Ну… это звучит очень романтично. - Возможно... но нет. Все случилось так, как и должно было. И для меня все было идеально. - Просто сдерживаться уже было невозможно, - говорит он мне, чуть отстраняясь, чтобы поймать мой взгляд, а в его глазах загорается огонь. Я понимаю, что он вспоминает все то, что было ранее. – Да и сейчас тоже не очень просто, - он немного смущенно смеется, опуская взгляд ниже по моему обнаженному телу и закусывает нижнюю губу, играя с колечками пирсинга. - И мне, - признаюсь я ему. Передо мной самый красивый мужчина на свете, стоит обнаженный, под струями воды, говорит о том, что я для него особенная и смотрит горящими глазами. Я не понимаю, как все еще держу себя в руках. Он считывает мои эмоции за секунду, запускает руку в мои волосы, притягивая к себе и целует мокро, сразу проходясь языком по моему. Внизу живота сразу же затягивается тугой узел, давит, сердцебиение учащается, становится жарко и не хватает воздуха. Я хватаюсь за его плечи, отвечаю на поцелуй, чуть отстраняюсь, меняю наклон головы и целую опять. Еще и еще. Его руки блуждают по всему моему телу. Я чувствую, что его член затвердел и упирается мне в низ живота. - Чонгук, - зову его я прямо в поцелуй. - Ммм, - он все еще не отрывается от моих губ. - Мы так не помоемся, - мне не хочется этого говорить, но приходится. - Да, точно, - он тяжело дышит, отрываясь от меня. – Извини, не могу себя контролировать, - он улыбается и тянется к баночкам с шампунем и гелем, что стоят на полке за его спиной. Я понимаю, что он делает это чтобы немного отвлечься. Мы моем друг друга, скользя ладонями по коже и растирая гель для душа по телам друг друга. Чонгук моет мои волосы, нежно касаясь их, как самого дорого, что есть у него сейчас. Когда мы заканчиваем, он заворачивает меня в белоснежный халат и несет из ванны в сторону своей спальни с фразой «Больше никаких диванов», а я смеюсь крепче обхватывая его шею. Мы засыпаем в объятиях друг друга, лежа в его большой кровати на белом постельном белье. У нас остались еще два дня. Два. Дня. И как же этого мало. *** Я просыпаюсь от привычного звука своего будильника, что лежит на тумбочке. 7 утра. Когда с трудом получается разомкнуть глаза и отключить его, понимаю, что я в кровати Чонгука. Он во сне только крепче обхватывает меня рукой вокруг талии и притягивает еще ближе к себе, и я понимаю, что будильник его не разбудил. За окном появляются первые лучи восходящего солнца. Я лежу еще какое-то время вот так на спине, глядя в потолок, прокручивая в голове весь вчерашний вечер. Мы уснули вместе после душа, полностью обнаженные, сплетаясь руками и ногами под теплым одеялом. Думаю о том, что у нас есть всего два дня, которые мы можем провести вместе. Уверена, что у Чонгука есть много дел, которые необходимо решить за это время. Но также понимаю, что не хочу тратить время на работу в эти дни. Нам нужны все возможные часы, которые мы можем украсть у времени. Я аккуратно выпутываюсь из его объятий, стараясь не шуметь. Встаю с кровати, беру с собой телефон, замечаю его белую футболку, что висит на спинке стула и не раздумывая накидываю ее на себя. Она большая и свободная и я утопаю в ней. Я прохожу в гостиную. Раннее утро всегда ощущается как-то по-особенному. А сегодня тем более. Моя жизнь словно не моя. Все так резко изменилось за последние дни. Я наливаю себе стакан холодной воды и сажусь на барный стул. Достаю свой телефон и пишу сообщение начальнику о том, что мне нужны два дня отгула – на сегодня и на завтра. Я, кажется, впервые не беспокоюсь о работе. Все, что происходит за пределами данной квартиры сейчас для меня так незначительно. А я хочу сконцентрироваться только на том, что есть здесь и сейчас. Я уже и не рассчитываю на то, что могу поверить во все происходящее, но хочу хотя бы попытаться быть в этих моментах максимально. Пока они мне доступны. Пока я могу. Через время приходит ответ от начальника, что я могу взять два дня отгула. Я облегченно выдыхаю, допиваю стакан воды и возвращаюсь в спальню. Чонгук спит на боку, положив руку под голову. Он выглядит таким красивым и умиротворенным на этих белых простынях. Я на миг зависаю вот так стоя у кровати и рассматривая его стараясь запечатлеть в своей памяти этот момент. Я забираюсь к нему под одеяло, и он немного ворочается во сне. Я ложусь на бок, лицом к нему и не могу отвести от него глаз. Протягиваю руку, слегка касаясь кончиками пальцев его лица. Не могу отказать себе в этом. Он так притягивает меня. Всем. Веду линию от виска к подбородку. Какой же он красивый. Чонгук немного морщиться во сне, а затем открывает сонные глаза. Сразу же встречается со мной взглядом, а я отдергиваю руку. Чувствую себя пойманной. - Извини, я разбудила тебя, - я немного смущенно улыбаюсь, но продолжаю скользить взглядом по его лицу с мягкой улыбкой. - Доброе утро, - он перехватывает мою руку, возвращая ее к своей щеке и улыбается. Он целует мою раскрытую ладонь и притягивает меня ближе к себе, заключая в объятия. - Давно проснулась? – спрашивает он меня. Его голос тихий и хриплый после сна. - Минут 30 назад, - отвечаю я ему также обнимая в ответ. – Я взяла отгулы на работе на сегодня и завтра, - рассказываю я. - О, правда? – он почти полностью распахивает до этого сонные глаза, когда спрашивает это. - Да. Хочу больше времени провести вместе, - тихо говорю ему я. - Я очень рад этому, - он обнимает меня крепче. – Жаль я не могу сделать также, - его голос звучит тихо и грустно, когда он говорит это. - Мне нужно к 12:00 съездить в офис компании. Сегодня запланирован эфир с Намджуном, Тэхеном и Чимином перед нашим уходом. - Давай тогда поспим еще немного, у нас есть время, - предлагаю я, так как вижу какой он все еще сонный. Я представляю, что следующие полтора года ему нужно будет просыпать очень рано каждый день и мне хочется дать ему возможность отдохнуть и встать позже, пока есть такая возможность. - Давай, - Чонгук говорит сонным голосом, все еще не открывая глаз и только сильнее прижимая меня к себе. Мне очень тепло в его руках, я обнимаю его в ответ, слегка поглаживая по спине. Наблюдаю за тем, как он опять проваливается в сон. Мне кажется, что я не буду спать, а буду вот так смотреть на него, потому что не могу насмотреться. Но вскоре я тоже засыпаю. *** Когда звонит второй будильник, я резко открываю глаза, вырывая себя из сна. Понимаю, что будильник звонит на телефоне Чонгука, когда вижу, как он на ощупь находит его на своей прикроватной тумбочке и отключает. А потом не открывая глаз опять поворочается в мою сторону обнимая меня одной рукой. Я продолжаю наблюдать за ним. И кажется это еще одна вещь в копилку того, что мне в нем нравится. То, какой он сонный по утрам и как ему тяжело иногда просыпаться в этот мир. Я чувствую, как его рука, что обхватывает меня, немного скользит по моей спине, как будто проверяя, что сейчас он трогает, а потом вижу, как его глаза распахиваются. Он словно не сразу понял, где сейчас находится и что спит не один, потому что я вижу промелькнувшее удивление в его глазах, а потом нежную улыбку на его лице. – Ты тут, - говорит он, глядя на меня, когда наконец понимает, что мы спали сегодня вместе. - Хочу всегда просыпаться вот так, - его голос тихий и хриплый после сна. Он притягивает меня ближе, проводит рукой по спине и зарывается пальцами в мои волосы где-то на затылке, приятно массируя кожу головы. - Еще раз доброе утро, - я говорю куда-то в его шею, крепко и нежно обнимая его в ответ. - Самое доброе, - мне кажется я слышу, как он делает глубокий вдох, шумно втягивая воздух. Мы лежим так какое-то время, наслаждаясь этим моментом, пока не раздается звук еще одного будильника. Чонгук тяжело вздыхает и опять тянется к телефону, чтобы отключить его. - Тебе уже нужно вставать? – спрашиваю его я. - Да, надо ехать на встречу. Но давай полежим так еще немного, - его взгляд уже не такой сонный и он смотрит на меня, слегка прикрытыми глазами. Я вижу, как он опять хочет закинуть свою правую руку на меня, по перехватываю ее в воздухе, переплетая наши пальцы и кладя наши руки поверх белого одеяла. Я делаю это намеренно для того, чтобы еще раз убедиться в том, что то, что он показал мне вчера правда. На белом фоне постели его рука с рисунками татуировок выглядит так контрастно. Я провожу пальцами по коже его предплечья, очерчивая витиеватые узоры. - Все еще не могу поверить, что ты сделал это, - говорю я, касаясь чернильного рисунка сердца в цепях. Краем глаза замечаю, как он не отводит от меня взгляда пока я смотрю на его руку. - Я так рад, что мне удалось тебя впечатлить, - я перевожу взгляд на его глаза, вижу его улыбку и как же тепло мне становится от этого. Я опять переплетаю наши пальцы и тяну его руку к себе, чтобы коснуться губами его запястья, а затем прислонить его ладонь к моей щеке, чтобы потереться о нее. Делю это, не отрывая от него взгляда поэтому не могу не заметить, как его глаза расширяются от этого моего действия. Мне так нравятся его реакции. Его большой палец слегка поглаживает мою щеку, а затем он почти резко приближается ко мне, чтобы поцеловать в губы. А затем в щеку, и во вторую. Он начинает покрывать поцелуями все мое лицо, а я подставляю его под его губы. Скольжу руками по его плечам, спине, обнимаю крепче. Мои щеки начинают гореть, когда я осознаю, что он лежит передо мной без одежды. А Чонгук чуть отстраняется, когда сжимает ткань футболки, что надета на мне и пытается понять откуда она взялась, ведь засыпала я без нее. - Ты в моей футболке? – он спрашивает с улыбкой. А я уже и забыла, что накинула ее на себя, когда вставала ранее. - Да, извини. Это первое, что попало мне под руку, - я немного смущаюсь, будто меня поймали на чем-то незаконном. – Я могу снять, - говорю я, а потом смущаюсь еще сильнее, когда понимаю, как это прозвучало. Но после вижу, как горят глаза Чонгука, когда он слышит это. - Я даже не знаю, что мне нравится больше: видеть тебя в своей одежде или слышать, что ты готова ее снять, - он говорит низким голосом, глядя мне прямо в глаза и продолжает сминать белую ткань футболки где-то у меня на спине. А я впитываю каждое его слово. – Готов отдать тебе все свои вещи, если ты будешь носить их вот так по утрам, - он скользит рукой под футболкой, лаская кожу на пояснице, а затем спускается медленно ниже и чуть сжимает ягодицу, а я уже ничего не могу воспринимать. – Ты сводишь меня с ума, - он говорит это куда-то в мою шею, чуть касаясь губами кожи и продолжая вырисовывать пальцами узоры на коже. – То, как вкусно ты пахнешь, то как выглядишь по утрам, как говоришь, как смотришь. Какая ты теплая, нежная и домашняя, - он начинает покрывать поцелуями мои ключицы, что выглядывают из-под большого для меня ворота его футболки. Я закрываю глаза от удовольствия. Я слушаю его голос. Я ощущаю его руки на себе. Его горячие губы. И мне хочется плакать. Плакать от того, на сколько мне хорошо. - Чонгук…, - это все, что я могу сказать в этот момент, сжимая сильнее его плечи пальцами и находя его губы своими. Мы сливаемся в поцелуе, который нам обоим сейчас необходим. Нам нужно чувствовать друг друга. Я целую его горячо, переплетая наши языки, слегка прикусывая его нижнюю губу. Чувствую, как от такого напора с моей стороны он проводит рукой по моей ноге, закидывая ее себе на талию. Мы продолжаем лежать друг напротив друга, он на левом боку, я на правом, сплетаясь в объятиях максимально близко. И от такой позы, я не могу не почувствовать его твердый член, что оказывается зажат между нашими телами. Чонгук скользит рукой по моему телу под футболкой, сжимает грудь, а затем ниже по животу и прижимает меня еще сильнее к себе за талию. Он делает небольшое движение бедрами и тихо стонет прямо в поцелуй. Мне кажется, у меня начинает кружиться голова. Я не совсем понимаю, что происходит, когда слышу громкий звук, резко разносящийся по комнате. - Блять, - Чонгук ругается вслух и поворачивается в сторону прикроватной тумбочки, на которой лежит его телефон, который в данный момент звонит. Я все еще дышу немного тяжело после всего, что сейчас было и слышу, как он отвечает на звонок. «Да», «хорошо», «скоро буду» - я выхватываю эти фразы из разговора. - Попросили раньше приехать в офис компании, - он почти бросает телефон на деревянную поверхность и снова поворачивается ко мне. Я вижу, как он злится. - Все в порядке, - я касаюсь его лица ладонью, поглаживая по щеке. – У нас еще будет время, - я стараюсь улыбаться, чтобы показать ему, что все хорошо и немного успокоить. Хотя у самой внутри полно разочарования и грусти. - Прости, - он прижимается лбом к моему. – Такая у меня жизнь, - он произносит это с глубоким вдохом. - Чонгук, пожалуйста. Не нужно за это извиняться. Я никогда не буду обижаться на такое. Прошу тебя, помни об этом. - Спасибо тебе, - он опять целует меня, но уже не так развязно, как до этого, а тепло и нежно. - Не верю, что ты настоящая, - говорит он слегка отстранившись. Я смотрю в его глаза, а потом на секунду задумываюсь и решаю спросить. - Я могу дождаться тебя тут? – я задаю этот вопрос, потому что понимаю, что не могу оценить на сколько это будет нормально. - Конечно! Других вариантов и быть не может, – он отвечает даже не задумываясь. – Я буду очень спешить домой. - Я буду тебя ждать, - говорю я ему нежно смотря в его глаза. – Тогда давай вставать, я быстро приготовлю тебе завтрак, пока ты собираешься, - я понимаю, что время ограничено и он торопится. - Ты не представляешь на сколько это приятно звучит, - он опять обнимает меня не желая отпускать. – Я пойду быстро соберусь, - он говорит со вздохом, почти болезненно сжимая меня в объятиях и затем расслабляя их. Я наблюдаю за тем, как он нехотя вылезает из постели, забирает телефон с тумбочки и идет в сторону ванны. Провожаю его взглядом, так как он все еще без одежды. Боже, я хочу смотреть на такой вид каждое утро. Я также выбираюсь из кровати, решаю остаться в футболке Чонгука, только надеваю белье. Слышу, как в душе включается вода, а я тем временем иду на кухню, чтобы найти что быстро приготовить на завтрак. Получается найти все ингредиенты, чтобы сделать омлет с сыром, нахожу мясо и кимчи, а также делаю кофе. Готовить ему завтра утром на его кухне, пока он собирается в офис так странно. Но мне это определенно нравится. Думаю о том, когда у меня будет возможность сделать так еще раз. И будет ли вообще такой случай. К тому моменту, как все уже на столе, Чонгук как раз появляется в кухне-гостиной уже полностью одетый. На нем темно-серый спортивный костюм с широкими штанами и худи, застегнутой на замок. Под ней виднеется черная футболка. А когда я перемещаю взгляд выше, вижу, что он надел шапку, которую я для него связала. Он замечает мой взгляд и улыбается, слегка ее поправляя. - Тебе очень идет, - говорю я ему продолжая смотреть на него. – Мне так приятно, что ты надел ее. - Она мне очень нравится, - отвечает он мне, подходя ко мне. – А еще нравится маленький секрет, скрытый в ней, о котором знаем только мы с тобой, - он наклоняется ко мне, оставляя невесомый поцелуй на щеке, а я прикрываю глаза от удовольствия. А потом сама тянусь руками к шапке, чтобы слегка ее поправить. Она и так сидит на нем идеально, просто мне хочется касаться его при любом удобном случает. - Поешь пока не остыло, - говорю ему я, кивая в сторону стола. Чонгук переводит взгляд на стол с завтраком, мне кажется я замечаю, как его глаза чуть расширяются. - Спасибо тебе, - он внезапно обнимает меня, а я улыбаюсь ему в плечо. Вот так обычные для меня вещи вроде завтрака, могут доставить ему радость. Также, как обычные вещи для него, вроде подарков в виде одежды, радуют меня. Мне приятно думать о том, что мы можем дать друг другу то, чего нам так не хватало когда-то. Я слышу звук входящего сообщения, который раздается на телефоне Чонгука, что лежит в его кармане. Он нехотя разрывает объятия и смотрит на экран. - Сеждун уже скоро подъедет, - он вздыхает и опять убирает телефон обратно в карман. - Ты как раз успеешь съесть завтрак, - говорю я. - А ты? – спрашивает он, садясь за стол. - Я поем попозже. - Только обязательно, - он смотрит на меня почти строгим взглядом. - Хорошо, - улыбаюсь ему я. Я сажусь напротив него, чтобы составить ему компанию, пока он ест. Мы еще немного обсуждаем то, что по плану должно быть на сегодняшнем эфире с Намджуном, Тэхеном и Чимином. - Я все уберу, - говорю я, когда Чонгук доедает свой завтрак и встает из-за стола. - Спасибо, - он говорит, глядя на меня с такой нежностью, что внутри меня все переворачивается. Он немного медлит, а потом проходит в коридор, а я следую за ним следом, чтобы проводить. - Я думаю все в сумме займет около 4 часов. Я напишу тебе, когда поеду обратно, - говорит он мне пока обувается и накидывает куртку. - Хорошо. Я буду тебя ждать. И посмотрю эфир, - я улыбаюсь, хотя внутри чувствую необъяснимую грусть. Я ощущаю приближение нашего расставания сейчас особенно сильно. - Иди сюда, - мне кажется он замечает все, что я пытаюсь скрыть. Всегда замечает. Я подхожу ближе и попадаю сразу же в его объятия. Он сейчас еще выше, чем обычно, потому что я стою босиком, а он обут в свои кроссовки на толстой подошве. Его куртка слегка прохладная и шуршит, когда я обхватываю его руками в ответ. Я уже так привычно утыкаюсь лицом куда-то в его шею, воротник, капюшон. Обнимаю его крепче. Делаю глубокий вдох, чтобы наполнить легкие его запахом. Мне кажется, я прикладываю неимоверные усилия, чтобы сдержать слезы. Сейчас это точно не нужно. Я не хочу заставлять его беспокоиться. Он и так все чувствует, я знаю. Чонгук чуть отстраняется и накрывает мои губы своими, оставляя на них долгий и нежный поцелуй. А когда разрывает его у него опять звонит телефон. Чонгук тихо ругается, запуская руку в карман. - Удачного эфира, - я все еще стараюсь улыбаться и машу ему. - Спасибо! Время быстро пройдет, я скоро вернусь, - Чонгук машет рукой мне в ответ, быстро целует меня в щеку и за ним закрывается дверь. Я остаюсь одна в его квартире. У меня в голове все еще звучит его «Время быстро пройдет, я скоро вернусь». И как же сейчас это больно бьет по мне. Я не спеша возвращаюсь в гостиную и подхожу к окну. Слегка отодвигаю в сторону штору, чтобы выглянуть на улицу. Я знаю, что Чонгук так обычно не делает, так как никогда не может быть уверен, что кто-то не нацелил камеры фотоаппаратов именно в этот момент на его окна. Но я позволяю себе сейчас эту вольность. Я замечаю его черный минивен, который выезжает из подземной парковки и поворачивает на дорогу. Провожаю машину взглядом с мыслями, что Чонгук сейчас сидит в ней. Думаю о том, о чем он может сейчас думать. Когда машина скрывается за поворотом я опять задергиваю штору. Во мне сейчас так много эмоций. Они все сражаются за право занять главное место, но ни одна не может победить, поэтому я чувствую все и сразу. Я с улыбкой вспоминаю наш вчерашний день, снова смущаюсь, когда вспоминаю вечер и наше утро, радуюсь от того, что мы можем провести эти дни вместе и я могу поддержать его сейчас, приготовить ему завтрак, проводить в офис. Но это фоновое чувство того, что совсем скоро все закончится меня не покидает. Как же от этого больно. Еще неделю назад все было чуть проще. Совсем чуть-чуть, но было. Меня беспокоит то, на сколько я сейчас погрузилась в него. Беспокоит то, на сколько же будет тяжело всего через 2 дня. А ведь ему тоже будет. Ведь да? Надеюсь, мы приняли верные решения. Я выдергиваю себя из этих мыслей, так как ни к чему хорошему они все равно не приведут. Делаю небольшую утреннюю тренировку чтобы хоть немного отвлечься. Хорошо, что у Чонгука есть небольшой тренажерный зал прямо в квартире и я пользуюсь случаем. Потом принимаю душ и привожу себя в порядок. Мою и укладываю волосы, делаю легкий макияж. После готовлю завтрак, убираюсь на кухне и наливаю себе кофе. Мне кажется, что после этого всего я чувствую себя лучше. Когда почти все мои дела сделаны, на телефон приходит уведомление о начавшемся эфире. Я устраиваюсь удобнее за кухонным островом вместе с кофе и запускаю эфир на телефоне, ставя его перед собой. Смотрю в экран телефона и сразу же улыбаюсь, видя сидящих на диване офиса Техена, Намджуна, Чимина и Чонгука. Они смеются и видно, что у них хорошее настроение. Это заставляет меня непроизвольно выдохнуть с облегчением. Чонгук приковывает все мое внимание. Он сидит в своем сером спортивном костюме, накинув на голову капюшон, под которым виднее черная шапка. Он кажется мне нереальным. Чуть больше часа назад он стоял вот тут рядом со мной, часа три назад мы лежали в одной постели. А теперь он там. Я все еще не могу связать эти две реальности. Парни говорят о грядущей службе в армии, что морально готовы, что пойдут и вернутся в целости и здоровыми, что много приготовили всего для арми на время своего отсутствия. Потом обсуждают то, что Чонгук уже коротко подстригся, а я продолжаю улыбаться от мысли, что я уже видела его бритую голову. Я продолжаю смотреть эфир с улыбкой на лице и грустью на сердце. Думаю о том, что все их фанаты сейчас, смотря это, чувствуют то же самое. Но ребята стараются быть веселыми. Стараются подбодрить себя и своих фанатов. Они заботятся о всех нас. Эфир длится около 40 минут, а когда в самом его конце Чонгук проносится перед камерой сняв шапку и хоть и на секунду, но засветив свою новую стрижку, я смеюсь почти в голос качая головой. Он не изменяет себе. Когда трансляция завершается, я вижу черный экран телефона, а в нем свое отражение. Думаю, я бы сидела сейчас со слезами на глазах, если бы не тот факт, что Чонгук скоро приедет домой и мы оставшееся нам время проведем вместе. Я опять думаю о том, что хочу провести это время максимально близко к нему. Дать ему все свое тепло и заботу. С этими мыслями я решаю приготовить обед, так как не могла не заметить, что Чонгук ничего не ел во время эфира, хотя у них на столе были еда и напитки. Я быстро готовлю рис с курицей, нахожу всякие закуски в холодильнике и все ставлю на стол. Мой телефон оповещает о входящем сообщении. JK:Я еду JK:Скоро буду Я:я жду тебя! Я: обед на столе JK: Обед?? Я:да) JK:Боже. Ты идеальна. JK:Еду еще быстрее! Я улыбаюсь, читая его сообщения и заканчиваю сервировку стола. Обед простой, но это все, что я могла приготовить из того, что нашлось в холодильнике. Спустя минут 20 слышу, как открывается входная дверь. - Ты вернулся, - я не успеваю дойти до коридора, так как Чонгук уже входит в гостиную и направляется сразу ко мне. - Да. Как ты? – он сразу же обнимает меня. И это так приятно. Осознавать, что первое, что он делает, когда возвращается домой это сразу же идет ко мне, чтобы обнять. - Все хорошо, - отвечаю ему я, обнимая в ответ. - Занималась делами, делала тренировку, приготовила обед, смотрела ваш лайв, - перечисляю я. Мне хочется делиться с ним всем. Даже такими обычными вещами. - Как тебе? – Чонгук чуть отстраняется, глядя на меня, но все еще не выпускаем меня из своих рук. - Я очень смеялась, когда ты пробежал перед камерой, - я хихикаю, когда говорю это, вспоминая этот момент с их прямого эфира. - Да, такого плана изначально не было, это получилось спонтанно, - он смеется, вспоминая свою шалость. - И в целом от эфира осталось приятное впечатление. Вы были в хорошем настроении, шутили и дали понять, что все хорошо и вы готовы уходить, - я говорю это с легкой грустью и мягкой улыбкой на лице. - Да, атмосфера была хорошей, - он подтверждает мои наблюдения. — И хоть внутри нас и есть множество опасений и переживаний, но мы не можем показать их своим фанатам, - его голос становится чуть тише и он сам становится более задумчивым, уходя куда-то в своим мысли. Я замечаю это и прижимаюсь к нему, крепче его обнимая. — Но со мной ты можешь быть настоящим и поделиться всем, что чувствуешь, - я нежно провожу руками по его спине, чтобы передать ему, что я рядом и всегда его поддержу. - Да, я знаю. И я обязательно поделюсь, - его голос все еще тихий. — Но сейчас давай поедим, - он резко меняет настроение и уже опять довольно мне улыбается, немного отстраняясь. — Ты ведь приготовила специально для меня. Я улыбаюсь ему в ответ и киваю. Я не хочу доставать его вопросами и говорить о чем-то, что ему не очень приятно. Я полностью ему верю и знаю, что он поделиться сам, когда будет готов. Мы выпускаем друг друга из объятий, Чонгук моет руки и затем мы садимся за стол друг напротив друга. Мы едим то, что я приготовила для нас и опять обсуждаем прошедший эфир, но говорим только о хороших и забавных моментах, обходя грустные темы, связанные со всем этим. Чонгук ест с аппетитом не переставая хвалить мои кулинарные способности и благодарить меня за еду, а я не перестаю улыбаться радуясь его похвале и наблюдая за тем, как он ест. Мне приятно, что я могу хоть чем-то его порадовать и поднять его настроение. Когда мы заканчиваем с едой, я поднимаюсь из-за стола, чтобы все прибрать и он мне помогает. Хотя даже не помогает, а берет инициативу в свои руки. Моет посуду, расставляет ее по местам. Мне так нравится заниматься с ним вместе такими обычными повседневными делами. Это греет душу. Создает ощущение безопасности, дома, счастья и уводит от плохих размышлений о нашей скорой разлуке. Я заканчиваю вытирать кружки из которых мы пили и не сразу замечаю, что Чонгук уже какое-то время стоит прислонившись к кухонному острову за моей спиной и наблюдает за мной. Я поворачиваюсь к нему вытирая руки полотенцем и смотрю слегка вопросительно. Он выглядит немного задумчивым, но мягко улыбается. - Иди сюда, - говорит он и двумя быстрыми шагами подходит ко мне подхватывая меня на руки. Он делает это так быстро и с такой легкостью, что я даже не сразу понимаю что происходит. Я успеваю только ахнуть и обхватить его шею руками, пока он держит меня одной рукой под спиной, а другой под коленями и несет в сторону дивана. - Что ты…, - пытаюсь спросить его я, но не успеваю так как он оставляет легкий поцелуй на моих губах. Он садится на диван вместе со мной оставляя мои ноги на его коленях и заключая меня в свои объятия. - Просто… Просто это так странно, - говорит он обнимая меня и утыкаясь носом гуда-то в мою шею. - Ты у меня дома. Готовишь мне завтрак. Провожаешь меня утром. Ждешь меня. Готовишь обед. Мы вместе моем посуду, - он перечисляет тихим голосом полном теплоты и эмоций. — У меня ощущение, словно мы живем вместе. Словно мы настоящая нормальная пара, семья, - он слегка отстраняется чтобы заглянуть мне в глаза. Я вижу в них так много. Там и боль, и грусть, и нежность… Мое сердце переполняется чувствами и я нежно касаюсь ладонью его щеки смотря в его глаза. - Чонгук…, - тихо говорю я давая ему понять, что я понимаю его чувства. Он накрывает мою руку на его щеке своей, сильнее прижимая ее к себе и прикрывает глаза. - У меня такого никогда раньше не было. И я даже не мог представить как это… Как это приятно. Как это хорошо, - он опять распахивает глаза сталкиваясь со мной взглядом. Мое сердце почти болезненно ноет, когда я вижу в его взгляде всю глубину того, что он чувствует сейчас. Я вижу, что он хочет сказать еще что-то и продолжаю смотреть на него. - У нас ведь… будет все это… и потом…? Когда я вернусь, - он спрашивает так тихо и нерешительно. Он словно боится задавать подобные вопросы. Боится думать о будущем. Или боится моих ответов на эти вопросы. Мои глаза распахиваются от осознания всего этого. От того, что он может предположить мысль, что я… не дождусь его из армии? Не захочу продолжать все, когда он вернется? - Конечно! — отвечаю ему я, чтобы развеять все его возможные сомнения. Я второй рукой также касаюсь его лица. Мягко и нежно держу его лицо в своих ладонях, заглядывая в его глаза, чтобы передать ему через взгляд все, что я хочу сказать. — Я буду с тобой, когда ты вернешься, - тихо говорю ему я. Мое сердце быстро бьется от осознания того, что мы впервые говорим о том, что будет потом, после его возвращения. Похоже, чем ближе его уход, тем больше мы задумываемся о том, что будет после. - Если… ты тоже будешь этого хотеть, - добавляю я глядя в его глаза с охватившим меня переживанием. - Я буду, - уверенно отвечает он опять и так крепко меня обнимает, словно я могу исчезнуть прямо сейчас. Я не знаю сколько мы сидим вот так прижавшись друг другу, заключая друг друга в объятия не желая прерывать их. Я глажу его спину, его короткие волосы на затылке. Он оставляет мягкие поцелуи на моих щеках и только крепче прижимает меня к себе. Мы вдыхаем друг друга стараясь насытиться. Стараясь надышаться наперед. Это так странно. Чувствовать сейчас радость от моментов вместе и грусть от скорой разлуки. Мне кажется я начинаю чувствовать злость на эту ситуацию. На эти обстоятельства, что сильнее нас. Чем дольше мы вот так вместе, чем мы ближе, тем больше грусти мы чувствуем. Она обволакивает внутренности, до тошноты. И как бы ты не старался отогнать ее и сконцентрироваться на «здесь и сейчас», она не уходит, а прорастает своими мерзкими корнями все глубже.