Часть 1

30 декабря 2005-го – Пушкаридзе, ты вообще домой собираешься? Сегодня же день короткий. Все, завязывай пахоту. – Амурочка, девочки, вы идите, мне еще немножечко, я… Мне надо… – Ну смотри, как бы тебя призрак не утащил. Ладно, оставляем тебя на Потапкина. Правда, он, кажется, отмечать раньше времени начал и задрых… Знаешь что? Мы велим Жданову в новом году выписать тебе штраф – за повышенный трудоголизм. – С наступающим, девочки! Катя достала очаровательную самодельную игрушку и решила украсить ей большую елку, стоявшую у лифта. Оставшись одна, она наклонилась над веткой, как вдруг почувствовала, как кто-то крепко обнял ее за плечи. – С наступающим, Кать. Январь 2003-го Губы кривились в нервной усмешке, азарт будоражил кровь, глаза лихорадочно блестели. Ничего, что ни особых способностей, ни связей. Зато внешность и отсутствие барьеров. И фарт. Он выбился из нищеты, он получил правильную девочку, он вот-вот утрет нос этим утыркам, поставившим его на счетчик. Между тем ветер выл все тоскливее, громоздкие хлопья снега валились все неопрятнее, и его и без того замызганная «девятка» медленно, но верно начала глохнуть посреди глухомани. Трезвонил телефон, батарейка садилась. Выругавшись, ответил. Звонивший – конечно, один из этих! – настаивал на «стрелке» прямо сегодня вечером. Но на сегодня у него другие планы. А завтра им его уже не достать… Затормозил, закурил. И что он в ней нашел, черт его знает. Сперва показалось: так, ни рыба ни мясо, ему не чета, на спор ввязался. А потом сам не заметил, как пропал. Чем-то зацепила она его. То ли в глазах что-то, то ли в улыбке, то ли просто очень покорить хотелось, сломить, подчинить. Надеялся, что в рот будет смотреть, до гроба благодарить, что внимание на нее обратить соизволил. Умная, гордая, но при этом дурочка романтичная, живет в книгах, как барышня, напридумывала себе чего-то, мечтает все… А с таким папашей только мечтать и остается… Ну, теперь-то она никуда от него не денется, и родителям придется это съесть… Понятно, что родителям ее он не ко двору пришелся, и они бы никогда… Но он нашел выход. Только надо шустрее. Метель совсем разбушевалась. Темень резко обрушилась на поселок. Машина не заводилась. Июль 2005-го – Коля, родителям не говори. Как всегда, мимо. «Мы вам позвоним». Но, может, это и к лучшему. – Это еще почему? – Понимаешь… У меня такое чувство, что я там встретила ЕГО. – Кого это? – Ну… ТОГО САМОГО. – Пушкарева, что, опять? Галлюцинации пошли? А ты сегодня хорошо ела? – Зорькин, у тебя на все одно объяснение. Кстати, с едой это связано. Я задела одну девушку, их сотрудницу, и пирожное упало, ну я и бросилась с пола поднимать… – Узнаю свою подругу. Пока криминала нет. – Ну и потом подошел кто-то, видимо, их начальник, бархатным голосом пожурил за беспорядок. Ну и я посмотрела на него снизу вверх, понимаешь? Как тогда. – И все? Пропала? Как в романтических мелодрамах: закадровая музыка, все замирают, прекрасный принц наконец пришел за Золушкой… – Коля, не говори ерунды! Просто взгляд похож, понимаешь? – Не очень. – Нахальный, дерзкий, со смешинками и в то же время обволакивающий. Взгляд кота на мышку. И глаза темные, черные почти. И улыбка Чеширского кота. Ну в точности как тогда. – Понятно. Хозяин мира. Любишь же ты, Пушкарева, влипать в истории и терять голову от всяких придурков. – Я не теряю голову. Хотя побледнела и чуть в обморок не хлопнулась. Дежавю. Потому что если это ОН… – Так вернись и выясни. – Коля, ты совсем уже? Это у тебя от голода мозги размягчились! Как ты себе это представляешь? Здравствуйте, простите, пожалуйста, это не вы случайно два с лишним года назад… – Ну все, все, извини. Сморозил глупость. Так что, не вернешься туда? А если все же пригласят? А если вам работать вместе придется? Что делать будешь? – Не пригласят, Коль. Там даже уборщицы с ногами от ушей, а я неформат. Коль, пока у тебя буйная фантазия совсем не разыгралась, пойдем к столу. – Да, я уже улавливаю запах блинчиков с мясом… – Катя, это тебя. Из Зималетты! Январь 2003-го – Котенок, не волнуйся, машину заклинило, скоро буду. Сейчас кого-нибудь из местных попрошу. Успокой там всех, извини. Ну все, телефон сейчас разрядится, целую. Пока-пока. Пара пропущенных звонков и эсэмэсок с угрозами – и телефон окончательно умер. Несколько часов ушло на поиски жилища, уговоры, и в итоге его согласились подвезти, правда, долго плутали по тьме и гололеду, изучали карту, насилу нашли нужное место – когда уже, как выяснилось, было поздно. Мало того: выяснив, что же произошло за это время, он впал в глухое бешенство и понял, что тихоню свою явно недооценил. Оказывается, его самого кинули, как последнего лоха! Ну что ж, раз так… Он осуществит задуманное, уже в одиночку. Но перед этим выскажет ей все… Июль 2005-го <i>– В лунном сиянии снег серебрится… – Палыч, какой снег, лето на дворе! Это на тебя так предложение Кире подействовало? Или предстоящий совет? – Да так, не обращай внимания. Навеяло… Призраки прошлого… – Не понял… – Занятный эпизод сегодня вышел, девчушка одна забавная тут в холле пирожное обронила и прямо с пола собирала. – Фу, как негигиенично… А что за девчонка? На кастинг пришла? – Ого, как ты сразу оживился. Не, это вряд ли. Совсем негламурная, даже, может, не от мира сего. – Да? И что она у нас такая делала? Странно. Ну и при чем тут снег, я так и не понял? – Понимаешь, она на меня так смущенно посмотрела снизу вверх, пока я Тане пенял за бардак, что у меня возникло какое-то дикое чувство и засосало под ложечкой. Ромка, у тебя бывает ощущение дежавю? – Конечно, бывает, практически каждый вечер, когда говорю: «Ко мне или к тебе?» – Ладно, все, забудь. Проехали. Просто мне на миг показалось, что это ОНА. Ну, помнишь? – Ой, Жданов, только не говори, что ты опять за свое. Мне сейчас плохо станет. До сих пор не могу понять, как тебя тогда угораздило. Ну, поспорили, поругались, ну, выпили лишнего, может. Но что на тебя-то нашло? – Мне тогда показалось, это забавно. Динь-динь-динь… – Да, ты всегда был с приветом. Слабоумие и отвага – наш девиз. Не стоило мне тогда оставлять тебя одного. – Послушай, в конце концов, я просто зашел не в ту дверь. С каждым может случиться. – Угу. Шел в комнату – попал в другую. Зашел и остался на часик-другой. И поучаствовал кое в чем. – Между прочим, было темно. И стояла адская непогода. Буря мглою небо кроет, все дела. И девица показалась мне недурна! – Вот именно. А эта, которая сегодня с пирожным? – Ну если ты так ставишь вопрос, то, конечно, это совсем не она. Но взгляд… Снизу вверх… Беспомощный, беззащитный, доверчивый – точно как тогда… – Тааак. Ну все, началась старая песня. В конце концов, Жданов, если тебе именно этого не хватает, заведи себе котенка. Умиляйся, гладь, тискай, корми. И жениться не придется. – Дурак ты, Малиновский. Просто я никак не могу забыть ту историю. – Ну, ты ведь пытался потом найти ее, разобраться? – Да, но сильно позднее, и ничего не вышло. Мистика какая-то. А тогда ты же сам помнишь, что случилось, на том же гололеде, в ту же метель. Тут уж не до поисков было. – Ну и забудь тогда обо всем! Неужели для тебя это так важно? – Как оказалось, да. И потом: это наверняка важно и для нее… – Тогда почему она сама тебя до сих пор не нашла? – Может, ей стыдно. Как и мне… – Ладно, все, Андрюха, встряхнись. Скоро у тебя начинается новый период в жизни. Мечты сбываются. – Да, ты прав. Пора проводить собеседование на должность секретарши. А эту девчушку я, скорее всего, больше не увижу… – То ли девушка, а то ли виденье… Все, пора очухаться, Палыч! Нас ждут великие дела!