Глава 6: Миф о Морском хлысте

У Мораны было много шрамов. Она коллекционировала их, как кто-то коллекционирует марки, только в случае с Мораной она не была особенно рада, когда получила одну из них. Была одна особенная, длинная неровная линия по всей длине ее голени, которую она получила, когда ей было около семи лет. Это было за много лет до чумы, до того, как умерла ее мать, и Морана все еще жила в Кеттердаме, в маленькой квартирке в Бочке, как можно ближе к университетскому району, поскольку ее мать работала там библиотекарем. Она встретила на улице девушку - сулийку, и они быстро подружились - хотя ее матери не нравилось, когда она заводила друзей, она говорила, что в конечном итоге они просто пострадают из-за нее. А маленькая девочка, имя которой Морана забыла, закончила со сломанной рукой. Они пытались вскарабкаться по увитой виноградом стене в маленьком переулке. Девушка упала с высоты выше Мораны, и тошнотворный треск ломающейся руки заставил Морану ослабить хватку за виноградную лозу и упасть - она порезала ногу о разбитую бутылку на земле. Морана попыталась помочь девочке и отвела ее в Бойцовскую яму, где, как она знала, целители были честны и добры к детям Бочки. Моране пришлось накладывать швы на ногу. Ее мать так и не узнала о ране, если бы она была, Морана, вероятно, узнала бы... Что ж, рана на голени была бы наименьшей из ее проблем. - Кто-бы мог подумать, у монстров действительно течет кровь, - услышала она в своей голове слова матери, насмехающейся над ней. Только когда слезы начинали наполнять ее глаза, Елена Зореслава вытирала их с улыбкой. - Не плачь, Морана, или я дам тебе повод поплакать. Ты сама навлекла это на себя. Можно с уверенностью сказать, что Морана научилась проглатывать свою боль и держать ее при себе. Но ее боли был предел, и та вторая ниточка, которая время от времени натягивалась на нее, обвивалась вокруг ее шеи и безжалостно душила ее. Так что да. Морана приходила в ужас от боли с каждой секундой, когда они продвигались все дальше на север. К островам Костяной тропы. Все дальше и дальше от Равки, места, откуда начиналась вторая нить. Точно так же, как она смогла добраться до Нового Зема, точно так же как она знала, что это то место, где ей следует быть, каждый раз, когда ее манила вторая связь, Морана чувствовала ее направление. И каждый раз это указывала на Равку. Было легче, когда она была ближе - боль, которую она испытала возле Нового Зема, была хуже всего, что она испытывала до сих пор, и Морана была в ужасе от того, что она почувствует теперь, когда она была дальше, чем когда-либо. Но она не могла быть вдали от Алины. Теперь она не могла сожалеть о своем решении. Лучше «ой», чем «что, если». Но было бы очень жаль, если бы связь привлекла ее. Возможно, это даже убило бы ее... Возможно, это было бы не так уж плохо. Тем не менее, Морана все еще надеялась, что он не выберет следующие несколько дней для появления. Тем временем она могла только слушать, как Штурмхонд болтает, как подобает настоящему капитану, с его очаровательным ухмыляющимся лицом, и под очаровательным Морана подразумевала чрезвычайно раздражающее. - Благодаря навигации нашего друга, следопыта, Заклинательницы, мы пересекли Костяную тропу к острову Желка, - сказал Штурмхонд, когда Морана встала рядом с Алиной и Тамарой. - Что касается Морского хлыста, у нас есть несколько рисунков из сборника рассказов, неизвестно, как он выглядит на самом деле,- он подошел к занавешенной стене. - Эмпирическое правило для неизвестного: приходи подготовленным! Он потянул за веревку, и занавески раздвинулись, демонстрируя его арсенал оружия. Морана закатила глаза от драматизма. Мал, однако, казался очарованным арсеналом. - Все ли пираты так хорошо вооружены? - Корсар, - поправили Морана и Штурмхонд. - Я не вижу разницы, - сказал Мал. - Разница в том, что у меня есть лицензия, - сказал Штурмхонд. Морана снова закатила глаза, -И здоровая любовь к инновациям. Гаджеты, чудеса, вещи, которые быстро развиваются. Что-нибудь вызвало ваш интерес? Интерес Мораны, конечно, не был задет, и когда она посмотрела на Алину, казалось, что Заклинательнице Солнца было так же скучно, как и ей. Морана легонько подтолкнула ее локтем. - Этот ублюдок может бесконечно рассказывать о своих маленьких прибамбасах. - Очевидно, Мал тоже может. - Разница в том, что Мэл не придурок, - Морана пожала плечами. - Морана, дорогая, у меня есть уши, - задумчиво произнес Штурмхонд, глядя на нее снизу вверх. - Поздравляю, капитан, - с улыбкой ответила Морана, - ты тоже собираешься хвастаться своими глазами? - Все и так знают, что у меня прекрасные глаза, не нужно ими хвастаться, - сказал он им, отмахиваясь от нее, и Морана показала ему палец, делая вид, что вынимает что-то из глаза. Штурмхонд ухмыльнулся, прежде чем повернуться обратно к команде. - Итак, мы войдем тихо, по приказу мисс Старковой, чтобы повредить его для вашего смертельного удара. - Я не собираюсь его убивать, - перебила Алина. Брови Мораны полезли на лоб, - Ты должна убить его, чтобы забрать его силу. Так работают усилители, - сказала Тамара нахмурившись. - Это было не с Оленем, - заверила Алина, - я думаю, что смогу сделать это, не убивая его. Штурмхонд сдержанно усмехнулся. - Как... Как бы мило это ни звучало, я не посылаю свою команду приручать мифического зверя сетями и благими намерениями. - Это работа, для которой тебя наняли, корсар, - сказала Алина, призвав на помощь всю свою святую властность. - Мы захватим его. Живым. *** Есть частота, вот что сказал Мал, когда вел их к нужной пещере на острове Желка. Частота. Какой отличный способ описать то, что слышала Морана каждый раз, когда была далеко от двух дергающих ее за ниточки. И, как ни странно, она тоже это слышала. Частота Морского хлыста. Звук был слабым, недостаточным, чтобы куда-то привести ее, но Морана была уверена, что слышала его, и это было ... странно. Она даже не знала, что Морской Хлыст жив, а теперь она это почувствовала? Чем ближе они подходили, тем больше она могла, и тот факт, что она могла слышать это, как Мал, делал все еще более странным. Они шли по туннелям пещеры, вода доходила им до колен, держась за руки. Морана продолжала оглядываться по сторонам, она чувствовала, что это близко, но не могла этого увидеть. Легкий плеск заставил их всех замедлить шаг. - Возможно, так оно и есть, - сказал Гревьен, проливной в команде Штурмхонда. - Гревьен, скажи мне. В воде есть что-нибудь? - спросил Штурмхонд. Проливной поднял руки по кругу, а затем потянулся одной рукой к воде. - В полу пещеры есть отверстия. Так что будьте осторожны, куда ступаете. В противном случае нет. - Нет, ты не можешь сказать, там ничего нет? - спросил Мал. - В зависимости от того, как тебе будет удобнее, - сказал Толя. - Комфорт переоценивают, - добавила Тамара. Морана глубоко вздохнула, когда они снова двинулись в путь. Они преследовали очень реальное мифическое существо в пещере с холодной водой. Когда ее жизнь превратилась из грабежа торговых судов и роскошных кают на пиратских кораблях в жизнь члена команды корсара? Они снова остановились, когда резкая трель эхом отразилась от стен пещеры, за которой последовал низкий булькающий звук. Морана заняла позицию для атаки, держа меч в одной руке. Крики эхом разнеслись по пещере, когда человека схватили и дернули вверх. - Бросай сети! Цельтесь, чтобы убить! - скомандовал Штурмхонд. - Нет! Не надо!"= - сказала Алина. - Я не могу его найти. - Оно играет с нами, - сказал Штурмхонд, тяжело дыша. - Берегите патроны, иначе они у нас иссякнут к тому времени, когда они нам понадобятся. Морана почувствовала, как что-то уткнулось носом ей в ногу, и замерла. Ее челюсти сжались, когда она попыталась не двигаться. Существо обвилось вокруг ее ног, мягко, всего на мгновение. Что бы это ни было, и она готова была поспорить, что это было Русалье, судя по тому, что она сделала дальше, отпустила ее бок и продолжила тащить другую из них по воде. - Оно может маскироваться, - пробормотал Штурмхонд, когда все они огляделись вокруг. Существо снова переместилось над ними, прежде чем броситься к Малу и Алине - первый схватил вторую и отбросил их в сторону, на дюйм промахнувшись мимо Русалье. Но, похоже, оно имело зуб на Мала, в следующий момент оно напало на следопыта, и у него было время только попытаться остановить его своим оружием, зажатым между челюстями. Затем Алина призвала Солнце. Морана не совсем поняла, что произошло дальше, но частота отключилась, и что-то внутри нее загорелось, как в первый раз, когда она получила те надоедливые звонки из прошлого. Задыхаясь, она прислонилась к стене, прижав руку к груди, пытаясь собраться с силами. Она нахмурилась, когда посмотрела на себя и не увидела ни намека на травму. Она почувствовала руку на своем плече и, обернувшись, увидела Штурмхонда, его губы сжались в тонкую линию, глаза блуждали по ее телу, брови нахмурились. - Что случилось? Тебе больно? Покачав головой, Морана прочистила горло и глубоко вдохнула. - Я в порядке. *** - Мы считаем себя связанными этой миссией. Чтобы убедиться, что наша погибшая команда погибла не напрасно. И мы чтим конечную жертву, которую они принесли в наших поисках Морского хлыста. Давайте склоним головы в память о команде, погибшей сегодня. Пусть море унесет их в безопасную гавань, и пусть Святые примут их на более светлом берегу. - Пусть Святые примут их, - пробормотали они все, стоя на главной палубе корабля Штурмхонда под лунным небом. Затем Толя и Тамара вышли вперед и положили две чешуйки Русалье на бочку. - Алина, мы готовы, - сказал Штурмхонд. - Готова? - спросил Мал Алину, когда они обе стояли рядом с Мораной. Алина кивнула. Она отошла от Мала и Мораны как раз в тот момент, когда Штурмхонд присоединился к ним. Морана наблюдала, как Фабрикатор из команды Штурмхонда схватил протянутую руку Алины, поместил первую чешуйку поверх запястья девушки и начал сращивать ее с плотью Заклинательницы Солнца. Голова Алины резко повернулась к Малу, и хотя ее взгляд оставался на нем дольше всего, ее глаза также встретились с глазами Мораны, на ее лице отразилось замешательство. Морана нахмурилась. День становился все страннее и страннее. - С тобой все в порядке? - спросил Фабрикатор. - Я в порядке. Вторую чешуйку, пожалуйста. Тот же процесс повторился для второй чешуйки, и в ту минуту, когда она была установлена на место, Морана увидела, как внутри Алины появился свет. Перемещаясь от ее руки к туловищу и к другой руке. Заклинательница Солнца во всей своей мощи раскинула руки, позволив силе поглотить ее существо, и из нее вырвался свет. Губы Мораны приоткрылись, когда свет начал пульсировать из Алины, всплесками, завихрениями и вспышками, мощными до такой степени, что Морана могла ощутить их вкус. Ее пальцы пытались манипулировать светом, который Алина создавала под темным небом, но затем свет стал сильнее, ослепляя, и начал притягивать их обратно. Штурмхонд встал перед ней, одной рукой отводя ее назад, защищая свое лицо от темноты. У Мораны даже не было времени как следует обдумать это движение, когда она подняла руку к лицу, щурясь от света, и попыталась разглядеть Заклинательницу Солнца. Затем Мал медленно, но верно направился к Алине, пока его руки не обхватили ее и он не притянул к себе, и свет больше не погас. Морана благоговейно вздохнула, издав тихий смешок, когда Алина схватила Мала за лицо и крепко поцеловала. Штурмхонд прочистил горло, подходя к голубкам. - Ну, тогда, куда теперь, Заклигательница? Голова Алины дернулась в сторону, и она улыбнулась. - Восточная Равка, затем Тенистый каньон. Морана замерла. Равка. Источник другого маяка зовет ее. Равка. Место, из которого сбежала ее мать. Равка. Место, где жил ее отец - если он вообще был еще жив. Равка, где лежит прошлое, которого она никогда не встречала, где она либо найдет ответы на свои вопросы, либо еще больше тайны о своем существовании. Ты понравилась бы твоему отцу, голос матери эхом отдавался в ее голове, по крайней мере, во время рассвета. Он не очень любил слабаков. Морана ненавидела своего отца. На рассвете. В сумерках, ночью и днем. Он сделал ее такой, какая она есть. Он помог ей убить ее мать. Монстры рождались, а не создавались - по крайней мере, так всегда говорили Моране. И все же, когда ее взгляд упал на Алину, Морана призвала хорошие части себя взять бразды правления в свои руки. Чтобы помешать ей доказать правоту своей матери, доказать, что она мерзость. Она не могла убить Алину, даже для того, чтобы разорвать их связь. Если это означало отправиться к Равке, то пусть будет так. Но убивать Алину сейчас было невозможно. Не тогда, когда Морана почувствовала, как сила волнами исходит от девушки. Не тогда, когда Морана даже не была уверена, была ли Алина той, с кем она была связана. Взгляд Мораны оторвался от Заклинательницы и упал на Мала, когда он прижимал к себе Алину.