Глава 10: Морана Зореслава

Я родилась проклятой, Николай.

От чего ты бежишь?

Мое прошлое. Мой отец. Мои монстры. Осознание того факта, что Морана была Багровым Миражом, заняло у него больше времени, чем он хотел бы признать. Но как только ее секреты начали раскрываться, когда кусочки головоломки перевернулись лицевой стороной вверх, и он передвинул их на место, картина Мораны, которая у него была, становилась все яснее и яснее. От чего ты бежишь? Мое прошлое. Мой отец. Мои монстры. Ее отец. У него было предчувствие. Чувство внутри него, которое усилилось, когда он увидел, как она двигается быстрее, чем кто-либо, кого он когда-либо видел раньше в каньоне, призывая тени, когда она отрывала голову волькре. Она выглядела смертельно красивой, как роза, и Николаю захотелось истечь кровью из-за ее шипов. Морана называла себя неестественной, мерзостью, если бы только она видела себя такой, как он. Ее нельзя было винить за то, кем был ее отец, и Николай хотел, чтобы она это знала. Она сказала, что родилась в Керчи. Выросла в Кеттердаме. Но она убегала от Равки. Что -то звало ее из Равки, и Николай все больше и больше убеждался, что это не что-то, а кто-то. - Мы получили отчеты о первых армейских подразделениях, найденных убитыми здесь, здесь и здесь, - сказал он Алине и Малу, указывая на карту в боевой комнате, -Вращающегося колеса. - Слишком далеко, чтобы быть вторжением Шухана, - сказал Мэл. - Или Фьерды, - добавила Алина. - Есть веские доказательства того, что эти подразделения держали Гришу в плену. В некоторых отчетах говорится, что солдаты были изувечены, - он сделал паузу, - Некоторые разрезаны пополам. Тяжелое молчание нависло над троицей, и Николай слышал, как крутятся колесики в его собственном мозгу, пытаясь прийти к ответам, которые, как он знал, ему не понравятся. Его брат не смог удержать страну вместе, настроив Первую армию против Гришей, убедившись, что Равка разделена за пределами физического разрыва, вызванного этим Сборищем. Вес страны лежал на его плечах, и Николай собирался сделать все возможное, используя ту власть, которая была ему дана, чтобы убедиться, что Равка может процветать, убедиться, что население Равки в безопасности, и сделать все лучшее, что он мог предложить. - Это Кириган, не так ли? - Алина со вздохом нарушила тишину. - Мы не смогли найти его базовый лагерь. - Не может быть, чтобы он выжил в каньоне, - перебил Мэл. - Он пережил это раньше, - сказала Алина почти неохотно, но ее голос не дрогнул, - Кроме того, он единственный, кто может сделать разрез. Багра, да, но это он. - Если он жив, до него дойдут слухи о твоей попытке разрушить каньон, - кулаки Николая сжались при мысли о том, что Дарклинг был жив, звал Морану следовать за собой, был причиной того, что она плакала кровью, был причиной того, что она дрожала, когда засыпала в его объятиях, едва удерживая себя в целости. Но он не мог быть уверен, не так ли? Морана все еще задолжала ему секрет. - Попытка, - эхом повторила Алина, и Николай застенчиво посмотрел на нее. - Не хочу проявить неуважение. Алина вздохнула. - Нет, ты прав. Так оно и было. Попытка, - она посмотрела на него и Мала, - Вы оба видели мой свет. Он был сильным, злым и опасно неуправляемым. Я могу тренироваться, чтобы овладеть тем, что у меня есть, но, боюсь, этого будет недостаточно. - Нам нужно найти третий усилитель, - сказал Мал. - Жар-птицу? Мал кивнул. Николай провел рукой по волосам, пока сабо крутились у него в голове, глупая, но умная идея формировалась в его голове. Идея, которая поставила Равку выше всех остальных, идея, которая вполне могла бы стать тем, что спасло страну. - Чем больше мы ищем это, тем больше мы зависим от вашей защиты в этой стране, - сказала Алина, как будто провоцировала его заговорить. Что он и сделал. - Ну, а пока у меня предложение, - сказал он им обоим, - Мы можем попытаться остановить развал этой страны и при этом сказать фьерданцам, чтобы они засунули свою награду себе в задницу. - И как ты предлагаешь нам это сделать? - спросила Алина. Николай колебался, темные глаза Мораны вспыхнули в его сознании. Он вздохнул. - Я беру вас под крыло Королевской семьи, мое имя становится для вас убежищем и знаменем, под которым мы можем осуществлять перемены. - Твое имя? - спросил Мал. Он кивнул. - Подожди, - он видел, как слова вертелись в ее голове, прежде чем она недоверчиво посмотрела на него, - Это предложение. Ты предлагаешь брак!? - Я не предлагаю брак по любви, - оборвал ее Николай немного резче, чем он ожидал. Алина подняла бровь, глядя на него, и Николай заложил руку за спину, прежде чем продолжить, -Просто политический союз Гриши и отказа. - Ну, именно таковы все браки, не так ли? - спросил Мал, - Стратегия. - Именно, - Николай кивнул, - Возможно, мы никогда не поженимся - Надеюсь, что нет, - Помолвка свидетельствует о твердой приверженности сотрудничеству, и это позволит нам добиться значимых изменений для Гришей и Равки, - он вздохнул, - Я видел, что вы оба значите друг для друга. Я пойму, если ты откажешься, но я надеюсь, что ты взвесишь варианты и оценишь преимущества. Он развернулся на каблуках, готовый уйти, когда Алина схватила его за руку, останавливая на полпути. - А как же Морана? - спросила она. Плечи Николая напряглись, и он посмотрел на Алину с натянутой улыбкой. - Политический союз, Алина. Вот и все. Морана... Я скажу ей. Она поймет. Алина отпустила его рукав, - Мне нужно подумать об этом. - Конечно. С этими словами он покинул военная комната, твердо намереваясь найти Морану и рассказать ей о предложении. У него почти не было времени попытаться заговорить с ней с тех пор, как они приехали, но она тоже не пыталась заговорить с ним, на самом деле, Николай был убежден, что она пытается избегать его. Таким образом, они не разговаривали друг с другом с тех пор, как прибыли в Восточную Равку, и он опасался думать, что она думает обо всей ситуации. Что бы это значило теперь, когда он был не просто Штурмхондом. Он нашел Тамару и Толю в тренировочном центре, и они направили его в библиотеку Прялки. Шаги Николая становились все медленнее, чем ближе он подходил к библиотеке. Что он вообще мог ей сказать? Дорогая, я, возможно, помолвлен с солнечной Святой, пожалуйста, не злись. О, и твой отец, возможно, жив. Кроме того, мне кажется, я знаю, кто твой отец. Он провел рукой по лицу, когда добрался до открытых дверей библиотеки и вошел внутрь. Ему вообще не нужно было искать Морану. Она сидела в кресле у камина, небрежно перекинув ноги в сапогах через одну руку и опираясь на другую, с бокалом вина в одной руке и книгой, от которой, казалось, у нее болела голова из-за того, что она морщила нос - по крайней мере, он понимал, что такое вино. - Есть ли в этом что-нибудь хорошее? - спросил он, подходя к ней и опираясь на каминную доску. Глаза Мораны лениво скользнули по нему, и она поджала губы, прежде чем снова уткнуться в книгу. - Книга бесполезна. Вино среднее, - она снова взглянула на него и нахмурилась, - Я должна поклониться или что-то в этом роде? Его губы растянулись в усмешке, и он пожал плечами, она была настоящим пиратом на суше, никто из «позы леди» ее матери никогда не сидел так небрежно на стуле и не разговаривал с ним, как она. - Технически, да. Но я редко вижу, чтобы ты следовала правилам. Вместо того чтобы придумать колкость, она кивнула ему и снова уставилась в книгу, сделав глоток вина. Она ничего не добавила к разговору, и Николай начал беспокоиться. - Я думал, ты первая ударишь меня, - сказал он ей, пытаясь разговорить ее, пытаясь привлечь ее внимание, которое было так легко захвачено Штурмхондом. - Я думал об этом, - она не подняла глаз от книги. Я думал, что это бесполезно, подумал Николай про себя. - И все же ты этого не сделала. Морана пожала плечами, сделала глоток из бокала, покрутила его в руке, прежде чем, наконец, оторвала взгляд от своей книги и посмотрела на него. - Это все ложь, дорогой. Каждый отдельный момент между нами. Мы оба лжецы. Все ложь. Но это было не так. Они не были ложью - он был уверен в этом. Но опять же, он не был точно уверен, кем они были с самого начала. Николай напомнил себе о причине, по которой он искал ее. - Возможно, Дарклинг вернулся. Алина уверена, что это он, - тихо сказал он ей. Плечи Мораны расправились. Она на мгновение закрыла глаза и допила все содержимое своего бокала, прежде чем встать. - И что? - Мора, я знаю… - Я должна положить эту книгу обратно, - сказала она, обрывая его, и челюсти Николая сжались. Он последовал за ней, когда Морана направилась к проходу библиотеки, но прежде чем она успела сделать еще один шаг, он схватил ее за запястье, отчего бокал с вином выскользнул из ее руки и разбился о пол. Однако ему было наплевать на стакан, и, притянув ее обратно к себе, он заставил Морану посмотреть ему в глаза. - Я думал, ты не злишься из-за моей лжи. - Я не злюсь. - Тогда почему ты ведешь себя как.. - Я не притворяюсь, - сказала она, выдергивая свою руку из его хватки, - Я просто больше не притворяюсь. Что бы ни произошло между нами, это осталось в Истиноморе. Здесь я не должна ничего значить для тебя ... - Ты не можешь говорить серьезно, - сказал Николай, его брови полезли на лоб. Она сунула книгу ему в грудь, и Николай поймал ее, глядя на обложку. Это была книга о малой науке. Он нахмурился. - Как только я найду способ разорвать то, что связывает меня с Малом, я вернусь к морю, - твердо сказала она, но когда Николай снова взглянул на ее лицо, ее глаза казались бездонными. Он нахмурился. - Maл? - Мал - тот, с кем я связана. Это секрет, которым я обязана тебе, - она склонила голову, - Мой царевич. Николай заметно вздрогнул. Затем Морана оттолкнула его и направилась к выходу из библиотеки, даже не оглянувшись на него. Но если Николай и был кем-то, то он был упрямым и не позволил бы ей уйти от него. От них. Не тогда, когда им все еще было о чем поговорить, не тогда, когда они наконец-то чего-то достигли, и его титул должен был пойти и все испортить. Он последовал за ней, почти бегом, чтобы догнать ее, когда кто-то другой остановил Морану. Женщина постарше, которая, судя по цвету ее кефты, была целительницей, посмотрела на нее широко раскрытыми глазами, и плечи Мораны напряглись. - Елена? - пробормотала женщина, прищурившись на Морану сквозь тусклый свет зала. -Елена Зореслава? Ты меня не помнишь? Морана покачала головой, пытаясь пройти мимо женщины. - Я не знаю, о ком ты говоришь ... - Я Кэлия, нас привезли во дворец в один и тот же год ... Я... Раньше твои глаза были голубыми. - Океан завидовал их цвету, - натянуто ответила Морана, и женщина, Кэлия, фальшиво рассмеялась. - Ты всегда была забавной. Ты определенно не постарела ни на день, неудивительно, что ты так понравилась генералу, - сказала Кэлия, и в ее голосе послышался намек на отвращение, -Почему ты вернулась? Надеялась на воссоединение? - Вовсе нет, - сказала Морана, пытаясь проскользнуть мимо Кэлии, но женщина преградила ей путь. - Ты дезертировала. Он бы никогда не принял тебя обратно. - Добрый вечер, - громко поздоровался Николай, подходя к ним, и плечи Мораны заметно расслабились, хотя ее челюсть была сжата так сильно, что Николай мог видеть, как напряглись мышцы. Кэлия немедленно склонила голову, пробормотав слова, которые заставили его вздрогнуть, когда их произнесла Морана. - Не нужно формальностей, я просто надеялся перекинуться парой слов с мисс ...- он замолчал, посмотрев на Морану, и она вздохнула. - Зореслава. - Конечно, извини меня, - сказала Кэлия с фальшивой улыбкой, послав Моране неприятный взгляд, от которого у Николая закипела кровь. - Мы поговорим позже, Елена, если ты не занята возвращением к старым привычкам, - ответила она, взглянув на него. С этими словами Каэлия оставила их в покое. - Ты не должен был этого делать. - Казалось, ты был в минуте от нападения на Целителя. - Она Целительница, - ответила Морана, - с ней все было бы в порядке. Николай схватил ее за руку прежде, чем Морана успела даже подумать о том, чтобы последовать за Каэлией или убежать от него. Он провел большим пальцем по костяшкам ее пальцев, призывая посмотреть на него. Она подняла лицо, ее глаза сверлили его душу. - Ты не собираешься спрашивать? Он притянул ее ближе, качая головой, когда поднял руку, позволив своим пальцам коснуться ее щеки. Она была так красива, что ему захотелось запечатлеть ее образ в своем мозгу, чтобы никогда не забыть ее. Морана наклонилась навстречу его прикосновению, и Николай мягко улыбнулся. Ему не нужны были ответы, если она собиралась просто сбежать. - Я не собираюсь спрашивать сейчас, - пробормотал он. Она не сводила с него глаз, и он провел большим пальцем по ее нижней губе, заставляя ее губы приоткрыться с тихим вздохом, -Я не хочу, чтобы ты уходила, Мора. Поэтому то, что я собираюсь сделать, это попросить тебя зайти ко мне в комнату позже вечером. - Это довольно самонадеянно с твоей стороны. - Не так, - оборвал он ее, уголки его губ приподнялись в ухмылке, когда он увидел слабый румянец на ее щеках, - Ну, если ты не захочешь. Она прищурилась, глядя на него, и Николай улыбнулся. - Нам нужно поговорить, вот и все. Ты знаешь, что нам нужно. - Нам не о чем говорить, - ответила Морана, отходя от него, - Все, что было, осталось в океане. - Чушь собачья, дорогая. Мы здесь, - он шагнул вперед, заставив ее отшатнуться к стене, и обхватил ее рукой, мягко улыбаясь ей, - Мы оба здесь, и это все, что нам нужно. Поэтому, пожалуйста, я умоляю тебя, просто выслушай меня. Губы Мораны поджались, когда она обвела взглядом его черты, и затем он увидел, как в ее глазах что-то изменилось. Она приподняла бровь. - А ты? - Я? - Умоляю, - ответила она, ухмылка появилась на ее накрашенных красным губах, и тогда Николай понял, что, по крайней мере, на сегодняшний вечер он покорил ее. - Хочешь, я встану перед тобой на колени, Мора? - он прищелкнул языком. - Довольно грубо с вашей стороны, мы находимся в коридоре. - Я пират, - был ее ответ. Затем одна из ее идеальных бровей вызывающе приподнялась, и Николай ухмыльнулся. Он позволил своим рукам коснуться ее боков, опускаясь на колени, а затем они упали в сторону, когда он посмотрел на нее - единственную, перед кем он когда-либо видел себя стоящим на коленях, - Морана, дорогая, присоединяйся ко мне сегодня вечером, - сказал он, -Я умоляю тебя. Она ухмыльнулась, проводя рукой по его волосам, царапая ногтями кожу головы, она потянула, наклоняя его голову в сторону, когда наклонилась к его уху, - Не ложись и подожди меня. Я могу появиться. Он застонал, когда ее язык прошелся по его подбородку, а она поцеловала его в шею. Затем она оставила его стоять на коленях в коридоре, безнадежно преданного своей Королеве Истиноморя.