33. Гриффиндорские развлечения

      Джеймс сидел один в гостиной Гриффиндора и пытался делать домашнее задание. Дэвид и Кай ушли на кружок по шахматам, а Фрэнк проводил время с родителями. Вообще, Джеймс сейчас должен был быть на тренировке, но за час до назначенного времени поднялась такая буря, что даже Вуд посчитал, что проводить тренировку будет слишком.       Джеймс старался не расстраиваться. В конце концов, все равно ему в этом году больше не светит сыграть, в прошлый раз была настоящая случайность, а вредить семикурснику Джеймс не будет, в конце концов, он ему давал различные советы, было бы очень некрасиво так с ним поступить. Да и Джеймс боялся снова облажаться, сейчас у команды был шанс догнать и даже обогнать лидеров турнирной таблицы, а если они проиграют второй матч, то третье место — это лучшее, на что они смогут рассчитывать.       Впрочем, плохое настроение преследовало его последние дни, и квиддич тут ни при чем. Эванс, эта история с портретом, отец. Скорее, квиддич бы помог ему отвлечься от этой полосы неудач.       — Что, братишка, скучаешь? — к нему подсел Фред, а за ним на диван плюхнулся и Лайол, который жевал яблоко.       — Да, — признался Джеймс. — Домашку делать скука смертная, особенно, когда ничего нового не узнаешь.       — О да, понимаю, мы тоже предпочитаем проводить время с куда большей пользой и применять выученное на практике, — усмехнулся Фред.       У Джеймса загорелись глаза. Неужели за сегодняшний день его ждет хоть что-то веселое? Он давно хотел поразвлекаться со старшим кузеном, Фред знал толк в розыгрышах.       — Например? — спросил Поттер.       — Мы нашли в одном из коридоров боггарта в старых доспехах, — расплылся в улыбке Фред.       — Да, и оттащили его в общую гостиную, — хихикнул Лайол. — Сам он вряд ли выйдет из своего насиженного места, но если мы ему поможем, тем более, что по четвергам там день слизеринцев.       — День слизеринцев? — удивился Джеймс, потому что он ни про один факультет не слышал ничего подобного. — Им что, своей гостиной мало? Я думал, что эти общие гостиные как раз и созданы для того, чтобы там была смесь факультетов. Дружба, связи и все такое.       — Так и есть, — кивнул Фред. — Вот только после открытия этих гостиных слизеринцы так и не приходили, что не устроило Роберта. Вот он и зашел через старикашку Слиззи, который и обязал свой факультет хотя бы раз в неделю выползать из своего террариума. Он только не учел, что не только слизеринцы, за некоторым исключением, не хотят общаться с другими факультетами, но и другие факультеты с ними. Посмотри на Доминик. У них на курсе компания из девчонок со всех факультетов кроме Слизерина.       Ну да, это было и так очевидно, просто Джеймс не знал, что это даже официально.       — То есть, вы меня правда берете? — оживился Джеймс, только сейчас понимая, к чему клонит кузен и его друг.       — Да, вместе веселее, тем более, когда ты тут один сидишь, а тренировка отменилась, — кивнул Фред. — Ну что, ты в деле?       — Напакостить слизням? — усмехнулся Джеймс. — Спрашиваете еще, что надо делать?       Джеймс прежде никогда не имел дела с боггартами, лишь слышал различные истории отца. Как на третьем курсе отец Теда их научил бороться с темными существами обычным смехом до того, как их обучали в школе мракоборцев именно истреблять их. Джеймсу не терпелось увидеть этих существ в живую.       Более того, он предвкушал настоящее веселье. Если это обязаловка для всего факультета, то там должны быть и Дамблдор, и Розье, и Принц. О, как он хотел увидеть страхи Принца, иметь против него оружие.       Сам же Джеймс был уверен, что ничего не боится.       — А как мы посмотрим на все это? — спросил Джеймс.       — Так мы поэтому к тебе и пришли, — сказал Фред. — Расчехляй свою мантию. Да, придется потесниться, но это шоу того стоит. Да, Йоли?       — Да, Фредди, — кивнул Джордан.       Джеймс виновато поджал губы и опустил глаза.       — У меня нет мантии, — сказал он.       — А куда ты ее дел? — нахмурился Фред. — Только не говори, что ты потерял такую вещь.       — Нет, конечно! — возмутился Джеймс. — Это папа все. Забрал. Она ему для работы видите ли нужна. А я уверен, что он специально это сделал, чтобы я не ходил ночью. В общем, простите.       Парни тяжело вздохнули. Да, обидно, что они его взяли только из-за наличия мантии. Ну да, конечно, будучи третьекурсником Джеймс тоже совсем не захочет возиться с каким-то первогодкой Альбусом, это же совсем не круто, так можно растерять все уважение на факультете.       — Да ладно, что-нибудь придумаем, — потрепал его по голове Фред, взлохмачивая волосы, совсем как мама.       — Мы? — удивился Джеймс. — Значит, вы все равно меня берете?       — Конечно, — заверил его Лайол. — Ты за кого нас принимаешь, чтобы мы из-за какой-то мантии отказывали в предложении повеселиться?       — А как? — спросил Джеймс.       — На крайний случай будем довольствоваться титрами в виде криков и разбеганий в разные стороны, — сказал Фред. — Как с рождественским балом. Мы же не прошли черту и не видели все веселье. Но в красках могли представить, что там на самом деле творилось.       Да, в какой-то степени Джеймс был согласен с Фредом, что уже и визги слизеринцев будут весельем, однако этим походом он хотел не только поднять себе настроение, но и удовлетворить свое любопытство, раздобыть слабые места врагов.       — Кажется, у меня есть идея, как нам можно будет посмотреть и повеселиться еще больше, — сказал Джеймс.       — И как же? — с огоньком в глазах спросил Фред.       — У вас же есть свитера бабушки? — спросил Джеймс.       — Конечно, — кивнул кузен.       — У меня уже нет, — поджал губы Джордан. — Ваша бабушка мне его отправляла на Рождество, когда я еще был на первом курсе, а сейчас уже третий, я заметно вырос.       — А заклинание увеличения? — пытался решить ситуацию Джеймс.       — Ты что, забыл истинную заповедь нашей бабушки? — закатил глаза Фред. — Она же ставит всякие чары на свою одежду, чтобы она сохранялась первозданной и только в таком виде.       — Да, точно, — нахмурился Джеймс. — Но мне кажется, что ей просто делать нечего весь год, вот она и оправдывается так ежегодными перевязками этих свитеров.       — Ну и как бы я не беру с собой в школу вещи, которые мне малы, — усмехнулся Джордан. — Конечно, мне было приятно получить такой подарок, чувствовать себя частью вашей большой семьи, я сохраню этот свитер до самой смерти, но скорее просто на полке с памятными вещами, а не в чемодане с повседневными вещами.       Джеймс и Фред прыснули от такой речи.       — А что за идея-то у тебя была? — спросил Фред.       — У меня завалялся порошок мгновенной тьмы, — Джеймс достал из кармана небольшой круглый шарик. — Я подумал, что было бы весело встать перед кем-то из слизеринцев, будто бы он боится быть Уизли. Думаю, над ним долго весь факультет будет хохотать. А еще было бы весело, как они бы использовали на нас Реддикулус, пытаясь превратить во что-то другое, а у них ничего не выходило.       — Джеймс, ты мозг! — восхитился Фред. — Думаю, мы с тобой и правда сможем попробовать, а Йоли как раз отвлечет порошком внимание, мы встанем перед кем-то, а потом он еще как-то отвлечет внимание, и мы сбежим, будто нас и правда не было.       Джеймс и Фред заскочили в свои спальни, нацепили свитера бабушки Молли, и все втроем направились к общей гостиной.       — Тише, — сказал Фред, выглядывая из-за угла в коридор, где находились слизеринские студенты.       В коридоре было тихо. Да, слизеринцы не изменяли себе, они всегда были слишком тихие, даже в Большом зале от них не было ни звука. Интересно, в своей гостиной у них тоже все так себя ведут по-аристократически тухло? Обычно шум от разговоров и смеха был слышен из той точки, где находились ребята. Это осложняло их задачу пробраться незамеченными.       — Так, ну и как мы выпустим боггарта? — спросил Джеймс. — Вы ящик затащили прямо в гостиную?       — Да, но это не проблема, стрельнем заклинанием из-за угла, — сказал Фред. — Думаю, понаблюдать тоже сможем, наверняка все всполошатся и будут смотреть не на выход.       — Не факт, — усмехнулся Лайол. — Они же не храбрые гриффиндорцы, а пугливые змеи, которые в свою нору поползут.       В любом случае, выбора у них не было, поэтому решили действовать по плану, который придумали.       — Алохомора, — стрельнул Фред заклинанием, открывая старый сундук с боггартом.       Они спрятались за стену и прижались спинами, почти переставая дышать, лишь бы никто не заметил их присутствия. Кажется, слизеринцы не заметили не только их, но и боггарта. Может, у них не получилось открыть ящик?       Джеймс осторожно заглянул в гостиную. Все, как ни в чем ни бывало, сидели на диванах и мягких подушках, кто-то читал, кто-то предпочитал разговаривать, сбиваясь в небольшие группы, кто-то и вовсе делал домашнее задание. Да, Джеймс и не думал, что слизеринцы на деле такие скучные, на словах со своими угрозами они выглядят повеселее.       Наконец, Джеймс увидел боггарта. Нет, не чей-то страх, а самого боггарта. Странно, они же вроде невидимые. Впрочем, опыт фестралов должен был ему показать, что все имеет свою форму, просто не все могут это увидеть. Джеймс решил уточнить.       — Вы тоже это видите? — спросил Джеймс.       — Что? — удивился Фред. — Как Пьюси в носу ковыряется, а потом это в рот засовывает?       — Фу, нет, — скривился Джеймс. — Я про боггарта.       — Поттер, боггарты невидимые, — со знанием дела сказал Лайол. — Это лишь магический сгусток, как привидение, только…       — Нашли время для лекций, — перебил их Фред.       Джеймс задумался. Может, он умеет не только чувствовать магию, как в своих венах, так и внешне, как было с той посылкой с Адским пламенем, но еще и видеть? Эванс тоже бы увидела боггарта в таком его обличии?       — А-а-а, — вдруг раздался девчачий крик.       Мальчики воодушевленно переглянулись между собой и осторожно заглянули в гостиную. Девочка, наверное, с четвертого или пятого курса, верещала на всю гостиную, а книги упали из ее рук. Пусть страх был и достаточно банальным, всего лишь пауки, но огромное членистоногое, восседающее на ее предплечье, выглядело эффектно.       — Элизабет, не двигайся, сейчас я с тебя сниму его, — к ней подбежала подруга и, видимо забыв, что она волшебница, пыталась снять паука голыми руками.       Стоило ей дотронуться на деле до боггарта, как он тут же превратился в змею. Очередной крик. Какой-то парень решил избавиться от змеи волшебным методом, совсем не придав значения, кем же являются на деле паук и змея, видимо, решив, что это чей-то трансфигурационный трюк.       — Дьявол, что за шутки? — дрожащим голосом спросил он, когда по гостиной уже бегал огромный Грим.       И вот собака приняла облик какого-то мужчины.       — Пора, — сказал Фред. — Раз он уже принял облик человека, будет натурально, Йоли, давай.       Секунда и гостиную наполнил дым порошка мгновенной тьмы. Джеймс почувствовал, как Фред схватил его за руку и потащил в гущу событий. Он едва успел затаить дыхание, чтобы не выдать себя кашлем.       Фред показал ему на какую-то фигуру перед ними, а Джеймс кивнул. Выбора у них особо не было. Нужно все делать быстро.       Как только дым потихоньку развеивался, Джеймс не мог поверить своим глазам. Ему не могло так повезти. Перед ним явно вырисовывались черты Розье.       — Это боггарт, черт его подери, — сказал кто-то из старшекурсников. — Откуда он взялся?       Наконец, дым рассеялся, а Джеймс, благодаря своей вновь открывшейся способности заметил, что настоящий боггарт притаился под потолком, очевидно, выжидая спокойствия и новую жертву.       — Где он? — спросил женский голос.       Все начали вертеть головами в поисках нарушителя спокойствия их мирного вечера. Розье тоже оглядывался по сторонам, пока не столкнулся взглядом с ним. Джеймс расплылся в улыбке.       — К-кажется, он здесь, — испуганно сказал Розье, зовя на помощь старшекурсников.       Все столпились перед ними. Где-то слышались испуганные перешептывания, где-то смешки. Кажется, все сложилось идеально, теперь на Слизерине, а может эта новость уйдет и во всю школу, все будут шептаться, что Розье боится его и Фреда.       — Отойдите, — сказал тот самый смелый старшекурсник, вставая перед ними. — Ридиккулус!       Ничего не произошло. Лайол, давай, второй шарик, сейчас все поймут, что мы настоящие. И да, в этот момент снова все стало в черном едком дыму, и Джеймс с Фредом побежали на выход.       — Вот это класс! — не мог нарадоваться Фред, когда они снова присоединились к его другу. — Дружище, ты видел?       — Да, даже со стороны это было очень смешно, как вы сдержались? — поражался Джордан.       — Тихо, кто-то идет, — сказал Джеймс, оборачиваясь в сторону шагов и голосов. — Сюда.       Они убежали в противоположную сторону, снова прислоняясь к стене. В целом, они ничего не нарушали, до отбоя еще долго. Но находиться рядом с местом преступления даже случайно не стоит.       — Что здесь происходит? — послышался знакомый женский голос.       — Молли? — удивленно и одновременно спросили друг у друга Фред и Джеймс.       — Кажется, она, — ответил тут же на свой же вопрос Уизли.       — Хорошо, что не Вик, — усмехнулся Джеймс. — Молли нас не сдаст.       — Сейчас узнаем, — затем послышался и мужской голос.       Джеймс был уверен, что знает, кому он принадлежит. Теперь уже точно да. Слишком много он провел времени с этим человеком за прошедшие пол года.       — Лучше иди к себе в гостиную, — сказал Дамблдор, явно чувствуя неладное.       Молли ничего не ответила, лишь прошла дальше по коридору, почти мимо них, не замечая. Что она вообще тут делала? А главное, с этим так называемым старостой школы? Не нравилось Джеймсу все это. Пусть Молли и не была в его письме угроз, но все равно она была и остается членом их семьи.       — Вот он, полетел в коридор, — послышался крик. — Аарон, лови его!       — Кого? — не понял Дамблдор. — Что тут происходит?       — Боггарт на нас напал, — сказал парень. — Вот, этот феникс это он…       Джеймс не сдержался и чуть выглянул из-за стены. Дамблдор стоял перед боггартом, стойко смотря ему в глаза. Боггарт стал огнем, из которого сыпался пепел. Аарон усмехнулся и взмахнул палочкой, что боггарт тут же растворился, Джеймс его не видел и не чувствовал. Кажется, он использовал то самое радикальное заклинание.       — Все в нашу гостиную, — скомандовал он. — Я сообщу Слизнорту о происшествии, может, хоть тогда он перестанет нас сюда загонять.       Гогот слизеринцев затихал в конце коридора, а мальчики бросились в противоположную сторону, чтобы не схлопотать наказаний от старосты школы, а может и чего похуже.       — Фух, кажется, оторвались, — все еще тяжело дыша, сказал Фред, когда они прибежали на седьмой этаж.       — Да, это было и правда весело, — кивнул Джеймс, тоже глубоко хватая ртом воздух. — Я чуть не раскололся там. Уже хочу урок зелий. Интересно, Розье от меня шарахнется?       — Значит, это все же были вы, да? — вдруг послышался голос Молли, которая вышла откуда-то из-за угла.       Ребята вздрогнули и обернулись.       — Фух, Молли, напугала, — расслабился Фред, все же ему не хотелось снова быть пойманным и сидеть на отработках.       — А меня бояться не надо? — удивленно подняла брови кузина. — Только Вик может наказать?       — Ну, ты как минимум не староста, а значит, у тебя нет власти, а сдавать нас ты не будешь, — рассуждал Фред.       — Лучше ты скажи, что ты делала с этим… слизеринцем, — хмыкнул Джеймс, вступая в их диалог.       — А я должна отчитываться? — удивилась Молли.       — Нет, но мне просто интересно, что тебя связывает с человеком, которого ищут власти, — фыркнул Джеймс. — Или его с тобой.       — Ничего, — просто ответила Молли. — Мы просто вдвоем вышли из библиотеки, которая находится на том же этаже, услышали какой-то шум и пошли на него.       Джеймс, прищурившись, смотрел на Молли, и не мог понять, кто в этой парочке выступает ведущим, а кто ведомым. Молли тоже не так проста, как может показаться, да и на Гриффиндоре не зря, храбрости ей не занимать, она одна может против Дамблдора выйти, еще и победит, не зря ее назвали в честь бабушки, которая одолела саму Беллатрису.       — О, вы долго, как тренировка? — спросил Фрэнк, как только Джеймс вошел в спальню.       — А как ты даже не мокрый? — удивился Дэвид. — Мне казалось, что там какая-то буря.       — Так и не было тренировки, — сказал Джеймс.       Он рассказал друзьям о своем приключении, заострив особое внимание на Дамблдоре и его страхе.       — Вам не кажется это странным? — спросил Джеймс. — Человек как-то справился с троллем, протащив его в наш лес, устроил погром Большого зала, интересуется стихийной магией, но боится обычного огня?       — Может, это не обычный огонь, — предположил Кай. — Может, это Адское пламя?       — Уверен, он не хуже Флитвика бы его взял под контроль тогда в саду, если бы захотел, — сказал Джеймс.       — А может, все же ему тоже что-то человеческое не чуждо? — предположил Дэвид. — Крутой маг, а боится такую обычную вещь, как огонь.       — А может, это каминный огонь? — дальше предполагал Фрэнк. — Может, его в детстве куда-то унесло, и поэтому такой страх?       Джеймс лишь пожал плечами. Ему казалось, что боггарт может стать той самой девушкой. Но, значит, ему показалось, что он ее боится, скорее, она ему просто неприятна.       А еще ему надо поговорить с Тедди. Его Молли точно не будет послушать, какой-то младший кузен. Если Люпин все ей объяснит, возможно, она отстанет от Дамблдора.       Знать бы еще, чем там сейчас занимается Альбус.              Джеймс не мог налюбоваться на робкие взгляды Розье в его сторону за завтраком. Все же все было не зря. Кажется, это пока что был один из его лучших розыгрышей над Розье. Правда, сказать, как к нему относятся на Слизерине, сказать было сложно. С первокурсниками не только слизеринцы, в целом все курсы не особо-то и общались, за исключением старост. Поэтому он ждал урока зелий, как никогда. Может, друзья с ним тоже не общаются? Слизеринцы в целом не подавали никаких признаков, что вчера что-то пошло не по плану. Как же Джеймс хотел оказаться на вечерок в этом змеином логове, посмотреть, что там происходит. Может, он зря отказался от шутки Распределяющей шляпы? Если бы он знал, что ему нужно будет следить за столькими людьми с этого факультета, непременно туда пошел бы двойным агентом своего отца.       — Почему ты его не носишь? — спросила Фэй у Лилианы. — Как по мне красивый шарф. Куда лучше этих форменных. Хотя бы в выходной.       — Я ненавижу бордовый цвет, — сказала Эванс, тяжело вздыхая. — Наверное, Ксавье просто забыл про это…       — Лилиана, думаю, он и не старался запомнить, — сказала Данбар. — Думаю, что Поттер прав…       — Не произноси при мне эту фамилию! — оскалилась Лилиана.       — Я тоже люблю тебя, Эванс, — крикнул Джеймс с легким раздражением в голосе.       Лилиана испуганно вздрогнула и обернулась, с таким же настроением прищуриваясь.       — Я думала, что для тебя это не новость, — сказала Лилиана и ускорила шаг.       Друзья, которые нагнали его, ведь он специально увеличил темп, чтобы подслушать разговор девочек, ничего ему не сказали, хотя он был уверен, что заметили его испортившееся настроение. Только теперь у него из головы не шел этот бордовый цвет. Он точно никогда не забудет, что он ей не нравится.       — Заходим, заходим, нечего тут толпиться, — сквозь своих учеников пробирался Слизнорт, тоже только что спустившийся с завтрака. — Занимаем свои места, у нас много работы.       Джеймс опустился на свое место рядом с Лилианой, но та лишь посмотрела на Принца, едва заметно ему улыбнувшись.       — Пока ничего не доставайте, только перо и пергамент, — сказал Слизнорт, все еще пытаясь отдышаться. — Мы начинаем сегодня новый раздел, который и будем практиковать следующие пару месяцев.       Ребята лениво полезли в свои сумки. Да, сейчас они не так плохо относились к теории, когда практики на каждом предмете было достаточно, скорее наоборот, все обрадовались новой теме, что никто тебя не спросит, а значит, можно незаметно доспать еще пару часов. У Джеймса же сон как рукой сняло после очередной перепалки с Эванс.       — Мы начинаем блок простейших успокоительных настоек, — сказал Слизнорт. — В рамках этих зелий нашей первостепенной задачей будет не сварить зелье от всех недугов, а научиться правильно рассчитывать пропорции ингредиентов, именно на такого вида зельях лучше всего будут видны ошибки, даже если вы ошиблись всего на один грамм.       Джеймс тяжело вздохнул. Снова тренировка для безруких идиотов. Как можно ошибиться в граммовках, если они прописаны в рецепте.       — Мистер Принц, ни в коем случае не умаляю Ваш талант, да и не имею права настаивать, когда сам всех вас стараюсь сподвигнуть на использование чуйки и фантазии, но не могу не предупредить, что подобные зелья очень чувствительны к любым посторонним воздействиям, — пригрозил пальцем Слизнорт.       — Спасибо, профессор, я уже знаю, — усмехнулся Принц.       — О, что же Вы молчали, юноша, — воскликнул Слизнорт, что рядом сидящая Лилиана вздрогнула от неожиданности. — Прошу к доске, поделитесь своим опытом с коллегами!       Кажется, Принц был шокирован. Он явно не ожидал, что такая неосторожно брошенная фраза будет стоить ему публичного выступления. Но Слизнорт не оставил ему выбора, поэтому Джеймс тихо хихикал, злорадствуя над Ксавье, за что, ожидаемо, получил убивающий прострел зелеными глазами от своей соседки.       — Думаю, ни для кого не секрет, что мой отец один из самых известных зельеваров в Британии как минимум, — начал свой рассказ Принц, глазом не моргнув, что это выглядит как хвастовство и не похоже совсем на него, Джеймс впервые видел его таким. — Можно сказать, что я рос в лаборатории. Мне всегда было все очень интересно. Конечно, отец не мог во время работы часто на меня отвлекаться, поэтому, чтобы я не придумал ничего лишнего сам, давал мне рецепт, и я готовил. Сначала мне было очень интересно, я чувствовал свою значимость. Но все то, что доверял мне отец, я быстро выучил. Мне наскучило. Поэтому я решил экспериментировать с тем, что у меня есть. Я добавлял в разные простейшие зелье ингредиенты. Сначала просто так, что первое попалось под руку. А потом я будто стал чувствовать. Может, где-то уже стал говорить минимальный опыт, может, я и правда открылся зельям, а они мне. Какие-то эксперименты проходили очень удачно, какие-то менее. Но никогда ничего не случалось. Максимум отвратительный запах гниющих плодов. Пока я не решил экспериментировать с сонным зельем.       — О, его мы тоже затронем, — вклинился Слизнорт. — Продолжай, что ты добавил?       — Думаю, профессор Слизнорт собирается нам показать тот вариант сонного зелья, который самый слабый, — сказал Принц, а Слизнорт ему уверенно закивал. — Если самый сильный раствор имеет бордовый цвет, то самый слабый прозрачно-серебристый. Мне стало интересно, можно ли усилить эффект и сделать сон на уровень глубже если не сварить зелье по иному рецепту, а добавить в имеющуюся версию толченого серебра, которое сможет насытить цвет и, как казалось семилетней версии меня, таким образом усилить действие зелья.       — И что произошло? — прошептала одна из девчонок слизеринок с заднего ряда.       — Бум, — просто ответил Принц. — Пошла реакция, слишком сильная. Хотя я добавил едва ли грамм. Обычные зелья редко отреагируют настолько мощно, обычно как раз мне для моих экспериментов хватало именно такого количества внешних ингредиентов, чтобы понять, что им тут не место.       В кабинете повисла тишина. Наверное, один Джеймс жалел, что этот «бум» не прикончил его пять лет назад. Кажется, Лилиана уже слышала эту историю, потому что ее ничуть не удивил этот рассказ как всех остальных их однокурсников.       — Что, сильнее моего? — с усмешкой произнес Финниган, и Джеймс на него обернулся, одобрительно показывая большой палец вверх.       — Представь себе, — язвительно сказал Принц. — Я успел отвернуться, но было лето, я был в футболке и шортах. Все, что попало на кожу… В общем, я пролежал в Мунго около месяца, пока мне сводили ожоги и растили новую кожу.       — Вот так вот, — сказал Слизнорт, который явно радовался истории из первых уст, считая, что его теоретические предупреждения вряд ли бы кого-то убедили в реальной необходимости осторожничать. — Поэтому очень важно знать какие ингредиенты не совместимы даже в малейших пропорциях, это мы с вами и научимся делать.       Первый урок они записывали теоретическую информацию, а на втором перешли к практике. Как оказалось, основа для данной подгруппы зелий тоже готовится не совсем обычная, более насыщенная, чтобы стабилизировать привязку ингредиентов.       — Отлично, Лили, превосходная основа! — сделал комплимент Эванс профессор и пошел к другим столам.       Джеймс усмехнулся, видя, как Эванс заливается красной краской от гнева.       — Я Лилиана, — сквозь зубы проворчала она.       Джеймс усмехнулся. Интересно, каково будет его сестре Лили на уроках у Слизнорта? Все говорили, что она похожа на папу, только волосы и глаза мамины, но профессор ведь тоже будет проводить свои ассоциации.       — Может имя сменить, Эванс? — спросил Джеймс. — Старик вряд ли до конца своих дней выучит его полную форму.       — А может еще и фамилию? — оскалилась Лилиана.       — Ага, на Поттер, — хихикнул Розье, который слышал всю их перепалку стоя рядом. — Или ты, Эванс, предпочтешь стать Принц?       — Заткнись, Розье, — зашипел на него Джеймс, угрожая маленьким ножичком. — Даже не смотри в ее сторону.       — Мерлин, да никогда в жизни, — поморщился тот, поднимая руки в сдающимся жесте. — Фамилии Розье она точно не достойна.       Розье от ножевого ранения спас лишь Слизнорт, который вновь подошел к их столам.       — Знаешь, Розье, тут слухи по школе ходят, что ты меня боишься, — самодовольно хмыкнул Джеймс. — Что твой боггарт это я…       — И не надейся, что я тебя боюсь, Поттер, — гордо сказал он. — Скорее я боюсь скатиться в такое ничтожество как ты и вся твоя семейка.       — Так я тебе и поверил, — улыбнулся Джеймс.       Да, ему определенно было весело не только в момент нахождения перед Розье в свитере бабушки, но и сейчас. Розье будет из кожи вон лезть, чтобы доказать ему, что он ничего не боится. Жаль, что Дэвида не удалось с собой взять, тогда на Розье бы точно косо смотрели, что он до ужаса боится маглорожденного мальчишку.       — Еще надо посмотреть, чего боишься ты, Поттер, — обиженно сказал Розье.       — Явно не самого себя, — усмехнулся Джеймс.       — Да? — притворно удивился Фабиан. — А зря, я бы боялся прожить всю жизнь безмозглым оленем, может, именно это и пытался сказать мне боггарт, как думаешь?       От очередного вечернего наказания их спас звонок с урока.              Вечером парни решили устроить в своей комнате что-то вроде пижамной вечеринки, стащив с ужина кучу еды.       — Слушайте, а у меня идея, — вдруг сказал Джеймс, доедая очередное пирожное.       — Как опять испортить жизнь слизеринцам? — усмехнулся Кай.       — Именно, — кивнул Джеймс.       — Ты не устал на наказаниях сидеть? — спросил Фрэнк.       — Ради благого дела не жалко, — отмахнулся Джеймс. — Но мы можем сделать это чужими руками.       Джеймс потянул друзей из спальни в вечерние коридоры. Он специально останавливался, стучал в доспехи рыцарей. Друзья смотрели на него так, будто бы он сошел с ума.       — Ты хочешь вызвать гнев МакГонагалл? — спросил Дэвид. — Тогда наказание обеспечено нам, а не слизеринцам.       — Ты прав, я хочу кое-кого вызвать, — кивнул Джеймс.       — Агааа, — за их спинами раздался противный голос. — Первокурсники бедокурят в коридорах!       — Вообще-то, Пивз, я вызывал тебя, — самодовольно сказал Джеймс.       — И что же наглому малолетнему Потти нужно от главного обитателя замка? — прищурившись, спросил полтергейст.       Джеймс усмехнулся. Да, Пивз явно заинтересовался. Когда он отказывался пошалить в конце концов?       — Мы хотели подшутить над слизеринцами и решили, что в нашей команде не хватает тебя, — серьезно сказал Джеймс. — Ты же самый лучший сочинитель приколов в этой школе.       — Что, правда? — удивился Пивз.       — Конечно, — уверенно сказал Джеймс. — Мои кузены столько о тебе рассказывали, что я хотел побыстрее в Хогвартс лишь бы познакомиться с тобой лично.       — И что же Потти хочет сделать с этими наглыми и гордыми слизеринцами? — спросил Пивз.       — Ага, ты их тоже не любишь, — кивнул Джеймс. — Как насчет заколотить ночью их проход в гостиную, чтобы они с утра не могли выбраться? У тебя же особая магия. Сможешь запечатать?       У Пивза загорелись глаза огнем предвкушения.       — Так, что ваша четверка тут делает? — спросила Виктуар, которая шагала по коридору рядом с Тедди, а стоило ей завидеть Пивза, как улыбка пропала с ее лица. — Пивз, иди отсюда, а то я позову Кровавого барона.       Джеймс не знал, испугался ли Пивз привидения слизеринцев, а может, наоборот, он во что бы то ни стало решил воплотить их общий план в действие, но полтергейст тут же полетел по коридору, выкрикивая свой очередной придуманный на ходу стишок.              Оборотень с вейлой — ух, диковинка такая!       Он воет при луне, а она — вся сверкает.       Смешно и опасно — но всё ж по делам,       Влюбились они — я смеюсь по углам!              — Зла на него нет, — оскалилась Виктуар.       — Да ладно тебе, он забавный, — пожал плечами Джеймс.       — Пока не начинает про тебя сочинять чепуху, — покачала головой Виктуар.       Джеймс видел, как Тедди поджал губы, и был уверен, что его вряд ли задели слова Пивза про оборотня, скорее ему обидно, что Виктуар отныне считает их влюбленность глупостью.       — И где он не прав? — усмехнулся Джеймс.       — Мы, вообще-то, не пара, — Виктуар сложила руки на груди.       — Да? — удивился Джеймс. — А я думал, что девочки надевают короткие юбки на свидания…       Накричать на него Вик не дала картина, открывшаяся перед ними. В конце коридора, даже не обратив на них внимание, к лестницам прошли Дамблдор и Молли. Виктуар и Тед напряженно переглянулись, а Джеймс им рассказал, что не первый раз видит их вместе.