35. Семь зеркал

      Утром в газете не было никаких новостей об этих убийствах. Видимо, Гарри решил все замять. Но почему? Выгораживал Теда и Вик? Или же не хотел, чтобы волшебное общество знало, что они упустили убийцу?       — Тед, — Джеймс пришел к Люпину в спальню этим вечером, чтобы поговорить о случившемся, а может даже извиниться, хотя он не чувствовал вины, в конце концов, он не просил туда их отправляться, он просто попросил передать Вик Теду информацию, чтобы тот был в курсе, может, даже передал бы его отцу.       — Его тут нет, — сказал его сосед. — Ему назначили наказание.       — Ясно, — расстроенно сказал Джеймс.       Он уже хотел было уйти, как заметил, что из-под подушки торчит что-то очень знакомое. Это точно ткань мантии, он не мог ошибиться, только их мантия-невидимка обладала такой изящностью. Получается, отец забрал мантию не себе, а отдал ее Теду?       — Я… возьму книгу из его тумбочки? — спросил Джеймс. — Он мне обещал взять в библиотеке, а она мне очень нужна сегодня вечером.       — Бери, мне-то что, — отмахнулся семикурсник.       — Спасибо, — сказал Джеймс. — Тогда скажешь, что это я взял.       Да, лучше сказать. Пусть Тед на него по итогу поругается, но хотя бы будет знать, что мантию не украли, что она в надежных руках. В конце концов, это его мантия по праву.       Джеймс сел рядом с тумбочкой и открыл ее, делая вид, что ищет в ней ту самую книгу. На деле же мантия аккуратно и незаметно скользила из-под подушки прямо ему в сумку. Отлично, осталось найти любую книжку.       Поттер взял первую попавшуюся, которой оказалась трансфигурация за седьмой курс, и уже было хотел уйти, как его взгляд упал на карту Мародеров. Соблазн был слишком велик, чтобы хотя бы на один вечер обрести власть над замком, а как следствие над Дамблдором. Не долго думая, Джеймс схватил клочок пергамента и тоже убрал его в сумку, захлопывая тумбочку и поднимаясь с колен.       — Спасибо! — кинул Джеймс семикурснику и бегом пустился из логова пуффендуйцев.       В их гостиной была целая толпа народу. Джеймс протискивался сквозь старшекурсников. Его заметили лишь его однокурсники с Пуффендуя, удивленно ему махая, а он уже выбрался через бочку в школьный коридор.       Джеймс отбежал дальше, юркнув в один из подземельных проходов, который вел в неиспользуемую часть замка. Там он быстро накинул на себя мантию, чувствуя, как соскучился по ней. Все же она и правда была особенная, волшебная, Эванс не права, что кто-то способен создать нечто подобное, такой мантии больше ни у кого и никогда не будет.       Насладившись ощущениями невидимости и полной безопасности, Джеймс достал карту Мародеров. Он ни разу не держал ее в руках с тех пор, как папа отдал ее Тедди, когда тот пошел на третий курс. Ностальгия пробежалась по всему телу, вызывая легкую улыбку и воспоминание, как он любил брать эту карту и следить за точками, которые перемещались в Хогвартсе, мечтать, что однажды и он будет одной из этих точек.       — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость, — произнес Джеймс, упираясь кончиком своей волшебной палочки строго в центр пергамента.       Карта начала оживать в его руках. Линия за линией, лестницы, кабинеты, залы, гостиные. Джеймс завороженно смотрел за этим действием, не веря, что смог дотронуться до этого сокровенного пергамента.       Вот и точка с его именем. Как долго они с Алом и Лили об этом мечтали, и вот, наконец, он тут. Хотя, конечно, его мечты были куда интереснее и красочнее того, чем оказалась реальность в замке. Наверное, если бы не Дамблдор и квиддич, он вообще бы разочаровался в замке. Уроки и домашка, скукота.       Джеймс постепенно начал находить своих друзей. Вот пуффендуйцы, буквально за стенкой, с которыми он здоровался пять минут назад. Берк, Боунс, Мун, Смит, МакМиллан. Не составило труда найти и Эванс с Фэй и Келлой в их спальне. Кай и Дэвид, видимо, возвращались с шахматного кружка. Джеймс быстро нашел и провинившихся. Кажется, все трое помогали Невиллу в теплицах. Осталось найти Дамблдора…       — А, вот ты где, — сказал Джеймс, обнаружив спустя пару минут старосту школы в библиотеке в Запретной секции.       Джеймс даже расстроился. Он надеялся застать Дамблдора за чем-то более незаконным. Впрочем, еще не было отбоя, поэтому едва ли он будет встречаться с этой девицей в школе вечером.       Но понаблюдать за тем, что все же изучает Дамблдор, ему тоже было интересно. Вдруг, он все же добрался до той самой книги, которую он листал у Хагрида? Джеймс был уверен, что сможет сегодня найти ответы на многие вопросы.       Он осторожно пошел по лестницам. Было бы неловко, если бы кто-то врезался в него из-за угла. Но карта и правда очень сильно помогала избегать стычек с остальными учениками школы.       — А я тебе говорю, что кору нужно сначала измельчить, — ругались какие-то четверокурсники, мимо которых прошел Джеймс в библиотеке.       Вот она — Запретная секция. Дверь была чуть-чуть приоткрыта, но мадам Пинс не спускала своего зоркого взгляда с нее. Джеймс не был уверен, что пролезет в эту щелку незаметно, да и не ясно, что хуже, если что-то подозрительное заметит мадам Пинс или сам Дамблдор с той стороны.       Но, кажется, ему сегодня опять везло. Мадам Пинс отвлеклась на тех самых спорящих четверокурсников, которые начинали кричать все громче. Она сорвалась со своего места и побежала к ним, начиная шипеть, как настоящая гадюка.       Джеймс решил воспользоваться ситуацией и протиснулся внутрь Запретной секции. Кажется, удача и правда была на его стороне. Дверь не издавала скрип, а Дамблдора не было где-то поблизости, даже если он что-то и услышал, мог бы подумать, что заглянула библиотекарь.       — Дамблдор, у тебя полчаса, библиотека закрывается! — вдруг почти над его ухом послышался голос мадам Пинс, а Джеймс вздрогнул от неожиданности.       Аарон сказал ей что-то невразумительное, а Джеймс понял по направлению его голоса, где тот находится.       Ступая аккуратно и бесшумно, Джеймс направился по коридорам из стеллажей на голос Дамблдора.       Он сидел в самом конце секции за столиком, обложившись книгами и пергаментами, что-то усердно писал.       — Вот черт, — выругался Аарон, начиная что-то перечеркивать в своем пергаменте.       Джеймсу было страшно. Хоть его переполняли эмоции от того, что он делает, все равно этот человек вызывал у него ужас. Находиться с ним наедине было некомфортно. Да, однажды он его уже не заметил. Но сейчас он уже раз предупреждал его лично, возможно, сейчас он будет больше прислушиваться к шорохам.       Но Джеймс рисковал. Ему нужно было посмотреть его записи, а также книги. Поэтому Поттер осторожно направился к старосте школы, надеясь, что половицы под ним не будут скрипеть.       Джеймсу удалось подойти достаточно близко, чтобы видеть, что написано в книгах.       Первая и самая близкая к Дамблдору была написана на непонятном ему языке. Кажется, это был немецкий. Да, точно, он видел эти странные буквы с точками сверху у Дэвида, который выбрал немецкий.       Кажется, Дамблдору не доставляло никакого труда понимать, что там написано. А Джеймс внутри себя возмутился. Они в Англии, неужели нельзя было наполнить библиотеку переводами.       — Дьявол, — снова выругался Дамблдор, да так неожиданно, что Джеймс едва не вскрикнул.       Аарон притянул к себе другую книгу.       О, кажется, это был староанглийский. Все же у Дамблдора с ним были проблемы. Джеймс заметил, как тот активно пользовался словарем.       Но то, что Аарон сделал дальше повергло Джеймса в настоящий шок. Записав предложение, видимо, переведенное со староанглийского на немецкий, он потянулся к третьей книге. Вот только прежде, чем открыть ее, он разрезал себе палец и провел им, оставляя кровь, по корешку книги. Джеймс удивленно наблюдал за нем, как кровь впитывается в корешок, а зачем книга раскрывается. И если Джеймс был в шоке, то Аарон ликовал.       — Есть! — громко воскликнул он, принявшись судорожно листать страницы толстой, но маленькой книжки.       Дамблдор с такой скоростью нашел нужное в этой книге, что Джеймсу едва ли удалось запомнить страницу, как он громко ее захлопнул.       Аарон встал со своего места, поставил эту книгу на место (Джеймс быстро запомнил, куда), и взял другую, снова садясь за свой стол.       Кажется, новая книга была не такой кровожадной. Она открылась сразу. Вот только после этого издала такой истошный крик, что Джеймс снова чуть не выдал себя.       — Да заткнись ты, — грубо сказал Дамблдор книге.       Снова, будто уже со знанием дела, он нашел нужную страницу. Вот только Джеймс видел, что она пуста. Зачем он искал пустую страницу в книге, да и что вообще пустая страница делает посреди книги?       Кажется, у Дамблдора был ответ и на этот вопрос. Он взял свечу, которая стояла неподалеку, и поднес к ней страницу книги. Джеймс на секунду почувствовал себя мадам Пинс, хотелось закричать, что он сейчас сожжет страницу старинной книги.       Но как только пламя свечи касалось бумаги, к удивлению Джеймса, она не загоралась. Наоборот. Там начал проявляться какой-то текст.       — Отлично, — довольно сказал Дамблдор.       Он начал закрывать все книги, левитируя их на место, а Джеймс судорожно пытался запомнить их местоположение.       — Ваше время вышло, мистер Дамблдор, — сказала мадам Пинс, которая снова совсем бесшумно материализовалась за ними.       — Да, спасибо, мадам Пинс, я как раз закончил, — сказал Дамблдор, закрывая свои записи и убирая их в сумку.       — Директора благодари, — сказала она. — Я бы никогда эти книги не дала бы в руки ни одному ученику.       Аарон направился на выход под конвоем мадам Пинс, а Джеймс остался один, слыша, как закрывается на ключ дверь Запретной секции. Что ж, оставалось надеяться, что сработает заклинание Алохомора. Или же ему придется провести всю ночь тут, чего ему совершенно не хотелось, в темноте тут было жутко.       Наученный опытом, Джеймс знал, что мадам Пинс не сразу покинет свое рабочее место, а значит, прежде чем начинать просматривать эти книги (особенно ту орущую), ему нужно подождать, пока библиотекарь закончит финальный осмотр своих владений.       Джеймс сбросил с себя мантию, сел за тот самый стол, где еще пять минут назад сидел Дамблдор, пододвинул свечу и принялся следить за точкой Дамблдора по карте.       Скучно. Он направился в свою спальню. Едва ли он ее покинет, наверняка, будет изучать сделанные записи.       Наконец, шаги мадам Пинс в основном зале тоже стихи, погас свет, и библиотека погрузилась в ночную тишину.       — Люмос, — сказал Джеймс.       Кончик палочки освещал пространство перед ним. Кажется, книги были такие же привереды, как и портреты. Джеймс стал отчетливо слышать какой-то ворчливый шепот, словно они были недовольны, что снова включили свет и мешают им уснуть.       Джеймс решил просматривать книги по порядку. Сначала он взял ту, которая была не немецком. Он понимал, что едва ли поймет, что там написано, но не терял надежд хотя бы на маленькие картинки.       Картинок в книге не было, зато было много схем. Кажется, эта книга по артефакторике. Вроде Слизнорт упоминал, что в этой области больше всего продвинулись немецкие волшебники, а в Хогвартсе существует только дополнительный кружок для старшекурсников, поэтому не удивительно, что эта книга находится здесь.       Джеймс чувствовал какую-то растерянность. Причем тут артефакторика? Дамблдор же интересовался животными. Сменил свои приоритеты? Но почему?       Поттер поставил немецкую книгу на место и взял ту, что написана на древнеанглийском. Здесь шансы понять, что написано, у него явно были нулевые. Раз сам Дамблдор использовал словарь.       — Бесполезно, — сказал Джеймс.       А вот со следующей книгой было куда интереснее. Джеймс запомнил страницу и видел, что она на английском. Вот только открыть ее можно с помощью крови. Любой крови? Джеймсу не очень нравилось, что ему придется чем-то резать себе палец.       Но желание разоблачить Дамблдора было сильнее. Джеймс положил перед собой книгу и начал искать что-то, чем можно было добыть свою кровь. Наконец, в сумке нашлось сквозное зеркало, по которому он изредка связывался с родителями. Его края были достаточно острыми. Легкая боль, и вот уже капли крови капают на корешок книги, впитываясь в нее.       Джеймс был готов уже услышать пронзительный книг, но этого не случилось. Может, книга чувствует людей с плохими и хорошими намерениями? Других вариантов у него просто не было.       — Страница сто пятьдесят семь, — пробубнил сам себе Джеймс, листая фолиант.       Да, Дамблдор определенно знал, что искать. На странице был сплошной текст, что Джеймсу пришлось перелистнуть на начало главы, чтобы понять, о чем тут речь. Глава называлась «Зеркала и их магия».       — Нет, — прошептал Джеймс.       Ему стало не по себе. Зеркала. Записка, что Джеймс в ту ночь дал ему какую-то подсказку. Вывод был очевиден. Он знает. Дамблдор знает, что за дверью, охраняемой привидениями, находятся зеркала. Он понял, что они не простые, поэтому ищет информацию о них.       Джеймс прочитал всю главу. Он узнал многое об истории зеркал, но не понял, как эта информация может помочь ему и Аарону. Тот после прочтения определенной страницы взял другую книгу.       Слава Мерлину, кровь тут больше не требовалась, поэтому Джеймс взял свечу. Он боялся что-то сделать не так, сжечь улики, но страница и правда не горела. На ней появился список из семи наименований.              1. Зеркало Еиналеж (Erised) — Желания       Что показывает: Самое сокровенное желание сердца.       Символика: Жажда, стремление, надежда.       Опасность: Теряешь связь с реальностью, пытаясь достичь того, что может быть недостижимо.       2. Зеркало Аверет (Tereva) — Страхи       Что показывает: Твои самые сокрытые ужасы, не только внешние, но и внутренние — страх одиночества, вины, потери.       Символика: Смелость и самопознание через ужас.       Опасность: Сводит с ума слабых духом, заставляя поверить, что страх реален.       3. Зеркало Сорваль (Lavros) — Прошлое       Что показывает: Важнейшие моменты твоей жизни, но без возможности их изменить.       Символика: Память, сожаление, принятие.       Опасность: Застреваешь в прошлом, теряя способность двигаться вперёд.        4. Зеркало Номис (Simon) — Будущее       Что показывает: Возможные исходы, отражения вероятностей.       Символика: Судьба, выбор, ответственность.       Опасность: Пророчества обманчивы — видя один путь, человек может сам его вызвать.       5. Зеркало Анисса (Assina) — Истинное «Я»       Что показывает: Твое настоящее внутреннее существо — без масок, ролей и самообмана.       Символика: Самопознание, честность, очищение.       Опасность: Не каждый выдержит увидеть, кем он является на самом деле.       6. Зеркало Рамех (Hemar) — Память мира       Что показывает: Историю, которую мир пытается забыть — утраченные тайны, скрытые преступления, забытые герои.       Символика: Истина, справедливость, память.       Опасность: Знание — это власть, а власть — бремя.       7. Зеркало Тирив (Virit) — Истинная связь       Что показывает: Людей, с которыми ты связан душой — живых, умерших, далеких, но все еще связанных нитью судьбы.       Символика: Любовь, связь, вечность.       Опасность: Можно утонуть в тоске по тем, кто ушел, или в привязанности, что сковывает свободу.              Как только Джеймс убрал свечу из-под страницы, текст исчез.       Он шокировано смотрел в пустую страницу перед собой. Вот что это за зеркала. Оказывается, их семь. Где они были раньше? Почему они сейчас находятся там?       Джеймс не знал ответы на эти вопросы. Но, кажется, знал Дамблдор. Отец придумал, что если он увидит в отражении реального и алчного себя, то изменится? О нет. Аарон точно не такой.       Тем более, сейчас Дамблдор знал, чем опасно каждое из зеркал, он точно подготовится к походу к ним.       Вдруг из его сумки раздался пикающий звук.       — Джеймс, ты где? — послышался голос Дэвида из его коммуникатора. — Уже был отбой, мы тут с ума сходим.       Черт. Джеймс не знал, что ему делать. С одной стороны, ему было жутко тут находиться, и он бы предпочел отсюда уйти. Но с другой стороны, он мог попробовать найти что-то еще про зеркала. Наверное, лучше будет успокоить друзей, но и предупредить.       — Все в порядке, я закрыт в Запретной секции библиотеки, — сказал Джеймс. — У меня тут есть дела.       Дэвид ему ничего не ответил, поэтому Джеймс понадеялся, что ребята успокоятся и лягут спать, в случае чего Поттер отправит им сообщение.       Джеймс начал светить палочкой на корешки рядом стоящих фолиантов. Наверное, книги по схожим тематикам должны стоять рядом друг с другом. И почему на этих корешках ничего не написано?       Поттер открывал книгу за книгой, перелистывал, но либо ничего не понимал из написанного, либо там ничего не относилось к зеркалам. Спустя час его руки устали таскать книги, которые были размером почти с него самого. Джеймс сел на стол и погасил огонек на палочке.       — Сюда, — вдруг послышался какой-то шепот.       Джеймс подумал, что ему послышалось. Любой сойдет с ума один на один с этими старинными книгами. Да еще и ночью, точно начнешь воображать себе всякое.       — Сюда, — снова послышался шепот.       Джеймс почувствовал, как мурашки страха пробегаются по телу. Он сразу вспомнил рассказы отца, как его звал к себе Василиск. Может, он тоже владеет парселтангом, сам того не зная?       — Иди сюда, — шепот теперь начал разноситься с разных сторон, отчего Джеймс включила фонарик на палочке. — Иди сюда.       Почему книги его зовут? Наверное, это не просто так. Если они обладают разумом, а может даже магией и легилименцией, то знают ответы.       — Куда мне идти? — спросил Джеймс в пустоту, чувствуя себя настоящим идиотом, что разговаривает с книгами.       Шепот начал усиливаться. Но Джеймс стал его слышать все отчетливее откуда-то из середины секции. Вооружившись палочкой, он направился на голоса.       Он пришел прямо ко входу. Целый ряд центрального стеллажа шептал ему. Книги просили взять себя. Но его взгляд задержался лишь на одной, самой массивной из них. Он чувствовал от нее магию, ему хотелось прикоснуться к ней, открыть.       Джеймс потянулся за книгой, но не ожидал, что она будет такой тяжелой. Книга полетела на пол и раскрылась. Джеймса тянуло к ней, поэтому он встал на колени и навис над книгой сверху.       Но не успел он прочитать ни одного слова, как страницы книги ожили, являя из себя лицо человека. Джеймс уже было хотел задать вопрос, почему его звали, как это лицо истошно закричало. Поттер дернулся, хотел отползти, захлопнуть эту книгу, как понял, что она его будто затягивает в себя.       Джеймс упирался руками в пол и нижние полки, но огромный рот, словно лев, погрузил в себя его голову, все сильнее затягивая его внутрь. Вдруг Джеймс почувствовал, как все резко закончилось, а его тело отбросило дальше по коридору. Он застонал, прижимая к себе ушибленную коленку, на которую и пришелся удар.       — Поттер, у тебя совсем мозгов нет? — вдруг послышался знакомый голос из темноты.       Книгу явно закрыли, но она все еще пыталась что-то кричать, создавая гул в библиотеке.       — Тед? — Джеймс все еще тяжело дышал. — Как ты меня нашел?       — Признаюсь, без карты это было сделать не просто, — буркнул Люпин. — Пришлось обращаться к твоим друзьям.       — Предатели, — фыркнул Джеймс, понимая, что Дэвид связывался с ним по просьбе Теда.       — А может спасатели? — спросил Тед. — Если бы я не пришел, что бы с тобой было? Когда ты, наконец, поймешь, что правила в школе сделаны не просто так, а ради нашей же безопасности? И за спасение вообще-то принято благодарить.       — Спасибо, — сказал Джеймс.       Тед протянул ему руку, помогая подняться.       — Пошли отсюда, — сказал он, взмахом палочки притягивая к себе мантию и карту из дальнего угла библиотеки.       Они молча вышли из Запретной секции, минули читальный зал и очутились в темном ночном коридоре.       — Я чуть с ума не сошел, когда не обнаружил мантию и карту, — казалось, Тед и правда волновался за него. — Я даже подумать не мог, куда тебя может понести в полном обмундировании.       — Прости, — виновато сказал Джеймс. — Просто вы были на наказании, вот я и подумал, что Дамблдор может после этих убийств…       — Джеймс, сколько раз тебя твой отец просил никуда не лезть? — выдохнул Тедди. — Он взрослый человек, профессионал. Наверное, он знает, как действовать. Тем более в школе почти ежедневно находится и Рон, тоже большой профессионал, ну неужели ты думаешь, что они не справятся с Дамблдором?       — Он разгадал тайну зеркал, — сказал Джеймс. — Я был там, там была защита, но, кажется, Дамблдор теперь знает, как обойти и дверь, и защиту вокруг зеркал, более того, он знает, что это за зеркала.       — Какие зеркала? — нахмурился Тед.       Джеймс уже было открыл рот, чтобы все рассказать, как в коридоре послышался стук каблуков.       — Под мантию, живо, и ни звука, — скомандовал Тед.       Джеймс накинул на себя семейную реликвию, растворясь в темноте, а по раскрытой карте в его руках быстро понял, что к ним приближается директриса.       — Это директор, — прошептал Теду Джеймс.       Однако перед ним уже не стоял Люпин. Это был Роберт МакГонагалл. Тедди включил фонарик на палочке.       — Ох, Роберт, ты меня напугал, — вскрикнула МакГонагалл. — Ты что тут делаешь в такой час?       — Делал обход школы, — откашлявшись, сказал Тед, пытаясь сделать свой голос более грубым.       — И мне не спится, — сказала МакГонагалл. — Все думаю, правильно ли я сделала, что дала Аарону доступ в Запретную секцию. Поттер, безусловно, талантливый мракоборец, но все же Дамблдор еще ребенок. Мы должны защищать его и объяснять, что такая магия может быть разрушительной, а не подталкивать его еще больше к ней.       — Боюсь, что он уже сделал свой выбор, и никто его не переубедит, — сказал Тедди. — К сожалению, не из каждого ученика удается вырастить героя, работающего на благо обществу.       — Когда-то и Реддл был таким, — тяжело вздохнула МакГонагалл.       В коридоре повисло молчание.       — Пойду посмотрю Запретную секцию, — сказала МакГонагалл. — Посмотрю, какие книги он брал.       Тед лишь ей кивнул, пожелав спокойной ночи, и пошел дальше по коридору, а Джеймс засеменил за ним, срывая с себя мантию.       — Дальше чисто, — сказал Джеймс, смотря на карту.       — Дай сюда, — Тедди вырвал из его рук карту Мародеров.       — Куда мы идем? — спросил Джеймс.       — Я провожаю тебя в твою башню, — строго сказал Тедди. — А завтра с утра вместо завтрака в Большом зале мы идем на кухню, где ты мне и рассказываешь о зеркалах.       — Ладно, — буркнул Джеймс.       Они молча дошли до гостиной Гриффиндора, где Джеймс произнес пароль недовольной Полной Даме, которую они разбудили.       — Не зайдешь? — спросил Джеймс.       — Что мне там делать? — удивился Люпин.       — Ну, не знаю, увидеть полуголую спящую Вик, — хихикнул Джеймс.       Люпин лишь закатил глаза, но все же чуть покраснел, Джеймс это заметил даже в темноте, забрал у него еще и мантию, и зашагал прочь, а Поттер направился в спальню.       — Джеймс, куда тебя опять понесло? — спросил Дэвид, его Джеймс перешагнул порог спальни. — Мы за тебя так волновались…       — Ага, так волновались, что начали меня искать по просьбе Люпина, — фыркнул Джеймс.       — Не злись, — сказал Фрэнк. — Если бы мы знали, что ты снова с мантией, мы бы и без него стали волноваться, а так были уверены, что ты никуда не уйдешь дальше положенного.       Джеймс рассказал друзьям, что Дамблдор теперь владеет информацией о зеркалах, а в совокупности со знаниями о том, как минуть привидение и проникнуть за запретную дверь, что-то нехорошее приблизилось к ним вплотную.       Эту же историю он повторил и для Теда на следующее утро. Вот только тот не был так же напуган, как их Квадрум. Тед апеллировал к их ночному разговору с МакГонагалл, что все согласовано.       Однако Джеймс был уверен, что Дамблдор точно заходит дальше дозволенного и запланированного отцом. Как минимум стоит учитывать, что он не один, а со своей неуловимой подружкой. Хоть Тедди и пообещал ему еще более пристально следить за Дамблдором, Джеймс ему не верил.       Джеймс знал, что в этом деле у него есть один гарантированный союзник. Профессор Картер. Он тоже как коршун следил за Дамблдором, пусть и тоже по просьбе отца, но явно видел в нем куда большую угрозу.       После урока по Защите Джеймс решился с ним поговорить. Может, ему удастся уговорить его не передавать отцу их разговор. В конце концов, он же должен противостоять темным силам, это его специальность.       — Профессор, можно задать Вам вопрос? — спросил Джеймс, когда все ученики покинули класс.       — Да, конечно, мистер Поттер, Вам что-то показалось непонятным? — обеспокоенно спроси он.       — Нет, я просто… — затушевался Джеймс. — Это скорее личный вопрос, не как к преподавателю.       — Только Вы меня не спрашивайте о моем семейном положении, — усмехнулся профессор. — Среди старшекурсниц это самый популярный вопрос из личных.       — Нет, не в этом плане личный, — покачал головой Джеймс.       Наверное, стоит сразу сказать все и прямо.       — Я знаю, что Вас мой папа просил следить за старостой школы, — начал Джеймс.       — Мистер Поттер, — перебил его Картер, а на его лице было недовольное выражение. — Не думаю, что это Вас касается, Вы опоздаете на следующий урок, советую Вам поторопиться.       — Вы меня не так поняли, просто… — Джеймс не хотел отступать. — Я уверен, что отец его недооценивает. У него есть помощница. Он зашел дальше, чем все предполагают. Я знаю, что Вы тоже ему совсем не верите, что Вы разговаривали со Слизнортом, но он так не считает. Вы правы, что меня это не касается, поэтому я прошу Вас быть еще более внимательным к нему.       Профессор Картер больше не гнал его, лишь приобрел задумчивый вид. Джеймс покорно ждал. В целом, его цель достигнута, Картер его услышал, он предупрежден.       — Что Вы знаете о нем, мистер Поттер? — спросил профессор.       — Я знаю, что он может обойти привидение и проникнуть в тот коридор с другой стороны, я знаю, что он понял, что это за зеркала, я знаю, что он зачем-то собирал яды различных лягушек, из-за которых пострадал профессор Флитвик, я знаю, что это он замешан в убийстве в Хогсмиде, я знаю, что он на каникулах искал что-то во Франции, я знаю, что он через тайный ход в школу таскал какой-то сундук, я знаю, что он изучает свойства перьев, — тараторил Джеймс.       — Достаточно, мистер Поттер, — остановил его Картер, явно шокированный информацией. — Я Вас услышал и обещаю, что возьму ситуацию под свой более тщательный контроль.       Джеймс довольный покидал кабинет преподавателя. Теперь он был более спокоен. Вряд ли Картера отвлечет полуголая Вик.              Профессор и правда не обманул его. Спустя неделю они перед уроком зелий застали ссору двух профессоров. Слизнорт явно не был доволен, что ученик его факультета, а по совместительству староста школы, не вылезает из наказаний.       — Профессор, такое ощущение, что Вы не можете отпустить личное отношение к моему ученику, — строго говорил Слизнорт.       — Ничего подобного, — стойко выдерживал давление авторитетом Картер. — Наоборот, я хочу ему помочь развиваться. Он недостаточно старается на моих занятиях, я знаю, что он может больше. Поэтому не вижу ничего плохого, что ученик отрабатывает свою силу в свободное время.       — Но он мне жаловался, что у него совсем не остается и минуты на личную жизнь, что Вы его задерживаете даже после отбоя, — настаивал Слизнорт. — Я-то уж и не помню, когда был молодым, но Вы-то, а как же свидания с девушками…       — Он меня заверял, что полностью отдан магии и науке, — заверил декана Картер.       — Хорошо, допустим, но он талантливый мальчик не только в Вашей сфере, — сказал Слизнорт. — Он ходит на дополнительные ко мне, к другим преподавателям, занимаемся самостоятельно.       — Я же не против, — невинно сказал Картер. — Чем быстрее он подтянется по моему предмету, тем больше времени у него будет на другие.       — Да как Вы не понимаете! — взмахнул руками Слизнорт.       Этот спор прервал звонок на урок, а Джеймс лишь улыбнулся краешком губ профессору Картеру, когда тот покидал подземелья. Внутри было ликование. Если Дамблдор прибежал жаловаться Слизнорту, из которого так легко вил веревки, то его план с Картером сработал. Правда, подобная ссора профессоров стоила им напряженного сдвоенного урока по зельям.              Доминик в припрыжку шла по коридору мимо кухни по направлению к гостиной Пуффендуя. Она придумала, что еще можно такого спросить у Теда, чтобы провести с ним пару часов наедине. Девочки все ей твердили, что она влюбилась, а Доминик же считала, что она просто рада, что теперь Тедди видит не только Виктуар, но и ее, что и с ней ему может быть интересно, что они могут общаться на равных.       Вот только счастливое настроение как рукой сняло. Прямо перед ней открылась бочка, и оттуда вылезли Люпин и ее сестра. Оба светились как факелы в ночи.       Нет, Доминик не верила, что у них что-то было, Молли ей рассказывала, что Виктуар взяла паузу и заявила Теду, что они могут быть лишь друзьями. Но ее раздражало, что Тед снова перестал замечать всех вокруг, кроме Вик. Сестра использовала его привязанность к ней в любой удобный для себя момент.       — О, Доминик, привет, а ты что тут делаешь? — Виктуар первая заметила ее.       — Ничего, — буркнула Дом. — Шла на кухню, не успела поужинать, с девочками заболталась.       — Приятного аппетита, — кивнул ей Тедди, не удосужившись даже на секунду отвести взгляд от своей обожаемой Вик.       Они вдвоем ушли по коридору к лестнице, о чем-то хихикая, а Доминик была готова расплакаться. Она вбежала в соседнюю от кухни дверь, думая, что тут туалет. Однако это оказался склад кухни с посудой и какими-то продуктами.       Но Доминик привлекло не это. Огромное зеркало, совершенно не вписывающееся в эту обстановку. Что оно тут делает?       Уизли подошла к зеркалу, которое начало проявлять ее отражение, а за ней вдруг появилась пожилая пара.