41. Пасхальные каникулы

      — Джеееймс, вставай, — послышался звонкий голос, а затем на его тело опустилось что-то тяжелое.       Джеймс нехотя открыл глаза, замечая, что на нем сидит Лили, пытаясь сорвать одеяло. Он вчера еле-еле отмазался от сестры, заверяя ее, что в замке не появилось ничего нового с прошлых каникул, на которых он ей уже все рассказал про школу. Хотя, конечно, он бы слукавил, за этот период он чуть не лишился рассудка.       — Лили, дай поспать, потом все расскажу, — зевнул Джеймс. — Вот сама поступишь в Хогвартс и будешь ждать приближения выходных, чтобы поспать, поэтому пока есть возможность — спи.       — Вот ты уедешь, и я буду спать, — не отставала от него сестра. — А пока что у меня есть возможность все у тебя спрашивать, я буду ей пользоваться, потому что ты уедешь потом.       — Поверь, в Хогвартсе не так интересно, как кажется, — слукавил Джеймс. — Домашние задания, отработки, тренировки.       — А ты играл еще матчи? — спросила Лили.       — Нет, не играл, — ответил Джеймс.       Лили явно думала, что ей еще спросить, чего она не успела за вчерашний вечер и зимние каникулы.       — А правда, что ты ездил в гости к своему другу Яксли? — кажется, Лили всегда внимательно слушала и разговоры родителей, если они начинали касаться Хогвартса, а эту поездку они явно обсуждали.       — Да, правда, — сказал Джеймс.       — А он к нам тоже приедет? — воодушевилась Лили.       — Не знаю, может быть, летом, если его отпустят, — пожал плечами Джеймс, который все же хотел теперь видеть и у себя дома своего друга с ответным визитом.       — Я хочу с ним познакомиться, может, у него другие истории будут про Хогвартс, — сказала Лили.       Джеймс лишь закатил глаза.       Джейн, сестра Кая, была менее приставучей. Во всяком случае к чужим людям. Лили едва ли бы остановил тот факт, что она не знакома с Яксли, сразу накинулась бы на него с допросом.       Хотя, может дело в том, что Джейн старше Лили на три года. Может, сестра тоже станет скромнее когда-нибудь. Но сам Джеймс в это не спешил верить.       — Джеймс, Альбус, Лили, — раздался голос мамы снизу. — Праздничный завтрак готов.       Они с Лили спустились вниз, через пять минут пришел и Альбус с таким лицом, словно он обижен на весь мир. Папа тоже был дома. Интересно, скольких усилий ему стоило, чтобы не пойти в праздник на работу?       Завтрак прошел в привычной атмосфере. Альбус молча ел, Лили трещала без умолку, что-то рассказывая папе, а мама спрашивала у него об учебе, друзьях, квиддиче.       После завтрака они втроем выбежали в сад в поисках пасхальных яиц. Джеймс обожал эту традицию. Спустя десять минут уставшие дети сидели на крыльце и ели шоколад.       — Альбус, ты чего молчишь все утро? — Джеймс попытался заговорить с братом.       Он никогда не имел ничего против Альбуса. Да, он любил по-братски подшутить над ним. Но все равно он любил брата, даже успел соскучиться за этот период учебы. Он хотел рассказать ему об их с друзьями приключениях. А заодно и про зеркало, что он там видел.       — А что я должен говорить? — поднял бровь Альбус. — Уж извини, мне, в отличие от Лили, совсем не интересно, как ты весело проводишь время в Хогвартсе, а отец отмазывает тебя из всяких переделок.       — Ты что, опять ревнуешь, что папа проводит больше времени со мной, чем с тобой? — фыркнул Джеймс. — Ты сам виноват, это ты не хочешь летать на метле.       — Мне это не интересно, — сказал Альбус.       Брат снова ушел к себе, закрываясь в своей комнате. Лили уже было хотела снова начать задавать ему вопросы, как Джеймс встал и направился за братом. Он давно понял, что Альбус напоминает ему слизеринцев, а значит, с ним действовать нужно хитростью.       Пока Тедди изучал МакГонагалла, Джеймс решил, что ему нужно продолжать изучать Дамблдора. Как ему удалось выяснить, то Аарон не собирался оставаться в школе на каникулы. Джеймс поставил себе цель — проникнуть в дом Дамблдоров.       И все же возможность такая была. И единственная. И имя ей было Альбус.       Джеймс был уверен, что если ему удастся наладить отношения с братом, то тот ему расскажет больше об Адаме, а может даже познакомит. Тогда они смогут уже вдвоем напроситься к ним в гости. Джеймс хотел осмотреть дом.       Наладить отношения с Альбусом было непросто. Точнее, убедить его в том, что их отношения и так нормальные, что именно от Альбуса исходит негатив и нежелание общаться. Но так как Джеймс решил действовать хитрее, то у него был совсем другой план. Ему надо научно заинтересовать Альбуса, только так он будет действовать совместно, все эти красивые речи про храброе вторжение в дом или веселье с братом не прокатят.       — Ал, можно? — Джеймс постучался в комнату брата.       — Нет, — сухо ответил тот.       — Вообще-то у меня для тебя есть подарок, — сказал Джеймс. — И это даже не снитч, а книга!       За дверью послышалась какая-то возня, а затем она отворилась, являя перед ним Альбуса.       — Что за книга? — тут же спросил самый младший Поттер.       — Стащил ее из школьной библиотеки, — усмехнулся Джеймс, проходя в комнату брата, и завалился на его кровать. — Стащил во время наказания.       — Мне не нужна ворованная книга, — закатил глаза Альбус. — Тем более о мхах и водорослях.       — Ну, нет так нет, сам через год тогда вернешь ее, — отмахнулся Джеймс, не желая тащить ее обратно.       — Чего тебе надо? — не выдержал Альбус.       Джеймс не спешил отвечать, осматривая комнату брата. На первый взгляд здесь не было ничего запрещенного, больше никакой живности, но Джеймс буквально чувствовал, что в этой комнате есть предметы, излучающие темную магию. Конечно, не так сильно, как тот сверток на подоконнике в Хогвартсе, но все же.       — Рассказать одну историю, которая приключилась со мной в школе, — сказал Джеймс.       — С чего ты взял, что мне будет это интересно слушать? — нахмурился Альбус. — Да и если ты, как и отец, будешь мне доказывать, что Дамблдоры плохие, ссылаясь на брата Адама, то я буду настаивать, что Адам не имеет ко всему этому никакого отношения.       — Да сдался мне твой Дамблдор, — отмахнулся Джеймс. — Хотя в какой-то степени речь пойдет о них.       — Джеймс, вали отсюда, я тебе сказал, я не хочу… — начал Альбус.       — Да подожди ты, — перебил его Джеймс. — Моя история затронет нормального Дамблдора, оригинального, который был директором.       Альбус смотрел на него с недоверием.       — Даже не знаю, с чего начать… — Джеймс почесал затылок, взъерошив свои волосы. — В общем, я разговаривал с нашим дедом.       — Он опять задвигал что-то про магловские приборы? — усмехнулся Альбус. — Или он согласен с папой, что это не Дамблдоры, а самозванцы?       — Да не с тем дедом, — сказал Джеймс.       — А с каким? — удивился Альбус. — У нас больше нет…       — С папиным отцом, — как ни в чем ни бывало сказал Джеймс.       — Эм… — скривился Альбус. — Нет, я все же спрошу, шанс есть всегда, ты нашел воскрешающий камень?       — Почти, — кивнул Джеймс.       Он рассказал брату все, что произошло с ним от нахождения зеркала до посещения Мунго.       — И зачем ты мне все это рассказываешь? — не понял Альбус.       — Ну, ты же всегда говорил, что тебя подкинули, — усмехнулся Джеймс.       — Это ты мне такое говорил, — оскалился Альбус.       — Да не важно, — быстро сменил тему Джеймс. — Я к тому, что с помощью этого зеркала ты можешь узнать, чья в тебе душа.       — Это такой изящный способ свести меня с ума? — поднял бровь Альбус. — Спасибо, дорогой братец.       Мерлин, ну почему с ним так сложно?       — Я просто к тому, что меня зовут Джеймс, я видел нашего дедушку, тоже Джеймса, — начал Джеймс. — Фрэнк, Фред, еще одна девчонка, которая увидела свою тезку. Они все умерли до их рождения. Что, если имя и правда призывает душу?       — Что ты хочешь этим сказать? — спросил Альбус. — Что во мне две души — одна Альбуса Дамблдора, а вторая Северуса Снейпа, раз меня назвали этим дурацким именем в честь них?       — Ну, все может быть, — пожал плечами Джеймс.       Альбус задумался, но и Джеймс тоже. Лили. Она названа в честь их бабушки. Могла ли душа Лили Эванс разделиться на две и сейчас находиться в его однокурснице и его сестре? А если Лилиана родилась первее и забрала себе душу его бабушки, то Лили, как и Молли, ничего не увидит?       — Я все еще не понимаю, чего ты от меня хочешь, — сказал Альбус.       — Ну, может, ты поэтому хочешь дружить с Адамом, потому что в тебе говорит душа Дамблдора? — спросил Джеймс. — Тянется к родственникам.       — Да мне все равно, — ответил Альбус. — Мне нравится общаться с Адамом, я буду с ним общаться, а причины меня не волнуют.       Так, вот, надо сейчас.       — Давай проведем эксперимент, — сказал Джеймс. — Если в тебе есть душа Дамблдора, то она должна признать тот дом.       — Я был у Адама в гостях много раз, ничего особенного я не чувствовал, — закатил глаза Альбус.       — Ты и не пытался! — настаивал Джеймс.       — Я все еще не понимаю, что ты от меня хочешь, — сказал Альбус. — Чтобы я что-то нашел у них в доме?       — Да не надо ничего искать, — отмахнулся Джеймс. — Пусть Адам просто даст тебе какую-то родовую вещь, а там и посмотрим, примет ли она тебя.       — Да будет тебе известно, то вся родовая магия заключена на крови, — поучал его Альбус.       — Ну и неужели тебе не интересно проверить теорию? — поиграл бровями Джеймс, видя, что ему удалось заинтересовать Альбуса.       В итоге Альбус согласился на его авантюру. Джеймсу было все равно, почувствует ли он что-то от вещей Дамблдоров или нет, ему было важно вместе с ним попасть в этот дом. Главное, чтобы Аарона не оказалось дома.       Вечером они всей семьей пошли в магловскую часть Годриковой Впадины. В честь праздника там раскинулась большая ярмарка со всякими безделушками, а главное — батутами. Лили кричала громче всех, когда папа все же взял ее на руки и понес по направлению к дому, указывая на то, что все уже разошлись по домам и батут уже закрыт.       Альбус ему по дороге сообщил, что папа уйдет на работу рано утром, мама отведет Лили в детский центр, а затем сядет работать, тогда они останутся одни и смогут сбежать к Дамблдорам.       Джеймс не спал всю ночь. Он смотрел на ветхий дом из окна и пытался продумать местоположение комнат, где могут находиться какие-то артефакты, которые Дамблдор может хранить дома. Он был уверен, что мать ему не указ, что он наверняка многое хранит дома.       Джеймс даже поднялся рано, чтобы убедиться, что папа ушел на работу, и путь чист. Вот только когда они с Альбусом спустились к завтраку, их ждал сюрприз. Папа сидел за столом с газетой и в пижаме.       — А ты что, сегодня на работу не идешь? — удивленно спросил Джеймс.       — Нет, — улыбнулся Гарри. — Я взял отпуск на твои каникулы. Побудем семьей дома. Вы рады?       — Безумно, — Джеймсу не удалось скрыть негодование.       Сколько они жаловались, что папа мало проводит с ними время, да и мама была с ними согласна, и в любой другой момент Джеймс прыгал бы до потолка, что папа их услышал, но не сейчас. От отца им точно не удастся сбежать. И что теперь делать с планом?       Джинни отправилась на работу, а Гарри всех их собрал гулять. Конечно, в первую очередь они пошли на батуты. Джеймс понадеялся, что внимание папы будет сосредоточено на Лили, и им с Алом удастся улизнуть, но их ждало поражение.       Оставалось надеяться, что им удастся улизнуть из дома ночью. Это было для него рискованно. Аарон мог вполне ночевать дома.       — И что я скажу Адаму? — возмущался Альбус, когда Джеймс его разбудил среди ночи, но покорно одевался.       — Правду, — ответил Джеймс. — Что хочешь проверить свою теорию, а папа днем нас никуда не пустит.       — Ладно, только давай быстро, — сказал Альбус.       Видимо, его и правда очень сильно заинтересовала эта теория, что все же Альбус слушался его.       — Надеюсь, что родители на наложили воющие чары на прихожую или двор, — понадеялся Джеймс. — А то нас быстро спалят…       — Это не проблема, — отмахнулся Альбус. — Кикимер.       — Молодой хозяин звал Кикимера… — старый эльф поклонился. — Молодому хозяину снова нужны…       — Нет, — перебил его Альбус. — Доставь меня и Джеймса к Адаму, родители ни о чем не должны узнать, только сначала предупреди его, хорошо?       — Кикимер слушается молодого хозяина, — эльф поклонился и исчез.       Джеймс удивленно посмотрел на Альбуса.       — Так вот как перемещаешься… — он был в шоке с гениальности брата.       — Это удобно, — просто ответил Альбус. — Я знаю, что ты тоже так делал.       — Да, делал! — воскликнул Джеймс. — Но, кажется, папа ему запретил меня куда-то перемещать, поэтому он не приходил, да я и не пытался.       — Думаю, что меня он тоже не разрешал никуда перемещать, тем более к Дамблорам, — фыркнул Альбус. — Но Кикимер любит меня больше, чем отца, поэтому он меня слушается.       — Адам ждет хозяев… — Кикимер вновь появился с хлопком и забрал их.       Они очутились в комнате, похожей на воющую хижину. Пусть Адам и пытался как-то навести тут уюта, едва ли у него получилось. Создавалось впечатление, что они живут в сарае. Джеймс до этого был уверен, дом просто снаружи выглядит так, специально, отпугивая посетителей, а внутри все нормально, но, кажется, он ошибался. И после всего этого Кай переживал, что у него плохой дом?       — Я не один, с братом, — сказал Альбус. — Он, как вдохновитель идеи, решил пойти со мной.       — Интересно, что за эксперимент? — воодушевился Адам, словно его не напрягало совсем присутствие незнакомого для него человека.       — В общем, хотим проверить теорию, что не только кровно, но и духовно вещи могут принадлежать волшебнику, — сказал Альбус.       Пока Альбус вкратце рассказывал своему другу то, о чем ему поведал Джеймс, сам он осматривал комнату Адама. Здесь были аквариумы с жабами, сверчками и прочей живностью. В шкафу за стеклом стояли колбочки с какой-то жидкостью. Книги в шкафу были без обложек. На стенах были расклеены какие-то рисунки с чертежами. Нет, все же этот Адам непрост… Оставался вопрос помогает ли он своему брату что-то создавать или это его личные изобретения? Если даже это было и так, Джеймс не мог гарантировать, что содержимое его комнаты не сможет навредить Алу или в целом миру.       — Да, это и правда интересно, — сказал Адам. — Знаешь же, что я приемный, и несмотря на то, что мама поменяла мне фамилию, я бы не сказал, что семейные вещи меня слушаются.       — Но все равно стоит проверить! — настаивал Альбус.       — Да, и я даже знаю, как сделать эксперимент более чистым! — воскликнул Адам. — Я знаю одну вещь, которая принадлежала именно Альбусу Дамблдору, если в тебе есть его душа, то она точно узнает это.       Они вышли из комнаты Адама. Тот просил идти тихо и не шуметь, чтобы не разбудить маму, которая устала после работы. Джеймс поинтересовался не разбудят ли они его брата, смахнув все на шутку, что ему не нужны проблемы со старостой школы, на что тот ответил, что Аарона нет дома. Джеймс сразу задался вопросом где он, но решил не озвучивать. Хотя, Адам мог и знать, где его брат…       — А это что за коробки? — спросил Джеймс, когда увидел ящики, один в один как те, которые Дамблдор носил в школу. — Вы переезжаете?       — Да если бы, — печально сказал Адам, которому явно не очень нравилось жить в таких условиях. — Но лучше это не трогать, брат обещал мне шею свернуть, если я в них залезу.       — Какие милые у вас отношения, — фыркнул Джеймс.       Альбус метнул на него взгляд, но все же продолжил спускаться вниз по лестнице в гостиную.       — Вот, — сказал Адам, протягивая Альбусу очки-половинки.       Джеймс тоже их быстро узнал, профессор был в них на портрете в Хогвартсе, да и в целом на всех рисунках, включая вкладыши шоколадных лягушек.       — Он в них не похоронен? — удивился Джеймс, пока Альбус крутил их в руках, пытаясь что-то почувствовать.       — Видимо, нет, — пожал плечами Адам. — Они были у гоблинов, мама рассказывала, что они их дали вместе с этим домом, как наследство.       — Что за чушь? — нахмурился Джеймс. — Они бы еще все его цветастые мантии вам отдали.       — Обычно гоблины отдают артефакты, — пожал плечами Адам. — Но мама отдавала их артефактору, он ничего не нашел.       — Это и правда артефакт, — прошептал Альбус, который напялил их на себя. — Дамблдор, кажется, не имел никаких проблем со зрением…       Джеймс и Адам удивленно уставились на него.       — На тебя снизошли воспоминания из прошлого тела? — удивился Джеймс, который придумал все это лишь бы проникнуть в дом Дамблдоров, и уж точно не подозревал, что эксперимент может удастся.       — Очевидность настоящего, — закатил глаза Альбус. — Адам, у вас наложены защитные чары на камин?       — Да, мама закрывала каминную сеть, — кивнул Дамблдор.       Джеймс видел, как зеленые глаза Альбуса светились в темноте.       — Может, пояснишь, что происходит? — не выдерживал Джеймс.       — Адам, где еще есть какие-то чары у вас в доме? — Альбус вертелся вокруг себя, словно что-то искал.       — Я… не знаю, — испуганно сказал мальчик, который явно переживал за друга. — Ну, наверное, защитные чары на территории дома…       Альбус ринулся во двор, а Джеймс и Адам побежали за ними. Вдруг Альбус резко замер. Джеймс и Адам буквально налетели на него.       — Да что с тобой, черт возьми, происходит? — выругался Джеймс.       — Папа? — прошептал Альбус.       — Ты с ума сошел? — уже всерьез забеспокоился Джеймс.       Но тут перед ним и правда явился отец. Из ниоткуда. Джеймс видел, как на его плечах развивается мантия.       — Ну, — голос был звонким, а это означало одно, что Гарри очень сильно злится. — Молодые люди, я жду объяснений.       — Мы… мы просто… — начал мямлить Джеймс.       — Живо домой, — скомандовал Гарри, совсем не обращая внимания на Адама, словно он пустое место.       Альбус снял очки и отдал их своему другу, и они покорно поплелись за отцом на другую сторону улицы. Альбус был невозмутим, а вот Джеймсу было страшно. Папе явно не понравилась их выходка.       — Джеймс, ты наказан до конца своих каникул и не можешь покидать свою комнату, — сказал Гарри. — Альбус, тебе запрещается покидать территорию дома, а также сидеть в своей комнате, отныне ты постоянно должен быть на виду и спать тоже будешь вместе со мной и мамой.       — Это несправедливо! — воскликнул Альбус. — Джеймса ты наказал на неделю, а меня на всю жизнь?       — Не думаю, что Джеймс захочет сбегать в этот дом еще раз, чего не скажешь о тебе, — строго сказал Гарри. — Я сделаю тебе кровать…       Гарри удалился, а Джеймс повернулся к Альбусу.       — Что это за очки? — спросил он. — Ты… увидел в них отца в мантии невидимке?       — Кажется, они показывают все чары, — пожал плечами Альбус. — Я видел защитный барьер возле камина и вокруг дома, и да, отца под мантией.       — Вау, — выдохнул Джеймс. — Теперь ясно, как Дамблдор видел отца под мантией…              — Слушай, я и так постоянно забираю детей из школы и вожу их по кружкам! — с раздражением и чуть на повышенных тонах говорил Рон. — На которых ты, между прочим, настаивала! Не надо делать вид, что ты не знала, что у детей в школе каникулы. Об этом тебе было известно на полгода раньше, чем ты поставила в свой график эти встречи.       — Да, я знала, что у детей каникулы в школе, но я же не могу все бросить и сидеть с ними! — ответно возмущалась Гермиона.       — А я, значит, могу? — еще больше повысил тон Рон. — Ах, ну да, конечно, я же занимаюсь ерундой, по твоему мнению…       — Рон, не говори ерунды, — выдохнула Гермиона. — Просто ты сам можешь построить себе день, а я завишу от графика других людей…       — Просто признай, что ты ненавидишь проводить время с детьми! — настаивал Рон.       — Ты же знаешь, что это не так, — крикнула Гермиона.       Роза и Хьюго сидели за столом и доедали свои хлопья. Который день родители не могли договориться, что с ними делать. Розу это уже начинало раздражать. Она не понимала, зачем родители завели их, если они им только мешают. Наверное, родители уже не могли дождаться, когда они оба уедут в Хогвартс.       — Почему у Джорджа и Анджелины нет таких проблем? — настаивал на своем Рон. — Почему он ходит на работу, и она ходит на работу, и дети им не мешают?       — Потому что Фред у них взрослый и может посидеть с Роксаной? — фыркнула Гермиона.       — Я тоже взрослая! — встряла в диалог Роза.       Их еще никогда не оставляли одних. Розе казалось, что они с Хьюго прекрасно справятся с этой задачей. Им точно не будет скучно, а еще можно будет есть конфет сколько угодно.       — Нет, ты еще маленькая, — сказала мама.       Роза надулась.       — Ну, можем отведешь их к Молли? — спросила Гермиона. — Она нам никогда не отказывала.       — Да, она нам никогда не отказывала, но она не обязана сидеть постоянно с нашими детьми, — парировал Рон. — Вот чем занимаются твои родители, к примеру, а, Гермиона?       — Ты прекрасно знаешь, чем они занимаются, — бросила недовольный взгляд на мужа Гермиона. — У них работа, они живут в Австралии.       — Да, но ты могла бы напомнить им, что у них есть внуки, они могли бы взять отпуск и на неделю приехать к нам и посидеть с ними, ты даже могла бы оформить им портал! — причитал Рон. — Но тебе даже на это все равно, ты даже не подумала.       — Рон, давай не будем это обсуждать при детях, — устало сказала Гермиона, кивая в их с Хьюго сторону.       Ну да, конечно, о них наконец вспомнили.       Спустя еще тридцать минут обсуждений родителей, Рон все же сдался и через камин переправил их в Нору. Бабушка всегда была счастлива появлению внуков в своем доме, даже если они к концу дня забирали у нее все силы. Молли пошла на кухню, чтобы приготовить им обед, Хьюго пошел к дедушке в гараж, где тот корпел над очередным своим изобретением, а Роза отпросилась у бабушки сходить к речке, которая была совсем недалеко от дома, бабушка даже сможет наблюдать за ней через окошко.       Роза в одиночестве шла, думая о родителях. Она боялась, что родители могут развестись. Она иногда слышала, что Джордж и Анджелина близки к этому. Ей было жалко Роксану и Фреда. И себе с Хьюго она точно не хотела бы такой судьбы.       На подходе к берегу речки Роза заметила, что два мальчика с блондинистыми макушками тоже сидят на берегу, точнее было сказать в воде. Вокруг них лежали ведерки и сочки. Мальчики явно кого-то ловили.       Роза сначала испугалась и хотела было уже пойти домой, но потом решила, что она уже сейчас должна быть храброй, чтобы через год очутиться на Гриффиндоре, поэтому уверенным шагом направилась к мальчикам.       — Привет, — поздоровалась Роза.       Парнишки одновременно на нее оглянулись, а Роза поняла, что у них не только одинаковый цвет волос, но и лица.       — Привет, — в один голос ответили они ей.       — Я Лоркан, — представился ей тот, что был слева.       — Я Лисандер, — ответил второй.       — Скамандер, — снова произнесли мальчики в один голос.       — Очень приятно, — сказала Роза. — А я Роза, Роза Уизли.       Мальчики переглянулись и снова посмотрели на нее.       — Мы о тебе слышали, — сказал Лоркан.       — Откуда? — удивилась Роза, все же популярными были ее родители, а не она сама, все же их ограждали от излишней популярности.       — Мама рассказывала, — пожал плечами Лисандер.       Роза нахмурилась. Она слышала о Скамандерах. Это была известная семья, которая славилась выходцами магозоологов.       — А кто у вас мама? — спросила Роза.       — Полумна Лавгуд, — ответили близнецы хором.       — А, понятно, — протянула Роза.       Она и правда слышала от родителей о Полумне. В основном от мамы. Она порой возмущалась, читая статьи в научных журналах, называя их антинаучными. Полумна была их подругой в школе, точнее больше подругой тети Джинни, а для родителей коллегой по кружку Отряда Дамблдора. Роза не помнила, чтобы родители с ней встречались все это время, что она живет на этом свете.       — Я не знала, что вы тут недалеко живете, — сказала Роза, осматриваясь вокруг и заметила дом на холме.       — Здесь живет наш дедушка, а мы с родителями где придется, — пояснил Лоркан. — Папа занимается магическими животными, мама ему помогает, а потом пишет статьи об их открытиях. Мы с рождения с ними живем в разных палатках, даже родились в джунглях в Бразилии. Но иногда нас оставляют с дедушкой, если мы сильно соскучились или у родителей слишком много работы, что им совсем не до нас.       — Да, — подтвердил Лисандер. — Сейчас они выводят какой-то новый вид животного. Поэтому целыми днями находятся с ним, наблюдают за ходом эксперимента, все записывают. Мы вот тоже хотели бы знать, что будет, если скрестить лягушку со стрекозой.       Роза нахмурилась. Мальчики казались ей какими-то странными. Кто будет скрещивать лягушку со стрекозой?       — У тебя, кстати, много мозгошмыгов, — сказал Лисандер. — Мама говорит, что они любят тех, у кого неподвижный мозг.       — Что? — закричала Роза, начиная понимать, почему ее мама недолюбливает эту Полумну. — У меня все нормально с мозгом.       — Если ты будешь продолжать умничать, они его съедят, — сказал Лоркан.       Роза даже не знала, что им сказать. В школе она слышала много оскорблений в свою сторону, но они ей были хотя бы понятны. Здесь Роза совсем не знала, как ей реагировать на такие выпады в свою строну. Она даже ничего не сделала, чтобы им не понравиться. Но они ей точно не нравились.       — Ты в этом году едешь в школу? — спросил у нее Лоркан.       — Нет, в следующем, — покачала головой Роза.       — Мы в этом и хотим попасть на разные факультеты, — ответил его брат. — Ищем способы, чтобы шляпа нас разделила.       — Странно, обычно близнецы не очень любят быть порознь, — сказала Роза, вспоминая рассказы и дяди Джорджа, и отца о своих братьях, что они делали абсолютно все вместе, порой даже синхронно.       — Мы хотим получить как можно больше опыта, — пояснил Лоркан. — Мы сможем меняться и тогда получится так, что каждый из нас будет учиться сразу на двух факультетах, никто такого раньше не делал.       Роза фыркнула. В этом не было никакого смысла. Занятия у всех факультетов все равно одни и те же. А судя по тому, что рассказывали ее родственники, которые уже учились в Хогвартсе, проблем с общением и объединением факультетов сейчас нет, администрация школы и попечительский совет сделали для этого все. Если близнецы готовы на такой обман, то будут готовы и на другие.       — А почему у вас нет дома? — спросила Роза. — В палатках же жить очень неудобно.       — Мама считает, что деньги портят людей, — сказал Лоркан. — Если ты живешь в единении с природой, то тебе ничего не надо.       — То есть они ничего не получают за исследования? — удивилась Роза, не представляя, чтобы папа делал что-то бесплатно.       — Конечно нет, — подтвердил ее догадки Лисандер, но посмотрел на нее так, словно она раздавила какую-то букашку. — Ведь они это делают не для своего блага, а ради природы и животных.       — Но невозможно же жить совсем без денег, — не понимала Роза. — Одежду же вам покупают, надо будет к школе покупать учебники…       — Когда предвидятся такие траты, родители берут заказы от частных клиентов, — сказал Лоркан. — Как раз из-за подготовки к школе, у них с лета того года есть коммерческая работа, они выращивают по заказу двух молодых исследователей…       — Тише! — одернул брата Лисандер. — Лучше не говори, вдруг эти клиенты не хотят разглашать.       А Розе уже стало интересно. Кого Полумна и ее муж могут выращивать за деньги? А главное, что за два молодых исследователя, котором понадобилось какое-то необычные животное?       — Ну что, будешь с нами ловить лягушек? — спросил Лисандер.       — Нет, не хочу, — покачала головой Роза. — Да и бабушка, наверное, уже приготовила обед.       — Как хочешь, — пожал плечами Лоркан.       Близнецы от нее отвернулись с такой же синхронностью, как и поворачивались, а Роза пошла домой, все еще гадая, кого можно выращивать на заказ, явно не котенка.              — Мам, пап, вы же не против, что я завтра пойду на день рождения к Теду? — спросила Виктуар за завтраком.       — Нет, конечно, милая, — улыбнулась старшей дочери Флер. — Только осторожнее, хорошо?       — Конечно, — кивнула Вик.       — А где будет мероприятие? — спросил Билл, который чуть напрягся. — Вы будете вдвоем?       — У него дома, — покачала головой Виктуар. — Будут еще его однокурсники.       Доминик почувствовала, как горечь обиды поднимается все выше, наконец, подступая к глазам, слегка увлажняя их.       — А почему он меня не позвал? — выпалила Доминик, которая даже приготовила Люпину подарок.       — Ну, наверное потому, что планируется не детская вечеринка? — фыркнула Вик. — Или ты считаешь теперь, что слишком взрослая?       — А раз вечеринка не детская, то тогда что ты там забыла? — уколола сестру в ответ Доминик, ведь после того случае в коридоре они больше не разговаривали. — Или что-то за эти дни изменилось?       Виктуар посмотрела на нее испепеляющим взглядом. Да, они сейчас с Тедом были снова просто друзья, но сестра боялась, что папа узнает об их поцелуйчиках. Доминик не верила, что трусиха Виктуар решилась на что-то большее.       — Девочки, не ссорьтесь, — сказала Флер.       Дом встала из-за стола и пошла в свою комнату. Если бы она осталась там еще на секунду, то точно не смогла бы выполнить мамину просьбу. Она вбежала в комнату и кинула купленную книгу по анимагии с праздничным бантиком сверху подальше в шкаф.       — Доминик, все в порядке? — Флер зашла к ней в комнату и присела на краешек кровати. — Почему вы с Вик поссорились?       — Да плевать мне на Вик, — тяжело вздохнула Доминик. — Почему Тед не позвал меня?       — Доминик, ты и правда еще мала для таких вечеринок, — Флер провела рукой по ее волосам. — Уверена, Тедди будет праздновать и в семейном кругу, уверена, он устроит для всех вас в Хогвартсе чаепитие.       — Я не маленькая! — возмутилась Доминик. — Мне уже давно тринадцать и я даже целовалась!       — С кем? — опешила Флер.       Доминик пришлось рассказать маме о поцелуем с Маклагеном, но она не стала делать вид, что хотела этого поцелуя, ей нужно было с кем-то кроме подружек поделиться, что она не хотела этого поцелуя.       — И что тебя беспокоит? — спросила Флер. — Что ты сделала ему больно?       — Нет, — покачала головой Доминик, которая и не думала о чувствах Маклагена. — Мне просто нравится другой мальчик и мне кажется, что я предала чувства к нему.       — Такая импульсивность в подростковом возрасте это нормально, — успокоила ее Флер. — Просто поговорили с этим мальчиком, чтобы он не питал ложных надежд. Ты не предавала свои чувства. Тем более, что тот второй мальчик не знает же о том поцелуе.       Доминик пожала плечами. Вик наверняка пожаловалась Теду и рассказала ему все. Но Люпину все равно на ее поцелуи с другими, она для него пустое место. Но Доминик верила, что у нее есть шанс. В конце концов, у родителей разница в возрасте целых семь лет, но они же вместе, ей просто нужно подождать, пока она вырастет, и Тед увидит в ней девушку.