Экстра 8. Периферия

— Вэй, а вы можете рассказать что-то о Периферии? — спросил Эрнест, отвлекая комиссара гильдии от работы. Рея и Ми-ан, прибежавшие по паре вопросов по поводу работы, подняли головы от чертежей.       — Да там почти нечего рассказывать, — рассмеялся Вэй, но заметил интерес всех троих. — Думаю, полчаса у нас есть, чтобы отвлечься. Это для Атара-Таймс?       — Нет, я взялся за новую книгу, хотелось бы больше... реалистичности, — ответил Эрнест. Он всё ещё не уехал из города, сказав, что его очень вдохновляют песчаные пейзажи. После того, как журналист-писатель два часа донимал вопросами Рею, Джастиса и Логана об их сражении на Северном плато, мастер старалась обходить его. Но, пока что, он не обращал на неё внимания.       — Реалистичности, значит, — отозвался Вэй, откинувшись на спинку стула. — Что ж, хорошо. Хотя не думаю, что многим смогу помочь. Периферия не то место, где ты можешь позволить себе разглядывать пейзажи.       — Я задам пару вопросов, чтобы было от чего отталкиваться, хорошо? — уточнил Эрнест. Заметив, что девушки тоже хотели бы послушать, Вэй предложил сменить место разговора: они поднялись на площадку второго этажа, где был диван и пара кресел. Эрнест сел на кресло, достав из поясной сумки потрёпанный блокнот и ручку. Вэй занял второе, предложив девушкам сесть на диван.       — Что ж, первый вопрос будет касаться вашего брата, эм... Яна, если не ошибаюсь, — уточнил Эрнест. Комиссар гильдии кивнул. — Я слышал, он бросил вас в Периферии, но почему?       — Ну, Ян всегда был довольно завистливым и эгоистичным, — печально улыбнулся Вэй, покачав головой. Вздохнул. — Сложно сказать, когда он стал таким, и, прошу прощения, но о личной жизни я сильно рассказать не смогу.       Эрнест кивнул, после чего, Вэй приступил к рассказу. В основном, комиссар рассказывал о подростковых годах, когда Ян постоянно попадал в какие-то заварушки из-за своих махинаций. Хоть Вэй и продолжал улыбаться, но по взгляду было заметно, как он сожалеет обо всём этом. О том, что не проследил за братом, упустил момент, когда тот окончательно погряз в незаконных делишках. Перед Периферией Ян клялся, что это последний раз и он хочет наладить отношения с братом, поэтому и едет с ним.       — И вы поверили? — уточнила Ми-ан. Это всё звучало очень печально, ведь было видно, что всё же, комиссар не питает к брату ненависти. Если другие не могли этого заметить, встречаясь с Вэем довольно редко, то для Ми-ан и Реи это было очевидно. Только тему эту они не поднимали.       Даже когда Яна увозили, Вэй стоял на платформе с привычной улыбкой на лице, а на оскорбления брата и его обещания "выбраться и снова подняться" — качал головой. Джастис потом тайком поделился, что комиссар ушёл в гильдию и не выходил оттуда. Сейчас Вэй занял дома Яна, откуда было вывезена большая часть вещей, и, кажется, многие просто старались не вспоминать о "президенте" гильдии.       — К сожалению, да, — рассмеялся Вэй. Он смотрел в пол, какое-то время помолчав. — Вы, наверное, успели заметить, что я довольно мягок по характеру. И тогда мне хотелось верить, что в брате есть что-то... ну, хорошее.       — Ян прибыл в Сандрок довольно давно, — заметил Эрнест, делая какие-то пометки в блокноте. Быстро зачеркнул что-то. — Вы всё это время были?..       — На Периферии, выживал с группой кочевников, — кивнул комиссар, вздохнув. Выпрямился. — Изначально были несколько мастеров, мы должны были помочь с планом расширения, но места там не для спокойной жизни. Мы не дошли до лагеря. Ян прихватил с собой большую часть оружия, деньги и даже карты, бросив нас на растерзание природы. Там... яростный ветер словно хочет стереть твоё существование, а любая живность пытается тебя убить. На пустоши ты становишься лёгкой мишенью, а в лес лучше не соваться без источника света и хотя бы какого-то оружия. Были и гиглеры, — при этом он посмотрел на Рею, которой посчастливилось сражаться с ними тут, в Сандроке, — но они куда кровожаднее чем здесь, где удалось наладить мир. Несколько моих людей... пожалуй, при девушках я этого говорить не буду.       Рея и Ми-ан переглянулись, молча давая друг другу понять, что подробностей им знать не хочется. На самом деле, каждый в Свободных городах немного, но знал о Периферии и творящихся там ужасах. Рея знала больше подробностей от брата, который всё равно не углублялся в детали. Ми-ан жила не так далеко от границы, и как бы Небесная высь не была подготовлена, иногда монстры с Периферии попадали к ним.       Вэй решил немного перевести тему, рассказав о нескольких товарищах, которых он там потерял: кого-то засыпало песками во время бури, другой попал в гнездо монстров и не успел сбежать. Всё это с лёгкой печальной улыбкой. Каждый раз, когда Эрнест обращался к нему по должности "президент", Вэй мягко просил обойтись без этого и обращаться по имени, или хотя бы по официальной должности гильдии — комиссар. Это сильно отличалось от того, как вёл себя Ян.       — Земли Периферии, какие они?       — Земли, — повторил Вэй, переведя взгляд в окно. — Честно говоря, сложно ответить на это однозначно. Там такие пески и ветра, иногда бывают сильные ливни. Есть зелёные пустоши, но лишний шаг может стать смертельным из-за монстров. Думаю, здесь больше подойдёт понятие "иная", — вздохнул он. — Знакомая, но иная.       — А, как вам удалось вернуться?       — Альянс старается обезопасить как можно больше земель, постепенно расширяя границы, — Вэй снова посмотрел на Рею. Та улыбнулась, вспомнив, что он рассказывал ранее. — Мы случайно столкнулись с отрядом, который только прибыл на новый квадрат. Наша группа заметно потеряла в количестве, несколько недель не было нормальной еды. От некоторых монстров мы могли отбиваться только обувью, — он невесело рассмеялся. — Нас окружили плотоядные черви, раза в два больше меня. Мы уже думали, нам конец, как появились солдаты Альянса. Неделю пролежали в шатре, где о нас заботились доктора. И, знаете, вкуснее той жидкой каши я ничего не ел, — заметил он, немного подняв настроение. — Когда мы смогли передвигаться самостоятельно, дали пару лошадей и повозки, указали безопасную дорогу до Люсьена. Когда мы туда прибыли, нас встретили. Только тогда появилось осознание, что мы выбрались из этого ада.       — Дей написал мне, что вы едва на живых людей были похожи, — пробормотала Рея переданное письмо. Поскольку Дейлар не был уверен, какое письмо сестра получит первым, даже уточнил, что "ранее писал о группе". Ми-ан обняла подругу за плечи, заметив, как изменился её взгляд.       — С ним всё хорошо, когда я уезжал, твой брат был здоров и полон сил, — произнёс комиссар, улыбнувшись. Мастер благодарно кивнула, отметив, что она хорошо знает своего брата и так просто он не сдастся. Но, всё же, волнения были.       Эрнест поспрашивал ещё немного о том, как протекала жизнь непосредственно на столь опасных землях. Вэй описал несколько скромных на ингредиенты блюд, и то, как сложно было достать чистую воду. Костёр разжигать было каждый раз опасно, потому что дикие звери и монстры сразу шли к ним. Посмеялся, припомнив случай, как они только разожгли огонь, а тот был поглощён растаявшей под ним землёй.       — На самом деле, иногда мы надеялись, что идя по прямой, выйдем если не на земли Дувоса, то хотя бы до Мейди, — заметил Вэй. Город, где обучались многие сподвижники Церкви света и сидела глава всей этой организации, находился на безопасном клочке земли рядом с заливом. Вокруг было только море, Периферия и Дувос. Да и идти прямо, без хороших ориентиров или карты — было сложно. Комиссар описал несколько развалин, оставшихся от разрушенных деревень. Рея тихо заметила, что Мигель рассказал ей и Бёрджессу, что сам прибыл в Мейди из одной такой деревни. И что вера бывшего пастора пошатнулась после того, как монстры её разрушили, не оставив никого в живых. Кроме Альянса никто сильно не проявлял интереса к Периферии, считая это полностью дикими землями.       — Мейди для меня лично — загадка, — поделился Эрнест. Мало кто мог сказать что-то об этом месте, а служители церкви обычно ограничивались тем, что там самое большое пристанище Света. Большую часть таинственности добавляло то, что этот город-государство является довольно закрытым и даже привычной газеты, как у других, там не было.       — Как и для многих из нас, — согласился Вэй. — Мне жаль, что бывший министр оказалась предателем. Я был удивлён, услышав, что к этому причастна церковь.       — Труди сказала, что Мейди отрицает свою вину, — отозвалась Ми-ан. Она лишь единожды обсуждала это с мэром, но больше желания не было. — Они говорят, что Матильда никогда не говорила, что прибыла с Дувоса, а Пэна отправили вовсе не они. Что интересно, глава Мейди утверждал, что никакого стража Пэна у них никогда не было.       — Это вполне могли быть поддельные документы, — пожал плечами Эрнест, но всё же, что-то записал. Он перевернул исписанный лист.       — Этот гомункул был явно выращен... — пробурчала Рея, уже соглашаясь с любыми безумными теориями Ци. Директор был в полном восторге, что та дурацкая история с зеркалом так их выручила. Эрнест уточнил было, что за история, но мастер предложила узнать это у самого учёного. И, посмотрев на время, напомнила подруге о работе. Ми-ан без особого желания встала, согласившись. Вэй посмеялся, пообещав, что через пару часов он их отпустит.       Попрощавшись с Эрнестом, вернулись к чертежам. Мастера заметили, что настроение Вэя немного изменилось, но ничего не спрашивали. Они обе видели, что комиссар хранит в рабочем столе единственную фотографию, где были оба брата, но ничего не говорили остальным. Пусть это останется так, как есть.       После того, как работа была закончена и Вэй их отпустил, Ми-ан предложила посидеть в салуне — Оуэн как раз должен был начать привычный рассказ истории. Рея покачала головой, сославшись на то, что устала. На самом деле, ей хотелось немного побыть в тишине, подумать. Ми-ан кивнула, понимающе улыбнувшись, и ушла в "Голубую луну".       Вместо того, чтобы пойти домой, Рея дошла до клиники. Фанг всё ещё возился с травами, когда она молча подошла и обняла его со спины. Рея не могла понять, как семья может быть... такой. В их едва уцелевшем мире хватало опасностей, но люди всё равно предавали друг друга. Фанг повернулся, обняв Рею, но ничего не спрашивая. Так и стояли в тишине.       На следующий день ничего не изменилось, Вэй всё так же с позитивом продолжал вести дела, успевая отслеживать прогресс не только с укреплением туннеля, но и строительством школы. Эрнест почти весь день просидел на лавочке у оазиса, что-то записывая и исправляя в своём блокноте.       Город жил, словно никаких опасностей никогда не было.