Часть 1

Как же в этой уютной комнатушке было тепло:до жути горячо,как в печке.Как же было громко:до жути шумно,как на концерте в толпе.И как же было одиноко:до жути тоскливо и шибко холодно,как Лясе. Юдина приставила к пухлым губам карандаш.Огроменный ватман пестрил разными завитками,музыкальными инструментами и красиво очерченными буквами.Черные кудрявые волосы загораживали половинку картинки,а голубые,с вкраплениями серого глаза Ляйсан Юдиной искали каждую соринку и ошибочку, незамысловатую заметку,что была уже не так и важна.Не то чтобы это было слишком нужно девушке...точнее,ей был нужен заветный автомат,что препод по искусству зажал.Костик говорил,что автомат этот можно купить по первому сестринскому зову,но Ляся была неприклонной:она сама на красный диплом отучится,как и обещала.Стол,заваленный бесконечным количеством эскизов,набросков,нот, сценариев и выглядящих скудно во всём этом творческом балагане обёрток от любимого "птичьего молока" ,выглядел как место бойни с личным,творческим "я" и катастрофической нехваткой времени.Ляся всё как всегда,в самый последний момент.Она так постоянно сдавала,хоть всегда на отлично и с гордым званием "способная,однако гулёна".И на этот раз точно так же, причём она даже не пыталась начинать раньше,лишь причитая Валере и Вахиту,что они её слишком часто завут гулять и что ей,в отличие от парней,что учёбу благополучно забросили,нужна хорошая успеваемость.Но все её суждения и этот червяк стыдливой тревоги расщеплялись,словно кислотой,ягодными жвачками да сигаретами,которые Турбо и Зима давали девочке на свой страх и риск.Кащей,если бы узнал что они скуривают его сестру,открутил бы бошки и надавал выговоров,но когда Царевишна устроила ему скандал по поводу того,что она уже взрослая и что её друзей терроризировать никто не смеет,он отступился,хоть всё ещё и грозился полным запретом никотина именно им двоим. Валера и Вахит с Ляйсан знакомы были очень и очень давно.Знакомы с того момента,как увидели её идущую за руку с гордым Кащеем,с огромными бантами и таким же портфельчиком за спиной.Знакомы с того момента,как она с совсем новой,русой подружкой по имени Полина,сели перед ними двумя.Если кратко,с первого класса и по самый девятый,они друг друга знали предельно близко.И вот,до сих пор не изменяя старым и на самом деле,плохо влияющим на девушку привычкам,таскаются вместе,жуя жвачки,куря и решая уже не детские,а взрослые проблемы.И признаться самой себе,Ляся их двоих ужас как любит. На кухне послышался громкий смех Кощея,перемешанный с такими же весёлыми голосами других старших их группировки.Юдина цокнула.Она,хоть и автоматически считалась "Универсамовской",а в эти их дела никогда не вмешивалась...Точнее,не уходила в них с головой.Она была младшей сестрой для половины универсама,тётей Лясей для скорлупы,и в шутку звалась Царевной,что комично подходило кличке брата.Просто отчасти Ляська доброй была,и совсем не сложно было подлатать им раны,приготовить поесть и отогреть чаем после собачего холода,да таких же страшных,от того и ледяно-холодных драк.Поэтому к младшей сестре автора все относились с такой же заботой,как и она к ним,и даже её любимую приказку выучили почти все."Относись к людям с такой же добротой,с какой они когда-то относились к тебе.",с улыбкой тихо сказала когда-то девушка,так все и запомнили укрепя эту фразу,только на своём "пацанском" жаргоне.Ляся прогнала воспоминания, отодвинув от себя низкий столик,на котором сегодня расположилось домашнее задание,конфеты,как раз таки привезённые Китом(что служил прихлебалой Кащея),и крепкий кофе.Юдина взяла в руки кружку и фантики,обогнув стол открыла широкие двери их зала и прошла по уже более узкому коридорчику.Отсановилась, прислушавшись. –Да я те говорю,не выживет Адидас,как пить дать!Кстати о питье...–Кит своей крупной ручищей потянулся к стеклянной бутылке пива,держа в руках су́шеную лично Костей рыбу и отпив пенистого,довольно крякнул. Ляйсан аж зашлась от злости.В груди кольнуло на слове "не выживет". –Либо совсем винты раскрутит ему там,и сюда дёрганный приедет.А тут уже дело помалу,и в психушку загремит.—Фома скинул пепел с сигареты,рассматривая карты в руках. Юдина сжала кружку до боли,острое воображение нафонтазировало такое,что её глаза заблестели в приглушённом свете старенькой лампы в прихожей.Она подрагивающей рукой убрала вьющиеся чернющие пряди от лица подальше,потому что внезапно стало невозможно душно и противно.От чего–же,Лясечка?Это может быть правдой,такой острой и такой,которой ты бы не за что бы не пожелала. —Жалко конечно, чё скажешь.Когда дембельнётся,встречать-то некого будет.Ляська моя,бедная,совсем от горя сляжет.—отозвался Кащей, всё настраивающий магнитофон.Он с каменным,но явно не жалеющим выражением лица проследил,как Фома налил ему рюмку,а после опрокинул её,ставя вниз дном.Глаза девушки расширились,а кожица на губе,которую она зубами теребила всё время пока стояла за углом,с острой болью порвалась.Костя уже давно научился перестать жалеть людей,но они были друзьями.Близкими друзьями,а он его,блять,хоронит? Рюмка со звоном стала на свое место вверх дном,и Ляйсан потемневшими глазами следила за выражением лица старшего брата. –Не смейте хоронить его.–тихо,но твердо сказала Юдина,тут же проходя ближе к столешницам,что уместились в уголке и снова закусила губу,поставив чайник. Он не писал ей писем.И она тоже не писала,но когда Марат говорил о том,что с ним там всё хорошо,Ляся снова чувствовала свежий воздух и то,что с её плеч куда-то ушёл тяжкий груз.Но он не уходит,он просто даёт передышку. Она для Вовы младшая сестричка, наверно,такая же,как и для половины старших всего универсама.А Вова для неё кто?А Вова что-то по типу всего...возможно,мира. Вова смотрит пронзительно,заставляя стыдиться своих собственных, бушующих чувств. Но Вова так тепло обнимает её,Ляську, стоящую в одной рубашке и скорее сбежавшую с экзамена, настолько желающую проводить его.Обнимает так,что уже синеющие от холода руки очень быстро отогреваются,а красные от холода щёки принимают первые дорожки слёз.Принимают так же,как его грудь принимает стыдливые всхлипы. Он целует её в макушку,обещая вернуться,и гладит по спине так ласково,что Юдина чувствует подступающую истерику. Володя строго наказывает закончить на красный диплом,говорит что проверит всё сам и лично,что сходит на её концерт и пьесу,что послушает как она поёт,а Ляся всё ноет,кивая и ещё больше зарываясь куда-то,лишь бы не смотреть на него,в эти чернющие,но такие добрые глаза. А потом Суворов уходит, последний раз стиснув её красные,ледяные щёки в слезах своими руками и стерев солёные дорожки.В последний раз улыбается ей и целует в красный,немного вздёрнутый нос. И Лясе становится так холодно,что хочется кричать о том, насколько сильно она его любит,насколько ей будет тоскливо одной в этой чёртовой Казани.Насколько сильно она влюбилась в друга своего старшего брата,что будто чисто из вежливости постоянно слушал,как у нее дела. Но он,мать вашу,слушал её,и ему было интересно.Он улыбался ей,попивая горячий чай,и даже если Костя делал точно так же,Юдина чувствовала,как внутри ёкает от смешков Володи.Тогда она медленно понимала,что влюбляется.Также медленно понимая,что всё это бессмысленно.Что это невозможно. И она понимала, всё понимала тогда когда махала ему рукой,стирая слёзы и трясясь от холода.А когда поезд уехал,выдернула одну из своих кистей из теплой руки Марата и поскорее убежала,лишь бы её не трогали и не сожалели.Лишь бы не видели её заплаканного лица. А потом Костя отпаивал её валерьянкой,потому что Ляся отчего-то захлёбывалась в слезах,сидя в шифоновой чёрной юбочке и блузке,без намёка на совсем новенькую шубку,да теребя свои такие чёрные кудри и растирая голубо-серые глаза.Костя уже тогда хоронил Вову с некой горечью в душе,но когда сестра пришла вот такой,хотя Адидас полный духа всем обещал что он вернётся,Кащею вдруг стало понятно,что он не просто обещает,он обязывается именно перед его Лясей. Чайник закипел и начал свистеть,девушка вздрогнула.Ей по новой стало холодно даже в маленькой кухне,обогреваемой батареями,газом, тлеющими сигаретами и чужими голосами.Сейчас стало тихо,а Ляся снова почувствовала острую боль.Прикоснулась к губе,увидела на пальце кровь,шикнула,а после скорее налила кипятка.Сделала кофе,взяла ещё несколько конфет,и поспешила скрыться,но её тут же окликнули: –Ляська!–голос Кащея,немного хмельной,но всё ещё родной для младшей сестры,воспитываемой братом.Она не стала даже мыкать,лишь повернулась на него, всё ещё супясь и не находя слов. –У Адидаса скоро дембель.Как только,так сразу тебе скажу.Ты не дуйся,лады? Ляйсан кивнула,сжимая в руках всё ту же излюбленную кружку.Выдохнула и подумала: "Будет забавно,если встречать действительно окажется некого."