Глава 34: Мертвая зона на радаре

Кабинет Ника и Джуди был завален бумагой, как берлога медведя сухими листьями. На пробковой доске расследования, которая когда-то казалась им картой сокровищ, теперь красовалась паутина из красных нитей, ведущая в никуда. В центре этой паутины все еще висели фотографии Волка и Зуки, но теперь они смотрели на детективов с насмешливой невозмутимостью. Арест Азри должен был стать прорывом. Он стал глухой стеной. — Дело закрыто, — механическим голосом произнесла Джуди, глядя в пустоту перед собой. На ее столе лежал официальный рапорт от прокуратуры. Козел отпущения был официально назначен виновным, его мотивы (месть и жадность) признаны убедительными, косвенные улики — достаточными. Для начальства, для прессы, для всего города — справедливость восторжествовала. Но для тех, кто сидел в этой комнате, воздух пах не победой, а поражением. — Они скормили нам его, как вчерашний сэндвич, — пробормотал Ник. Он лежал на своем стуле в позе, бросавшей вызов законам гравитации, и медленно точил когтем старую деревянную зубочистку. Это занятие помогало ему думать. Или, по крайней мере, делать вид, что он думает. — А мы его схавали, даже не поперхнувшись. — У нас не было выбора, Ник, — устало возразила Джуди, массируя виски. Головная боль стала ее постоянной спутницей в последние дни. — Улики были неопровержимы. Его собственный код. Его угрозы. Его внезапное богатство. Все ниточки вели к нему. — Потому что их туда аккуратно подложили, — парировал лис. — Мы искали слона в посудной лавке, а они подсунули нам дохлую мышь и убедили, что это и был тот самый слон, просто он очень маленький. Он сел ровно, и его глаза, до этого ленивые, хищно сузились. — Подумай, Морковка. Этот козел… он не мог провернуть такое. Он был слишком глуп и слишком самовлюблен. Он оставил бы за собой след шириной с центральный проспект. А наши подозреваемые… они не оставляют следов. Они заставляют лес расти там, где только что была дорога. Он подошел к доске расследования. Взял дротик и с силой метнул его. Дротик вонзился точно между фотографиями Волка и Зуки. — Они работают вместе. Он — мозг и напор. А она… она — тишина. Она — та, кто заставляет улики исчезать. Та, кто создает идеальную пустоту там, где должно было быть поле битвы. Я уверен, что именно она сплела эту сеть вокруг Азри. Джуди тяжело вздохнула и провела лапой по лицу. — Допустим, ты прав. Допустим, они — криминальный дуэт года. Что дальше? У нас нет ничего. Абсолютно. На них нет ни одной прямой улики. Финансовые счета Зуки Лейн чище, чем совесть новорожденного ягненка. Волк защищен целой армией юристов и протекцией губернатора. Любая попытка копнуть под них без железобетонных доказательств закончится нашим увольнением. В этот момент дверь кабинета распахнулась без стука. На пороге стоял шеф Бого, и его огромная фигура буйвола заслоняла свет, отбрасывая на них тень, похожую на надвигающуюся грозовую тучу. — Хоппс. Уайлд. — его голос был похож на низкий, недовольный гул. — Вы свою работу сделали. Дело Азри закрыто. Поздравляю. В его голосе не было и намека на поздравление. — Сэр, мы считаем, что Азри — лишь верхушка айсберга… — начала было Джуди, вскакивая со своего места. — А я считаю, что айсберг растаял, — прервал ее Бого. Он вошел в кабинет, и тот сразу стал казаться тесным, как кладовка. — Я только что говорил с мэром. Он в восторге. Губернатор Фоксингтон передавала благодарность за оперативную работу. Все довольны. Кроме вас двоих. Он обвел тяжелым взглядом их доску расследования, хаос бумаг, потухшие взгляды. — Я дал вам шанс. Вы получили наводку и раскрутили ее до ареста. Задача выполнена. А ваши… «интуитивные догадки»… — он произнес это слово с нескрываемым сарказмом, — можете оставить при себе. Или изложить в мемуарах, когда выйдете на пенсию. Ник молчал, его морду покрыла маска безразличия, но Джуди видела, как напряглись мышцы на его челюстях. — С этого момента, — Бого ткнул толстым пальцем в сторону доски, — расследование по «Централ Зверополис Банк» официально прекращено. Возвращайтесь к своим прямым обязанностям. В городе полно настоящих преступников: карманников, мошенников, хулиганов. Тех, чью вину можно доказать, а не просто почувствовать нюхом. Это ясно? — Так точно, сэр, — выдавила из себя Джуди, ее голос был деревянным. Бого кивнул, развернулся и вышел, оставив за собой запах озона и несбывшихся надежд. Несколько минут они молчали. Джуди медленно, одна за другой, начала снимать с доски фотографии и вырезки, сворачивать красные нити. Это было похоже на похороны. — Он прав, — наконец тихо сказала она, не глядя на Ника. — Мы зашли в тупик. Наша интуиция против их армии юристов и идеальных отчетов. У нас нет шансов. Ник подошел к ней и остановил ее руку, не давая снять со стены фотографии Волка и Зуки. — Не совсем, — сказал он. Она вопросительно посмотрела на него. — Он приказал прекратить расследование по банку. Но он не запрещал нам присматривать за отдельными гражданами, вызывающими подозрение, — на губах лиса появилась его фирменная, хитрая ухмылка. — Мы больше не детективы на официальном задании, Морковка. Мы просто двое неравнодушных граждан, которые очень внимательно наблюдают за одной очень интересной парочкой. Он отпустил ее руку и подошел к окну. Там, на горизонте, все еще возвышался хрустальный клык банковского небоскреба. — Они думают, что убрали нас со своего радара, — пробормотал он, больше для себя, чем для нее. — Они не понимают. Мы и есть радар. И теперь мы работаем в пассивном режиме. Они нас не видят, не слышат. Но мы видим их. И рано или поздно на их идеальном небе появится мертвая зона. И мы будем там, чтобы поймать их сигнал. Джуди посмотрела на него, потом на две фотографии, оставшиеся на доске. Их начальство потеряло терпение. Прокуратура была довольна. Но для них двоих охота только начиналась. И теперь она становилась личной.