Часть 14

В глубоком раздумье Антоха пошагал к дверям клуба и возле крыльца столкнулся с участковым. Амадей Сергеевич был всё в том же костюме, но на этот раз под ним была кипенно-белая рубашка, по-военному застёгнутая на все пуговицы. – Здрасти… – сказал ему Антоха, приподняв кепку за козырек. – Здравствуй, Антоха Михрютов, – улыбнулся ему как старому знакомому участковый. – Решили на танцы сходить? – уточнил Антоха. – Я не особо танцевать умею, – ответил Амадей Сергеевич, – просто решил зайти, присмотреться к народу. – Принюхаться, – зачем-то ляпнул Антоха. – Видимо, милиционеры все похожи, – сделал он вывод. – Наверное так, – кивнул участковый. – Для нас важно, чтобы люди жили спокойно, а воры… – Вор должен сидеть в тюрьме, – вступил в разговор Эдик. – А воры должны понести наказание, – закончил свою мысль Амадей Сергеевич. – Вы даже думаете одинаково, – улыбнулся Антоха. – Ну, это проверить невозможно, – улыбнулся участковый. – У меня к тебе есть деловое предложение. Я хочу организовать народную дружину. Собрать молодых энергичных парней, чтобы они вечерами по сёлам ходили и следили за порядком. И во время танцев смотрели, чтобы пьяных дебошей не было. И если мою идею одобрят сверху, пойдёшь ко мне в дружину? – А чего ж не пойти, – пожал плечами Антоха, – дело хорошее. – Тогда заглянем в клуб, и ты мне представишь тех, кого ещё можно позвать, – сказал Амадей Сергеевич и распахнул перед Антохой двери. Они прошли в дальний угол, где недавно сидел Захир, и разместились на одной из скамеек. – М-да-а-а… – вздохнул Амадей Сергеевич. – С парнями, как я погляжу, в колхозе не густо. – Да тут не все, – махнул рукой Антоха. – Митька Иванов на танцы не ходит. Он у нас немного того… – он покрутил пальцем у виска, – с детства чокнутый. Захир, – Антоха поморщился, – тот вообще редко на людях появляется. Нехристь, в общем. Ещё Толян, водитель наш. Он за матерью больной ухаживает, ему не до веселья. Санёк Перёпелкин из Малофеевки по вечерам с мужиками в домино режется. Танцами не увлекается. Кто ещё… – он почесал затылок. – Костик из Нехлюдовки тоже сюда не ходит. У него нога одна короче другой и он этого сильно стесняется. – Я смотрю, хорошие у вас ребята, – улыбнулся участковый. – Ну а про этих что можешь сказать? – и он качнул головой в сторону стены, которую подпирали парни. – Федька Зотов, – представил первого Антоха, – парень хороший. Правда, у него проблема есть одна – он по жизни скромный и стеснительный. И угораздило его в самую красивую девчонку втюриться. В Лидку Кособокову. Вот он и пьёт… – А пьёт почему? – не понял Амадей Сергеевич. – Так потому что когда пьяный – он смелый, – пояснил Антоха. – Только к Лидке всё одно никак не подойдёт. Поэтому потом на себя злится, и опять пьёт. – А этот – худой в полосатых штанах? – ткнул пальцем участковый. – Это друг мой – Серёга, – улыбнулся Антоха. – Мы с ним со школы друганы. В армию вместе ходили, работаем тоже вместе. Он тракторист, как и я. Работает, как зверь, всего себя отдаёт. Если нужно кому помочь там, или сверхурочно, то Серёга первый вызывается. Вот такой он, Серёга. – Пьёт? – спросил участковый. – Так кто ж у нас не пьёт-то? – хохотнул Антоха. – Так ты вроде, как я понял, не потребляешь, – строго посмотрел на Антоху Амадей Сергеевич. – У меня обстоятельства, – нахмурился Антоха, и чтобы перевести разговор, тыкнул пальцем в следующего парня. – А это Колька Берёзовый. Он женат на Анютке, уже года три. Как с армии вернулся, так сразу и женился. – Как же так? – удивился участковый. – Женатый, а на танцы ходит. – Так он с женой и ходит, – пояснил Антоха. – Вон Анютка его, у окна стоит. У них игра такая, они типа незнакомы. Колька её на танец приглашает, а потом до дома провожает, как будто они неженатые. – А это кто такая? – спросил Амадей Сергеевич и показал взглядом на Клавдию. – Это Клавдия, наш главный конюх, – пояснил Антоха. – Баба – огонь! Как говорится, и коня остановит, и избу потушит. – Красивая… – вздохнул Амадей Сергеевич. – Замужем? – Кто? – удивился Антоха. – Клавдия? Да нет! Кто ж её возьмет-то? От неё мужики шарахаются. – С чего это? – настало время удивиться Амадею Сергеевичу. – Потому что красивая, – ответил Антоха. – А ещё характер у неё сильный такой, прям мужик в юбке. – Так это замечательно, по-моему, – сказал Амадей Сергеевич, поднимаясь со скамейки. – Советская женщина должна быть сильной и независимой, в отличие от забитой и униженной капиталистической. Он по-военному одёрнул пиджак, провёл рукой по тёмным волнистым волосам, по-гусарски поправил усы и смело шагнул в сторону Клавдии. – Пришёл всё-таки… – услышал Антоха голос Танюхи. Он поднял глаза и уперся взглядом в белые пышные груди, аппетитно выглядывающие из глубокого декольте. Антоху словно жаром обдало и он, чтобы немного успокоиться, прикрыл глаза. – Пришёл, – сказал он, поднимаясь. – Ты тоже пришла? – Обещалась же, – равнодушно пожала плечами девушка, – вот и пришла. Песня какая хорошая, – задумчиво сказала она, перетаптываясь с ноги на ногу, – про лебедей. Моя любимая… – Пошли что ли, потанцуем? – предложил Антоха. – Пошли, – согласилась Танюха и, гордо подняв голову, пошла в центр зала. Антоха побрёл за ней, опустив голову и сунув руки в карманы, чтобы присутствующие не заметили его грозного стояка. Танюха положила руки ему на плечи, Антоха по-хозяйски обнял её за талию, и они начали неуклюже топтаться под музыку. А тем временем напряжение в штанах Антохи росло. В висках стучала огненная кровь, а штаны оттопырились так, что только ленивый не заметил бы его возбуждения. – Я сейчас просто захлебнусь тестостероном, – услышал он голос Эдика в голове. – Я еле держусь, – тихо ответил ему Антоха. Танюха решила, что эти слова предназначаются именно ей. Она привстала на цыпочки и горячо шепнула Антохе на ухо: – Пошли на «поцелуйку»! Я соскучилась! От этого шёпота у Антохи совсем сорвало крышу и, схватив девушку за руку, он потащил её к выходу. – Эй! Ты же Настеньку любишь, – напомнил ему Эдик. – Я сейчас взорвусь, – ответил ему Антоха. – Помощь моя нужна? – спросил Эдик. – Н-н-не уверен… – запнулся Антоха. – Так помочь тебе или нет? – снова спросил его Эдик. – Спасай меня, а то опять глупостей наделаю – выдохнул Антоха, заворачивая за здание клуба.