Глава 15. Вечеринка в честь окончания года

Теплый летний воздух наполнял легким ароматом жареных сосисок и сладкой ваты. Солнце, не желая уступать место вечерней прохладе, еще ласкало верхушки деревьев своим золотым светом. Сцена на берегу озера уже оживала: музыканты настроили инструменты, а на танцполе уже кружились пары, поддавшись ритму веселой музыки.  Я стояла у барной стойки, потягивая охлаждающий клубничный лимонад. Легкое летнее платье с цветочным принтом словно создало для меня воздушную ауру, а распущенные слегка завитые волосы подчеркивали мою непривычную легкость.  -Детёныш, ты выглядишь так, будто сошла с обложки журнала, - голос Питера прозвучал у самого моего уха. Я обернулась и улыбнулась:  -Засранец, ты опять подкрадываешься незаметно.  Он был в белой рубашке с закатанными рукавами и темных джинсах – небрежно, но безупречно стильно. Питер окинул меня взглядом, задержавшись на оголенных плечах.-Потанцуем?, - протянул он руку. Я помедлила, но все же вложила ладонь в его:  -Только если пообещаешь не наступать мне на ноги. -О, я не только не наступлю,- он притянул меня ближе, - я заставлю тебя забыть обо всём, кроме музыки и меня. Мы вышли на танцпол. Медленная композиция разливалась по парку, и Питер обнял меня за талию, притягивая к себе. Я положила руки ему на плечи, чувствуя под рубашкой перекатывающиеся мышцы. Наши тела двигались в такт музыке, почти соприкасаясь. Я чувствовала как жар поднимался по моему телу. Питер наклонился, его губы коснулись моей мочки уха:  -Ты пахнешь летом. Клубникой и солнцем. -Ты пьян?, - попыталась я отстраниться, но он только крепче прижал меня к себе. -Пьян тобой,- прошептал он. – И это не пройдёт никогда. Я подняла взгляд и утонула в его глазах - в них не было привычной насмешки, только страсть и нежность. Я провела пальцами по его шее, чуть царапнув кожу, прошептав ему в губы:  -Тогда танцуй со мной так, чтобы никто другой не существовал. Питер повёл меня в сторону от толпы, к тенистым деревьям у озера. Здесь музыка звучала приглушённо, а свет гирлянд создавал причудливые узоры на земле. -Здесь лучше,- он прижал меня к стволу дерева, глядя прямо в глаза.-Теперь ты точно никуда не сбежишь. -А если я и не хочу сбегать?, - мой голос дрогнул. -Тогда позволь мне…- он медленно провёл ладонью по моей спине, от плеч до поясницы. – Позволь быть ближе. Намного ближе. Я вдохнула глубже, чувствуя, как учащается пульс, а жар обволакивает мое тело. Обвила его шею руками, притянула к себе:  -Питер, я... -Тсс,- он коснулся губами моих губ.-Не надо слов. Просто чувствуй. Его поцелуй был сначала нежным, почти робким, но быстро стал настойчивее. Я ответила, приоткрывая губы, запуская пальцы в его волосы. Руки Питера скользили по моей спине, прижимали меня к себе всё крепче. -Белла…,- он оторвался от моих губ, тяжело дыша.–Ты сводишь меня с ума. -И не жалеешь? - я улыбнулась, проводя кончиком пальца по его нижней губе. -Ни секунды, - он снова поцеловал меня, на этот раз глубже, требовательнее.-Поехали ко мне? Я на мгновение замерла, потом кивнула:  -Да. Питер взял меня за руку и повёл через парк. Мы почти бежали, смеясь и спотыкаясь, пока не оказались у его машины. Он открыл дверь, помог мне сесть, а потом сел за руль. По дороге мы почти не разговаривали – только переглядывались, и каждый взгляд был наполнен обещанием. В салоне играла тихая музыка, а за окном мелькали огни города. Когда мы вошли в квартиру Питера, он сразу прижал меня к стене, целуя так, словно не мог больше сдерживаться. Его руки скользили по моему телу, задирали подол платья, гладили бёдра. -Ты уверена?,- он на мгновение остановился, заглядывая мне в глаза. —Больше, чем в чём-либо, - я расстегнула верхние пуговицы его рубашки. - Я хочу тебя. Всего. Полностью. Питер улыбнулся – впервые без иронии, искренне и тепло:  -Тогда я твой. Навсегда. Он подхватил меня на руки и отнёс в спальню. Свет луны проникал через окно, освещая наши силуэты. Платье упало на пол, рубашка Питера последовала за ним. Сначала всё было порывисто — Питер прижал меня к стене, его губы впились в мои с такой силой, будто он боялся, что я исчезну. Я вцепилась в его плечи, притягивая ближе, отвечая на поцелуй с не меньшей страстью. Наши языки сплелись в жарком танце, дыхание участилось, стало прерывистым. Мы срывали остатки одежды, задыхаясь от нетерпения. Ткань трещала под натиском нетерпеливых рук. — Белла… — его голос сорвался на хриплый шёпот. — Ты сводишь меня с ума. 
— Тогда сойди с ума со мной, — выдохнула я ему в губы, проводя языком по его нижней губе, слегка прикусив её. Но вдруг Питер замер. Его руки, ещё мгновение назад нетерпеливо скользившие по моей спине, вдруг стали мягче. Он отстранился, заглянул мне в глаза. Я поймала его взгляд — в нём читалась забота, почти тревога. 
— Если хочешь остановиться, скажи сейчас, — его голос стал непривычно тихим, почти дрожащим. 
— Нет, — я покачала головой, провела ладонью по его щеке, затем медленно скользнула рукой вниз, вдоль груди, чувствуя, как под кожей перекатываются напряжённые мышцы. — Просто… я никогда раньше… 
— Я знаю, — он улыбнулся, и эта улыбка вдруг сняла весь страх. — Я буду осторожен. Обещаю. Питер медленно отвёл прядь волос с моего лица, затем нежно поцеловал в висок. Его губы скользнули к щеке, к уголку рта — теперь прикосновения были осторожными, почти благоговейными. Он начал с лёгких поцелуев, постепенно делая их глубже, но всё время следил за моей реакцией, будто считывал каждое изменение в моём дыхании, каждом движении ресниц. Я расслабилась в его руках, отдаваясь моменту. Его пальцы скользнули вдоль позвоночника, вызывая волну дрожи. Я выгнулась навстречу, тихо застонав.
 — Ты такая отзывчивая, — хрипло произнёс Питер, его дыхание обжигало кожу. — Такая горячая… Его губы спустились ниже, к шее, оставляя огненные следы. Он слегка прикусил нежную кожу, и я вздрогнула, запустив пальцы в его волосы. Питер медленно опустился на колени передо мной, его руки скользнули по бёдрам, слегка сжимая их.
 – Доверься мне, — прошептал он, глядя снизу вверх.
Я кивнула, затаив дыхание. Его губы коснулись внутренней поверхности бедра, медленно поднимаясь выше. Я задыхалась от нахлынувших ощущений, пальцы впивались в его плечи. Когда его язык коснулся самого чувствительного места, я не смогла сдержать громкий стон. Моё тело содрогнулось, колени подкосились, но Питер удержал меня, продолжая ласкать с мучительной нежностью.
 — Питер… — мой голос дрожал. — Я больше не могу… 
— Можешь, — он поднял голову, его глаза горели в полумраке. — И ты будешь. Он поднялся, подхватил меня на руки и отнёс к кровати. Я обхватила его ногами, прижимая к себе так близко, как только могла. Питер вошёл медленно, давая мне привыкнуть к новым ощущениям. Боль была короткой, почти незаметной на фоне его нежности. Он замер, ожидая, пока я привыкну, шептал что‑то успокаивающее, гладил по волосам. Постепенно ритм ускорялся. Мы двигались в едином порыве, задыхаясь, теряя контроль. Питер сжимал мои бёдра, направляя движения, его губы снова нашли мои. Я царапала его спину, выгибалась навстречу, стонала его имя. 
— Да, Белла, вот так, — шептал он между поцелуями. — Отдайся этому. Отдайся мне. Лунный свет очерчивал контуры наших тел, отбрасывал резкие тени на стены. Пот стекал по вискам, волосы прилипли ко лбу. Мы были едины — в дыхании, в движениях, в нарастающем напряжении, которое вот‑вот должно было взорваться ослепительным оргазмом. Кульминация накрыла внезапно — волна жара прокатилась по телу, мышцы сжались, дыхание перехватило. Я закричала, впиваясь ногтями в его спину. Питер последовал за мной, глухо застонав, уткнувшись лицом в мою шею. Когда мир перестал вращаться, мы рухнули на кровать, всё ещё сплетённые в объятиях. Питер уткнулся мне в грудь, тяжело дыша. Его рука медленно, успокаивающе гладила меня по спине. 
— Никогда не отпускай меня, — прошептал он. 
— И ты меня, — я провела рукой по его плечу, прижимая ближе к себе, к своей груди. — Никогда. Мы лежали, слушая, как постепенно успокаиваются наши сердца. Питер провёл пальцем по моей талии, улыбнулся — на этот раз по‑настоящему, открыто, без тени тревоги. 
— Лучше, чем я мог себе представить, — тихо сказал он. 
— И я так думаю, — я улыбнулась в ответ, уткнувшись носом в его макушку. — Спасибо, что был рядом.
— Всегда буду, — он поцеловал меня в одну из грудей , вызывая волну жара по телу.— Обещаю.
 Лунный свет всё так же лился в окно, окутывая нас серебристой дымкой. Где‑то вдалеке снова раздался волчий вой — теперь он звучал не угрожающе, а словно в знак одобрения, как будто сама ночь благословляла наш союз.