Паучья лилия

Раннее утро окрашивало улицы города в мягкие, пастельные тона. Среди спешащих на учебу студентов выделялась одна фигура. Девушка с волосами цвета первого инея, собранными в высокий, нарочито небрежный пучок, из которого выбивались отдельные серебряные пряди. Её голубые, как зимнее небо, глаза смотрели спокойно и оценивающе. На правой руке, от кисти до локтя, красовалась татуировка — хрупкая и ядовитая паучья лилия (хиганбана), её алые лепестки казались каплями крови на фоне белой кожи. В ухе сверкал ряд тонких серебряных штанг, а лицо украшали проколы в брови и, как можно было догадаться по легкому движгу губ, на языке. Её походка была уверенной, без тени суеты. Врата школы «Фурин» поглотили её. В холле царила предзанятийная суета, но она замерла на секунду, осматриваясь. И почти сразу к ней подошел парень с безмятежным, как озеро, выражением лица — Умэми, глава школы. — Привет! — его улыбка была искренней и тёплой. — Привет, Умэми, — кивнула она, голос ровный, без дрожи новичка. — Я очень рад тебе здесь видеть. Очень, — он сделал небольшую паузу, давая словам отзвучать. — Что ж, пошли наверх, подпишем бумаги, и сможешь сразу приступать к учёбе. Форму я тебе подготовил. Девушка лишь молча кивнула и последовала за ним, её кеды почти неслышно шуршали по полу. Через пару минут они были на крыше — тихом, залитом утренним солнцем оазисе с палисадником. — Так, вот документы, — Умэми положил на стол аккуратную папку. — Подпиши, и всё готово. А вон в том шкафу твоя форма. Мы постарались учесть все твои пожелания. — Спасибо большое, — в её голосе впервые прозвучала легкая, едва уловимая благодарность. Подписав бумаги быстрыми, уверенными росчерками, она взяла сверток из шкафа и направилась в туалетную комнату переодеваться. Форма радикально отличалась от стандартной. Вместо пиджака — свободная, слегка поношенная куртка с капюшоном. Вместо брюк — широкие шорты из плотной ткани, доходившие до середины икр. Из-под них выглядывали длинные, почти гольфы, черные носки. На ногах — поношенные, но чистые кеды. Под курткой — простая белая футболка. В этом образе была дерзкая, бунтарская эстетика, но и практичность бойца. Она поправила пучок, поймав свое отражение в зеркале: «Ну что, Рен Мина, начинается». Выйдя, она услышала по громкой связи объявление о новенькой на первом курсе. «Отлично, теперь весь school в курсе», — мысленно усмехнулась она. — Так, мне нужен 304-й кабинет, — пробормотала она себе под нос, изучая указатели. — О, так ты из моего класса? Новенькая, что ли? — раздался голос сзади. Мина резко, но плавно развернулась. Перед ней стоял парень. Высокий, с острыми чертами лица и... с черной повязкой на левом глазу. Взгляд единственного видимого глаза был пронизывающим, оценивающим, но без враждебности. — А ты кто такой? — спросила она, не скрывая интереса. Её взгляд скользнул по его фигуре, отмечая уверенную стойку и скрытую силу в плечах. — Я Хаято Суо. А ты? — Рен Мина. Глаза Суо на мгновение округлились, в них мелькнуло мгновенное узнавание. Мина тут же поймала этот сигнал. — Да, я сестра Рен Кадзи. Что за реакция такая? — в её тоне появилась легкая сталь. — Да ничего, — отозвался Суо, восстанавливая привычную сдержанность. — Просто девушек у нас еще никогда не было. А тут еще и сестра сильнейшего со второго курса... Неожиданно. — Ну, бывают в жизни сюрпризы. Не самые приятные для некоторых, — парировала она. — Может, уже покажешь, где кабинет? — А, да, конечно. Пошли, — он тронулся с места, и она пошла рядом. — Но предупреждаю, Сакуре ты, возможно, не понравишься. Может, даже вызвать захочет. Не реагируй. Он просто... не очень привык к людям. И к переменам. — Окей, — коротко бросила Мина, принимая информацию к сведению. Через несколько минут они подошли к двери кабинета 304. Суо, не церемонясь, распахнул её. — Знакомьтесь, наша новенькая. Рен Мина. Тихий гул разговоров в классе стих, сменившись гробовой тишиной, которая тут же взорвалась шепотом. Десятки глаз, в основном мужских, уставились на неё с смесью любопытства, недоверия и удивления. — Что? Девушка? В «Фурине»? Да это бред, — фыркнул парень с двухцветными волосами, развалившись на стуле. Это был Сакура, она сразу поняла. Но следующее нападение было с другой стороны. К ней буквально подпрыгнул парень с живыми глазами и неудержимой энергией — Нирей. — О, привет! Ты очень красивая! А ты сильная? А давай дружить! — он выпалил это залпом, сияя улыбкой. Уголок губ Мины дрогнул. — Привет. Да, можно в принципе. А так — да, сильная, — ответила она с едва заметной, сдержанной улыбкой. — Сильная, значит? — как эхо, прозвучал голос Сакуры. Он медленно поднялся. — Так, сразись со мной. Покажи, на что способна девочка. — Не, спасибо большое. Не горю желанием, — её голос оставался ледяным и спокойным. — А мне кажется, ты просто струсила, — язвительно протянул Сакура, делая шаг вперед. — Боишься ноготок сломать? Или платьице испачкать? Спокойствие на лице Мины начало давать трещины. В глазах вспыхнула холодная искра. — Да нет, просто не хочу, — повторила она, но её интонация стала острее. — Или здесь просто нет твоего братишки, который бы тебя защитил? — Сакура скривился в язвительной ухмылке, добиваясь. Терпение — та тонкая нить, что сдерживала Мину, — лопнуло. Это произошло не со взрывом, а с леденящей тишиной. Она не закричала, не приняла боевую стойку. Она просто исчезла с места. Ровно через секунду кулак, стремительный и неотразимый как удар молота, обрушился на грудь Сакуры. Не крик, а глухой выдох вырвался из его губ, когда он отлетел через несколько рядов парт и с грохотом рухнул в углу класса, сбив мусорное ведро. В классе воцарилась абсолютная, оглушающая тишина. Мина неспешной, хищной походкой подошла к опешенному, откашливающемуся Сакуре. Она наклонилась над ним, и её голос, тихий, свистящий и полный неоспоримой угрозы, прорезал тишину: — Если ты ещё раз, сука, затронешь моего брата или начнёшь цепляться к моему гендеру, я твоё лицо превращу в кровавое месиво. Усёк? Сакура, всё ещё давясь воздухом, смог лишь хрипло выдохнуть: — Да... По классу прокатился новый виток шепота, но теперь в нём звучал страх и уважение: «Она отбитая... Лучше не связываться...» Мина выпрямилась и, не глядя больше на поверженного противника, вернулась на свое место у двери. Сакура, с трудом поднявшись, потер грудь. В его взгляде уже не было насмешки, а лишь ошеломленное уважение и азарт. — Ладно... Беру свои слова обратно, — прохрипел он, с легкой ухмылкой. — Я рад, что она с нами. Следующие полчаса прошли в напряженной, но уже более спокойной атмосфере. Мина успела уловить основные характеры: взрывной и принципиальный Сакура, неугомонно-дружелюбный Нирей и загадочно-сдержанный Суо, чей единственный глаз всё время периодически останавливался на ней с нечитаемым выражением. Тишину нарушил громкий топот. В класс ворвался Хираги, его лицо было серьёзным. — Внимание! Сегодня на обход города — наша группа! Всем построиться у выхода через пять минут! Всё поняли?! Спустя положенное время отряд вышел на улицы. Мина невольно оказалась рядом с Суо. Шли молча, но напряжение между ними было иного рода — не враждебное, а скорее, исследовательское. — Вообще, что о себе расскажешь? — наконец нарушил тишину Суо. — Может, техника боя какая-то своя? — Нету определенной. Пользуюсь тем, что нужно в момент. Смесь всего понемногу. А у тебя? — она посмотрела на него искоса. — Да, примерно так же. Универсально, — он кивнул. Потом его взгляд скользнул по её лицу. — А удобно тебе драться с серёжками? Не цепляются? Мина едва заметно вздрогнула. — Удобно. Это всё равно что у тебя спросить, удобно ли целоваться с проколом на языке. Её губы тронула тень улыбки. — Как ты его разглядела? — спросила она, удивлённая. — Я очень внимателен к деталям. Увидел ещё когда у туалета столкнулись, — признался он. — А если отвечать на вопрос — не знаю. Не пробовала. Она засмеялась, коротко и искренне. После этого они шли в более комфортном молчании, пока его не нарушил дикий крик Нирея впереди: — Эй, там! В переулке! Девушку зажимают! Парни рванулись в сторону звука, инстинктивно сгруппировавшись. Но Мина резким жестом остановила их. — Стойте. Я сама. Не хочу пугать её ещё больше вашей оравой. Не дожидаясь ответа, она свернула в грязный, узкий переулок. Там двое крепких парня лет двадцати прижимали к стене заплаканную девочку лет десяти. Слова угроз и похабные шутки висели в воздухе. — Эй, пацаны, не стыдно? — голос Мины прозвучал ледяным эхом по кирпичным стенам. Она приближалась, её шаги были мерными, неспешными. Парни обернулись. Увидев её форму и хрупкую, на первый взгляд, фигуру, они фыркнули. — Ха-ха-ха! Девушка в «Фурине»! Что за позор! — загоготал один. — И что ты нам сделаешь? Сиськи покажешь, что ли? Мина остановилась в двух шагах. На её лице расцвела опасная, холодная ухмылка. — Ну, можем проверить. Или слабо? Провокация сработала мгновенно. Один из них, рыча, занес руку для удара. Мина даже не сдвинулась с места. Лишь в последний момент её голова отклонилась на сантиметр, и удар пронесся в пустоте. В следующее мгновение её нога, быстрая как плеть, врезалась ему в солнечное сплетение, а затем, уже на отходе, каблуком кеда — в колено. Парень с хрипом сложился пополам и рухнул. — Э, сука, не ахуела ли?! — заорал второй, бросаясь на неё. Его атака была грубой и прямолинейной. Мина встретила его, резко ударив ребром ладони по коленной чашечке. Раздался неприятный щелчок, и он с воплем упал на колени. Идеальная мишень. Последовал жестокий, точный удар ногой в лицо. Звук удара кости о кость был отвратительно громким. Второй парень откинулся назад, потеряв сознание. Тишина. Только тяжелое дыхание Мины и всхлипывания девочки. Мина подошла к ребёнку, и её лицо мгновенно преобразилось — сталь в глазах растаяла, уступив место мягкости. — Всё, маленькая, всё кончено. Тебе ничего не угрожает. Иди сюда, — она опустилась на корточки, и девочка, рыдая, вцепилась в её куртку. — Суо! — позвала Мина, не оборачиваясь. — Подойди, пожалуйста. Он появился у входа в переулке, его лицо было непроницаемым. Она аккуратно передала ему дрожащую девочку. — Отведи её, вызови полицию. Я тут... доделаю. Суо хотел что-то сказать, но, встретив её взгляд, лишь кивнул и увел ребёнка. Мина же медленно подошла к первому парню, тому, что начал приходить в себя, кряхтя и держась за живот. Она пнула его ногой в бок. — Алё, подъём. Алё, тварь. Он открыл глаза, полные боли и злобы. И увидел над собой её лицо — не хладнокровное, а искаженное чистой, неконтролируемой яростью. Та ярость, что копилась, наверное, с самого утра, с насмешек Сакуры, нашла свой выход. — Что, нравится маленьких девочек пугать? Насиловать? — её голос был низким, свистящим шепотом. — Гнида ебаная. И началось. Это не был бой. Это было избиение. Хладнокровное, методичное, безжалостное. Она не использовала сложных приёмов — только кулаки, ноги, каблуки. Каждый удар был заряжен слепой ненавистью к самой сути того, что он представлял. Парень даже не мог кричать, только хрипел, пытаясь закрыться. — Мина! Хватит! С него уже достаточно! Голос Суо прозвучал прямо у неё за спиной, твердо, но без крика. Она замерла с занесенной для очередного удара ногой. Дыхание вырывалось из её груди прерывистыми, хриплыми рывками. Медленно, будто через силу, она опустила ногу и резко развернулась. И обнаружила, что он стоит слишком близко.