Часть 12

Я запахнула пальто и покрутилась у зеркала. Когда я в последний раз была у себя? В моменте, моя жизнь стала нескончаемой дележкой меня между двумя мужчинами. Мои вещи были уже просто везде: в квартире Володи, в квартире Давида, в доме Володи, в доме Давида. Везде, кроме моей собственной замечательной квартиры, в которой я еще питала надежды остаться со своим малышом после его рождения. Периодически я разрушала весь «график и баланс», уезжая к своим родителям. Тут уж простите, иначе они сами нагрянут и весьма неожиданно. Из плюсов была детская, которая создавалась руками рабочих во время моего отсутствия. Я приезжала, чтобы проверить ее и осталась в полном восторге. И сегодня бы поехала стоять над душой у рабочих и представлять, как через каких-то два месяца зайду с конвертом со своим малышом, но довольно внезапно нарисовались дела. А именно — Богатырев, у которого я жила эту неделю попросил привезти меня кое-какие документы, которые благополучно остались у него на столе в квартире. А я и рада выгулять новые длинные сапожки и обтягивающее молочное трикотажное платье, поверх которого я надела черное пальто. Я любила свое положение за то, что могла носить подобные вещи и не бояться, что меня примут за беременную. И ребенок сегодня был спокоен, только периодически пихался изнутри, но в пределах разумного. Даже поясница не затекла за поездку. На проходной меня пустили, стоило показать документы и проводили к гардеробу, после чего к лифту. Мне нравились подобные офисные здания с панорамными окнами. В будущем я бы хотела себе похожую квартирку, но только в будущем… Лет так через десять, наверное? Мое появление не привлекло слишком много внимания ровно до момента, пока я не уточнила дорогу к кабинету Володи. Сотрудники тихонько переглядывались между собой и глазели на меня, вероятно, пытаясь осознать зачем к их начальнику идет неизвестная глубоко беременная женщина с документами. — Здравствуйте, — улыбка тронула мои губы, когда я встретилась взглядом с секретаршей, что упорно игнорировала меня пять минут, разговаривая по телефону. — Добрый день, — отозвалась она, — если вы к Владимиру Викторовичу, его сегодня нет в офисе. — Окинув меня изучающим взглядом, отчеканила девушка, смешивая свои слова с чавканьем жвачки. — Он сегодня есть в офисе. Нажмите на кнопочку и сообщите о том, что пришла Романова Александра Алексеевна. — Спокойно, Саша. Ты не срываешься на девушек. Саша, ты должна быть солидарной. Секретарша ухмыльнулась и вскинула брови, складывая руки в замок. — Девушка, вы меня не услышали? Владимира Викторовича сегодня нет. Уходите, — она говорила настолько уверено, что я на всякий случай зашла в переписку, чтобы убедиться в том, что он правда просил привезти документы, после чего, решив не спорить и не тратить свои нервы, уже несколько раздраженно нажала на звонок. Да. Он донесся из-за двери. Я слегка облизнула губы, что пересохли от перепада эмоций и посмотрела на замершую секретаршу, что уже не так уверено сложила руки. — Да, Саша, — донесся голос человека, который сейчас вполне серьезно может отхватить. — Я долго должна стоять у двери твоего кабинета и слушать, что тебя сегодня нет? — Кажется, мой голос прозвучал более угрожающе, чем мне бы хотелось. Он сбросил трубку и в следующее же мгновение дверь открылась. Владимир сделал глубокий вдох, переводя взгляд на свою побледневшую подчиненную, а я закатила глаза, понимая, что совершенно не горю желанием слушать их словесную перепалку. Хватило двух шагов, чтобы преодолеть расстояние между нами, взять мужчину за руку и затянуть его за дверь, закрывая ее. — Где можно сесть? Я устала, — сказала я и Богатырев довел меня до дивана, придерживая за руку и помогая мягко опуститься. Я же спокойно открыла свою сумку и достала из нее папку с документами, протягивая отцу своего ребенка. — Я… Удивлен. — Произнес Володя и приподнял брови. — И чем же? — Моя брови поползла вверх. — Я думал, что ты устроишь скандал. — Мой ребенок сегодня слишком спокойный, чтобы скандалить и будоражить его. Мне еще домой добираться. Что сегодня вообще произошло за день? Есть что-то интересное? — Решила уточнить я, понимая, что не хочу вот так вот просто ехать обратно. — Да ладно тебе, что вообще может быть интересное в офисной работе? Я ненавижу эту часть своей жизни. — Он ухмыльнулся, — но я уже совсем скоро поеду домой. Дела тут уже решены, собрание я посетил, так что не вижу смысла оставаться дальше. Заедем сегодня вместе за Мишей. Можем еще Даниэла забрать, чтобы он не расстраивался, когда увидит тебя. — Что я слышу? Владимир Викторович собирается сбежать с работы, так еще и сделать меня соучастницей похищения ребенка? Как не стыдно, — я цокнула языком и покачала головой, — я шучу. Шучу, в этот раз. Настроение у меня сегодня хорошее, знаешь. Не забудь предупредить Давида о том, что мы забираем его сына к себе, чтобы не было казусов.

***

День должен был закончиться потрясающе. Он закончился тем, что я получила новый страх и едва не отправилась на тот свет вместе с отцом своего ребенка, ведь когда мы спустились на парковку, машину Владимира уже оцепили, а по зданию довольно живо прозвучал сигнал тревоги. Я думала, что подобное дерьмо осталось в девяностых, но один человек, имя которого начинается на букву «В», решил, очевидно, вернуться. Туда, где он никогда и не был, ага. Было просто чудом, что охрана комплекса в момент, как к автомобилю подключали механизм, который должен был спровоцировать взрыв после того, как двигатель бы завелся, заметила это и поспешила на место. Я старалась дышать глубоко, спокойно, думая о том, что в эту машину могла сесть не только я со своим малышом в утробе. Не только Владимир. А шестилетний Миша и семилетний Даниэл. Может быть, еще трехлетняя Ариэль попала бы под раздачу. Эта мысль белой строчкой бежала у меня перед глазами, пока кровь вскипала в жилах от ярости. Если Влад хотел себе получить по-настоящему страшного и опасного врага — он добился желаемого. — Алло, пап, — Владимир, что беседовал до этого с полицией, оглянулся, — не говори маме. Машину, в которой я должна была ехать заминировали. — Что ты сказала? — Его голос дрогнул, — Саша, Сашенька, где ты сейчас? — Спросил он и я быстро назвала адрес. — Я сейчас подъеду. Гудки звучали как похоронный марш, что будет играть скоро Владу. Я бы, на его месте, уже заказывала бы себе памятник и гроб. — Если этот ублюдок решил, — я сделала глубокий вдох, поглаживая свой живот, — что мои слова о том, что не стоит меня втягивать — пустой звук, я решаю, что его стоит похоронить. — Мой старик тоже скоро будет тут. Закрой, пожалуйста, уши, когда он будет кричать на меня, — мужчина опустился рядом со мной и положил голову мне на плечо, взяв за руку. — Я ставлю на то, что они вдвоем сами прикопают Влада в лесу. Я так не хотела подключать моего папу, ты себе не представляешь. Я сейчас так разочарована из-за этого, зла не хватает. — Представляю, — меланхолично отозвался изрядно уставший Володя и мне довольно внезапно стало его безумно жаль, — я представляю.

***

Чего я ожидала от этой встречи? Явно ничего хорошего. Ведь мы собирались встретиться с дедушкой моего будущего ребенка, который в душе не чаял о таких перспективах. И встретимся мы с ним в весьма сомнительных обстоятельствах, так еще и к этому присоединяется и мой папа, который был все еще не знаком с Владимиром. Ему хватило Давида. За столом сидело пять человек. Ел только один. Я. Разбавляла тишину как могла, набивая свой бездонный колодец только бы ничего не спросили. Давид протянул мне бокал с соком, и я его приняла, под тремя упавшими на меня взглядами. — Александра, сколько не пытайся уйти от разговора, а рано или поздно тебе придется все объяснить, — произнес мой любимый папа, и я нервно сглотнула, кивнув взгляд на Володю. — Да, Владимир, ты тоже будь добр. И ты Давид, — Виктор переводил взгляд от одного «нашкодившего мальчишки» к другому. — Я? Я тут вообще, — Давид Багратионович, вероятно, был просто рад, что его отца тут сейчас не было. — А что конкретно вам хочется узнать? Машину заминировал Некрасов, это все прекрасно понимают. — Произнесла я, вытирая салфеткой рот, — решив взять удар на себя. Вот они мужчины, сидят с поджатыми хвостами, пока беременная женщина геройствует, — или вопрос касается другого. — Я так понимаю, — мой отец сделал тяжелый вдох и сложил руки перед собой, сверля меня взглядом, — что один из двух сидящих тут молодых людей и есть отец твоего ребенка? Кто? — Он нахмурил брови, а вот Виктор конкретно обалдел от такого заявления. — Владимир, ты ахуел? — Спросил мужчина и тут уже ахуела я, — то есть, у меня, возможно, будет второй внук или внучка, а ты все это время молчишь? Или ты Давид? Почему ты приехал? Когда это вы двое успели так сдружиться? — Он прищурился и я откинулась назад, оттягивая ребят за рукава к себе. — Ну? В меня больше не лезет еда, говорить придется. — Ну а что? Скажем как есть. — Владимир передернул плечами. Вариант очевидный, да. Как тогда объяснять присутствие «друга семьи» по вторую руку от меня? — Я скажу. — Собрав в себе всю храбрость произнесла я и мы выпрямились. — Для начала я скажу, что знаю о том, что у всех кто сидит за этим столом есть оружие. Давайте будем держать его при себе. Я беременна от, — я сделала глубокий вдох и посмотрела в сторону входа в ресторан. Ну хрен знает, может быть, сюда кто-нибудь ворвется, как в турецких сериалах и перебьет меня? — От? — Мой отец раздраженно постучал пальцами по столу. — Минуточку… А почему это вообще имеет такое большое значение? Это мой ребенок и для тебя, папа, это единственное, что должно иметь значение, если ты меня любишь, — эх, премию «Оскар» мне бы дать за столь потрясающее изображение обиды. Я уже увидела в его глазах, как он разомлел от этих слов и суровый военный вновь стал добрым папой. Прости меня за такие гнусные манипуляции. Мои губы задрожали и я опустила глаза. — Нет-нет, малышка, я вовсе не хотел сказать… Я не хотел тебя обидеть, — он уже было поднялся, чтобы подойти и обнять, но отец Владимира оказался не так мягок на эмоции и придержал его за плечо. — Владимир, это мой внук или внучка или нет? — Спросил он строго, и я кинула взгляд на поджавшего губы Богатырева. Он держался, но было видно, что его силам приходит конец. — Да, Виктор Андреевич. — Внутри что-то треснуло в момент, как раздался голос Давида, что решил взять весь удар на себя. — Ребенок Саши от Владимира. А я просто друг Саши, — он слегка улыбнулся, и я ощутила ту боль с которой это произошло. Просто друг, да? Позавчера, когда мы принимали вместе ванну мне так не казалось. Они оба знали, что я мечусь и не могу выбрать. Они оба знали, что я не хочу оставлять ни одного, как я думала из собственной жадности, но на деле меня просто кусало то, что я брошу одного из этих мужчин. Он решил выбрать самый простой выход из сложившейся ситуации. Виктор взял в руки стакан с водой и в одно мгновение его осушил, пока мой отец сверлил глазами Владимира. Я аккуратно кинула взгляд на Давида и аккуратно коснулась под столом его руки. Он не сопротивлялся, и я ее немного сжала. — Мы можем закончить на сегодня этот разговор? Мы так и не пришли к консенсусу по основной теме, а мне бы не хотелось каждый раз молиться перед тем, как я сяду в машину. — Неужели вы сами не можете решить такую небольшую проблему? — Богатырев старший вновь обвел нас троих изучающим взглядом и приподнял брови. — Ладно, Алексей Алексеевич, придется помочь детям. — Да, Виктор Андреевич, — кивнул мой отец, и я слегка выдохнула, поглаживая наполненный живот. Перемены и нервы в моей жизни стали неприятной обыденностью. Мне это не нравится, но и сделать с этим ничего нельзя. Сколько бы я не барахталась, а этот водоворот затягивает меня все глубже и глубже, на самое дно. С момента, как мой отец узнал кто является отцом ребенка мне точно начнут капать на мозги со свадьбой. Была ли я готова связать себя узами брака? Нет. Тем более, когда меня так откровенно заставили хлебнуть все эти проблемы. Два месяца. Два месяца и мой ребенок будет у меня на руках. Их нужно просто пережить, но решиться ли все с его появлением? Складывается стойкое ощущение, что нет. Разговор перетек в мирное русло, однако, в моменте, когда все стали слишком расслаблены, ко мне пришло осознание, что я расслабиться не могу. Что-то было не так. Это чувство однозначно обозначало, что прямо сейчас кто-то пялится на меня. Я быстро повертела головой и только краем глаза смогла уловить, как человек в капюшоне резко отвернулся, привлекая к себе внимание. Странно. Фигура явно женская. Толстовка, джинсы, кеды. Одежда кажется максимально неброской. Я потянула через трубочку воду из стакана немного прищурившись. Кто-то из людей Влада? Во всяком случае, мы уже собираемся. Оставалось только отмахнуться и позволить Давиду помочь мне с пальто. Предстоит еще много дел.