Удача в двойне

«Человек, который совершил ошибку и не исправил её, совершил ещё одну ошибку».

***

      Мутило, тошнота подступала к горлу скребясь тонкими, но пронырливыми когтями. Открыть глаза казалось мучением, голова шумела от боли и передвижения. Девушка превзнемогая боль пошевелилась и открыла глаза. Сидя на колючем сене, она увидела своих спутников. Нян так же лежала приходя в себя, единственный кому было чуть по-легче это староста. Движение повозки, точнее сколоченных деревянных балок, напоминающих не повозку, а самую настоящую клетку, изматывали. Хотя вероятно это так и было. Лошади везли несколько таких клеток, которые были заполненными другими невезучими людьми. Тошнота понемногу отступала, Алиса приходила в себя. Шевелиться желание не было, в том положении что девушка лежала, она начала рассматривать лес, тропинки и людей вокруг. Постепенно мысли начали заполнять голову девушки и она окончательно отошла от противного состояния.       "Попасться работорговцам в самом начале миссии, просто замечательно..."       Девушка выдохнула через рот и пошёл пар. Только сейчас шатенка заметила несколько ледяные её конечности. Ни рук ни ног девушка не смогла почувствовать.       "Так и заболеть не далеко. И что мне вообще делать?"       Хотелось впасть в тревожные мысли, ведь поиск клятвы теперь казался невозможным, ситуация в которой оказалась Алиса была практически патовой, а мысли о Тал Тале и тем более откликались своеобразной болью где-то внутри.       "Не попади я сюда, какая вероятность что Нян всё равно бы оказалась у работорговцев?"       Морозный воздух очень хорошо отрезвлял.       "Высокая..."       Не вовремя начала мучить жажда, Алиса нервничала, стараясь это скрыть, но даже ледяные руки била слабая дрожь. То ли от холода, то ли от волнения.       "Значит всё идёт своим чередом. Талахаю не выгодно было меня закинуть сюда, разве что из мести за разорванную связь. Но это после того как я достану клятву. Значит пока что всё должно идти так как идёт."       Алиса успокаивала себя, но сомнения что она ошибается метались в мыслях.       "Где же тогда подлинная клятва? Почему именно этот отрезок истории? Насколько я вообще близка?"       Лес постепенно редел, а потом сменился на городские улицы. Смеркалось, девушка накрылась сеном посильнее, чтобы лица видно не было, щёки щипал ветер и хотелось укрыться с головой. За это время Алиса так и не поговорила с Нян, а староста так и остался не понятной для неё фигурой.       Люди остановились, повозки затормозили. Алиса заозиралась, и не зря. Спустя немного времени на двор вышли уж очень знакомые противные фигуры.       "Йом Пён Су? Тан Ке Ши?"       Два силуэта мелькнули в самом начале связки повозок, но этого было достаточно чтобы понять кто это.       "Талахая тут нет.. значит слежку за мной он не устроил."       Заметила девушка, но особого облечения это не принесло. Вся семья регента была более чем опасна, хоть и как оказалось, менее хитрая чем младший наследник.       Двое мужчин направились в сторону шатенки, она поспешила накрыться пластом сена, которым были накрыты и остальные люди. Гадать что с ней будет если её сейчас увидят, она не хотела. По дворцу возможно все ещё ходят слухи что служанка умерла от чумы, как и должен был сказать Тал Тал регенту.       Что будет с ней если Тан Ке Ши её заметит? Картинки лезли в голову против её воли. Нян накрылась посильнее, чтобы видно даже лица не было, Алиса понимала почему. По всей видимости у неё с Тан Ке Ши свои счёты.       Пространство вокруг начало сужаться и расширятся. Голоса искажались, Алиса тут же испуганно осознала. Действие препарата вколотого ей ранее — истекло.       "Проблема не была решена, он решил только последствия..."       С ужасом девушка заметила что не чувствует тела от слова совсем, а мысли начали липко путаться. Девушка понимала, что голову она делит с ещё одной "Я" но облегчения это не приносило. Все эмоции делились на двое, но и одновременно умножались в два раза. То что шатенка делает не месть, определено нет. Это был долг. И он лёг на неё, не на ту что была рождена в эту эпоху, а на ту Алису кто несправедливо был убит в двадцать первом веке. Нельзя позволять несправедливости торжествовать, но как обойти всё то что считаешь худшим с помощью лжи?       Нян потрясла девушку за плечо. Алиса распахнула глаза, посмотрев на Сон Нян отрешенным взглядом. Внутри болело с неясной и невиданной силой, пустоты не осталось в Алисе. Если она повернёт время, её не убьют в прошлом, а значит она не переродится так рано. А значит в двадцать первом веке её никто не будет искать в попытке убить. Алиса догадывалась с о тогда никогда не увидится с Тал Талом, но девушка знала что что-то придумает. Наверное.       Усталость взяла своё и девушка погрузилась в сон, не смотря на голод и жажду. Мысли отступили, но было очевидно что это ненадолго...

***

      Нян в тишине легла на сено, ложась рядом с Алисой. Девушки наконец лежали в относительном тепле, хоть и на слегка колючем сене. Прошли ещё сутки, как девушка была в повозке, за это время тело затекло очень сильно и отдавалось болью. От усталости девушки завалились на пол отдыхать, Алиса вновь заметила в каком она состоянии: волосы от пота слипались на макушке, на руках мелкие, но болючие ссадины, а одежда снова грязная и порванная. Алиса лишь радовалась что зеркало что хранила Нян с особой бережностью, было треснутым. Рассмотреть в нём что-то было сложно, да и шатенка не захотела бы в очередной раз видеть себя такой. Девушки с момента встречи так и не поговорили, да и особо не было о чём. Ситуация была красноречивой и без этого. Слова лишь усугубили бы.       Клонило в сон, Алиса вертелась на сене, ощущая себя грязной, до боли хотелось в душ. Шатенка раз в какое-то время жалела о желании жить в средневековье, но как только мысли возвращались к Тал Талу и его дяде, то сразу такие сомнения гнались прочь. Тоска росла, посеянная ещё давно назад, и от усталости девушка начала погружаться в сон.       Сонное состояние шатенки прервал шум Сон Нян. Сонливость уступила любопытству и Алиса открыла глаза. Веки были тяжёлыми, тусклый свет казался ярким и жёг глаза. Девушка не заметила пробуждение подруги и продолжила раскрывать зеркало которое носила под одеждой. Алиса поспешила показать Нян что не спит, но не успела. Девушка раскрыла бумажку запханную в промежуток между зеркалом и деревянной рамой. Она раскрыла свёрток и замерла. Алиса перевела взгляд с лица подруги на свёрток и увидела бордовые иероглифы.       Нян обернулась по сторонам, замечая проснувшуюся Алису и подозвала немым знаком поближе. Догадка мигом пронеслась азартом по венам и в предвкушении Алиса подползла поближе. Взгляд девушки напоролся на символ бабочки выведенный кровью на бумаге. Девушки переглянулись ещё раз и в этом взгляде читался не только страх и удивление, но и облегчение.       "Подлинная клятва кровью..."       Алиса сглотнула, усаживаясь по-удобнее. Сон как рукой сняло, сердце заколотилось до скручивающей боли быстро. Девушка водила глазами по строкам, понимая что за ценный артефакт перед ней. Порция облегчения, за то что нашла то ради чего на кон ставила всё, сменилась тревогой и страхом. Голову снесут если узнают об этом, а если Талахай узнает что она уже нашла её раньше чем девушка провернёт свой план?       "Тал Тал был бы как ни кстати очень нужен сейчас..."       Мелькнули мысли пока девушка читала содержимое клятвы. Шатенка снова перевела взгляд на бабочку и до неё дошла запоздалая мысль.       "Бабочка на подлинной клятве! Значит это было не враньё?! Талахай действительно помогал мне, а затем он сошёл с ума окончательно. Это сыграло против него, я должна этим воспользоваться. Обязана" — Чего вам не спится? — сонно подал голос староста, слыша шум девушек. — Взгляните сюда... — прошептала Нян, помогая подняться ему придерживая за спину.       Свиток перешёл в руки старосте и через мгновение он воскликнул и зашептал: — Это же кровавое письмо покойного хана к своему сыну...       Троица взбудоражено сидела в полном недоумении и все испытывали различные ощущения. Алиса понимала, ей оно нужно, но нужно не настоящее.       "Талахай тогда подослал письмо, ведь знал как отличить подлинное письмо от ненастоящего. Это стоит учесть... Он был на моей стороне чисто из того что знал что я ничего не заподозрила, и подумал что начала догадываться когда началась неразбериха с Ён Би Су. Он сам себя выдал ревностью.. хотя скорее одержимостью.."       Девушка начала судорожно размышлять, склывадая всё воедино в целостную картину.       "Значит он знает как должна выглядеть клятва. Это была мне подсказка. Но он подумал что я знаю о многом куда раньше чем я по настоящему начала задумываться о всём что произошло со мной и складывать что да как."       Девушка нашла лазейку, схватилась за это всеми фибрами, понимая, это её шанс.       "По идее мне нужно лишь чужой кровью написать письмо точь в точь. Где достать столько крови правда? И как мне это объяснить Нян, я же не украду клятву у неё? Почему вообще Талахай сообщил мне о бабочке так завуалированно... Господи как всё запутанно"

***

— Впредь вас будут хорошо кормить! — воскликнул «черная рука», как Алисе рассказали староста и Нян.       Глубокая ночь выдалась бессонной, мысли то и дело подкидывали идеи, но Алиса с чёткой строгостью отсекала все. Права на ошибку не было, девушка понимала что Талахай оставляет место тому, что она может принести ему недостоверный артефакт. Шатенка с предельным скептицизмом отыскивала план до пока не просто не провалилась в сон.       С утра на руки всем рабам недели кандалы, сонная девушка в растерянности рассматривала закованные запястья. Их повели на завтрак, но ощущение опасности внутри никуда не делось. Тоска росла, а безысходность строила свои путы в голове Алисы, которая так и не придумала как выбраться. — Откармливают нас, чтобы продать подороже, — со злостью зашептал Чок Хо и Алиса наконец перевела взгляд на своих друзей. — Поедим. Пока есть возможность, — коротко ответила Нян смотря зорким взглядом на торговца, а затем добавила. — У нас ещё будет возможность сбежать, нужно быть наготове.       "Сбежать, снова. Это не приключения в средневековье, а одни сплошные побеги! Я никогда в своей жизни не сбегала так много. Но она права, это нужно признать."       Шатенка потянулась за рисовым шариком, кандалы на руках отдавались неприятным холодом и давлением при движении. Подержав в руках клейкий шарик, девушка охотно села есть. Предчувствие не сулили ничего хорошего, так что мысленный поток не уменьшился ни на долю. — Что же делать..?       Алиса не заметила как жуя заговорила вслух. — Придумывать план и сбегать,— Нян ответила и Алиса заметила что девушка после событий что произошли с подругой, вернули ей её характер. Как относиться к этому она ещё не решила, всё таки она видела цену этому. Задумалась, как её видят другие.       "Безрассудной? Наши встречи постоянно связаны с моим побегами."       Трапеза приходила в сомнительном молчании и только иногда было слышно перешёптывание других. Алиса перестала задумываться о себе, мысли заводили явно не туда.       "Тал Тал наверное не удивится, узнай что я снова была в беде. А особенно в такой."       Девушка жуя усмехнулась. Сон Нян была увлечена своими злобными мыслями, хотя не Алисе судить. Чок Хо вообще тупился в пол пока ел, так что улыбка девушки не вызвала странной реакции.       "Как же я скучаю... Если судьба — ещё увидимся. Пока что нужно думать как выбраться, а потом я уверена.. я надеюсь, увидимся."       Брови то и дело сводились, шатенка периодически покусывала губы, завтрак смешался с головной болью и привкусом крови. Перебив аппетит, девушка заметила шевеление по бокам от стен, люди вышедшие с верёвками ясно дали понять — завтрак окончен.       Кто-то противился, кто-то стоял ровно, это не имело значения, всех связали. Страх поднялся, только-только выстроенные надежды рухнули не успев нормально дать вкус возможности выйти из этого всего. — Нас поведут на аукцион что ли? — руки туго связали по бокам, а людей выстроили в своеобразную шеренгу, Алиса спросила у стоящих близь неё Чок Хо и Нян. — Говорил же, делать ноги сразу нужно было, — резко ответил староста. — Более чем уверена, что теперь каждому нужно думать о своём плане спасения,— ответила Сон Нян. — Уповать на то что нас продадут всех троих в одно и то же место, глупо. Ты права Нян, — внутри Алиса заматерилась, хотя внешне старалась не показывать волнения, лишь раздирая губы до крови снова. — Дальше каждый сам по себе,— добавил староста, оглядывая девушек грустным взглядом. Держаться втроём больше не выходило, оставалось пожелать лишь друг другу удачи.       Алиса сквозь силу признала что привязалась к ним ещё сильнее, но вынуждена была поставить миссию превыше дружбы сейчас. Если она сбежит, то в одиночку. От этого стало паршиво на душе. — Не знаю когда увидимся ещё.... Так что, удачи вам, — вслух сказала девушка, колебавшись, пока всю шеренгу выстраивали из всех рабов что были в комнате.       Ребята с ярко читающейся грустью на лице, ответили ей тем же, а потом людей как собак повели на улицу, связав между собой всех присутствующих.       "Теперь меня возможно продадут кому то как служанку, превосходно. Избавилась от одного «хозяина» тут же перешла в руки к другому. Иронично. Выбора у меня всё равно нет, попробовать сбежать как только продадут, а если нет, то что делать?"       Нервозность хватала за шею комом, создавая напряжение настолько что хотелось сесть и заплакать. Яркий свет улицы ударил в глаза, рассеивая часть страха, но то как люди смотрели на «стадо» из рабов, Алису пронзило чувство ущербности. Девушка ценила свободу, но даже не догадывалась что более двенадцати лет была инструментом. А как догадалась, её свобода, вновь разбилась. Алиса уже не знала как к ней относится. Презирать, стремится или хотеть?       Стыдливые взгляды других людей, имеющих эту самую свободу, было невыносимо видеть, но что могла Алиса сделать? Кто-то смотрел презирающим взглядом, кто-то и вовсе усмехался, шатенке же хотелось провалится под землю, так это задевало её самолюбие. Сильнее всего хотелось обрести уверенность в завтрашнем дне, но и этим девушка похвастаться не могла. Она лишь могла рассматривать лица стоящих людей на улице и заметить фигуру в черных доспехах, возле кого стоял мужчина в коричневом, на свету казавшимся золотом, халате. Черная рука разговаривал с ними и сердце девушки защемило.       "Какого... Тал Тал?! Баян?! В каком это смысле??!"       Телом смело овладела дрожь, а ум начал кричать ей «Вот он твой шанс!» и упустить его не хотелось.       Алиса обернулась на Нян и они переглянулись. Обе заметили знакомых им людей, начав считать это своим спасением.       "Неужели..? Я абсолютно не так себе представляла себе нашу с тобой встречу..."       Алиса поняла что вообще не представляла их встречу, ведь в её ситуации это последнее что было ей доступно. Взмокшее от пота тело на улице мигом замерзало, но руки дрожали не поэтому.       "Как это возможно...? Как?"       Генерал Баян повернул голову и первым заметил знакомые лица. Мужчина уставился удивлённым взглядом на девушек, которых тут явно не ожидал встретить. Тал Тал наблюдая за действием дяди обернулся, заметив ту же картину, опешил явно не меньше него. Алиса пересеклась взглядом с генералом, прожигающий её взглядом от удивления Тал Тал, переглянулся с дядей.       "Тал Тал заметил, заметил!"       Сердце заколотилось бешеным ритмом, во рту снова пересохло от волнения. — Веди их дальше! — воскликнул торговец, очевидно потерявший интерес вести диалог с генералом, чей взгляд был прикован к знакомым лицам.       Людям дали знак идти дальше, но Алиса не могла отвести взгляда от Тал Тала, как и сказать ничего не могла. Шаг за шагом девушка оказалась ближе, практически совсем рядом с генералом, сердце стучало так сильно, что даже если бы он обратился к ней, девушка бы его не услышала.       Рабы шли дальше, Алиса не могла взять и замереть, так что ей пришлось просто пройти дальше. Алиса и Нян оборачивали голову, и видели удаляющиеся фигуры, тех кто им был эфемерным спасителем. — Как вам удалось их схватить? — изумившийся от внезапной встречи Баян в спешке обратился к Черной руке. — Они прятались в горах, — торговец вновь приобрёл интерес к разговору с генералом. — А что? Вы их знаете? — голос хитреца последнее что услышала девушка, шагающий отряд отошёл уже слишком далеко чтобы слышать что нибудь ещё.       Алиса с горечью обернулась последний раз, провожая Тал Тала взглядом, а потом их повели дальше. В то время Баян поддержал диалог: — Они не рабыни. Отпусти их, — Баян оборачивался на уходящих людей, силуэты девушек уже было сложно найти среди всех связанных рабов. — Боюсь что не могу.. — ответил торговец, поглядывая на Баяна из под черной шляпы на голове, которую опоясывал тонкий слой полупрозрачной ткани, схожей на фатин. — Это ещё почему? — в разговор ввязался племянник Баяна. — Наместник отдал тебе приказ, — самообладание Тал Тала как и терпение исчерпывалось. — Выполняй.       Ровным, но достаточно строгим голосом заговорил меркит. Привычный, присущий ему подход непоколебимости разил до дрожжи в теле. Но торговец упрямо стоял на своём. — Я торговец. Если они вам нужны вы можете их выкупить, — страха мужчина не испытал от слова совсем и наместник с племянником остались перед выбором без выбора. — Они обе, очень ценный товар. Я намерен заработать с них.       Тал Тал едва не вспылил и не выпалил «да как ты смеешь», но вовремя себя сдержал. Генерал понимал, чем сильнее он показывает давление, тем сильнее возрастёт «цена» на девушку. На девушек. Желание придушить мерзавца вспыхнуло так же быстро, как и понимание принятого им решения. Парень ломал голову как девушку угораздило тут оказаться, но Будда смиловался на ним ещё раз. В этот раз генерал не упустит её, дядя ему просто не позволит. — С вашего позволения, — торговец едко усмехнулся, эти двое попались на его уловку. — Мне пора идти.       Черная рука прихрамывая пошёл, оставляя Баяна и Тал Тала в полном недоумении от неповиновения и полной решимости в своих силах, заявленных прямо в лицо. — Мы должны их спасти, — первым заговорил Баян, обращаясь к Тал Талу как только торговец отошёл на предельно крупное от них расстояние. — То есть выкупить? — ответил Тал Тал, рука меркита тихо лежала на ножнах, но он понимал, это не выход. — Мэрген нужна тебе. Не смей потерять то чем дорожишь сильнее всего, Тал Тал. — ответил ему Баян, помолчав продолжил. А своим положением я обязан Сон Нян. Если бы она не предупредила что Эль Тимур жив, мы бы сейчас гнили в тюрьме. — Знаю. Значит мы будем участвовать в аукционе.