Мы — мерцающие мастера.

***

Прошлое встретило Сакуру запахом цветущей сакуры и звуками далекого колокола. Она сидела за низким столом в доме, который когда-то считала своим, но сейчас он выглядел чужим, маленьким и непривычно живым. Напротив неё, с чашкой дымящегося чая, сидел он — Ши Хасимото. Её отец. Живой, молодой и невероятно далекий от того сурового, сломленного человека, которого она помнила. — Так вы говорите, долго путешествовали? — Ши с интересом разглядывал свою гостью. — Откуда именно, если не секрет? — Издалека, — Сакура отвела взгляд, делая глоток чая, чтобы скрыть волнение. Чай был травяным, терпким и незнакомым. — Из очень далёкой деревни. Вы, наверное, о ней не слышали. — Ну, я не так уж много знаю о мире, — Ши пожал плечами с той самой беззаботностью, которая так ранила Сакуру. — Всё время учусь, тренируюсь. Отец говорит, что сначала нужно постичь основы, а потом уже искать приключения на свою голову. «Отец», — эхом отозвалось в голове Сакуры. Её дед. Человек, о котором она почти ничего не знала. — Ваш отец... он строг? — осторожно спросила она. Ши улыбнулся, но улыбка вышла немного натянутой. — Строг? Можно и так сказать. Требователен. Говорит, что мужчина должен быть несгибаемым, как сталь. Что слабость — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. — Он вздохнул и почесал затылок. — Наверное, он прав. Но иногда хочется просто… ну, знаете, побыть мальчишкой. Посмеяться в голос, не думая о том, достаточно ли мужественно это звучит. Сакура молчала, сжимая кружку так, что побелели костяшки. Эти слова эхом отдавались в её собственной боли. «Несгибаемым, как сталь». Именно этими принципами он разбил её сердце, отказав в праве заниматься любимым делом. — А вы? — Ши вдруг перевел взгляд на неё. — Вы кажетесь человеком, который многое повидал. У вас есть семья? — Была, — коротко ответила Сакура. — Отец… тоже был строг. Очень. — Был? — переспросил Ши, уловив глагол в прошедшем времени. — Его больше нет. Повисла тягостная тишина. Ши открыл рот, чтобы извиниться, но Сакура его опередила. — Всё в порядке. Это было давно. Она не стала уточнять, что «давно» — понятие относительное. Для неё прошло всего несколько лет с момента смерти отца. А сейчас он сидел перед ней живой. — Знаете, — неожиданно сказал Ши, — вы напомнили мне одного человека. — Кого? — Моего друга, Элис. У неё такой же серьёзный взгляд, когда она о чём-то задумывается. Только она чаще улыбается. — Он снова посмотрел на фотографию на стене. — Мы с ней знакомы с детства. Её семья живет по соседству. Она… она понимает меня. С ней я могу быть собой, не надевая эту дурацкую маску «идеального наследника». — Маску? — переспросила Сакура, чувствуя, как слово отзывается в её собственной душе. — Ну да, — Ши смутился. — Вы, наверное, подумаете, что я глупый. Но иногда кажется, что все ждут от меня чего-то, чего я не могу дать. Чтобы я был таким же великим, как мой отец. Или дед. А я просто… я просто хочу жить своей жизнью. — Это не глупо, — тихо сказала Сакура. — Это тяжело — нести бремя чужих ожиданий. Они проговорили до глубокой ночи. Ши рассказывал о тренировках, о своей мечте открыть собственную школу, но не такую строгую, как у отца, а место, где каждый ученик сможет раскрыть свой потенциал. Сакура слушала и впитывала каждое слово, поражаясь тому, насколько её отец в юности был похож на неё саму. Та же жажда свободы, то же нежелание прогибаться под чужие стандарты. Что же с ним случилось потом? Какая боль и горечь превратили этого мечтательного юношу в сурового мастера, разбившего сердце собственной дочери?

***

Тем временем, на окраине города, четверо ниндзя в ярких кимоно бродили по тёмным улочкам, привлекая к себе косые взгляды местных жителей. — Я чувствую себя инопланетянином, — прошептал Джей, когда мимо них прошла группа крестьян с подозрением оглядывая его синий наряд. — Они смотрят на нас, как на говорящих кур. — Просто идём уверенно, — посоветовал Коул, хотя сам чувствовал себя не в своей тарелке. — Мы ищем Сакуру, а не модный показ. — Следы привели нас в этот район, но здесь их пересекает слишком много других, — Зейн сосредоточенно вглядывался в землю. — Нужно искать другие улики. Например, спросить у местных, не видели ли они человека в фиолетовом. — Отличная идея, Зейн! — воскликнул Кай и тут же подошёл к старушке, которая несла вязанку хвороста. — Извините, бабушка! Мы ищем нашего друга. Такой... в фиолетовом кимоно, с двумя мечами. Невысокий, с хвостиком. Не видели? Старушка окинула Кая цепким взглядом, потом перевела его на остальных и, не проронив ни слова, ускорила шаг. — Эй! Постойте! — Кай, ты напугал её своим энтузиазмом, — фыркнул Джей. — Надо быть деликатнее. — Он подошёл к торговцу рыбой, который сворачивал свою лавку. — Уважаемый! Не подскажете, где тут можно найти самого крутого парня в городе? Ну, такого, чтоб с мечами и в фиолетовом? Торговец посмотрел на Джея, на его сияющие глаза и, взяв огромную селедку, швырнул её в лицо ниндзя. Селедка с мокрым шлепком прилепилась к щеке Джея. — Джей! — Коул заржал в голос, но тут же попытался сделать серьезное лицо. — Простите его, он не местный. — Это было видно, — буркнул торговец и ушел. — Ну и пожалуйста! — крикнул ему вслед Джей, снимая с лица рыбу. — Не очень-то и хотелось! — Ребята, — Зейн указал на двухэтажный дом в конце улицы, из окон которого лился теплый свет. — С вероятностью 78%, Сакура там. Я уловил слабый след её энергетики. Кроме того, архитектура этого здания соответствует стилю, в котором обычно размещаются додзё. — Отлично! — Кай рванул вперёд, но Коул схватил его за плечо. — Стой. Мы не можем просто ворваться туда. Мы в прошлом. Мы должны быть осторожны. — Коул прав, — поддержал друга Зейн. — Нам нужно придумать легенду. Кто мы и зачем здесь. — О, я знаю! — Джей оживился. — Мы — странствующие артисты! Ищем ночлег! Это сработает! — Странствующие артисты в боевых кимоно? — скептически поднял бровь Кай. — А что? Мы можем жонглировать! Я, например, отлично жонглирую нунчаками! — Которые чуть не сломали нос Сакуре по дороге сюда, — напомнил Коул. Пока они спорили, дверь дома внезапно открылась, и на пороге появился Ши. Он выглядел взволнованным. — Эй! Вы чего шумите? Люди спят уже! — крикнул он, но, увидев четверых ниндзя, замер. — Ого. А вы кто? Четверка переглянулась. Коул, как самый рассудительный, шагнул вперёд. — Извините за беспокойство. Мы ищем… Джеро. Он должен быть здесь. Ши нахмурился. — Джеро? А, вы про того путника, который остановился у меня? Да, он здесь. А вы ему кто? — Мы… — начал Кай. — Мы его... ученики! — выпалил Джей. — Да! Он наш сенсей! Мы путешествовали вместе, но потерялись, и вот нашли его! Зейн слегка приподнял бровь, оценивая вероятность успеха этой импровизации. Коул мысленно застонал. Но Ши, кажется, поверил. — Ого! Так Джеро — сенсей? А он не говорил. Высокоранговый, наверное? — его глаза загорелись любопытством. — Проходите! Я как раз чай заваривал. Он распахнул дверь, и ниндзя, переглянувшись, вошли внутрь. В гостиной они увидели Сакуру. Она сидела за столом и при их появлении едва не подавилась чаем. — Вы?! — выдохнула она, вскакивая. — Как вы... Что вы здесь делаете?! — «Сенсей»! — радостно воскликнул Джей, бросаясь к ней и заключив её в медвежьи объятия. — Как мы рады вас видеть! Сакура застыла, как статуя, чувствуя, как от этих объятий у неё сейчас лопнут ребра, а маска вот-вот сползет. Но главное — в комнате был Ши, который смотрел на эту сцену с умилением. — Какая трогательная встреча! — сказал он. — Ваши ученики, должно быть, очень по вас скучали. — Ученики, — процедила Сакура сквозь зубы, пытаясь освободиться от захвата Джея. — Да, это они. Мои… лучшие ученики. Самые шумные и бестолковые. Кай усмехнулся и, подойдя к Сакуре, хлопнул её по спине так, что она чуть не упала. — Сенсей, вы нас простите, что отстали. Засмотрелись на местные красоты! Сакура бросила на него испепеляющий взгляд, но Кай был непробиваем. — Вы знакомы с Ши? — как можно спокойнее спросила она. — Мы? Нет, только что познакомились! — ответил Коул, выходя вперёд и протягивая Ши руку. — Коул. А вы, значит, хозяин дома? Ши с энтузиазмом пожал ему руку. — Ши Хасимото! Очень приятно! Располагайтесь, я сейчас принесу ещё чашек. Когда он вышел на кухню, Сакура набросилась на друзей. — Вы с ума сошли?! — зашипела она. — Это прошлое! Моё прошлое! И этот парень, — она ткнула пальцем в сторону кухни, — это мой отец! — Мы поняли, — спокойно ответил Зейн. — И пришли, чтобы вернуть тебя. — Но часы сломались, — мрачно добавил Коул, показывая ей потрескавшийся механизм. — Мы застряли здесь. По крайней мере, пока не найдём другой способ вернуться. Сакура закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Прекрасно. Просто прекрасно. Мало мне проблем с отцом, так теперь ещё и вы здесь. — Эй, мы помочь пришли! — обиделся Джей. — Ты мне сейчас чуть рёбра не сломал своими «помощами»! — Тихо! — шикнул на них Кай. — Он идёт. Ши вернулся с подносом, на котором стояли чашки. Его взгляд с интересом скользнул по необычной компании. — Значит, вы все мастера боевых искусств? — спросил он, разливая чай. — Из какой школы? — Мы из… — начал Зейн. — Школы Семи Звёзд! — снова выкрутился Джей. — Очень известная школа. Находится далеко-далеко отсюда. — Семи Звёзд? Никогда не слышал, — Ши почесал затылок. — Но это, наверное, потому что я ещё мало знаю. А вы все мастера стихий? Четверо ниндзя напряглись. Сакура мысленно застонала. Этот парень был слишком проницательным. — Ну, типа того, — уклончиво ответил Коул. — Круто! — глаза Ши заблестели. — Я всегда мечтал познакомиться с настоящими мастерами стихий. У нас в городе говорят, что есть мастера времени, Кракс и Акроникс, но они такие странные, что к ним лучше не соваться. А вы, наверное, можете показать что-нибудь? — Ши, — вмешалась Сакура, — уже поздно. Давай завтра. — Да, конечно, — Ши сразу сник, но тут же снова оживился. — Тогда располагайтесь! У меня не так много места, но на полу переночевать можно. Я принесу футоны. Когда он ушёл за постельными принадлежностями, Кай повернулся к Сакуре. — Он… приятный парень. Совсем не похож на того тирана, о котором ты рассказывала. — Он не тиран, — тихо ответила Сакура. — Не сейчас. — Она посмотрела на дверь, за которой скрылся Ши. — Я не знаю, что с ним случилось потом. Но я хочу узнать. — Мы поможем тебе, — пообещал Коул, положив руку ей на плечо. — Но сначала — выжить здесь и найти способ вернуться. А для этого нам нужно понять, почему часы сломались. — Я думаю, дело в том старике, — предположил Зейн. — Ли. Он дал нам не просто часы, а ключ. Но ключ сработал только один раз. Возможно, чтобы починить его, нам нужна помощь самих Мастеров Времени — Кракса и Акроникса. — Только не они, — простонала Сакура. — Эти двое — сплошная головная боль. — Значит, завтра идём к ним, — резюмировал Коул. — А сегодня — отдыхаем. И, Сакура... — он посмотрел на неё с той особенной теплотой, которую она начала замечать в последнее время. — Ты не одна. Мы справимся. Сакура кивнула, чувствуя, как от его слов на душе становится немного теплее. Часть 2: Наставник и ученик Утро началось с того, что Джей, пытаясь найти уборную, забрёл в чулан и уронил на себя стопку старых свитков, подняв грохот на весь дом. Ши, спавший чутко, вскочил первым и, увидев Джея, барахтающегося в ворохе бумаги, только рассмеялся. — Вы, городские, такие неуклюжие! — сквозь смех сказал он, помогая ниндзя выбраться. — Я не неуклюжий! — обиделся Джей. — Просто этот дом — лабиринт! За завтраком, состоящим из риса, овощей и рыбы (Джей с отвращением смотрел на селедку, напоминавшую ему о вчерашнем инциденте), Ши не сводил глаз с Сакуры. — Сенсей Джеро, — начал он, немного стесняясь, — а вы не могли бы… ну, показать мне пару приёмов? Пожалуйста! Я учусь у отца, но он всегда говорит, что я делаю всё не так. Мне нужен другой взгляд. Сакура замерла с палочками в руках. Обучать отца? Это было выше всякого абсурда. Но, взглянув в его горящие надеждой глаза, она не смогла отказать. — Хорошо, — неожиданно для самой себя сказала она. — После завтрака покажешь, что умеешь. Ши просиял. Кай и Коул переглянулись с лёгкой усмешкой. После трапезы все вышли во двор. Ши встал в стойку, и Сакура сразу узнала её — это была та самая форма, которой он потом учил её саму, только сейчас она была менее отточенной, более неуклюжей. Ши начал выполнять ката, и Сакура, наблюдая, видела все ошибки: зажатые плечи, неправильный перенос веса, слишком глубокий выпад. — Стоп, — сказала она через минуту. Ши замер. — Ты слишком напряжён. Твои мышцы зажаты, от этого движения скованные. Расслабься. — Расслабиться? Но отец говорит, что нужно быть напряжённым, как тетива лука! — Тетива лука напряжена, но она не зажата. Если её перетянуть, она лопнет. То же самое с твоим телом. — Сакура подошла к нему и поправила его плечи, развернула корпус. — Чувствуешь разницу? Ши прислушался к своим ощущениям. — Кажется, да. Стало легче. — А теперь попробуй ещё раз. Медленно. Думай не о том, как выглядит движение, а о том, как энергия течёт по твоему телу. Ши начал снова. Кай, наблюдая со стороны, присвистнул. — У неё талант к преподаванию, — шепнул он Коулу. — Да, — согласился тот. — Она мягкая, но требовательная. Совсем как… как она есть на самом деле. Ши закончил ката. Он улыбался, чувствуя, что у него получилось лучше, чем когда-либо. — Вау! Спасибо, сенсей! Я никогда не чувствовал себя так… свободно в движении! — Это только начало, — сдержанно ответила Сакура, но в глубине души её грела его искренняя радость. Впервые она видела отца счастливым от занятий. В её детстве на тренировках царила только суровая дисциплина. — Сенсей Джеро, а вы останетесь у нас? Ну, пока не почините свои… эм… часы? — Ши кивнул на сломанный механизм, который Зейн всё утро пытался оживить. — Мы бы не хотели злоупотреблять гостеприимством, — начала Сакура. — Какое там злоупотребление! — отмахнулся Ши. — Мне с вами так интересно! Вы столько знаете! И ваши ученики… — он покосился на Джея, который пытался завязать нунчаки узлом, — они очень забавные. — Это точно, — буркнул Кай. — Тогда решено, — подытожил Коул. — Мы остаёмся. По крайней мере, пока не найдём Кракса и Акроникса. — О, я провожу вас к ним! — вызвался Ши. — Я знаю, где их лавка. Только… — он замялся. — Они немного странные. Говорят загадками и всё время спорят о времени. — Это мы уже поняли, — вздохнула Сакура.

***

День пролетел незаметно. Ши водил их по городу, показывая местные достопримечательности: старый храм, мост, с которого открывался лучший вид на реку, и, наконец, привёл к небольшой лавке, заставленной часами всех мастей. Над дверью красовалась вывеска: «Мастера времени Кракс и Акроникс. Чиним всё, что тикает». Зейн постучал. Дверь со скрипом отворилась, и на пороге появились два брата — один высокий и худой, с длинными седыми волосами (Кракс), другой низенький и круглый, с огромными усами (Акроникс). — Клиенты! — радостно воскликнул Акроникс. — Брат, у нас клиенты! — Я не слепой, — буркнул Кракс. — Чего надо? Сакура шагнула вперёд и протянула им сломанные часы. — Нам нужно починить это. Это очень важно. Кракс взял часы, повертел их в руках, поднёс к уху, прислушиваясь к тишине, и нахмурился. — Интересно. Очень интересно. Эти часы… они не отсюда. — То есть как? — не понял Джей. — Они из другого времени, глупый! — фыркнул Акроникс. — Механизм сломан не физически, а темпорально. Его нужно перезапустить в точке, откуда он был активирован. — Что это значит на нормальном языке? — простонал Кай. — Это значит, — медленно, словно для тупых, начал Кракс, — что вы не можете починить их здесь. Вам нужно вернуться на тот холм, где вы их активировали, в тот самый момент, когда вы это сделали. То есть, вы должны создать временную петлю. — Но мы не можем! — воскликнул Коул. — У нас нет силы времени, чтобы вернуться! — А у нас есть! — самодовольно улыбнулся Акроникс, но Кракс тут же дал ему подзатыльник. — Мы не можем, брат. Вмешиваться в чужие временные линии запрещено нашим кодексом. — Ах да, точно, — потер ушибленное место Акроникс. Сакура вздохнула. Эти двое были такими же бесполезными, как и в её времени. — Значит, вы ничем не можете помочь? — Я этого не говорил, — загадочно произнёс Кракс. — Мы не можем отправить вас назад. Но мы можем замедлить время для вас здесь, чтобы вы успели сделать то, что должны. И предупреждаем: в городе неспокойно. Мы чувствуем приближение чего-то тёмного. — Тёмного? — насторожился Зейн. — Дух. Мстительный дух. Он был запечатан много лет назад, но его темница слабеет. Скоро он вырвется на свободу, — прошептал Акроникс, пугливо озираясь. — И тогда здесь начнётся настоящий кошмар. Слова братьев повисли в воздухе тяжёлым предзнаменованием. Часть 3: Тень над городом В последующие дни ниндзя разделились. Зейн, Кай и Джей, под руководством Ши, исследовали город в поисках любых признаков активности Он Рё — мстительного духа. А Коул и Сакура оставались в доме, якобы для разработки плана, но на самом деле — чтобы Сакура могла продолжать тренировки с Ши, когда тот возвращался. Отношения между Сакурой и Коулом в эти дни незаметно, но ощутимо менялись. Они всё чаще оказывались рядом: мыли посуду после ужина, сидели на веранде, глядя на звёзды, обсуждали планы. — Ты хорошо с ним справляешься, — однажды вечером сказал Коул, кивая в сторону дома, где Ши с упоением рассказывал Джею о какой-то местной легенде. — С кем? С отцом? — Сакура грустно усмехнулась. — Странно это звучит. — С твоим отцом, — мягко подтвердил Коул. — Ты очень терпелива с ним. И добра. — Я просто… я вижу в нём себя. Того же ребёнка, который хотел заниматься любимым делом, но натыкался на стену непонимания. Только сейчас я по другую сторону стены. И я не хочу, чтобы он чувствовал то же, что чувствовала я. — Поэтому ты стала для него не просто наставником, а другом. Сакура повернулась к Коулу. Лунный свет мягко освещал его лицо, делая черты менее суровыми. — Спасибо, — тихо сказала она. — За то, что вы все здесь. За то, что не бросили меня. За то… что ты здесь. Коул улыбнулся той редкой, тёплой улыбкой, которую она видела всего несколько раз. — Куда же мы без тебя, Сакура? Ты — часть команды. Часть семьи. И... — он запнулся, подбирая слова. — И ты мне очень дорога. Не только как товарищ. Сердце Сакуры пропустило удар. Она смотрела на него, чувствуя, как краска заливает щёки, скрытые маской. В висках стучало: «Он сказал это? Он правда это сказал?». Но прежде чем она успела ответить, дверь распахнулась, и на веранду вылетел взъерошенный Джей. — Там! Там! — закричал он, размахивая руками. — В городе! Что-то случилось! Вся романтическая атмосфера испарилась в одно мгновение. Сакура и Коул вскочили и побежали за ним. В центре города царил хаос. Горели факелы, люди кричали, метались по улицам. В воздухе витал запах страха. Кай и Зейн стояли в центре площади, отражая атаки... теней. Бесформенных, чёрных сущностей, которые вырывались из трещин в земле. — Что это? — выдохнул Коул. — София! — раздался голос Ши. Он стоял рядом, бледный как полотно. — Это она! Он Рё! Легенда о ней — правда! Огромная тень, более плотная, чем остальные, начала собираться в центре площади. Из неё проступил силуэт девушки — прекрасной и ужасной одновременно. Её глаза горели холодным, мёртвым светом. — Вы… — прошептал дух, и её голос эхом разнёсся по площади, пробирая до костей. — Вы все ответите. За боль. За страдания. За мою смерть. — София! — крикнул Ши, делая шаг вперёд. Сакура попыталась его остановить, но было поздно. — Ты не должна так! Те, кто причинил тебе боль, уже мертвы! Невинные не должны страдать! — Невинные? — Губы Софии искривились в горькой усмешке. — А я была невинна. И что мне это дало? Смерть? Никто не невиновен. Все вы — звенья одной цепи ненависти и жестокости. Тени рванули вперёд. Началась битва. Кай полоснул огнём по ближайшей тени, но та рассеялась и собралась снова. Молнии Джея лишь на мгновение отбрасывали их назад. Коул поднял каменную стену, отгородив часть горожан. Зейн сражался хладнокровно и расчётливо, но тени были везде. Сакура, забыв о маскировке, выхватила катану. Но её меч не был фамильным, она продала его. Это было просто оружие, взятое у Ши. Она рубанула по тени, но клинок прошёл сквозь неё, не причинив вреда. — Их нельзя поразить обычным оружием! — крикнул Зейн. — Нужна стихийная энергия! — Но у Ши её нет! — Сакура посмотрела на отца, который отбивался от теней простыми боевыми приёмами, но они были бессильны. Одна из теней схватила его за горло и начала поднимать в воздух. — Ши! — закричала Сакура, бросаясь к нему. Она схватила тень рукой, вливая в неё свою временную энергию. Тень заверещала и рассыпалась. Ши упал на землю, кашляя. — Сенсей... вы... вы мастер времени? — прохрипел он, глядя на неё с благоговейным ужасом. Сакура не ответила. Она смотрела на Софию. Дух парил в воздухе, её взгляд был прикован к Сакуре. — Мастер времени, — прошептала она. — Ты не отсюда. Твоя временная линия другая. Ты можешь мне помочь. Верни меня в прошлое. В день моей смерти. Я хочу всё изменить. — Я не могу, — твёрдо ответила Сакура, поднимаясь на ноги. — Даже если бы могла, я бы не стала. То, что случилось, уже случилось. Изменение прошлого может уничтожить будущее. — Будущее? — София рассмеялась ледяным смехом. — Какое будущее у мёртвой? Я хочу справедливости! — Справедливость не в мести, — сказал Ши, вставая и заслоняя собой Сакуру. — Справедливость в том, чтобы жить дальше. Ты не можешь изменить то, что было, но ты можешь выбрать, кем быть сейчас. — Замолчи! — взревела София. — Ты ничего не знаешь! Воздух задрожал. Тени начали сливаться воедино, образуя гигантскую фигуру, нависающую над городом. Ниндзя отступали, их атаки не наносили существенного вреда. — Нам нужно объединить силы! — крикнул Зейн. — Вместе мы сильнее! Кай, Джей, Коул, Зейн и Сакура встали плечом к плечу. Они направили свои стихии в единый поток. Огонь, молния, земля, лед и время смешались в ослепительном луче, ударившем прямо в сердце теневого колосса. Чудовище закричало, его форма начала распадаться. Но София не сдавалась. Она вырвалась из распадающегося тела и ринулась прямо на Сакуру, намереваясь вселиться в неё. — Осторожно! — Коул прыгнул наперерез, отталкивая Сакуру в сторону, и тень врезалась в него. Коул замер, его глаза на мгновение стали чёрными, бездонными. Он закричал от боли, хватаясь за голову. Сакура в ужасе смотрела, как тень пытается завладеть его телом. — Коул! — закричала она, бросаясь к нему. Она обхватила его лицо руками, игнорируя холод, исходящий от него. — Не смей! Не смей его трогать! — закричала она Софии. — Убирайся из него! Она влила в него всю свою временную энергию, пытаясь замедлить процесс вторжения духа. София сопротивлялась, но Сакура была сильнее в своей ярости и отчаянии. Она чувствовала Коула, его страх, его боль, но и его силу, его желание бороться. — Вместе! — прошептала она ему. — Мы справимся вместе! Коул, чувствуя её поддержку, её тепло, собрал остатки сил. Вместе они создали вокруг себя поле такой мощной временной энергии, что оно отбросило Софию прочь. Дух с визгом врезался в стену ближайшего дома и исчез, рассеявшись в ночи. Тени, оставшиеся без предводительницы, растаяли, как утренний туман. Наступила тишина, нарушаемая лишь всхлипами горожан и тяжелым дыханием ниндзя. Коул пошатнулся, и Сакура подхватила его, не давая упасть. Они стояли, прижавшись друг к другу, среди разрушенной площади, и это мгновение значило больше, чем любые слова. — Ты как? — прошептала она, глядя в его уставшие, но уже чистые глаза. — Жить буду, — слабо улыбнулся он. — Спасибо тебе. Ши смотрел на них, на Сакуру, и в его глазах читалось не просто уважение, а настоящее восхищение. Эта странная девушка-воин, которую он приютил, только что спасла город и его самого.

***

После битвы город погрузился в скорбь и восстановление. Разрушения были значительными, несколько человек погибли. София, хоть и была отброшена, не исчезла навсегда. Все понимали — это лишь временная передышка. Сакура была сама не своя. Её грызло чувство вины. Если бы она не продала фамильный меч, если бы сразу использовала всю свою силу, может, Коул не пострадал бы? Она стала ещё более замкнутой и требовательной — особенно к Ши. — Ты чуть не погиб! — отчитывала она его на следующее утро. — Ты полез к ней без подготовки, без оружия, без стихии! Ты что, думал, что сможешь договориться с воплощением ненависти? — Я пытался её спасти! — возражал Ши. — Она же не просто зло! Она — жертва! — Жертва, которая готова уничтожить всех! И ты бы стал первой жертвой, если бы я не вмешалась! — Я не просил тебя меня спасать! — выпалил Ши, и в его глазах сверкнула обида. — Ты всё время меня опекаешь, как маленького! Указываешь, что делать, как двигаться, когда говорить, а когда молчать! Я не твой ученик! И уж точно не твой ребёнок! Последние слова хлестнули Сакуру больнее, чем любая пощёчина. Она замерла, не в силах ничего ответить. Ши, видя её реакцию, смутился, но гордость не позволяла извиниться первым. Он развернулся и ушёл. Весь день Сакура просидела на веранде, глядя в одну точку. Друзья пытались её растормошить, но она отмалчивалась. — Да оставьте вы её, — сказал Кай, наблюдая за ней из окна. — Ей нужно переварить. — Но она же страдает, — вздохнул Коул. — И Ши тоже. Он с самого утра бродит по городу, как потерянный. Они оба упрямые, как бараны. — Яблоко от яблони недалеко падает, — философски заметил Зейн. К вечеру Ши так и не вернулся. Сакура, пытаясь заглушить чувство вины, ушла патрулировать окраины, и в какой-то момент поняла, что забрела слишком далеко. Начал накрапывать дождь, быстро перешедший в ливень. Промокшая до нитки, она остановилась под большим деревом у моста, где они впервые встретились. И тут же увидела его. Ши сидел на ступенях того самого книжного магазина, сжавшись в комок, и его плечи вздрагивали. Сакура заколебалась. Гордость шептала: «Он первый начал». Но сердце… сердце разрывалось от вида её отца, такого молодого и несчастного. Она сделала шаг вперёд. — Ши. Он вздрогнул и поднял голову. Его лицо было мокрым от дождя, но Сакура видела следы слёз. — Ты... вы? Что вы здесь делаете? — спросил он дрожащим голосом. — Ищу одного упрямого мальчишку, — тихо ответила она, садясь рядом с ним под козырёк крыши. — Который считает, что я опекаю его, потому что считаю маленьким. — А разве нет? — буркнул Ши, отворачиваясь. — Нет, — твёрдо сказала Сакура. — Я опекаю тебя, потому что... — Она запнулась, подбирая слова. — Потому что я вижу в тебе себя. Того человека, который тоже боялся не оправдать ожиданий. Который тоже пытался доказать всем, что он чего-то стоит. И я не хочу, чтобы ты наступил на те же грабли, что и я. Чтобы ты пострадал из-за своей храбрости, не подкреплённой опытом. Ши молчал, обдумывая её слова. — Ты сказал, что ты не мой ребёнок, — продолжила Сакура, чувствуя, как сердце сжимается от этой полуправды. — Ты прав. Ты не мой сын. Но ты... ты мне очень дорог, Ши. Как друг. Как младший брат, которого у меня никогда не было. И когда я вижу, как ты лезешь в опасность, я не могу оставаться равнодушной. Это не опека. Это... забота. Ши медленно повернул к ней голову. В его глазах больше не было обиды, только удивление и зарождающееся понимание. — Прости меня, — тихо сказал он. — Я наговорил глупостей. Я просто... я так устал, что все вокруг говорят мне, что делать. Отец, учителя... А ты появилась, и я подумал, что ты такая же. — Я не такая же, — Сакура слабо улыбнулась. — Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. Они сидели под дождём, и в этот момент стена между ними рухнула окончательно. Ши, доверчиво положив голову ей на плечо, уснул от усталости. Сакура сидела не шевелясь, боясь спугнуть это мгновение. Она гладила его по мокрым волосам и впервые за много лет чувствовала себя... нужной. Не как ниндзя, не как воин, а как человек, который может дать другому тепло и защиту. Через полчаса их нашли Коул и Ния. — Мы обыскались! — воскликнула Ния, но, увидев спящего Ши, понизила голос. — Ох... Коул молча снял с себя плащ и накинул на плечи Сакуры, а затем, легко подхватив Ши на руки, понёс его обратно в город. Сакура шла рядом с Нией под одним зонтом и чувствовала себя так легко, как не чувствовала уже давно. Часть 5: На пороге Следующие дни были наполнены подготовкой к решающей битве. Зейн, изучив древние тексты в лавке Мастеров Времени, выяснил, что Софию можно запечатать навсегда, если провести ритуал в месте её смерти и произнести слова истинного прощения от имени тех, кто когда-то причинил ей зло. Но проблема была в том, что те люди давно мертвы. — Значит, нам нужен кто-то, кто сможет говорить от их имени, кто сможет искренне попросить прощения за всё человечество, — подвёл итог Зейн. — Кто-то с чистым сердцем. Все взгляды обратились к Ши. — Я? — удивился он. — Ты верил в неё, — сказала Сакура. — Ты пытался достучаться до неё, когда мы все просто сражались. Ты видел в ней не монстра, а жертву. Если кто и сможет до неё достучаться, то только ты. Ши испугался, но в глазах его горела решимость. — Я попробую. Вечером, сидя на веранде, Коул и Сакура смотрели на две луны. — Знаешь, — начал Коул, — я никогда не думал, что путешествие во времени может быть таким... душевным. — Ты про что? — Про тебя и Ши. Ты не просто тренируешь его. Ты исцеляешь его. И, кажется, себя заодно. Сакура задумалась. Он был прав. Видя, каким Ши может быть, она начала понимать, что её отец не родился суровым и сломленным. Таким его сделала жизнь. И, возможно, если бы у него был кто-то, кто поддержал бы его в юности, всё было бы иначе. — Спасибо, что был рядом, — сказала она, поворачиваясь к Коулу. — В тот раз... когда София напала на тебя... я думала, что потеряю тебя. Я так испугалась. — Я знаю, — тихо ответил он. — Я чувствовал. Твоя сила... она была такой тёплой. Она выгнала тьму. Сакура, сама не понимая, что делает, потянулась к нему и поцеловала. Поцелуй был нежным, осторожным, полным той благодарности и чувств, которые копились между ними так долго. Коул ответил, обнимая её и прижимая к себе. Когда они отстранились, в глазах обоих стояло удивление и счастье. — Я давно хотел это сделать, — прошептал Коул. — Почему же не сделал? — Ждал подходящего момента. Кажется, он настал. Из дома раздался крик Джея: «Эй, вы там, на веранде! Идите ужинать, пока Кай всё не слопал!». Они рассмеялись, и Сакура, взяв Коула за руку, пошла в дом. Ей казалось, что даже две луны светят ярче. На следующий день разразился новый кошмар. София, оправившись от поражения, собрала все свои силы. Она не стала атаковать город напрямую. Вместо этого она начала вселяться в жителей одного за другим, сея хаос и разрушение изнутри. Люди нападали на своих родных, теряли рассудок, их глаза становились чёрными, как смоль. Ниндзя метались по городу, пытаясь сдержать заражённых и не навредить им. Это была самая тяжёлая битва — битва с теми, кого они поклялись защищать. — Она питается негативными эмоциями! — крикнул Зейн, отбиваясь от обезумевшего торговца рыбой. — Чем больше страха и ненависти, тем она сильнее! — Как нам остановить это? — Кай едва успел поймать женщину, которая пыталась выпрыгнуть из окна. — Нужно найти её физическое ядро! То, к чему привязан её дух! — ответил Кракс, появившийся на площади с Акрониксом. Братья, несмотря на свой запрет, решили помочь. — Оно где-то в городе! Ши, наблюдая за хаосом, вдруг вспомнил одну из легенд, которую рассказывал ему сенсей Си Мэнь. — Гробница! — воскликнул он. — Её тело похоронили за городом! Но дух был заточён в другом месте! Ядро должно быть там, где она умерла! — Где это? — спросила Сакура. — У старого колодца на восточной окраине! Там когда-то была деревня, но её снесли! Я покажу! Оставив Кая, Джея, Зейна и Нию сдерживать хаос в городе, Сакура, Коул и Ши помчались к восточной окраине. За ними, кряхтя, поспевали Мастера Времени. Место было пустынным и мрачным. Старый, заросший колодец стоял посреди поля, окружённый почерневшей травой. Вокруг него клубилась тьма. — Это здесь, — прошептал Акроникс. — Я чувствую. — София! — крикнул Ши, выходя вперёд. — Выходи! Хватит прятаться! Из колодца вырвался столб чёрного дыма, и перед ними предстала София. Она была огромной, почти не имеющей формы, и её голос гремел, как раскаты грома. — Вы пришли. Глупцы. Вы думаете, что можете меня остановить? — Мы не хотим тебя останавливать, — твёрдо сказал Ши. — Мы хотим тебе помочь. — Помочь? — рассмеялась София. — Мне уже никто не поможет! — Ты ошибаешься, — вмешалась Сакура, выходя вперёд. — Я знаю, что такое боль. Я знаю, что такое ненависть. Я тоже злилась на весь мир за то, что со мной сделали. Но злость не вернёт тебе жизнь. Она не вернёт тебе справедливость. Она только сделает тебя такой же, как те, кто тебя обидел. — Замолчи! — Тьма вокруг Софии сгустилась. — Нет! — крикнул Ши, делая шаг вперёд. — Послушай! Меня зовут Ши! Я не знаю, что с тобой случилось. Но я знаю, что ты не заслужила такой участи. Ты заслужила покой. Ты заслужила, чтобы тебя отпустили. От имени всех людей, от имени этого города, от имени тех, кто причинил тебе зло... — Он опустился на колени. — Я прошу у тебя прощения. Прости нас. Тьма вокруг Софии заколебалась. В её бездонных глазах мелькнуло что-то, похожее на боль. — Прощения? — прошептала она, и в её голосе впервые прозвучала не злоба, а горечь. — Слишком поздно. — Никогда не поздно, — тихо сказал Коул, подходя и кладя руку на плечо Ши. — Мы здесь. Мы хотим тебе помочь. — Мы все хотим, — добавила Сакура. Кракс и Акроникс начали читать древнее заклинание запечатывания. Их голоса звучали в унисон, создавая вибрацию, которая пронизывала саму реальность. Тьма вокруг Софии начала сжиматься, принимая более чёткую форму — форму той самой девушки, какой она была при жизни. Она смотрела на Ши, на Сакуру, на Коула, на странных стариков, и в её глазах стояли слёзы. — Я... я так устала, — прошептала она. — Мы знаем, — ответил Ши. — Отдыхай. Мы обо всём позаботимся. С последним словом заклинания София растворилась в золотистом свете. Её тень, её гнев, её боль — всё исчезло, оставив после себя лишь лёгкое дуновение ветра и тишину. Старый колодец больше не излучал тьму. Вокруг него начала пробиваться зелёная трава.

***

После битвы город вздохнул с облегчением. Люди, освободившиеся от влияния Софии, ничего не помнили, кроме странной усталости. Разрушения были, но жизнь постепенно входила в своё русло. Прошло несколько дней. Сакура и Ши проводили всё больше времени вместе. Он показывал ей свои любимые места, рассказывал о своих мечтах. Она, в свою очередь, учила его не только боевым приёмам, но и тому, как прислушиваться к себе, как не бояться быть собой. Их дружба стала настолько крепкой, что Ши не представлял своей жизни без этого загадочного наставника. Но часы, которые Зейн всё это время пытался починить, однажды утром затикали. — Я нашёл способ! — объявил он, вбегая в гостиную, где все завтракали. — Используя временную энергию Сакуры как катализатор и остаточную энергию от заклинания Кракса и Акроникса, я смог перезапустить механизм! Часы работают! Радость от этой новости смешалась с горечью. Это значило, что им пора возвращаться. Ши, услышав это, замер с рисовым шариком в руке. — Вы... уезжаете? — Нам нужно, Ши, — мягко сказала Сакура. — Мы не отсюда. Наше место — в нашем времени. Ши молчал, опустив голову. Потом резко встал и вышел из-за стола. — Ши! — окликнула его Сакура, но он не обернулся. Она нашла его на том самом мосту, где они встретились. Он стоял, глядя на воду. — Я знал, что это случится, — тихо сказал он, не поворачиваясь. — Что вы однажды уйдёте. Но я не думал, что это будет так... больно. Сакура встала рядом. — Мне тоже больно, Ши. Ты стал мне очень дорог. — Почему? — спросил он, наконец поворачиваясь к ней. — Почему ты вообще появилась в моей жизни? Зачем судьба свела нас, если только для того, чтобы потом разлучить? Сакура смотрела в его глаза — такие родные, такие знакомые. Глаза, которые она помнила суровыми и холодными, сейчас были полны юношеской боли и искренности. Она хотела сказать ему правду. Хотела крикнуть: «Я твоя дочь!». Но это могло разрушить всё. Изменить будущее. — Потому что ты должен был узнать, что такое настоящая поддержка, — сказала она вместо этого. — Ты должен был поверить в себя. И я знаю, Ши, что бы ни случилось в твоей жизни, какой бы трудной она ни была, ты должен помнить этот момент. Помнить, что ты можешь быть собой. Что ты имеешь право на счастье. И что кто-то в этом мире всегда будет тебя любить, несмотря ни на что. — Ты говоришь так, будто... будто знаешь моё будущее, — прошептал Ши. Сакура грустно улыбнулась. — Может, и знаю. Но рассказать не могу. Ши шагнул к ней и обнял. Крепко, по-детски доверчиво. — Я никогда тебя не забуду, Джеро. Ты стал мне больше, чем другом. Ты стал мне... семьёй. Сакура зажмурилась, сдерживая слёзы. Она обнимала своего отца, чувствуя его тепло, и прощалась с ним навсегда. В её времени он был мёртв. Но здесь, сейчас, он был жив и счастлив. И она сделала для него всё, что могла. — Я тоже никогда тебя не забуду, Ши, — прошептала она. — Береги себя. И... передавай привет Элис. Он отстранился, вытирая глаза. — Передам. Ниндзя собрались на том самом холме, где всё началось. Кракс и Акроникс пришли проводить их. — Удачи вам, путешественники во времени, — сказал Кракс. — И помните: время — это не линия, а узел. То, что вы здесь сделали, уже повлияло на будущее. Надеюсь, в лучшую сторону. — Спасибо за всё. – кивнул Джей, а после повернулся к друзьям и прошептал: Давайте быстрее домой. Меня видеоигры ждут. Сакура в последний раз обернулась. Внизу, у подножия холма, стоял Ши. Он махал ей рукой. Она подняла руку в ответ. — Пора, — сказал Зейн, активируя часы. Времясфера окутала их, и мир вокруг закрутился в водовороте лет. Когда спираль остановилась, они стояли на том же холме. Но над ними была только одна луна, а внизу, в городе, гремел праздник. Они вернулись.

***

Дом, додзё, монастырь — всё было на своих местах. Сакура стояла во дворе и смотрела на звёзды. — Как ты? — Коул подошёл и встал рядом, обнимая её за плечи. — Не знаю, — честно ответила она. — Я только что попрощалась с отцом. А он... он уже давно мёртв. — Но ты изменила его, — тихо сказал Коул. — Ты дала ему то, чего у него не было. Поддержку. Веру в себя. Может, именно поэтому в твоём времени он был таким суровым? Потому что в юности ему не хватало этой веры, и он пытался воспитать её в себе через жёсткость? — Может быть, — задумчиво ответила Сакура. — Я не знаю. Но я знаю одно: я больше не злюсь на него. Я поняла, что он был таким не потому, что не любил меня. А потому что его самого никто не научил любить по-другому. — Ты простила его. — Да. Они стояли в обнимку, глядя на ночное небо. Внезапно Сакура почувствовала, что в кармане её кимоно что-то лежит. Она запустила руку и достала небольшой, потёртый свиток. Развернув его, она увидела знакомый, но такой неуклюжий почерк. «Джеро. Если ты это читаешь, значит, ты вернулась в своё время. Я не знаю, кто ты на самом деле. Но я знаю, что ты изменила мою жизнь. Я всегда буду помнить твои уроки — не только боевые, но и жизненные. Я постараюсь быть тем человеком, в которого ты верила. Спасибо тебе за всё. Береги себя. Твой друг навсегда, Ши. P.S. Я женюсь на Элис. Ты была права, она — моя судьба.» Сакура улыбнулась, и по щеке скатилась слеза. Она прижала свиток к груди. — Что там? — спросил Коул. — Письмо от папы, — ответила она, смеясь и плача одновременно. — Он женится на маме. Коул улыбнулся и поцеловал её в макушку. — Всё так, как и должно быть. Из дома донёсся голос Джея: — Эй, голубки! Идите сюда! Мастер Ву принёс праздничный пирог в честь возвращения! И, кажется, он специально для Сакуры, с вишней! — Идём! — крикнула Сакура, убирая свиток в карман. Она взяла Коула за руку, и они пошли к свету, к смеху, к друзьям. В её сердце поселилась новая, тёплая ностальгия по прошлому, которое она смогла понять и простить. Да здравствует бой.