Глава 7 Воля, выточенная клинком

Мы искали ночлег, когда оказались в странном месте. Заброшенный музей оружия — каменное здание посреди песка, словно выросшее из земли. Я чувствовал — не просто стены, а чья-то застывшая воля. Жар шёл не от воздуха, а от металла. Пространство пульсировало. Я не знал, чьи мысли слышу — свои или чужие. — Странно… — Полнарефф прикрыл глаза. — Мечи тут слишком чистые. Как будто их только наточили. — Это место опасно, — сказал Джотаро. Холодно. Как всегда. Но в его голосе что-то дрожало. Мы вошли. Пространство зеркалилось: клинки отражали нас, а мы — их. В отражениях я видел не себя. Лица искажались, становились чужими. Лишь Джозеф, щурясь, молчал. Его Hermit Purple вдруг вспыхнул тонкими фиолетовыми венами — и тут я почувствовал: не только мы наблюдаем. — Интересно, Эзра, — Полнарефф обратился ко мне, — а у тебя был когда-нибудь меч? Я усмехнулся. — Я привык держать перо. А оно режет по-другому. Он засмеялся. Но смех быстро угас, как будто металл на стенах его проглотил. Я подошёл к экспонату. Клинок. Длинный, изогнутый, с узором шакала на рукояти. Он не просто лежал — он ждал. И я… потянулся. Сам не зная зачем. Может, чтобы понять. Может, чтобы предупредить других. Меч оказался в руке, как будто всегда был там. И тогда я услышал голос. "Ты больше не пророк. Ты — клинок. Я — воля. Ты — проводник. Стань мной." В голове — гул. Как звон стали по стали. Я резко отдёрнул руку, но она не слушалась. Я слышал, как Полнарефф закричал: — ЭЗРА, БРОСЬ ЕГО! Но это уже был не я. Это был кто-то внутри меня. Я чувствовал, как меч вживается в мою суть, как слова, которые я бы сказал, искажаются. Как будто он пишет за меня моё будущее. И мой Стенд — False Prophet — молчит. Молчит, потому что не знает, что сказать. — Плохие новости, — прохрипел Джозеф. — Это Анубис. Джотаро уже вытянул руку — Star Platinum стоял за его плечом, но не бил. Он смотрел мне в глаза. — Ты с нами, Эзра? Я хотел ответить. Но язык был деревянным. Меч говорил за меня. "Скажи им, что ты сильнее. Что ты видишь будущее. Убей их. Тогда ты станешь богом." Я не сделал ни шага. Ни жеста. Ни слова. Только сжал рукоять. — Он борется, — сказал Джотаро тихо. — Но проигрывает. Я стоял. Сердце било в такт — клинок, голос, я сам. Всё сплеталось. "Отдай мне свою волю. Я покажу тебе силу. Я — твоя судьба. Я — Анубис." — …нет. — Я прошептал. Меч дрогнул. Внутри меня — трещина. Я видел себя, как будто со стороны: марионетка, с глазами, полными уверенности… не моей. И тогда — я увидел непредсказанное. Я увидел, как мой Стенд появляется не по моей воле. False Prophet. Молча. Но не для пророчества. А для удара. Он поднял руку. Разрезал не меч. Не воздух. Он разрезал нить, связывающую меня с Анубисом. И я — отпустил. Рука сжалась в кулак, клинок выпал. Прокатился по полу, звеня, как змея, сбрасывающая кожу. Я отступил, тяжело дыша. Мир вернулся. — …ты сделал это, — выдохнул Полнарефф. — Он справился, — Джотаро кивнул. — Что это было… — Джозеф опёрся на посох. — Никогда такого не чувствовал. А я… я молчал. Я смотрел на меч. Он лежал спокойно. Но я знал: это не конец. Я подумал, что скажу что-то высокое, философское. Но из меня вырвалось только: — Меч говорит, что он — судьба. Но судьба не держится в ножнах, если ты отказываешься её носить. Тишина. — …похоже, ты становишься настоящим бойцом, — сказал Полнарефф, ухмыляясь. — Даже Джотаро впечатлён. Не так ли? — Хм, — буркнул тот, отвернувшись. Но уголок его рта дрогнул. Я снова посмотрел на свой Стенд. Он исчез. Но я знал — это не он победил. Не совсем. Это был я. И знаете что? Я этого не предвидел. И это… впервые за долгое время… по-настоящему меня обрадовало.