Леди время

Элизабет Томпсон поправила свои светлые кудри, оттянула вниз подол камзола. Голубые глаза устремили взгляд в бездну портала. Она и не думала, что когда-нибудь решиться на подобный поступок, но она не может вот так просто смириться со своей потерей. — Вы уверены, леди Томпсон? Время — коварная штука, если вы вмешаетесь в него слишком грубо, последствия могут быть страшнее вашей потери, сколь бы ужасающей она не была, — произнёс старый волшебник, открывший ей портал в мир Хроноса. — Время… — с обидой в голосе произнесла Элиза, — оно отняло у меня всё, чем я дорожила. Разве не его течение убивает наших близких? Разве не оно заставляет вещи ломаться, а тела стареть? Я пойду на всё, чтобы вернуть его, его гибель — не более чем несчастный случай, и я смогу его предотвратить! — всплеснув руками, Элиза резво шагнула в портал. Несколько минут её крутило в вихре голубого, синего и чёрного дыма, с всполохами, похожими на молнии. В одно мгновение всё прекратилось. Элизабет оказалась в огромном пространстве без стен и потолка. Пол из серого графита простирался в бесконечность, сверху свисали гигантские и небольшие цепи, на некоторых из которых висели различной формы часы и секундомеры самых разных эпох. И все эти механизмы простирались, кажется, бесконечно далеко. — И куда же мне теперь идти? — прошептала Элиза и направилась вперёд, понимая, что других вариантов у неё всё равно нет. Когда шум в ушах от перехода в другой мир пропал, на смену ему пришло ритмичное тиканье множества часовых механизмов, что очень скоро начало сильно раздражать её. Элизабет не знала точно, сколько прошло времени, что даже иронично, прежде чем она дошла до места, где однообразный пейзаж сменился. В дали она увидела огромные старинные часы, к которым вела высокая лестница. Элиза сорвалась на бег, стремясь поскорее добраться до них. Она была уверена в том, что выбивающиеся из общей картины элементы должны что-то значить. Добежав до места, она ахнула в восторге. Часы были размером с Лондонский Биг Бэн, в них переливались тысячи звёзд, как будто эти часы были порталом в сам космос. Сделав пару выдохов и вдохов, девушка начала восхождение по лестнице и с каждым шагом часы становились визуально больше. Добравшись до самой вершины, она обнаружила там дверь, расположенную точно на месте шестерки и, оглядевшись, толкнула её вперёд, пока стрелки не перекрыли ей проход. Выдохнув, Элизабет шагнула в пустоту изо всех сил представляя себе утро того самого рокового дня. В следующее мгновение она очутилась дома. Оглядевшись, она с радостью выдохнула. На календаре было третье марта тысяча восемьсот девяносто пятого года. На циферблате её карманных часов было восемь пятнадцать утра, но что примечательно, за стрелками кружился космос, точно её часы стали ключом назад. Теперь она поняла, почему чародей настоял на том, чтобы она взяла с собой какие-нибудь личные часы. Не медля больше ни минуты, Элиза поспешила наружу. Она понимала, что её никто не должен увидеть из знакомых и тем более она сама, к счастью, свой маршрут в этот день она хорошо помнила. Выбежав на улицу, девушка поспешила на стройку, мимо которой в тот самый день проходил её супруг. Нужно всего лишь не дать тому рабочему выронить злосчастный мешок с цементом, только это, простая мелочь, зато Ричард останется жив, её Ричард не погибнет. Улучив момент, когда никого не будет на входе в ремонтируемое здание, она юркнула внутрь и, найдя укрытие, сверилась с часами. До злополучного момента осталось всего несколько минут. Вскочив с места, мисс Томпсон побежала по лестнице наверх. Ей повезло, что рабочих ей не встретилось, возможно, многие из них сейчас наверху, где велись основные работы. — Дамочка, вы… что тут забыли? Тут нельзя находиться посторонним! — вскрикнул заметивший её рабочий, когда она поднялась на нужный этаж. Игнорируя возглас, она помчалась к тому самому человеку, что нёс мешок цемента, обходя обломки в центре с внешнего края. — Стойте, осторожнее! — вскрикнула Элиза, боясь, что может не успеть. Мужчина резко обернулся и выронил мешок вниз. — Нет! — завопила девушка и резко остановилась, прекрасно понимая, что увидит внизу, потому что строитель, глянувший вниз, закричал и побежал к лестнице, вероятно в надежде исправить положение. Элизабет знала точно, что никто ничего не успеет, она не хотела увидеть это ещё раз. Медленно спустившись вниз, она ушла в один из пустых закоулков, не зная, что и делать. Идея! Она возникла внезапно, но показалась ей вполне сносной, чтобы провернуть её. Коснувшись своих карманных часов, она снова представила себе тот самый день, но ещё до восхода солнца и тут же потеряла сознание. Когда она очнулась, то обнаружила себя на полу в их спальне. В тот день она вставала посреди ночи, как будто предчувствуя беду. Обернувшись на кровать, она поднялась на ноги. На глаза навернулись горькие слёзы, ведь она видела не только спящую себя, но и его. Вот он Ричард! Живой и здоровый! Совсем рядом. Так хотелось снова обнять его и сделать всё возможное, чтобы отговорить, не идти сегодня на работу, хотя бы не мимо этого чертового здания! Но нельзя. Если она это сделает, то нарушит главное правило — она из прошлого не должна увидеть себя из будущего. Да и сам Ричард её не должен видеть, иначе это сведёт его с ума. Едва сдерживая дрожь, она вышла из комнаты и пошла на стройку. — Дамочка, вы… что тут забыли? Тут нельзя находиться посторонним! — вскрикнул заметивший её рабочий, когда она поднялась на нужный этаж. Игнорируя возглас, она пошла уверенным шагом к тому самому человеку, что нёс мешок цемента, обходя обломки в центре с внешнего края. Чтобы не испугать его в этот раз, она не стала кричать. Какое-то жалкое мгновение и вот она уже вцепилась в мешок в его руках до побелевших костяшек и дёрнула на себя, что есть силы. — Эй! — вскрикнул рабочий, расстроено смотря на треснувший при падении на пол мешок. Но Элизе на это было всё равно, она подошла к краю и устремила взор вниз. Там проходил её муж и, минуя место гибели, прошёл дальше. Такая мелочь — просто не дать мешку упасть в конкретный момент. Элиза с облегчением опустилась на колени и смотрела, как муж уходит всё дальше, когда с другого этажа полетел уже кирпич. Резко зажмурившись, она прислушалась, глухой стук, визг прохожих. Поднявшись на ватных ногах, она ушла и вновь коснулась часов. И даже, когда она, переодевшись мужчиной, толкнула мужа в сторону и потащила за собой подальше от здания, его рука выскользнула, а за спиной снова были крики, под ногами у неё образовывалась лужа крови. Она даже не хотела знать, как он умер в этот раз. Она пробовала снова и снова, то подсыпая слабительное, то запирая в ванной, но чтобы она не делала, в одно и то же время Ричард оказывался возле стройки и неминуемо погибал. Сдавшись, она коснулась часов в последний раз и оказалась в темноте перед сияющей дверью. Открыв её, Элизабет вновь оказалась перед гигантскими часами и уже сделала пару шагов вниз по ступенькам, как услышала тихий шелест ткани. Обернувшись, она увидела молодую девушку в старинном платье. Глаза её светились голубым, а вместо зрачков были циферблаты, повторяющие вид главных часов. — Кто ты? — утирая слёзы, спросила Элиза. — Я та, в кого ты так резво и глупо вторглась, я само Время. Леди Время. Ты хотела спасти супруга, так жаль, что ты так и не поняла, что нельзя изменить исход прошлого, из него можно лишь сделать выводы. У каждого есть определённый срок в мире живых, — тихо произнесла Леди. — Я любила его больше жизни, — с надрывом произнесла Элиза, вбежав по лестнице назад и до самой девушки. — А ты отняла его у меня! — Говорят, что я не щажу никого. Но это не так, — безразличным голосом произнесла Время. — Я не отнимаю ничего, только даю. Каждый час, каждая минута и мгновение — мои дары всему, что существует, и все мои дары временны. Именно это свойство и делает их такими ценными. Представь, что я — алмаз, драгоценный и нужный. Но будь таких алмазов бесконечное множество, и все они обесценятся — станут обыденнее земли под ногами. Я не решаю, сколько даровать каждому, это ваши судьбы, написанные от рождения и момент смерти — есть момент смерти. А вот как распорядиться отведённым вам даром — это уже ваш выбор. Только смерть — даёт почувствовать ценность жизни. Однако, не стоит так печалиться, Элизабет. Энергия, что наполняет всё живое — вечна, как я. Те, кто любит нас и те, кого любим мы — всегда с нами, — подойдя ближе, Время положила руку на грудь девушки, туда, где располагалось сердце, — вот здесь. Возвращайся домой Элизабет Томпсон и не неси скорбь в своём сердце, неси любовь и живи. Тебе ещё есть ради чего это делать, к тому же часть твоего возлюбленного долго будет с тобой, она утешит твою душу. Едва Леди Время убрала руку, Элиза очутилась на месте, где чародей открыл ей портал в Хронос. Она положила руку на свой живот и улыбнулась сквозь слёзы. Ей ещё предстоит до конца осознать, что именно сказала ей Леди Время. Что же касается самой Леди, то она занялась исправлением всего того, что успела сделать в её владениях девушка. Прошлое должно оставаться в прошлом, а настоящее должно формировать столь изменчивое будущее и этот порядок Леди Время поддерживает вот уже целую вечность.