Глава Двадцать Вторая: Весеннее обострение.

Вечер кончился для Жанны неожиданно: ночь, полная нежности и любви, умелых движений своей подруги, поцелуи, стоны и тихий, спокойный сон были прерваны утренней тишиной. Тело вымотано, на руках, ногах, под глазами - синяки. На часах полдень, солнце еле пробивается сквозь плотную завесу штор. Утренняя ванна. Из-за длительного употребления наркотиков зубы наркоманке необходимо чистить в два раза дольше. Пока заспанное, опухшее лицо рыжей смотрит на нее из зеркала, в голове будто скорый поезд проносятся воспоминания последних лет. Та встреча по пути из школы в парк она не забудет никогда. Солнце приятно грело плечи, напекая голову, рубашка свободно болталась над юбкой только вышедшей со школьного двора Жанны. за спиной рюкзак, в руках - телефон, счастливые молодые годы проходили беззаботно. Но тут ее взгляд привлекла ее одноклассница, тихая, но умная, что ранее не привлекала особого внимания. Она сидела на лавочке и читала, кажется, учебник по биологии. Её улыбка, свободная от всякого стеснения озарила взор Жанны ярче чем солнце. Летние каникулы проходили гладко: поездки с друзьями в Кедринск в торговые центры, простые посиделки у костра, на которые рыжая приглашала и Лиду. Та редко соглашалась в силу своей стеснительности, предпочитая отмахиваться от предложения разными поводами, но все чаще они пересекались и наедине. Вечер первого августа, когда они пошли за город наблюдать за звездным небом. Ах, как прекрасен был тот вечер! Фигура Лидии в ситцевом платье была чарующей на фоне заходящего за горизонт солнца. Смех от шуток далеко не первого сорта, что они разделяли по дороге к автобусной остановке. То, как Лида нежно сжимала мягкое запястье Жанны, пока они шли до места, где привычно расходились по домам. Сентябрьское свинцовое небо, что озарялось лишь улыбкой лучшей подруги... Пять минут, затишье музыки на фоне вырвало рыжую из ее раздумий над прошлым. Завтрак, одежда, покупки в интернете. Попытка отвлечься от мыслей о возможности сбить неясность ума рюмкой водки, что стояла за стеклом серванта. Пять вечера, солнце уже час как зашло, но бессильные попытки сместить внимание с непрекращающегося желания на другие вещи лишь продолжались. Глаза бегают по разбросанным по полу вещам, проверка среди сумок, штанов, курток... Ничего. Выбившись из сил, но не потеряв надежду, наркоманка ложится на кровать. Пустой желудок урчит, благо приготовленная на весь день порция спагетти помогла унять боль голода. В беспокойном, мучительном сне полуголая Жанна засыпает. В полудреме ее посещает мысль, что последняя комната, которую та не проверила - это небольшой чулан, впритык с кухней. Но истощенное тело Жанны не в силах выдержать ни единого движения, и она засыпает. Утро, пробуждение выдалось шумным. Кошмары о прошлых днях, о мучительно жарком лете, во всех смыслах: тусовка на квартире у диллера, марафон на целую неделю, постоянный сушняк. Сушняк и вывел ее из злостного плена прошлых деяний, попыток забыться. На дворе - час дня, Жанне значительно хуже. Координация ни к черту, пустой желудок с болью урчит, на голове гнездо и колени хрустят, как пачка сухариков. Утренняя ванна несколько освежила взгляд на бренное окружение. Зубная паста на щетке лениво елозит во рту, едва ли не вываливаясь из него, мешки под глазами походят больше на баррикады, и не удивительно. Ведь на войне с собой все средства хороши, но подлый червь сомнений вновь вгрызается в мозг: а что, если бы в ту пятницу все развернулось иначе?..

***

Час дня, до перемены осталось пятнадцать минут, учительница английского первой группы вышла в туалет, но ее нет уже второй десяток минут. Лидия сидит на третьей парте среднего ряда, слева. В классе всего четверо человек: забитый Гриша, что уткнулся в телефон с дуолинго, Саша, у окна, смотрит на постепенно распускающиеся почки листьев на соседней березе, и Аня, что занимается с усердием, самостоятельно изучая учебник, в ушах - наушники, дабы скрыть шум второй группы, что за стенкой будто празднуют второе пришествие. Внезапно, дверь открывается и в кабинет впадает парочка учеников второй группы. Костя за талию придерживает Жанну левой рукой, правой - прячет за спиной бутылку портвейна, разбавленного с апельсиновым соком. -Жанн, ну давай, повтори! -Да нахуй иди! Пхах-ха-ха-ха-ха! Пьяная ругань подруги смущает Лидию, и та встает, дабы узнать, что же происходит. Попутно она прячет под учебником альбом с красивым портретом по памяти, лицо на нем сейчас пьяно смеется над неизвестной шуткой. -Жанна, а что происходит? Костя, местный хулиган в самом прямом понимании, с раной на носу и сбитыми кулаками указывает на Лиду. -Зацени, лесбуха заговорила! -А я говорила, язык у нее работает! В дверях появляются лица, словно из карикатуры, смеющиеся и презирающие, будто демонические, стеной хохота и улюлюканий они застилают Лиду словно лавиной. -Жанн? На глазах молодой художницы проступили слезы, застилая прекрасные, карие глаза. -А может мы тя выебем, хуи начнешь любить! А, как идея, Костян? - раздалось откуда-то из-за двери. -А давай! После шестого ее заберем! Данон, у тя свободно? В процессе этой потехи, Жанна смеялась, скрывая свой взгляд, упирая его то в потолок, то в щеку Кости, с какой-то нежностью смотря на его синяк у левой скулы. -Ж-жанна... Пьяный гогот Жанны и компашки местного быдла, Слова, поведение, все это словно страшный кошмар проносится перед глазами Лидии, пока она проносится мимо них, лишь бы скрыться от позора, сбежать от угроз, избавить себя от бремени "школьной лесбухи". Ничего, это же не надолго?.. Так думала Лидия, выходя из школы, пока в спину летели оскорбления, угрозы и попытки школьного охранника задержать ученицу до прибытия завуча. Но, с того дня, Лидию ничего не удерживало, а Жанна... Ей было по кайфу. Признание среди "друзей", возможность влиться в тусовку, выделить себя на фоне остальных.

***

Темень квартиры, сборы любимой, в голове - мутная каша. Окончательно Жанна просыпается в коридоре, наблюдая за сборами Лиды. Бурые волосы собраны в неестественный для нее пучок на затылке, грязное пальто вытащенное с пыльной антресоли. Она была по своему нежна и красива, будто из другого мира. Смутного, но столь прекрасного мира, где трава не зеленее, а совсем другая. Взгляд был полон печали, под которым таились годы невысказанных слов, несбывшихся надежд. Проданное за момент одобрения будущее привело их к моменту прощания. Лидия все понимала, что может не вернуться сюда. Не увидеть вновь чуть розовые щеки любимой. Немое прощание, застывшие в коридоре тела были будто в формалине. -Ты вернешься? Жалась от неудобства Жанна, зная, какой глупый вопрос она задала. -Не знаю. - Глухим голосом откликнулась Лидия. - Пароль помнишь? Кудрявая судорожно закивала. Уже половина шестого, долго ждать ее не будет никто кроме по новому любимой девушки. Трель звонка. За дверью нервный Дима, бледный словно смерть, в осенней замызганной куртке. Нервно теребя ключами от машины, он проговорил. -Давай быстрее. За ним - подъезд, что веял могильным холодом. Отпускать Лидию туда - вскрыть гроб, так видела ситуацию Жанна. Шаги удалялись вниз, вновь поворот замка и мятая бумажка в руках едва проснувшейся. Жанна отправилась на кухню. Прожженная бутыль валяется в мусорке третий день, уже неделю она чиста. Так тревожно ей еще не было никогда, и она надеялась что не будет более. Телевизор на холодильнике, программа о готовке, ведущий пафосно зачитывает статью о гренках. Сендвичи, капуста, сухие травы на глазунье. В реальности получалось совершенно иначе. Желток вытек на чугунную сковороду, из сухих трав только перец да морская соль. Горбушка кое-как распилена на тонкие куски, яйцо не впитывалось. Остатки были пожарены просто так, с мелким куском сыра. И вот, завтрак готов. Лидия ушла голодной, не выспавшейся. Ее горестный взгляд в зеркало Жанна запомнила на долгие часы, если не дни. Черная комната, холодная постель. Яйца подгорели, соли слишком много а сыр не добавлял вкуса, лишь давая маслянистый застоялый вкус ко всему ужасу завтрака. Музыка забивала эту пустоту ранее, забивала голову девушки, не давая думать об ошибках что та накручивала на себя в своей голове, виня себя во всем, до чего дотрагивалась. Неправильный ответ на тесте по географии, пустые разговоры о голливудских звездах в седьмом классе, помощь Лиды в восьмом, кое-как сданная математика на ОГЭ, пустые обещания подружкам в десятом, прогулки после школы с Лидией, звонки и разговоры на переменах в компании с каштановолосой подругой, внезапное признание через третьи лица, шепот за углами и в туалетах, побег с физкультуры не выдержав разговоров за спиной в раздевалке. Прогулка до дома со слезами в глотке, мысли о взаимности чувств. Трусость, попытка скрыть страх... Вписка, измена, алкоголь, первая хапка травы. Прилюдный позор "лесбухи", слезы на ее лице, неестественное чувство внутри, под ребрами. Не отступать, давить дальше! Прилюдный позор, смех, провал ЕГЭ, пропажа Лиды. Пустые обещания на выпускном, вписка, вновь хапка но уже другого толка. Тугие дороги, пустые разговоры часами напролет, встреча рассвета в мерзких объятиях баскетболиста на балконе, холодные прогулки в пять утра за новой дозой... И все эти годы Жанна билась лишь над одной мыслью: что делать дальше? Музыка, непрекращающийся движ, постоянные вписки, статус шмары за спиной лучше чем статус лесбухи в ПГТ? Шмару же не зарежут в темной подворотне, верно?.. Вновь лицо, стыд, полное отчаяние и безвыходность ситуации, смерть прямо перед тобой. Что делать, когда ты стоишь на коленях перед человеком что выпал из окна и поднялся обратно? Да и человеком ли?.. Пустые слезы, муть в голове, как тогда, на уроке географии, и вновь колесо мыслей делает оборот, задерживаясь на лице Лидии в момент общих насмешек над ней. Слезы, но на этот раз они падают не на школьные тетради за двадцать рублей, а на дерьмовый завтрак. После - ладони, подушка пропахшая запахом, столь знакомым, но едва уловимым. Попытка отвлечься удалась, полчаса проходит в полной апатии. Стена - лучшее место, куда можно упереть взгляд слушая нравоучения знакам зодиака. Трель звонка будто удар в поясницу - неожиданный, неприятный и малоэффективный. Попытки выбить дверь - уже серьезнее. Менты? -Жанна! Это мы! Голос не знакомый, явно это не "они", сначала бы те сказали пароль. За дверью послышались перешептывания, несколько человек. После же, другой голос. -Пароль О-Гайр, открой дверь! Жанна держа в руке скалку аккуратно дергает замок, но дверь открывается не сильно. Из щели показываются несколько лиц. Два парня, две девушки, одежка черна, в руках - лопаты, на лицах - пустые, черные маски. Дверь открывается полностью, но незваные гости не спешат входить внутрь. -Мы из КИБа. Ты наш член, помнишь? Жанна, тем не менее, не спешила опускать скалку. Вперед вышла дама, черные волосы завязаны в тугую косу. -Культ истинного бога. Мордегард. Ты понимаешь? Жанна отступила. -Что произошло? Дама с косой прошла внутрь квартиры. -Нашему владыке требуется поддержка, мы здесь, что бы забрать тебя к выделителю. Не волнуйся, ты не пострадаешь. Руки Жанны трясутся от напряжения, в горле пересохло и она решила прокашляться. -Лидия, она в порядке? -Да, одевайся. Возьмите оружие какое найдете. В тот же момент остальные прошли внутрь - кто на кухню, кто в комнату, а один залез в чулан. -Надеюсь, ты не боишься крови. Проговорила главная.