15

      Борис смотрел в окно на окраину леса. Он вздыхал, хмурил брови, то и дело сжимал челюсти. Мужчина щурил глаза и резко дёргался, если замечал хоть какое-то движение среди деревьев.       – Борь, хватит нервничать – сказала Ольга.       Она сидела за столом и задумчиво смотрела на бумаги. В семейном бизнесе женщина занимала должность бухгалтера.       – Где она? – раздраженно спросил Борис.       – Яся сказала, что вернётся в восемь, – ответила Ольга, не отрываясь от дела.       – Уже 19:57, – глава общины сердито посмотрел на часы. Внезапно его глаза округлились. Он подошёл к окну в плотную. Тоненькая девичья фигурка семенила по тропинке к дому. – Явилась.       – Ну, вот видишь, всё хорошо, – улыбнулась Ольга.       – Я больше так не могу, – Борис сел на край кровати, поставил лотки на колени и сложил руки в замок. – Не знаю, – опустил он голову. – Нет! Всё! – мужчина подскочил и ринулся к двери. – Я её под домашний арест посажу! Переживать каждый раз вернётся, не вернётся. Легче чтоб она всегда дома сидела. И так проблем хватает!       – Боря, – Ольга аккуратно сложила бумаги и подошла к нему. – Ты же знаешь, она всё равно сбежит, – жена нежно обхватила его лицо руками и с улыбкой посмотрела в глаза. – Не дави на неё.       – Она…она из меня веревки вьёт, а я должен с ней по-хорошему? Я не знаю, Оль, – вздохнул Борис.       – Боря, ты просто устал. Она же вернулась вовремя. Всё хорошо. Надо с ней просто поговорить.       – Да чего говорить, – он уронил голову жене на плечо, – чужая душа потёмки, а я не обладаю этой…как её?       – Эмпатией, – подсказала Ольга.       – И толку? Всё равно никого она не слушается. Эти подростки сведут меня с ума! – Борис отстранился от жены и снова сел на кровать. Ольга села рядом и взяла за руку. – Визит к чуди тоже ничем хорошим не закончился. У них ещё одна девочка появилась. Они уже её под своих сыновей подложить хотят. Она же ещё ребенок!       – Ну, меня тоже к тебе посватали, когда мне было шестнадцать.       – Да, но я дождался, твоего совершеннолетия, – Борис с нежностью посмотрел на жену. – К тому же мы с тобой по любви, а не по принуждению.       – Ничего, мы с ними разберёмся. Если они хоть пальцем тронут моих детей, – она решительно посмотрела на мужа, – я разорву им глотки.       – Моя воительница, – улыбнулся Борис. – Но нет, – нахмурился он, – мы не будем вступать с ними в открытый бой. Мы уже научены горьким опытом подобных сражений.       Ольга отвела взгляд, прижав ладонь к животу.       – Нужен другой способ, – вздохнул Борис. – Придётся просить помощи у Димы.       – Что-то я сомневаюсь, что он нам поможет. К тому же связываться с ним…, – женщина пренебрежительно скривилась.       – Стоит попытаться. Чудь владеет древним, сложным колдовством. Савелий рассказал, что они сделали с Артуром. И я не знаю, как бы я защитил свою семью от такого. В этот раз я даже благодарен, что Мэгги со своим шилом в жопе создала эту ситуацию. Теперь мы точно понимаем, что сражаться с ними в лобовую – самоубийство.       – Ох, уж эта Мэгги, – вздохнула Ольга.       – В этом есть и моя вина, – Борис напряжённо смотрел в одну точку.       – Твоя? – удивилась она. – В чём же?       – Когда-то я позволил человеку остаться с нами. Теперь он серьёзно пострадал.       – Он жив и здоров. Думаю, Артур понимал на что соглашается.       Ольга обняла мужа и уткнулась ему в шею. Они знали друг друга почти всю жизнь. За это время у них получилось выстроить крепкие отношения, основанные на взаимоуважении и понимании. Их любовь не была похожа на искру, что ярко вспыхнула и обдала жаром страсти. Скорее это был спокойный огонь в очаге, который год от года становится всё сильнее. За долгое время семейной жизни они научились чувствовать друг друга, даже на расстоянии. Это позволяло им разделять вместе радость и печаль. И сейчас Ольге казалось, что её муж напоминает струну, натянутую до предела. Ещё немного и лопнет. Медведь внутри него кипел яростью, а обременённый здравым смыслом человек, еле удерживал его от опрометчивых поступков. Мужчина никогда не жаловался и тем более не говорил о своих страхах. И только его жена могла чувствовать, что непоколебимый и суровый Борис напуган.       ***       Света лежала у Димы на плече. Он обнимал её и, прижавшись губами к виску, слегка посапывал. Ей бы хотелось лежать так вечно, ощущая его тепло и дыхание. Женщина нащупала телефон рядом с собой и посмотрела на время. Света попыталась выползти из объятий любовника, но он потянул её обратно и прижал к себе.       – Давай ещё полежим, – сонно пробормотал он.       – В последнее время ты стал почти романтичным, – улыбнулась русалка, – но у меня клиентка записана на семь вечера.       – Отмени, – непринуждённо сказал Дима.       – Вообще-то тогда пострадает моя репутация, как пунктуального и надёжного мастера. Думаешь, я буду портить её из-за какого мужика? – театрально фыркнула она. – И нам ещё кое-что сделать надо.       – Какая ты деловая, – улыбнулся Дима. – Не хочу, чтоб ты уходила.       Он с надеждой посмотрел на Свету. Отказать этому взгляду было почти невозможно. Как же несправедливо! Стоило Диме только попросить, и она не могла сопротивляться. Хотя это Света русалка, способная управлять чужим разумом. В моменты, когда он вёл себя так, будто она ему действительно дорога, Света была счастлива, но вместе с тем всегда помнила, что это ненадолго. Потом он снова оттолкнёт её, выстроит стену, будто ничего, кроме постели, между ними нет.       – Мне нужно собираться, – сухо сказала Света и начала переворачивать одеяло в попытках найти нижнее бельё.       – Я тебя обидел? – Дима сел, наблюдая за ней.       – Нет. Просто меня раздражает твоя романтическая фаза, – надев нижнее бельё, женщина встала с кровати и подняла с пола джинсы. – Знаешь, я не уверена, что нам стоит продолжать блокировать твою память, – она надела футболку и серьёзно на него посмотрела. – Учитывая твоё состояние, это становится опасным для твоего рассудка.       – К сожалению, так уж получилось, что глава моего клана мало того, что тиран, так ещё и телепат. Ты знаешь, это единственный способ скрыть от него все мои планы, – устало вздохнул Дима.       Он натянул трусы, сел на край кровати и выпрямился. Света встала напротив и поднесла руки к его вискам.       – Что такое? – спросил он, увидев её печальный вид.       – Ты знаешь, что это приносит мне боль. Каждый раз отнимать у тебя часть разума невыносимо.       – Не волнуйся, всё нормально, – он поцеловал её ладонь, – давай.       Русалка глубоко вздохнула и запела. Её голос был тонким, чистым, словно звук хрусталя. Она медленно двигала пальцами, будто перебирала ими невидимые струны. Через пять минут всё кончилось. Дима неподвижно сидел с закрытыми глазами. Света легонько тронула его за плечо. Мужчина открыл глаза и наивно посмотрел на неё.       – Вы кто? – просипел он словно спросонья.       – Я – Света, русалка. Мы с тобой давно знакомы, – ответила она.       – А…ну да, – протянул он и тупо уставился в пол. – Да, точно Света. Свет, что-то случилось? Я почему-то отключился.       – Нет, всё нормально, – печально улыбнулась она. – Мы просто разговаривали и ты уснул.       – Прям вот так сидя? – почти по-детски удивился он.       – Ага. Ты очень много работаешь в последнее время. Совсем вымотался.       Мужчина рассеяно кивнул. Света уложила его, еле сдерживая слёзы.       – Ты плачешь, – сказал Дима, глядя на неё, – это опять из-за меня?       – Нет. У меня что нет других причин, чтобы плакать? – нахмурилась Света.       – Я всё исправлю, – он закрыл глаза и начал медленно проваливаться в сон, – я всё исправлю…       Света делала это уже пять лет. Среди русалок в вопросах памяти ей не было равных. Женщина умела стирать только определённые моменты, при этом не затрагивая других и логично связывая их между собой, чтобы не образовывалось необъяснимых пробелов. В последнее время Света стала часто вспоминать школьные годы. Беззаботное, доброе время, когда они общались одной дружной компанией и веселились. Тогда Дима ещё не был связан договором со Змеем. После этого все от него отвернулись, и она в том числе. Дима стал пугающим, кровожадны и почти безумным. Света сильно удивилась, когда после долго перерыва в общении, он пришёл к ней с просьбой регулярно стирать ему память. Заново понемногу узнавая своего старого знакомого, она влюбилась. Они заранее обговорили условия отношений и короткие сеансы по стиранию памяти превратились в долгие ночи. Русалка думала, что отношения без обязательств после двух разводов подходят ей как нельзя лучше. Но она слишком сильно привязалась к нему. Назойливое, тянущее чувство сладкой истомы не проходило. Не смотря на их обречённое будущее, Света всё равно оставалась рядом. Она и не подозревала, что в результате их разлучит не остывшая страсть, а смерть.       ***       Дима очнулся от звонка. Он медленно поднялся, осматриваясь по сторонам. Света уже ушла. Голова кружилась, а рингтон мобильного казался раздражающим скрежетанием. Наконец он взял трубку, даже не посмотрев на экран.       – Да, – сонно прогудел.       – Вечер добрый, – послышался голос Бориса.       – Чего тебе? – Дима сел, спустив ноги на пол, и повесил голову.       – Слышал уже, наверное, что у нас тут чудь поселилась.       – Да, – колдун облокотился локтем на колено, уронил голову на руку и потёр глаза.       – Что-то собираешься с этим делать?       – Это претензия, приказ или просьба о помощи?       – Ответь нормально.       – Ты на счёт них не волнуйся, я разберусь. Главное не мешайтесь мне. Это всё?       – Ещё хотел про твою дочь поговорить.       – Ну, что опять? – Дима лениво поднялся и прижав плечом телефон, начал натягивать спортивные штаны.       – Она спровоцировала чудь и прокляла нескольких учеников в школе.       – Что? Кого прокляла?       – Не знаешь? – удивился Борис. – Ты хоть немного интересуешься чем твоя подопечная занимается на досуге?       – Только не надо читать мне нотации, – закатил глаза Дима. – Это уже сделала школьная училка, – говорил он, просовывая голову в ворот футболки. – Помнишь ту русичку? Противная такая. Хорошо, что она в мои годы у параллельного класса уроки вела.       – Что ты с ней сделал? – грозно спросил оборотень.       – Ничего, – невозмутимо соврал колдун.       – Дим, – устало вздохнул Борис, – я понимаю, вы – потомки Яги – со мной не считаетесь, но есть всё же какой-то предел. Вы живёте на общей с нами земле и могли бы соблюдать хоть какие-то правила. Мэгги слишком неуправляемая.       – Ну, моя дочь вроде бы не чокнутая, – Дима открыл окно, сел на подоконник и закурил. – Если она кого-то прокляла, значит были причины.       – Я опасаюсь за то, что будет после твоей смерти.       – Уже похоронил меня?       – По-моему она не понимает всей серьёзности происходящего. Если она будет угрожать спокойствию нашей общины…       – То что? – с металлом в голосе перебил Дима.       – Я прогоню её.       – Попробуй, – хмыкнул колдун, стряхивая пепел. – Что ты сделаешь? Заставишь её продать дом? Бросить друзей?       – Поговори с ней серьёзно.       Воцарилось молчание. Смысла продолжать разговор дальше не было, но никто из них не бросал трубку.       – Надеюсь мы друг друга поняли, – наконец сказал Борис. Послышались гудки.       Колдун затушил окурок и недовольно поджал губы. Дима вышел из комнаты и услышал топот на лестнице.       – Подслушивала? – спросил он, застав Мэгги на кухне.       – Нет, – непринужденно ответила девушка, доставая из холодильника кастрюлю, – я только что пришла.       – Врёшь.       – Ну ладно, я подслушивала, – Мэгги развернулась и облокотилась на столешницу. – Что уже нажаловались тебе?       – Я надеюсь никто не умер? – Дима вонзился взглядом в ученицу.       – Да, что вы все заладили! – воскликнула она. – Это просто проклятье на понос. Детское можно сказать, – Мэгги достала тарелки и начала накладывать ужин.       – Покажи, – скомандовал Дима.       – Что?       Поймав строгий взгляд наставника, девушка неохотно закатала рукава кофты.       – Пятнадцать, – констатировал он, осматривая подопечную, – и стоило оно того?       – Yes, – широко улыбнулась Мэгги.       – Ты же знаешь, что проклятья – это серьёзно, даже если они простые.       – Да-да. Проклятье всегда отражается на проклинающем, – словно скороговорку протараторила Мэгги, один из законов колдовства.       – Это просто синяки и они лечатся, – Дима внимательно на неё посмотрел, – но есть последствия, которые не проходят.       – Я же не тупая, – цыкнула она и глубоко вздохнула, – я помню о равновесии. Или ты думаешь, я хочу страдать, как ты?       – Жёстко.       – Прости. Я знаю, что накосячила недавно и мои оправдания выглядят тупо, но в заклятьях я не ошибаюсь       Звякнула микроволновка. Мэгги достала еду и села за стол. Дима разогрел свою порцию, и они приступили к ужину.       – Я завтра уйду на несколько дней. Последнее задание, – сказал Дима, насаживая на вилку макароны.       – Правда? – обрадовалась Мэгги.       – Да, я уже стал почти бесполезным. Теперь буду усиленно заниматься твоим обучением.       – Круто! Школу как раз закрыли на карантин и не надо ходить на эти дурацкие отработки.       – Что? – удивился Дима, выронив изо рта макаронину. – Это из-за твоего проклятья?       Девушка торжественно кивнула.       – Я вроде бы горжусь тобой, а вроде бы хочу дать тебе подзатыльник, – Дима с укором посмотрел на неё. – Больше так не делай. Борис, конечно, ворчливый зануда, но он прав. Нельзя привлекать лишнее внимание. Потому что в следующий раз твоими эксцентричными выходками может заинтересоваться клан.       – Ладно, я поняла, – насупилась девушка. – Так что мы будем делать с чудью?       – Есть одна идея.       – Какая?       – Потом расскажу. Надо кое-что проверить. И я прошу тебя, – Дима тяжело вздохнул, – больше ни во что не ввязывайся. Как только увидишь их, сразу же сваливай.       – Постараюсь.       Раздался стук в окно. Тень духа-хранителя коловратом закружилась по кухне. Дима нахмурился и сразу же ринулся в свой кабинет. Выбежав в коридор с мечом, мужчина сжал костяную рукоять и прислушался к звукам. Барабанная дробь ударила в окна. Глаза уродливой маски на входной двери замигали. Послышался топот на крыльце. Мэгги встала из-за стола и глубок вздохнула, концентрируясь на силе стихии. Раздался звук бьющегося стекла. На кухню хлынула целая стая мёртвых птиц. Шуршание их полусгнивших крыльев казалось оглушительным. Они носились по комнате, снося все на своём пути. Несколько из них набросились на Мэгги. Начали царапать ей лицо и таскать за волосы. Девушка с криком начала отмахиваться. Их было так много, что ей с трудом удалось взмахнуть руками, чтобы сбить нежить потоком ветра. Отлетевшие трупики ударились о стену и осыпались вниз. Не прошло и пол минуты, как они собрались в целое, словно конструктор, и заново ринулись в атаку. У входа в кухню Дима кромсал птичьи тушки мечом. Особое оружие потомков Яги разрушало колдовство и нежить больше не могла подняться, но их было слишком много. На пол сыпались маленькие косточки и полуистлевшие перья. Они начали хрустеть под ногами. Дима осмотрелся вокруг и понял, что просто изрубить их всех не получится. Он порезал предплечье и зашептал заклятье. Алая струя не успела достигнуть пола. Тень подхватила её и поползла по ней к Диминой руке. Вцепившись в колдуна, дух-хранитель с наслаждением принял угощение. Другой рукой мужчина ещё пытался отбиваться от птиц, но силы уже покидали его. Наконец тень оторвалась от его плоти и стала осязаемой. Жгуты тьмы схватили всех птиц, будто мух на липкую ленту, и стянулись в большой, копошащийся зловонный клубок, который тут же сжался до размеров горошины. Дима быстро схватил её и прошептал в ладонь заклятье. Из разжатых пальцев на пол высыпалась горстка праха. Мэгги с восхищением смотрела на наставника. Всё её лицо и руки покрывали мелкие царапины. Дима выбежал на крыльцо, пытаясь высмотреть злоумышленников. Не обнаружив присутствия чужаков, он вернулся в дом. Стоило ему перешагнуть порог, как в глазах потемнело, а ноги стали ватными. Мэгги успела подбежать к нему и подхватить. Меч с лязгом ударился об пол, а Дима, почти всем телом повис на девушке.       – Дим? – обеспокоенно спросила она, пытаясь удержать его.       – Всё нормально, – наставник очнулся и встал на ноги. Зажмурился, уперевшись рукой в стену.       – Они напали из-за меня? – виновато спросила Мэгги, вытаскивая из волос гнилые перья.       – Да.       – Прости.       – Ублюдки, – прорычал Дима. – Совсем уже ахренели. – Он недовольно посмотрел на разгромленную кухню. – Уберись завтра и закажи новые окна. Повторяю последний раз – не лезь к ним. Ты меня поняла?       Девушка робко кивнула. Опираясь на стену, колдун зашёл в свой кабинет, громко хлопнув дверью.