Глава пятая.

Воздух был холоднее обычного. В своей комнате Бруно чувствовал себя некомфортно, что-то тревожило его. Он ходил из стороны в сторону, ожидая чего-то или, быть может, кого-то. Уже несколько раз подошёл к подобию двери, но одёргивался. По какой-то причине он не хотел выходить. Он просто ждал, ждал и мог ждать бы ещё долго. Он залез на кровать, а залезть на неё было тем ещё испытанием на самом деле, ведь находилась она на скале, что покрыта песком. Но там была лестница, которую он сам когда-то притащил в комнату, так как взбираться туда в детстве у него не получалось, да и сейчас не горел желанием. Рядом с кроватью был книжный шкаф, или просто шкаф со всякой всячиной. Он взял оттуда какую-то рамку и стал вглядываться в неё. Затем он положил её на постель и громко вздохнул. Чувства внутри него были какими-то смешанными, одновременно он предвкушал какое-то событие, а потом его одёргивало также, как от двери. Он даже подумал, что ему не стоит так накручивать себя, ведь *** ** ***** ****** * *** *****, ** * *** ***** ********? Это его не слишком успокоило, он просто продолжал смотреть в высокий потолок и думать о своём. Это, разумеется, было не такое страшное ожидание, как тогда год назад в Мехико. Сейчас он просто надумывает проблемы, которых не должно быть. Это просто произойдёт, и он не боится этого. И он точно не по этой причине весь день не выходит из комнаты, точно не поэтому ему сейчас тревожно. Нет. Думать сейчас худшее, что он может сделать, но похоже единственное. Поэтому звук шагов и знакомый женский голос неподалёку стал спасением, и Бруно улыбнулся. Бруно резко открыл глаза и подскочил на кровати. Он отдышался и вытер пот со лба. К его счастью, это похоже не было особенно страшным видением, но он так реагировал на любые вещие сны. Он ощущал усталость, не такую, чтобы потерять сознание, но сон явно не сделал его бодрее, чем он был. Бруно привстал на своём спальном месте и потянулся к столику, где лежала сумка Джульетты. Он открыл банку с водой и сделал глоток. Почти кончилась. Отложив банку в сторону, он аккуратно встал, стараясь быть бесшумным, вышел из купе и встал в узком коридорчике, облокотившись на стену. Структура поезда удивила его ещё тогда, когда он впервые в него вошёл, но сейчас снова привлекла к себе внимание. Или он просто хотел думать об этом, а не о внезапном видении или о своей усталости, или о том, что будет, когда они прибудут в нужный город. Нет, думать о поезде — это лучший вариант развития событий. Из купе к нему выбежала Изабелла, она тоже проснулась. Бруно взял её на руку и погладил. В коридорчике было не слишком темно — там горело несколько лампочек. Этот свет был достаточно ярким, чтобы освещать его и крысу. По сторонам было пусто и тихо, честно, ему хотелось, чтобы так было и дальше. Ему нужно побыть одному. — Крыса? Серьёзно? Что ещё мне предстоит узнать? Голос был достаточно тихим, но точно громче шагов его обладателя. Бруно настолько погрузился в свои мысли, или этот парень действительно ходил, не издавая ни звука? Неудивительно, что Бруно дёрнулся и даже слегка подпрыгнул, а только потом поднял глаза. Он всё ещё испытывал лёгкую неуверенность, но не так как с другими людьми. Так или иначе, если бы он мог спрятать Изабеллу, он бы это сделал. Даже так, он всё равно вскоре расслабился. — Не обращай внимания. Я разбудил тебя? — Чуть громче шепота сказал Бруно. Причина была скорее в том, что была ночь, чем в чём-либо ещё. — Может быть, но знаешь, когда у тебя маленький ребёнок, твой сон становится чересчур чутким. Когда-нибудь поймёшь. — Гектор встал напротив и тоже облокотился на стену. — Не спится? — Вещий сон. — Bien, что это значит? — Гектор вскинул бровь, он, скорее всего, ещё не привык к такому. — Обычно после него я просыпаюсь очень резко, независимо от содержания. На самом деле мои видения могут быть совершенно «разнообразной формы» и при разных обстоятельствах. — Бруно на секунду задумался и снова начал гладить крысу. — На самом деле, мы ещё о многом не успели упомянуть. — Расскажешь? Я просто уже, наверное, не усну. Рассвет скоро, приедем тоже скоро. — Сказал Гектор громче, чем раньше. Бруно до сих пор не смог определить причину, почему Гектору они были так интересны. Он достаточно много спрашивал и по пути на вокзал. Это было просто любопытство или желание отвлечься от произошедшего недавно? Бруно казалось, что именно второе. И он, скорее всего, мог в таком случае понять. Он тоже всегда хотел отвлечься, а не думать. Даже через год, в какой-то день, что ему привиделся, он будет придерживаться такой политики. Они приедут скоро, в таком случае, он мог бы не спать. Усталость от видений пройдёт и без сна, нужно бы просто отвлечься. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Спросил Бруно, оглядывая Гектора при неярком свете. — Джульетта говорила, что эффект от магии может переставать действовать, такое даже было когда-то. Все предполагают, что это связано с тяжестью «травмы». И это твой случай. — Я это слышал, и Sí, я чувствую себя хорошо, даже отлично. — Гектор замялся и спустя какое-то время продолжил. — Бруно, я правда чувствую себя замечательно, но… Мне плохо спалось, не могу выкинуть из головы этот день… Или ночь. Это давит, так много, я обычно держусь, но… Сон это такая ловушка. Бруно с неким сочувствием посмотрел на Гектора, как же он понимал последнюю фразу. Он и не думал иначе. Ему ли не знать, какого это скрывать свои переживания в себе, но ведь Гектору не нужно было этого делать. Он уже ни в чём не был уверен, так много случилось сегодня. Ему было сложно осознавать, что сейчас он едет в поезде ни пойми куда и ни пойми зачем, когда уже мог направляться домой. Хотя нет, он бы в любом случае сейчас не был в пути домой. Как сказала Джульетта — Гектору ещё минимум день будет нужен присмотр, пока она не убедится, что он полностью здоров. Спустя время, Бруно наконец вспомнил, что стоит что-то сказать. — Это… Я не представляю какого тебе, это очень много для одного дня… Прости, я не умею красиво говорить. Гектор усмехнулся, Бруно не мог сказать это было искренне или притворно. Он слишком устал, чтобы считывать эмоции. Да, ему всё-таки нужно было поспать, но, если опять видение? Нет, ему лучше не спать. Нужно было просто отвлечься, он ещё этого не сделал? По-видимому, нужно больше, чем просто выйти из купе. — Это видно, мы говорили об Эн-…канто? — Это ты собирался начать говор-… — Да-да, тогда давай продолжим. Джульетта упоминала, что комнаты в вашем доме волшебные, могу я узнать, что это значит? — С энтузиазмом спросил Гектор, переправляя диалог в другое русло, за это Бруно был ему невероятно благодарен. — Хм, действительно волшебные, думаю, только наши личные комнаты. Тут всё по-разному, например у Джульетты это поляна с… — Начал было Бруно, но остановился уже в ожидании, что его перебьют. Гектор часто это делал, во время их разговора по пути на вокзал. — Поляна? — Поляна, там на газоне рассыпан сахар и течёт молочная река. — Почти дразняще сказал Бруно, но это была правда. Что уж там, он не упомянул даже горы из муки. Джульетте нравилась её комната, но Бруно всегда было там немного некомфортно, везде, за исключением её домика. Съедобное окружение не давало ему успокоиться каждый раз, когда он туда входил. — Сахар? — Слушай, ты не должен удивляться. Гектор негромко рассмеялся, и Бруно невольно улыбнулся. Вот это было искренне, без сомнений. Гектор определённо предпочёл бы сейчас находиться в моменте, а не в прошлом, почти любой человек хотел бы того же. Но Бруно всё равно старался не смотреть на него с какой-либо снисходительностью, чтобы не напрягать его. — Просто продолжай. — А в центре поляны стоит небольшой домик, там её спальня. Столик, два диванчика и кровать, ничего такого. — Ничего такого. Ну да, вообще каждый день о подобном слышу. — Гектор снова усмехнулся, но в этот раз его глаза остались пустыми. Неважно, этого всё равно никто не заметил. — А у моей второй сестры — спальня сразу после входа, а уже в спальне выход на что-то на подобие неба. Погода в той части комнаты зависит от её настроения. А сама спальня достаточно скромная. — А почему такая разница в планировке? — Точную причину не скажу, но догадываюсь. Просто представь, если у тебя плохое настроение, чтобы добраться до кровати, тебе нужно пройти через дождь, снег, град, молнии или ураган, или всё вместе. Гектор кивнул. Он оглянулся и посмотрел куда-то вдаль. Похоже он на какое-то время перестал вслушиваться в слова Бруно. Гектор снова посмотрел на собеседника, словно отгоняя лишние мысли, и вернулся к разговору. — А у тебя что? — У меня? Хм… — Бруно замялся, стараясь подобрать слова. — Это небольшая пустыня, она достаточно высокая, метров тридцать основная часть в высоту. В каменных «стенах» есть проходы в другие части, например в спальню или кухню, последней я, правда, не пользуюсь. Там везде песок. Ну… Мне нормально. — Ого, я бы хотел хоть раз там оказаться. Что насчёт твоей мамы? Слово за словом, вопрос за ответом, у них действительно вышла приятная беседа. Бруно не мог не заметить, как Гектору стало интересно даже просто спрашивать. Честно говоря, он несколько раз задался вопросами, о которых Бруно даже не думал. Им обоим удалось отвлечься, отсюда не видно, как долго осталось до восхода, но что-то подсказывало, что совсем немного. Но в какой-то момент Бруно стал непроизвольно коситься на Гектора, и ему становилось слегка тревожно. — Всё в порядке? Я принесу арепу. — Сказал Бруно, вновь оглядывая парня перед собой. — Это всего лишь кашель. — Гектор помотал головой. — Всего лишь третий приступ кашля за пару минут. — Твёрдо ответил Бруно. Бруно подошёл к двери в их купе и тихо вошёл, стараясь прислушиваться к каждому шороху. Джульетта лежала наверху и он, на данный момент, не хотел её будить. Но внезапно в нём что-то вздрогнуло. — Чёрт! — Бруно вдруг забыл обо всём, о чём мог думать. — Джульетта! Где корзина?! Девушка успела только подскочить и ровно сесть, как Бруно заметил корзину на верхней полке напротив сестры. Он залез одной ногой на матрас нижней полки и схватил корзину. От этих резких движений его крыса спрыгнула куда-то на пол, возмущённо пища. — Спасибо, уже нашёл! Бруно выбежал из купе и подбежал к Гектору, который находился не в самом лучшем состоянии, но ещё не потерял сознание. Это радует. Он на какое-то время прекратил кашлять и прислонил руку к сердцу. Бруно подошёл ближе, взял его за предплечье и помог сесть на пол вагона, взглядом будто говоря: «Дыши, ничего страшного», хотя сам был на пороге нервного срыва. Но что может случиться? Всё будет в порядке. «Всё будет в порядке» — повторил Бруно сам себе. Бруно не успел опомниться, как подбежала Джульетта, даже не успев надеть обувь. Она раньше Бруно достала из корзины арепу и села на колени рядом с Гектором. В её действиях была тревога, но при этом она прекрасно знала, что делает. — Тише, тише, ты меня слышишь? — Сказала она своим мелодичным и спокойным голосом, пытаясь заглянуть в глаза парню перед собой. Гектор хотел приложить руку к голове, но понял, что это будет слишком болезненно. Он выглядел больше так, будто чувствовал себя некомфортно или неловко, чем был напуган, но несомненно ощущал боль. Возможно, шок или что-то в этом роде. Бруно успел привыкнуть к резкому изменению состояния у пациентов своей сестры, ведь какие-то серьёзные травмы за двадцать лет люди ни раз получали, но в этой ситуации он чувствовал себя по-другому. Раньше он, очевидно, не так сильно волновался. — Д-да, я- — Нездорово хриплым голосом начал Гектор. — Хорошо, тогда открой рот. Гектор послушался и приоткрыл рот, а когда Джульетта поднесла к нему арепу, он её откусил. Исходя из увиденного Бруно — подействовало, но он предполагал, что они не окажут такой эффект как был вечером. — Они старые, я приготовлю ещё, когда мы приедем. Но ты всё равно поправишься, только чуть позже. — Добродушно произнесла девушка. Гектор сделал ещё один укус из рук Джульетты, да, он и вправду поправлялся медленнее, но прогресс определённо был. Он попытался встать, но Джульетта придержала его за руку, останавливая, шепотом проговаривая: «Тише, тише». Спустя недолгое время на шум стали собираться люди. Сначала подошёл мужчина из соседнего им купе и стал спрашивать Бруно о ситуации, потом молча пришли женщина с маленькой девочкой за руку. Молодой парень побежал за проводником. — Тут есть врач?! Есть ли в поезде врач?! Тихо. Фраза: «Я сообщу начальнику» и проводник уходит. Джульетта ни разу не оглянулась, она просто продолжала сидеть рядом с Гектором и держать его руку, при этом давая ему ещё одну арепу. — Теперь остановят на ближайшей станции. — Едва ли слышно прошептал Гектор. — Ты уже придёшь в себя на тот момент, решат, что просто короткий приступ, не думаю, что мы задержимся. — Джульетта подмигнула, шепча это Гектору. Он, казалось, расслабился. А всё-таки было в этой ситуации кое-что приятное. Настолько, что Гектор на мгновение забыл, что с ним только что произошло. Ближайшей станцией оказалась Санта-Сесилия. Похоже, за окном уже светало.

***

Бруно не мог не ощущать себя странно, он сейчас опять в чужом городе. К сожалению или счастью, этот городок действительно напоминал Энканто. Такие же маленькие домики, вдали оживлённая площадь, где всюду музыка, яркие костюмы, танцы и веселье. Где-то в глубине, наверняка, есть скромные ресторанчики и небольшие магазины. Да, но Бруно не ошибся в предположениях, даже этот город всё равно был больше его родного, даже намного больше. Солнце только начало подниматься и освещало улицы приятным золотистым оттенком. Воздух был пропитан утренней прохладой, этим можно было долго наслаждаться. Бруно оглянулся на свою сестру и Гектора и немного улыбнулся. Несмотря на все заверения Гектора о том, что ему намного лучше, Джульетта всё равно держала его за предплечье. Однако ему всё-таки удалось убедить её не держать его ладонь, потому что выглядеть это будет неуместно и странно, но ему в ответ запретили что-либо брать в руки. Именно по этой причине, Бруно сейчас нёс и чемодан, и чехол для гитары, а у Джульетты на свободной руке висели корзины. Бруно оглядывался по сторонам, прекрасно понимая, что не поймёт какой из домов дом Ривера, но его это в общем не волновало. Мехико произвёл впечатление, бесспорно, но Бруно не мог тогда уделить городу столько внимания, сколько следовало бы. Здесь же, несмотря на более скромную архитектуру и атмосферу, он мог это сделать. Людей было мало, похоже ещё было чересчур рано и все спали. Бруно замедлил шаг и поравнялся с Джульеттой и Гектором. — Долго ещё? — Обратился Бруно к Гектору. — Нет, мы совсем близко. — Ответил Гектор, продолжая тщетные попытки освободить руку из действительно железной хватки, ведь Джульетта на его рывки не обращала внимания. — Сеньора, я просто не понимаю смысл этого пленения. Если я сбегу, то куда? В свой же дом? — Понимать тебя никто не просит. — Но всё-таки девушка отпустила руку, видя, как Гектор уже вполне нормально ходит. — Ты разве не устал? Тебе же плохо спалось. — Вставил Бруно, посмотрев на Гектора. — Всё отлично, может заварю себе кофе. — Небрежно ответил Гектор, театрально отмахнувшись в своей манере. — Может лучше поспать? — Нет. — Отрезал парень. Спустя какое-то мгновение его лицо просияло. — Вот. Бруно кивнул, глядя на дом, возле которого остановился Гектор. Это был ничем не примечательный двухэтажный домик. На стене справа висела деревянная и не слишком аккуратная вывеска, с передней стороны была пара окон и дверь, на территории дома был достаточно большой передний двор. Какой-то особенности в его строении не было, Бруно даже показалось, что он выглядит хуже, чем любой домик в Энканто. Так они и не двигались какое-то время, пока из дома не послышался неразличимый крик, и дверь не распахнулась, когда из неё выбежала маленькая девочка. Это был невероятно милый ребёнок, короткое детское платье, аккуратные туфли, разлохмаченные косички. — Папа! Папа! Папа приехал! — С искренним детским восторгом визжала девочка. Она бросилась к Гектору, и он обнял её, целуя в лоб и приговаривая: «Как же ты выросла». Девочка бы прыгала от радости, если бы не была прижата к отцу. Бруно заметил, как несколько капель слёз появились на лице Гектора, и просто улыбнулся. Хоть кому-то он жизнь не испортил. Всё это длилось от силы секунд десять, а потом в дверном проёме показался мальчик, лет пятнадцати, в очках, он закричал, обращаясь к ребёнку. — Коко, твой папа не… — Успел произнести мальчик, как тут резко застыл на месте. В него врезался другой мальчик, то есть не другой, вообще-то точно такой же. — …Мог вернуться. — Только вымолвил второй и тоже застыл. — Ну почему же не мог? — Весело сказал Гектор, поднимая глаза на мальчишек. — Гектор?! — Одновременно воскликнули они. — Имельда! Это стоит… — Твоего внимания. Из дома послышалось какое-то бурчание в духе «Что вы орёте?» и «Что с ребёнком разобраться не можете?», а завершилось более громким «Погодите, Гектор?!». В дверном проёме появилась молодая девушка в фиолетовом платье, со строго заплетёнными волосами и настороженным лицом. Затем она замедлила шаг выходя во двор, она выражала недоверие и какую-то странную разновидность злости. Гектор поднялся и отпустил Коко, она побежала к девушке, всё ещё находясь в прекрасном расположении духа. — Мама! Мама! Папа вернулся! Папа вернулся! — Выкрикивала девочка, бегая вокруг своей мамы. — Я вижу, милая. Это… Замечательно. — Она смягчилась, когда обратила внимание на дочь. Гектор подошёл ближе к своей жене и дожидался момента, когда близнецы утащат ребёнка в дом, столкнувшись при этом с волной протеста. Тогда Имельда увереннее двинулась к нему, и эта необычная злость вернулась к ней. — Где тебя носило чёртовы семь месяцев?! — По слогам проговаривала она. — Тебя уже месяц как ни слуху, ни духу и тут ты появляешься на пороге de nuestra casa! Что я, скажи мне на милость, должна сделать? То есть ты, где-то шастал по своим городам, а я тут одна с детьми сижу? — Продолжала она, подходя ближе. Почему-то с каждым шагом в её гнев верилось всё меньше, а Гектор выглядел так, будто никогда и не верил. — ¿Un qué? — Её голос сошёл на шёпот. — Не знаешь, что ответить? — Она подошла почти в плотную к Гектору. — Я скучала… Правда. Было неловко наблюдать за объятиями этой пары, но в каком-то смысле приятно. Бруно просто стоял где-то не так далеко, но при этом не был замеченным. Вообще никем. Бруно стал думать о том, что действительно устал от этих приключений, и раз всё закончилось, то ему следовало отдохнуть. Когда они только направлялись в Мехико, Бруно и представить не мог, насколько всё будет быстро. Прошло всего три или четыре дня, даже не неделя, а уже так много случилось. Хорошего, и не очень, но всё хорошо, что хорошо кончается, не так ли? Спустя минут пять, а может и все пятнадцать, пришлось понять, что вечно не обращать внимания на двух людей нельзя. Дал это понимание твёрдый женский голос. Обращён он был конкретно к Бруно, из-за чемодана и чехла для гитары. — Сеньор, а вы кто? — Это очень долгая история. — Говорил Гектор, не отпуская свою жену. — Нам бы сначала отдохнуть. По таким же длинным причинам в поезде нам этого сделать не удалось. К удивлению Бруно, Имельда согласно кивнула.