Глава шестая.

Бруно вышел из своей комнаты и встретил взгляд Джульетты. В нём считывалась тревога, но и радость одновременно. Она начала говорить и делала это очень воодушевлённо. — *** *****. Я так этого ждала. — Я не до конца верил, что это правда. *** ***? — Проговаривал Бруно более взволнованным тоном — Около гор, **** *** ****, нам тоже стоит там появиться. — Успокаивающе, но от этого не менее радостно, сказала Джульетта. Бруно успел только ответить: «Ты права», и они направились прочь из комнаты. Они проходили мимо каменных стен, иногда сходя с холодного камня на песок. Эта странная атмосфера многим покажется жуткой, но жители этого дома могли назвать её только неудобной. Тем не менее все так привыкли, что добираются не больше чем за три минуты. Это было исключение. По ощущениям они шли уже полчаса до того, как добрались до злосчастной двери. Бруно почти замер, когда они вышли. К счастью, это не продлилось долго, а ещё он надеялся, что всю неуверенность смоет, когда он окажется там, где должен. Солнце начинало садиться, это будет долгий вечер. Бруно обернулся на другую сторону кровати, проверяя не разбудил ли он Джульетту. Она даже не вздрогнула, повезло. Даже Изабелла, спокойно отдыхавшая где-то рядом с кроватью, продолжала спать. Сейчас Бруно не будет никого будить, это не заканчивается чем-то хорошим, а ему и самому надо выспаться. С такими мыслями он снова заснул, не обращая внимания на яркое солнце за шторами. Вторая или в общей сложности третья попытка стала успешной. Ему ничего не снилось, а это уже прекрасно для него. Бруно не разочаровало то, что он проснулся ближе к часу дня, он впервые за все эти сумасшедшие дни нормально выспался. Джульетта стояла перед маленьким зеркалом и старалась расчесать волосы. Бруно вздохнул, разглядывая её ночнушку и свою пижаму, то есть не свою. Бруно не был удивлён тому, что на нём сейчас какая-то из вещей Гектора. Чему он действительно был поражён: Имельда не слишком колебалась, перед тем как предложить своё платье Джульетте. К тому же эта комната. На самом деле он был бы готов спать на диване, но двухспальная кровать в гостевой объективно лучше. Вчера за те почти полностью безмолвные двадцать минут он мало что успел осознать. Этот дом внутри был таким же маленьким, и достаточную часть занимали магазин обуви и мастерская. Жилая же площадь из-за этого была небольшой. Он понимал, что сравнивать семейную виллу с километровыми комнатами и дом обычной семьи — это не совсем корректно, но они не жили богато, это точно. В то время, пока его сестра была в душе, он успел обойти весь дом. На втором этаже было три спальни, одна из которых по какой-то причине была гостевой. Снизу была совсем маленькая прихожая и такая же гостиная, ещё кухня, с ней дела получше. Вроде не слишком плохо, но в этом доме живут пять человек. В прочем, у него просто может быть высокая планка. Пожелав доброе утро Джульетте, он насыпал крошек от арепы своей крысе, а её саму решил оставить в комнате. Затем он покинул комнату, начал спускаться по старой деревянной лестнице и продолжал осматриваться. Дом был действительно старым, он не слишком мог представить, как молодая пара могла бы купить его, но, возможно, были какие-то обстоятельства, из-за которых он оказался у них. Снизу, из той небольшой гостиной, слышались мальчишечьи голоса. Бруно примерно представлял кому они принадлежали, Гектор как-то забыл упомянуть, что его шурины являются близнецами, поэтому такая информация очень удивила. Бруно вошёл в гостиную и не заметил ничего необычного. Оскар и Фелипе что-то обсуждали, что? Ему не было дано понять, он то и желанием не горел. По прошествию двух минут мальчики заметили его. И один, кто из них кто Бруно понятия не имел, окликнул его. — Гектор и Имельда ушли на рынок. — И Коко. — На кухне есть каша… — …Если надо. Бруно помотал головой и как-то нелепо улыбнулся. Он может и хотел есть, и ему даже нужно это сделать, но это можно было отложить на потом. Зачем? Он просто привык откладывать всё на потом. Уйдёт минимум неделя, чтобы свыкнуться с мыслью, что уже не надо куда-то бежать и кого-то спасать. — Нет! В смысле… Возможно, чуть позже. — Заговорил Бруно с интонацией, будто извинялся за что-то. — В таком случае… — Начал мальчик, который стоял с правой стороны комнаты. — Гектор сказал, что расскажете за обедом, но он… — Наверняка, уже говорит обо всём Имельде… — Так что, мы бы тоже хотели послушать. — Закончил второй близнец, и они оба выжидающе посмотрели на Бруно. — Что именно? — Уточнял Бруно. — Как Гектор и вы двое познакомились. Бруно именно этого боялся, ведь он совсем не понимал как рассказывать эту историю. В этом деле было два правила, их с Джульеттой — никакой магии, и Гектора — никаких отравлений. Бруно очень надеялся, что ему не придётся думать об этом, и Гектор будет говорить сам, но Гектора здесь не было. Здесь не было даже Джульетты. Он сел на кресло и облокотился на его спинку, вздохнув. Может, можно заменить его дар на банальную наблюдательность, а отравление чем-то помягче, главное потом эти версии сверить с Гектором. Бруно наконец сумел собрать связные предложения. — Ну мы познакомились на площади в Мехико, вы уже видели, что гитара Гектора сломана? — Это… — Невероятно! Бруно привык врать, тем не менее это было непросто. Он считал, что заменить Эрнесто на кого-то другого человека, с которым у Гектора случился конфликт, а после драка — это правильное решение. Но также он дал в своём рассказе понять, что у Эрнесто с Ривера всё кончено. Но он совсем не изменял момент их знакомства, он очень хорошо его запомнил и ещё он восхищался Гектором, как в тот момент, так и во время рассказа. Несмотря на все преуменьшения, Оскар и Фелипе слушали с горящими глазами. Бруно мальчики показались послушнее и спокойнее, чем все подростки, с кем он имел дело в Энканто, за исключением, разве что, Джульетты в их возрасте. Дело было вероятно в том, что он пересекался только с теми, которые горели желанием избить его за плохое видение. По другим причинам со сверстниками ему общаться не приходилось. — Не думаю, что прямо невероятно… — ¡Asombroso! — Всякое в жизни бывает. — Бруно улыбнулся, честно говоря, действительно потрясающе, но и действительно случилось. — Когда вернутся Гектор и Имельда? — Через час или два. А где… — Мальчик запнулся и с надеждой взглянул на брата, но тот помотал головой. — Джульетта, моя сестра. Не знаю, она уже должна встать. Когда в гостиной стало тихо, Бруно прислушался, с противоположной стороны дома доносились шаги. Бруно качнул в ту сторону. Оскар и Фелипе бросились к двери так быстро, что Бруно дёрнулся, ладно, может Гектор и прав насчёт их неугомонности. Бруно встал с кресла и посмотрел на распахнутую дверь, а затем пошёл к ней. Как оказалось, шаги были из кухни, Фелипе и Оскар стояли около входа в неё, сложив руки на груди, и Бруно знал почему. Он измученно выдохнул, на столе была куча всего от воды до масла, а Джульетта вертелась вокруг ящиков и что-то искала. — О, мальчики, не подскажете, где у вас мука? — Не понимая, что не так спросила девушка. — На плите. — Сказал один мальчик со странной улыбкой. — На плите? — Каша на плите. — Ответил второй. — Ох, привычка, но может всё-таки? Я уже всё достала. Пирог к обеду не будет лишним. — Огорчённо говорила Джульетта. — Имельда может быть против… Джульетта вздохнула, но всё же понимающе улыбнулась. Она стала подходить к столу и потянулась к молоку, чтобы убрать его в холодильник. Оскар и Фелипе переглянулись, а потом один из них продолжил. — Но это не выглядит, как плохая идея. — При условии, что не сожжёшь нашу кухню… Бруно не мог не ухмыльнутся с этих детей, но он на секунду скрестил пальцы, чтобы Имельда действительна не рассердилась. Джульетта загорелась, она любила готовить, хотя иногда она и перебарщивала с этим. — Мука в том нижнем ящике. — Подросток указал на тумбу слева от раковины. — Спасибо, мальчики. Если надо, я потом заплачу за всё. — Не надо. — Мы можем чем-то помочь? Джульетта задумалась и оглядела столешницу. Она упёрлась руками в стол, где расставила продукты и присмотрелась холодильнику. — У вас есть бананы? — Ей кивнули и Джульетта улыбнулась. — Тогда нарежьте. Готовка пошла полным ходом. Бруно почти никогда ранее не участвовал в чём-либо подобном, но стоять без дела сейчас было бы неверно. Каждый по несколько раз выглядывал в окно, чтобы посмотреть, не возвращаются ли Гектор и Имельда. Только Джульетта об этом не задумывалась, была слишком поглощена процессом. Когда пирог отправили в духовку, продолжился разговор о их приключениях в Мехико, который плавно перешёл в расспросы об Энканто. Сейчас Бруно боялся забыться и упомянуть магию, но этого не произошло. Счёт времени потерялся, и заметили это только, когда входная дверь начала открываться. Джульетта вдохнула воздух и облегчённо выдохнула, будто говоря: «не сгорел». Бруно встал и направился к двери в прихожую, Джульетта оглянулась на Фелипе и Оскара и добавила. — Мальчики, достаньте пирог. — И скрылась за дверью. В дом входят Гектор и Имельда, а с ними маленькая Коко. В руках у них корзины. Одни с продуктами, а в других корзинах кожа для обуви. Коко выглядит невероятно счастливой, а Гектор держит её за руку. Имельда нахмурилась и стала принюхиваться. Она оглядывается вокруг. — Чем это пахнет? — Скептически спрашивает она. — Пирог, банановый. — Гектор оглядывается на Джульетту. — Похоже, наши гости не сидели без дела. Джульетта улыбается, и Имельда следует её примеру. Бруно расслабляется, когда видит это. Девушки заходят на кухню. Бруно оборачивается на Гектора и серьёзно смотрит на него. — Ты рассказывал Имельде что-нибудь? — Гектор в ответ на это мотает головой. Ещё один облегчённый выдох. — Вот и славно. Я сам буду говорить. Гектор кивает и заходит в кухню. Бруно начинает рассказ, он сам удивляется, что Гектор успел вставить только пару фраз. Имельда внимательно слушает, будто оценивая каждое слово. Поначалу она показалась Бруно странной, но сейчас он чувствовал в ней что-то ещё, кроме недоверия. Когда он закончил говорить, в её взгляде была благодарность. Оскар и Фелипе были больше заинтересованы пирогом, поскольку эту историю уже слышали. После обеда Имельда оценила кулинарные способности Джульетты. Оскар, Фелипе и Имельда уходят в обувной магазин, а Коко остаётся с Гектором. Джульетта вглядывается в свадебную фотографию Гектора и Имельды, которая стояла на полках шкафа с прозрачными дверцами. Там ещё много чего стояло, например, рисунок Коко в рамке и какая-то поломанная ваза. — А это что? — Спрашивает рассматривая трещины. — Это Имельде отец подарил, она по ней туфлей ударила. Теперь стоит здесь, как символ разрушенных отношений. — Гектор усмехнулся, а потом о чём-то задумался. Коко со всей серьёзностью черкала карандашом по бумаге, которая чудом не рвалася от её усердия. Когда она закончила, то затолкала карандаш в волосы и с гордостью повернула рисунок к Бруно. — Дядя Бруно, это папа, это ты, а это тётя Джульетта. Бруно невольно этому улыбнулся. На рисунке они держались за руки, а сзади был длинный прямоугольник, который, наверное, должен быть поездом. — Очень красиво, Коко. Ты будущая великая художница. — Преувеличенно восхищается Бруно, но ребёнку этого хватает. Бруно встаёт и смотрит на Гектора, которому Коко тоже пытается всучить рисунок. Бруно старается не прервать их идиллию. — Гектор, нам нужно поговорить. Гектор на секунду хмурится и смотрит на Коко. — О чём? — Настороженно произносит парень. — Ничего такого, просто… Думаю, сегодня мы уезжаем, купим билеты, а в Мехико найдём с кем поехать. — Уезжаете? Почему? Вам не понравился рисунок? Я нарисую ещё. Бруно улыбается девочке и садится рядом с ней. — Нет, Коко, очень понравился. Просто мы скучаем по маме и хотим поскорей вернуться домой. — Говорит Бруно, беря Коко за руки. — Не ожидал, что ты ладишь с детьми. — Гектор усмехается, а затем вздыхает. — Сегодня, так сегодня. Насчёт билетов… Джульетта поворачивается к Гектору с обвинительным выражением лица, и Гектор одной смущённой улыбкой говорит: «Хорошо, купите сами». К вечеру они подходят к вокзалу. Коко бегает вокруг, стараясь привлечь к себе внимание, Имельда улыбается ей и держит Гектора за руку. Она обменивается взглядом с Джульеттой, которая сжимает в руках свёрнутый листок, на котором Имельда записала рецепт Энчилады. Как оказалась девушка любила не только обувь. Бруно и Гектор тоже переглядываются, в этом взгляде то, что они не могут сейчас сказать, но прекрасно знают. А всё-таки не зря была эта вылазка, совсем не зря. — Счастливого пути. — Говорит Гектор, не отпуская руку Имельды. — Может ещё встретимся. — Добавляет Джульетта, подходя к поезду. — Обязательно встретимся. — Гектор подмигивает. Бруно заходит после сестры и ещё несколько мгновений смотрит на Коко, которая напросилась на руки к отцу. Эта девочка заставляет улыбаться каждый раз. «Какие же замечательные люди» — Проносится в голове, прежде чем поезд трогается.

***

Гектор заходит в дом. Это были очень странные дни. Может ли он назвать себя везучим человеком или слово «неудачник» подойдёт больше? Он с семьёй, он жив и он сумел оправиться от яда. И всё из-за каких-то незнакомых волшебников, которым взбрело в голову спасать ему жизнь. С другой же стороны — его отравил лучший друг, и он чуть было не умер. Гектору стоит ещё раз как следует выспаться. Гектор берёт в руки чехол от сломанной гитары и вытаскивает её. «Нет, выбрасывать я тебя точно не буду» — Думает Гектор, осматривая трещины. Его внимание привлекает листок в чехле, а рядом мешочек. Прикасаясь, он сразу понимает — деньги. Гектор ухмыляется, они уже знали, что он не взял бы. Это уже произошло, жалеть не о чем, он просто отдаст их Имельде. Гектор переворачивает листок, похоже, записка. Он вглядывается в аккуратный печатный почерк и улыбается. «Спасибо за нашу встречу. Проживи лучшую жизнь — ради себя, ради нас.» Странные люди, но добрые — это точно. Гектор кладёт гитару и записку обратно в чехол, когда будет время, он поставит это в более достойное место, а сейчас его зовёт Имельда. Теперь всё будет лучше.