10. Семейные обстоятельства

      Исчезнуть на несколько дней было самым разумным решением.       Перед червивой луной Лидия взяла несколько отгулов, сославшись на семейные обстоятельства. После смерти Питера Дерек сам согласился позволить ей разобраться с последствиями, и она обставила всё так, будто перевезла мужа в более респектабельную клинику.       Разумеется, если бы ритуал и воскрешение пошли не по плану, пришлось бы сказать всем, что на лечении несчастный скончался. Но такой вариант Лидия даже не рассматривала, она была уверена в успехе не меньше, чем Питер был уверен в ней. По этой же причине давно были готовы поддельные документы и записи о лечении, пластической операции и всём необходимом. Лидия закончила разбираться со всем ещё в начале зимы, а оставшиеся месяцы терпеливо ждала, не привлекая к себе внимания. Никто не должен был знать, никто не должен был помешать ей.       И вот, наконец, Питер переступил порог. Впервые за шесть с половиной лет он вернулся домой. О, Лидия в жизни не вышла бы сейчас из квартиры, даже если бы начался настоящий апокалипсис. Сейчас, и днём, и вечером, и на следующий день…       — Не смотри так. Это всего лишь я, — усмехнулся Питер, подняв взгляд от чашки кофе. Даже несмотря на воду и еду, все прошедшие два часа он продолжал мёрзнуть, как будто всё ещё не мог отделаться от холода земли.       — Всего лишь ты, — повторила Лидия рассеянно.       Она не сводила с него глаз, просто не могла поверить, что всё, наконец, действительно получилось. Что он снова здесь. Стоит на кухне и пьёт кофе, как ни в чём не бывало. Живой и здоровый. Кажется, даже в себе. Всё это казалось фантастическим везением, пусть Лидия и знала, сколько было приложено усилий.       Но прежним ничего всё же не было. Спустя долгие месяцы одиночества и безнадёжных разговоров с живым трупом Лидия, наконец, завтракала со своим мужем. И всё, что произошло, было реальным. Оно затронуло их обоих.       — Что нового? — невозмутимо спросил Питер. Лидия моргнула. — Всё же мы не разговаривали несколько месяцев…       — Я скучала, — перебила Лидия.       Она поднялась из-за стола, и Питер отставил чашку, чтобы заключить её в объятия снова. Прижавшись к его плечу, Лидия медленно выдохнула. Почти семь лет. Она ждала этого почти семь лет.       Питер коснулся губами её макушки, зарылся носом в рыжие волосы. Она знала, что он вдыхает запах. Что нужно дать ему — и себе — ещё немного времени. Но то, насколько холодными были чужие руки, пугало, поэтому, отстранившись, Лидия потянулась за поцелуем.       — Ты укусил меня! — запоздало возмутилась в потеплевшие губы.       Питер прижимал её к себе так, что становилось почти больно, но Лидии было недостаточно. Даже если бы он сломал ей кости, это всё ещё было бы недостаточно крепко.       — Прости, я себя не контролировал, — разорвав очередной поцелуй, ответил Питер. Он делал это слишком жадно, чтобы можно было с уверенностью сказать, контролирует ли он себя сейчас.       Лидия обвила его руками за шею, и Питер усадил её на край стола, подхватив под бёдра. Когда он запустил пальцы в её волосы, по спине от шеи побежали мурашки.       Телефон снова ожил — кто-то отчаянно пытался дозвониться до Лидии. Раздражёно цыкнув, она смахнула его со стола на пол, и вибрация, наконец, затихла. Питер даже не обратил на это внимание, продолжая покрывать поцелуями её шею и голые плечи. Как только они пришли, она затолкала мужа в душ, а сама стянула грязный свитер. Менять его она не стала, осталась в брюках и белье — выбирать одежду было совершенно некогда, голова была забита другим. Пока Питер оттирал от себя вековой слой грязи, она ещё раз перепроверила все документы, чтобы утихомирить разыгравшуюся паранойю. И сейчас отсутствие свитера однозначно играло на руку.       Вообще-то им ещё нужно было обсудить более насущные проблемы, вроде Дерека, Скотта, канимы, Арджентов, а ещё всего, что натворил Питер после комы… Но это могло подождать. Определённо могло подождать.