4. Червивая луна

      Когда Лидия приехала к сгоревшему дому, машины Дерека не было. На земле остались следы её шин и отпечатки ещё нескольких, и Лидия догадалась, что сюда уже наведывались не только полицейские, но и охотники. Рану на боку неприятно саднило, но обращать на это внимание не было времени.       Дерек сказал, что спрятал тело под домом. Но и сам Питер не мог не оставить следов. Лидия знала его слишком хорошо.       Нет, разумеется, она приехала не для того, чтобы искать труп своего мужа. Оплакивать его у неё было слишком мало времени, ещё предстояло проверить контрольные старшеклассников. Окинув пространство цепким взглядом, она принялась методично проверять все уцелевшие тайники. Начав снаружи дома, она постепенно, шаг за шагов, отпустив собственную интуицию, добралась до ниши в ступеньках лестницы. Разумеется, Питер, даже невменяемый, не мог не позаботиться о ней.       Она приехала не ради мёртвого мужчины. Она приехала искать подсказки, оставленные живым. И если Питер всегда говорил, что женился на самой умной женщине в городе, Лидия точно знала, что это далеко не шутки. О, он действительно считал её умной. И она была.

***

      Ждать червивую луну пришлось полгода.       За это время она зачитала до дыр файлы, который Питер собрал на своём компьютере, и почти выучила ту часть, где объяснялось, что ей нужно сделать, чтобы вернуть мужа к жизни. Она была готова. Более чем готова. И плевать ей было на выходки Скотта, на каниму, на беснующегося Джерарда и на то, как Дерек учится быть альфой. Она точно знала свою цель. И ждала, не давая происходящим событиям сбивать себя с толку.       И вот, наконец, наступило долгожданное мартовское полнолуние. Лидия приехала в депо Дерека за час до полуночи. Искать долго не пришлось, её почти сразу привлекли крики, грохот и рычание. Но, похоже, дети неплохо справлялись.       Дерек вышел из старого вагончика, сбросив звонок Скотта, и был явно слишком сосредоточен на своих бетах, чтобы заметить Лидию заранее.       — Что ты здесь делаешь?       — Приехала поговорить, — пожала плечами женщина. Аконит в её ладони как будто бы немного холодил руку. — Можем выйти на секунду?       — Я немного занят… — начал было Дерек, но Лидия перебила:       — У меня сегодня день рождения, можешь уделить мне лишние пять минут?       И Дерек пошёл за ней, периодически оглядываясь. Но на середине пути он, похоже, почувствовал что-то неладное, потому что напряжённо переспросил:       — У тебя всё в порядке? Выглядишь какой-то сердитой.       — Устала, — беспечно отмахнулась Лидия, спускаясь к припаркованной вплотную ко входу в депо машине.       Тащить Дерека от вагонов самой ей не улыбалось, поэтому стоило если не усадить его в машину, то хотя бы заставить подойти поближе. Разумеется, потом она извинится перед ним. Придумает, как. Но сейчас лучше не терять время.       — Лидия, что…       Вздохнув, женщина развернулась и, раскрыв ладонь, резко сдула синеватую пыль перед чужим удивлённым лицом. Дерек инстинктивно вдохнул, удивлённо расширив глаза, и осел на землю, свалившись с нижней ступеньки.       — Неужели нельзя было дойти со мной до машины, не задавая вопросов? — процедила Лидия и, игнорируя чужое сиплое «Что ты делаешь?», схватила заметно более тяжёлого, чем в восемь лет, Дерека за руки. — Вечно всё приходится делать самой, от вас, мужчин, никакого толку…       Когда она заталкивала его в машину, племянник уже не сопротивлялся и ничего не говорил.       Усевшись за руль и развернув зеркало заднего вида, Лидия посмотрела в чужое бледное лицо и сочувственно протянула:       — Плохо, понимаю. Но добровольно ты бы со мной не пошёл. А яда канимы, уж прости, мне взять неоткуда, так что аконит был лучшим вариантом. Потерпи, как закончим, позвоню Дитону, он быстро поставит тебя на ноги.       Когда Дерек сфокусировал на ней взгляд, она широко улыбнулась.       Они доехали до дома Хейлов меньше, чем за полчаса. Припарковавшись вплотную к террасе, Лидия вытащила Дерека из машины, бормоча себе под нос, что с такими ритуалами она не напасётся здоровья, и кое-как затащила в дом.       Заметив обломки пола, Дерек слабо запротестовал:       — Нет… Нет…       Но Лидия не обратила на него внимания.       Когда тело племянника легло ногами точно на север, а головой — на юг, она удостоверилась, что его рука, упавшая в проделанную дыру, достаёт до тела её мужа.       — Будет немного больно, а потом ещё чуть хуже, чем сейчас, но ты поправишься, — перехватив Дерека за подбородок и заставив смотреть на себя, пообещала Лидия.       Яд распространился настолько, что тот был уже не в состоянии говорить, только следил за её передвижениями тревожным взглядом.       Обогнув его, женщина сдёрнула хлипкую сгнившую тряпку, которой ещё осенью кто-то прикрыл окно. В комнату просочились тонкие струйки лунного света, но этого было недостаточно. Конечно, Лидия могла бы просто проделать дыру и в потолке тоже, но в ритуале чётко говорилось про отражение лунного света, и пренебрегать такими деталями было нельзя.       Развернув под нужным углом зеркало, Лидия села у дальней стены и стала ждать, поглядывая на часы. Лес будто вымер, она слышала только стук своего сердца и глухое надсадное дыхание Дерека.       Но вот луна взошла над домом, а тучи, то и дело скрывающие её до этого, окончательно сдул ветер. Белёсый луч, отражённый от зеркала, упал прямиком в дыру, будто стёк туда по руке Дерека. Ещё через секунду глаза племянника распахнулись, и он издал такой вой, что Лидия при всей своей бесстрастности крупно вздрогнула. Ей было жаль Дерека, но так было нужно.       Алый отблеск на мгновение стал таким ярким, что, казалось, Дерек горел изнутри. А потом внизу что-то задрожало, и раздался другой, куда более животный чудовищный рёв.       Дерек зажмурился, но его всё равно обдало щепками. Пыль долетела даже до Лидии, и она поспешно прикрыла лицо рукой. Из-под обломков будто взорвавшегося пола медленно поднималась совершенно обнажённая, белая от пыли фигура. Вытянувшись во весь рост в лунном свете, Питер оскалил клыки и, с наслаждением вдохнув полной грудью, вкрадчиво протянул:       — Надеюсь, вечеринка по случаю дня рождения всё же состоится?       Вскочив, Лидия бросилась ему на шею.       Питер пошатнулся — он был ещё слаб и едва держался на ногах. Когда дрожащие руки прижали её к худому истощённому телу, Лидия ощутила себя самой счастливой на свете. И ей было всё равно, что через некоторое время Питеру пришлось опереться на неё всем весом, она выдерживала много чего похуже за всю свою жизнь.       Кое-как она довела мужа до машины и помогла ему забраться внутрь. Завернув его в одеяло и стряхнув с волос пыль, она мысленно прикинула, во сколько обойдётся завтра химчистка салона, и достала из сумки пакет с бутербродами и две больших бутылки воды. Питер, одарив её коротким обожающим взглядом, тут же набросился на еду. Выглядело это тоже не слишком опрятно, поэтому Лидия поспешила закрыть дверь машины и вернуться в дом к распростёртому на полу Дереку.       — Эй? — племянник медленно открыл глаза, красные теперь уже от полопавшихся капилляров. — Я написала Дитону, он уже едет. Не волнуйся, с тобой всё будет хорошо. И я передам Скотту, чтобы он проведал твоих волчат, ты сейчас будешь не в состоянии. Позже всё обсудим, ладно?       Глаза Дерека закрылись. Кажется, он потерял сознание.       Лидия накинула на него принесённое из машины одеяло и присела на террасе. Питер смотрел на неё через стекло, но не выходил — похоже, Дитон был где-то близко. Лидия внезапно испытала острое желание накуриться, как в семнадцать лет. Чтобы голова стала лёгкой и казалось, что она, раздуваясь, вот-вот превратится в воздушный шар и поможет взлететь над землёй.       Машину Дитон вёл довольно истерично, похоже, сообщение Лидии его напугало. Ну ещё бы. Она даже не сомневалась.       Едва заметив мелькание фар между деревьев и убедившись, что это действительно друид, Лидия, не дожидаясь его появления, села за руль и вдавила педаль газа. Машина рванула в лес, подняв из-под колёс тучи сухих листьев.       — Ты знаешь, что я люблю тебя? — приподнял брови Питер, как только поймал её взгляд в зеркале заднего вида.       — Я тебя больше, — улыбнулась Лидия, откидываясь на спинку кресла, и они выехали на шоссе.       Питер определённо выглядел как тот, кому нужны были горячий душ и чистая одежда. А ещё много-много еды. И, пожалуй, стаканчик виски. Последние шесть лет Лидия держала дома только вино, но по такому случаю нашла в магазине пару любимых бутылок мужа.       Телефон разрывался от звонков — кажется, до неё пытались достучаться не только Дитон и Скотт, — но Лидии было совершенно всё равно. Машина уносила их в сторону центра, и даже если в ближайшее время кто-то заявится их побеспокоить, Лидия просто не откроет дверь.       Перекинув одело через бёдра, оживший во всех смыслах Питер потянулся к ней, но Лидия несильно стукнула его пальцами по лбу и велела:       — Даже не шевелись. Я боюсь представить, во что после тебя превратится обивка.       Слышать хохот мужа впервые за шесть лет было чертовски приятно. Это стоило всего на свете. Всего.