Глава 11 . Лиминальные приключения часть 4

— Ну что ж, кажется, я снова в пути, буквально с того же старта… — сказал и осмотрелся по сторонам Кареглазый вместе с Чарой и Галвином, видя снова те самые офисные помещения с ослепительным белым светом в окнах, в которых абсолютно ничего нельзя было увидеть. — Ну, в этот раз твой путь явно не будет тупо зря, и ты теперь с нами в команде, — ухмыльнулась красноглазая. — Так, Галвин, а куда нам теперь нужно идти? — спросил Глеб, ведь Галвин был ответственным за это. — Да, конечно, резонный вопрос ты задал. Сейчас мы держим путь на Уровень Шесть. Ты, скорее всего, не знаешь, что это за уровень, он… Ну, это очень тёмный уровень, можно так сказать, — и после этого Галвин продолжил вести команду, смотря на бумажную карту. — Хм… Ну ладно, надеюсь, он не очень опасный. — Нет, по имеющейся у меня информации, это просто тёмные коридоры, вот и всё, ничего особенного. Входом туда будет просто чёрная дыра в стене. Карту мне выдали, так что просто идите за мной, — пояснил Галвин. — Да, не то что я когда-то просто по слухам, имея мало информации об уровнях, шёл по обрывкам информации, и хоть мой пункт назначения был фальшивкой, я всё-таки добрался. Ну а тут шикарная подготовка, так что наш путь будет очень легким… Ну, по крайней мере, я надеюсь, а то с выходом тем я тоже был полностью уверен, — произнес Глеб с небольшой горечью. — Ну… Да, больной опыт учит не доверять, даже если кажется, что всё будет хорошо. У меня тоже было что-то похожее… — ответила Чара на слова Кареглазого, в то время как Галвин слегка напрягся, когда Глеб сказал, что путь по уровням будет легким. — Чара, слушай, Галвин он довольно ответственный и всегда готовится очень хорошо, и поэтому очевидно Б.И.Г. назначили его ответственным. Я так погляжу, ты его даже душным называла, — сказал Кареглазый, пока Галвин не обращал на них внимания, смотря и ведя их по бумажной карте. — Хах, ну как тебе сказать про его душность… — на секунду задумавшись, красноглазая посмотрела в окно, в котором был лишь белый свет. — Да… Он иногда всё-таки перебарщивает, типо: "Вот ты должна вставать в это время!" Хотя у нас не было в этом необходимости. Ну, типо… У нас тут буквально нет времени. Б.И.Г. нас не то чтобы гонит, но ему всё равно надо ровно в определённое время идти. Вот этим он и перебарщивает. — Честно, Чара, я такое не ненавижу, — сказал, хмыкнув, Глеб. — Ну-ну, не надо его считать плохим. Всё равно его ответственность всё-таки очень полезная по итогу, — защитила Галвина Чара. — Ну ладно, Чара, я тебе поверю, — ответил Глеб. — Именно, хоть он не идеален, он хороший человек. — Хорошо, Чара, хотя я и всё равно считаю, я прав. Дисциплина нужна всегда, иначе можно разлениться и погибнуть, тем более в таком ужасном месте, как Закулисье! — Говорил Галвин, отвернувшись, а затем снова продолжил вести троицу по карте, при этом продолжая вести их по бумажной карте. — Слушай, Чара, а как там поживали остальные в твоей вселенной, пока ты сюда не провалилась? Как там Санс, и как там его… аналог Фриск в твоей вселенной… Шифт… Что-то на Шифт похоже? — поинтересовался Глеб. — Шифти его зовут, Шифти. Пока я сюда не провалилась, всё было хорошо. После пацифистского пути монстры начали жить нормально на поверхности… Ну, не считая того, что людям всё-таки не совсем нравятся монстры, но в целом там всё хорошо, если не учитывать то, что там произошло. А ведь всё только стало хорошо, Шифти остановился от своего пути геноцида, сбросил и начал пацифистский. Потом уже появились эти разломы между вселенными. Казалось бы, всё хорошо, но… Если бы всё было так хорошо, я бы сейчас не разговаривала с тобой здесь, — рассказала красноглазая, после этого сделав глубокий грустный вдох. — Чара… Мне жаль тебя. Пережить потерю всех, а потом, когда, казалось бы, всё обходится, но по итогу… Мы всё равно выберемся, — сказал Глеб, пытаясь её подбодрить. — Спасибо за сочувствие, я благодарна тебе, — Посмотрела Чара на Глеба с лицом, которое без каких-либо слов само за себя говорило "спасибо". — Погоди, Чара, у Шифти ведь есть сила сброса и сохранений. Неужели, когда произошла твоя пропажа, то он не мог просто сбросить? — спросил Глеб, задумавшись. — А вот это уже довольно интересный вопрос, на самом деле. Скорее всего, это не сто процентов, но вероятнее всего, Закулисье находится в чём-то своего рода вне времени. И если я попала в Закулисье, то даже если он сбросит, не время нормально сбросится, но при этом я не вернусь всё равно. Так сказали учёные Б.И.Г. Это, конечно, не 100% вероятность, ну, 99.9% по словам этих же учёных, — пояснила Чара. — Вот оно как… Даже сила сброса не может помочь, даже такая могучая сила слаба перед аномальностью этого места… Удручает, но ладно… — произнес Глеб с горечью. После этого они шли ещё некоторое время, пока, наконец-то, не дошли до прохода на Шестой Уровень. — Мы дошли, — сказал Галвин. И после этого Чара и Глеб увидели дыру в стене, в которой была кромешная тьма, и не было видно абсолютно ничего, ни единого лучика света, ничего, как будто на монтаже просто поставили цензуру с помощью чёрного круга. — Жутко выглядит, — прокомментировал Кареглазый. — Да, согласна, — поддержала Чара. — Но если это жутко, то это не значит, что там обязательно опасно. Галвин ведь сказал, что там неопасно по имеющимся данным. Очень темно — да, но опасно — нет. Это всё равно что выбор между спокойной темнотой и светом, в котором происходит полная резня. Тьма не равно сразу же опасность. Да, может быть жутко, конечно, но всё равно не обязательно. — Да, именно, я полностью согласен с любительницей шоколада, хах. — Галвин слегка усмехнулся. — В общем, вы готовы идти туда? — Вопросительно посмотрел светло-стнеглазый — Да, конечно, готовы! — Хором ответили они. — Отлично, тогда вперёд! — скомандовал Галвин. После этого решительная команда направилась прямо в эту чёрную дыру в стене. Когда они в неё вошли, их окружила лишь полная и непроглядная тьма. Затем раздался резкий, небольшой пищащий звук, после которого вся троица телепортировалась и, кажется, оказалась на Шестом Уровне. «Как же всё-таки необычно происходит переход на другой уровень», — подумал про себя Кареглазый. — Едрить, насколько же темно! Чара, Галвин, я вижу лишь ваши тёмные силуэты. Это крипово. Галвин, ну давай, достаём фонарики, а то я сейчас ослепну от этой темноты! — Эм… Ну, тут как бы не работают фонарики, — произнёс Галвин, сделав какое-то неизвестное выражение лица, которое абсолютно не было видно в этой кромешной, непроглядной тьме. — В смысле, не работают!? — Напряжённо посмотрел Глеб на Галвина, пока красноглазая тоже сделала неизвестное выражение лица. — Ну, хорошо, я сейчас тебе покажу. — После этого, порывшись в аномальной бездонной сумке, он достал мощный, огромный фонарик. — А теперь смотри: этот фонарик очень мощный и светит на огромный радиус. А теперь смотри, что будет. После этого светло-синеглазый включил фонарик, и действительно от этого не было толку. Было видно, что фонарик работает, но при этом ни единого луча света не исходило от него. Он был абсолютно бесполезен, как будто огромная мощь могучего фонарика просто уходила в никуда, в пустоту, поглощённая этим местом, и фонарик перед этим был просто бессилен. — Ого… — Удивлённо и немного напряжённо посмотрел Кареглазый на это. — Это, честно говоря, жутковато… — Ну, Галвин нам не будет врать, и это просто тёмные коридоры, которые абсолютно безопасны, — попыталась успокоить Чара. «А что здесь за стены?» — Задался вопросом Глеб, после этого нащупав стену, которая по тактильным ощущениям была очень похожа на бетон. — Ага, понятно… — Глеб, ты что там, пытаешься нащупать стену? — Спросил Галвин, который видел его тёмный силуэт, ощупывающий стену. — Послушай, Галвин, у тебя неужели есть на этот уровень карта? — Нет, на этот как раз-таки нет. Да и было бы очень проблематично здесь её сделать, и ещё потом по ней ориентироваться. Я просто знаю, какой выход нам нужен, вот и всё, — ответил Галвин. — Эм, хорошо. Тогда, может, нам стоит идти вдоль стены? Думаю, так будет лучше, чем тупо идти вперёд, — предложил Глеб. — Хм, хорошая мысль. Думаю, мы так и поступим. Тогда я буду идти впереди, за мной Чара, а за Чарой ты, вдоль стены. Так мы найдём выход. — Хорошая идея! Ну, тогда идём же! — Заявила Чара, и после этого троица, нащупав стену, начала двигаться вдоль неё, друг за другом Тьма будто давила на них, словно спрессованная, концентрированная смола, через которую троице приходилось прорезать себе путь. Царила жуткая, оглушающая тишина, как будто все звуки, кроме их собственных, просто исчезли. — Слушайте, в этой тишине что-то очень жуткое. Думаю, лучше нам всё-таки разговаривать, чтобы её разбавить, согласны? — сказал Глеб. — Да, ты прав. Лучше всё-таки, чтобы были звуки, а то тут настолько тихо, что от этой тишины можно просто оглохнуть, — поддержала Чара. — Хорошо, тогда, хех… ТРАЛАЛАЛАЛАЛ! ТРАЛАЛАЛАЛА! ТРАЛАЛА! КАК ЖЕ Я НЕНАВИЖУ ЗАКУЛИСЬЕ! КАК ЖЕ Я ЕГО В РОТ ШАТАЛ! ТРАЛАЛА! СРАНОЕ ЗАКУЛИСЬЕ! ТРАЛАЛАЛАЛ! Я МАНАЛ ЗАКУЛИСЬЕ! — А-ХА-ХА-Х! Ого, вот это ты, конечно, шумишь! — Тем временем Галвин, шедший впереди, обернулся и посмотрел с выражением лица, которое не было видно в кромешной тьме, но чувствовалось. — Эм… по-моему, ты… — ТРОЛОЛОЛО! ТРОЛОЛОЛО! ТРОЛОЛОЛО! О-ХО-О-О-ОЙ! ТРОЛОЛОЛО! Я ТРОЛОЛОЛО! Я НЕНАВИЖУ ЭТУ ТЬМУ… — Слушай, мне кажется, когда говорилось о том, чтобы не шуметь, не имелось в виду просто вот так вот орать, — заявил Галвин, похоже, недовольный. — Ой, ну хватит уже быть таким душным занудой! В такой обстановке лучше всё-таки быть весёлым, ну а ты как всегда почему-то против этого, опять начинаешь занудничать и… — ТРОЛОЛО! ТРОЛОЛО! Галвин, я тебя не слыыыышу! ТРОЛОЛОЛО! Я тебя не слышу! ТРОЛОЛОЛО! Я просто тролололошка! — Хватит уже заеб… задрал, пожалуйста! Просто хватит, я даже чуть не сматерился хотя я не люблю мат! — взмолился Галвин. — Ладно, ладно … Галвин просто… — Нет уж, спасибо, Глеб, лучше просто помолчать! — Ты… Ну ладно, ладно, помолчу, — сдался Глеб кареглазый После этого небольшого происшествия они продолжили идти, пока Галвин, похоже, был немного не в настроении. «Всё-таки это было лишнее, и Глебу не стоило этого делать», — подумала про себя красноглазая, пока они продолжали идти по темноте ещё некоторое время, пока, наконец, не дошли до желаемого. В этой темноте вдруг появился единственный работающий свет. Он исходил от небольшого бетонного тоннеля в стене с надписью: «Добро пожаловать в пригород». — Вот он, мы дошли, — раздражённо сказал светло-синеглазый — Короче, следующий уровень теперь уже будет очень опасным. На нём будут различные сущности, а сам уровень представляет собой тёмный пригород. И ВАМ нужно будет быть собранными и СЕРЬЁЗНЫМИ, иначе мы все погибнем. Каким образом Глеб вообще дошёл до Уровня КОНЕЦ и выжил, я не представляю, может быть, тебе вообще везло. Но сейчас нужно просто слушать меня. Для начала, НЕ попадайте под свет, исходящий от глаз. И второе: если увидите тёмный силуэт, который будет к нам лететь, просто смотрите на него, он тогда будет медленнее. И медленно уходите. Вот и всё. Просто и чётко следуйте этому, и всё будет в порядке. — Ладно, как скажешь, — ответила красноглазая, которая видела недовольство Галвина. — Тогда давайте, идёмте за мной, — скомандовал он. После этого троица пошла вперёд, прямо в тоннель, который был довольно длинным. Однако, пока они шли по нему, вдруг снова телепортировались с тем самым звенящим звуком. Вот и они попали на этот уровень, который представляет собой бесконечную пригородную зону в полночь. Здесь темнота, как и на Уровне 6, хотя и не такая опасная. Дома различаются по дизайну и размеру, и каждый из них совершенно не похож на другой. Дома Уровня 9 кажутся меблированными и довольно новыми, хотя нет источника питания для работы систем освещения. Улицы Уровня 9 являются самой опасной зоной Уровня. Мокрые асфальтовые дороги не покрашены и покрыты листьями в некоторых местах. Лужи в некоторых местах дорог указывают на то, что на Уровне когда-то шёл дождь. Каменные тротуары обычные,и похоже не имеют никаких аномальных странностей. «Снова тёмный уровень, но на нём хотя бы не настолько темно, и свет теперь будет нормально работать, не как на том несчастном 6 Уровне. И хорошо, что я сейчас не один, не то что раньше, когда ходил по уровням один. Это было намного более жутко, возможно, без каких-либо монстров даже хуже из-за лиминальной атмосферы», — подумал про себя Кареглазый, осматриваясь в этом жутком, тёмном уровне, являющемся тёмным пригородом. — Идём за мной, я знаю, какой нам выход нужен, — коротко и раздражённо сказал Галвин Красноглазой и Глебу. Двоица печально переглянулась между собой и последовала за Галвином, который поспешил идти. — Хм, знаете что, я… — Хотел что-то сказать Кареглазый, но внезапно увидел нечто очень жуткое, похожее на человека и идущее к ним. — А что такое, Глеб? — Спросила Чара, когда увидела, что Кареглазый остановился и смотрит. И после того, как посмотрела сама, её выражение лица сменилось на жалость. — Ну и что же вы там… ох… — сказал серовато-красноволоссый, когда повернулся и тоже увидел это нечто, на которое он посветил фонариком. На его лице было выражение жалости, которое заменило его злое выражение. — Это один из безумцев — существ, в которых превращаются люди, когда сильно устают, долго не едят, не пьют, находятся в одиночестве и истощаются. Вместо того, чтобы просто погибнуть, люди в Закулисье превращаются в этих существ и продолжают мучиться Существо было красного цвета, с него была содрана кожа, и он выглядел лиш как живой кусок мяса, с безжизненными глазами в которых казалось ничего нельзя было увидеть кроме ноющей пустоты. — Так он… — С явной грустью посмотрел Глеб на это существо, медленно идущее к ним. — Да, я тоже знаю, это знают все, кто некое время находится в Закулисье, — сказала Чара. — Тогда нам нужно его убить. Он, конечно, медленный, но лучше его убить, чтобы он не мучился. Я сам это сделаю… — Нет уж, тебе не нужно это делать, я сама, — твёрдо ответила Чара. — Эм… Почему это ты? Почему я не могу это сделать? Какая разница, Чара, а? — И пока они болтали, Галвин достал свой двойной пистолет, который, похоже, слегка светился светом души, будучи усиленным силой его души. Галвин сделал двойной выстрел, который пронзил безумца, после чего тот издал небольшой рык и упал на землю. — А? — Обернулась двоица на звук и увидела что светло-синеглазый уже сделал всё сам. — Я не собираюсь ждать, пока вы будете выяснять, — сухо произнес Галвин. Красноглазая не знала, как на это реагировать. — Хотя интересно, почему это ты, Чара, так не захотела, чтобы это делал Глеб, и так взъерошилась от этого? — поинтересовался Галвин. Пока Кареглазый смотрел на эту картину задумчиво, Чара, похоже, раздражённая, подошла близко к Галвину и сказала хоть и злым, но тихим голосом: — Тебе не нужно было об этом ему говорить! Мог бы просто сказать, что это зомби, вот и всё! — А почему это он не должен знать эту информацию? Это знают все, кто находится в Закулисье. Он должен это знать! После этого красноглазая сделала рука-лицо. — Какой же ты всё-таки идиот! Вроде бы умный, любишь порядок, а такой… — Какой? — недоумённо и со злостью спросил Галвин. — О чём вы там спорите? Может, мы всё-таки дальше пойдём? — Сказал Кареглазый, не слышав, о чём они спорят, но явно понимая, что спор есть. «Чёрт, если мы так и дальше будем ссориться, то мы сами друг друга перебьём, такая себе команда» — подумал Глеб, явно забеспокоившись — Да, действительно, нам лучше пойти, пока… Ладно, промолчу, пожалуй. Нам действительно нужно идти, — сказал светло-синеглазый слегка надменным тоном. После этого они пошли дальше, успокаиваясь после спора, и начали молчать, идя в тишине уровня, не разговаривая. «Когда мы будем на безопасном уровне, думаю, нужно будет помириться, нормально всё обговорить, а то вон какие злые с таким успехом далеко мы не дойдем» — продолжал рассуждать про себя Кареглазый. Спустя ещё некоторое время пути, вдруг они столкнулись с новой похожей сущностью. — Опять? — вопросительно посмотрел Глеб на сущность, которая тоже была безумцем таким же куском плоти, однако он отличался: кажется, у него была квадратная голова, как будто он из Майнкрафта. — Он похож на… Он что, из Майнкрафта?! — воскликнул подросток, видя сущность. — Ну да, из вселенной Майнкрафта, ну или точнее какой-то ОС, потому что в оригинальной вселенной Майнкрафта есть только Стив и Алекс. В Закулисье же могут из любой вселенной попасть. — Да, да, его нужно… — Однако Галвин не успел договорить, как безумец внезапно засветился зелёным светом, и из его руки полетел внезапно зелёный шар неизвестной энергии, а сущность лишь что-то пробормотала. — Берегись! — выкрикнула Чара. Шар полетел прямо в Чару. Она вызвала свой магический красный нож и запустила прямо в этот шар, и после попадания красным ножом шар разлетелся на зелёные осколки. — Какого хрена!? — выкрикнула красно после того, как отбила эту атаку. — Он использовал какую-то зелёную магию, и он связан с Майнкрафтом, и каким образом он вообще это сделал!? Пока Чара в недоумении офигевала, а Галвин достал свой пистолет, Глеб ринулся к сущности, достав свой незеритовый меч. — Глеб!? — Удивлённо выкрикнула Чара, пока Кареглазый, используя свой меч, замахнулся. Пока безумец снова стал испускать свет, будучи, кажется, напуганным, используя неизвестную силу как будто на инстинктах, Глеб пронзил его прямо в голову своим незеритовым мечом, после чего сущность, издав рык, упала на асфальт. — … Мда уж… — Печально посмотрел Кареглазый на труп безумца, выглядящий как живой кусок мяса, но при этом человек. — И какого хрена он пускал какую-то зелёную магию? — Всё-таки ты, возможно, силён. Не дисциплинирован, но силён, — усмехнулся Галвин. Чара подошла к Кареглазому, похлопала по плечу, сказав: — Хорошая работа, партнёр. — Погодите, вас что, не удивляет, что он использовал какую-то неизвестную зелёную магию? — Не смущает, — усмехнувшись, светло-синеглазый. — У него была какая-то сила изначально, но когда он превратился в безумца, то у него всё же осталась эта сила, и он её использовал на подсознательном уровне, сам даже не понимая. — Остатки былого… Хи, интересно, но всё же, из какой он вселенной, связанной с Майнкрафтом, если он способен использовать какую-то зелёную магию? Вы-то явно не знаете о том, что это за вселенная… Стоп, минуточку, я только сейчас задумался об этом, а из какой вселенной Галвин? — Я? Ну, если уж тебе так интересно, то ладно, расскажу. Ты всё-таки себя хорошо показал и доказал, что можешь выжить. Короче, я из вселенной Детройта. — Детройта? — С удивлением посмотрел Глеб на светло-синеглазого. — То есть, из вселенной, где есть андроиды? — Да, именно, в той, где люди настолько обленились, что за них почти всё делают андроиды, которые потом обретают якобы «сознание». После слова «якобы» Чара раздражённо посмотрела на светло-синеглазого — В смысле, «якобы»? — спросил Глеб, которому не понравилось, что сказал Галвин. — Не важно, не буду об этом с тобой говорить. Идём дальше, — сказал Галвин, закатив свои глаза. — Ну ладно, идём, — ответил Кареглазый немного недовольным тоном. После этого путь Троицы был спокойным, пока они не добрались до желаемого выхода, выглядящего как дверь, казалось бы, ведущая в никуда, с надписью: «Бесконечные апартаменты». — Вот мы и добрались! Этот уровень явно будет безопаснее, чем этот, и там можно будет немного посидеть и выбраться из этого ада, — сказал Галвин. — Наконец-то — обрадовалась красноглазая. — Не могу с тобой не согласиться, — подтвердил Глеб. Серовато-красноволосый в пальто первым потянулся к железной ручке двери. Она должна была провести их дальше по пути, в неизвестное будущее. Дверь распахнулась, и из щели хлынул яркий свет. Команда двинулась внутрь. Как это часто бывало с переходами между уровнями Закулисья, едва троица оказалась внутри, дверь бесшумно закрылась за ними, словно её никогда и не было. Их встретил многоквартирный дом. Бесчисленное количество этажей, на каждом из которых, судя по всему, располагалось множество небольших квартир с пронумерованными входными дверями. Обои в ромбах — темно-зеленых и светло-зеленых — тянулись вдоль стен. Люминесцентные лампы мягко освещали коридор, а пол был устлан темным ковром. Дизайн здания явно отсылал к 1980-м годам. — Ого… — кареглазый, с любопытством оглядел длинный коридор, в котором они стояли. — Однако этот уровень на первый взгляд выглядит очень лиминально. Если бы я оказался тут один, даже ненадолго, и никого не встретил, у меня бы точно началась паранойя, — пробормотал он про себя. — В общем, — Галвин прервал его размышления, — теперь мы можем спокойно посидеть некоторое время в одной из квартир. Не знаю, как вы, а я буду спать отдельно. Решайте сами, что делать вам, просто используйте квартиры рядом. И да, имейте в виду: в вентиляциях могут обитать Многоруки — буквально живые кучи рук, соединенные в одно существо. После этих слов Галвин направился к одной из квартир под номером 993, распахнул деревянную дверь, за которой виднелась небольшая комната, и закрыл её за собой. — Да блять, тут все равно не до конца безопасно, — уныло закатил глаза Глеб. — Ну, явно намного безопаснее, чем там, где мы были до этого, — красноглазая усмехнулась. — И что мы будем разделяться? В разных квартирах? Думаю, нам лучше быть в одной, так как-то безопаснее. — Ну, думаю, да, полностью согласен, — кивнул Глеб. — Разделяться, как в тупых фильмах ужасов, это просто бред. Мы все-таки не в фильме ужасов, так что там не обязательно быть тупыми. Хотя конечно квартиры очень маленькие, и мы бы не смогли поместится в них в троём, и Галвин все ещё таит на нас обиду так что не удивительно — Тогда идем, не герой фильма ужасов, — Пурпурно-волосая усмехнулась. После этого двоица подошла к двери под номером 110. Глеб потянул за холодную железную ручку и открыл. В дверном проеме их встретила не столько квартира, сколько небольшая комната с двумя компактными кроватями, люминесцентной лампой и выключателем от нее. — Мда уж, жилищные условия, конечно, такие себе, не то что дома… — начала Чара, но осеклась. — …Но мы тут ненадолго, всего лишь переночуем, вот и все. И она плюхнулась на одну из кроватей, предварительно сняв свой салатовый балахон, шарф и темные ботинки, оставшись в свитере молочного цвета. — Уф, ну ты вроде не так давно спал, — пробормотала Чара, поворачиваясь на бок. — А в Закулисье время работает по-другому, так что вряд ли ты захочешь спать. Ну, может, хоть вздремнуть сможешь, надеюсь. — Она не успела договорить, как тут же уснула. — Эм… Ну, спокойной… ну, тут ночи нет. Спокойных снов, короче, — пробормотал Глеб, хотя Чара все равно уже не слышала Глеб лежал, уставившись в потолок, и чувствовал, как беспокойство грызёт его изнутри." Мда уж, ну и что мне теперь делать? Я даже не сплю, мне нужно как дебилу просто ждать", — размышлял он, бросая взгляд на спящую Чару. — "Просто лежать, скучать…" Он повернулся на другой бок, теперь глядя в стену. Внезапно, сквозь монотонную тишину, Глеб уловил едва различимый шум. "Какого хрена, почему оттуда идёт шум?" — подумал он, напрягаясь. Звуки были странными, словно что-то скреблось по металлу, и исходили они именно из той стены, к которой спали головой. Обернувшись, он обомлел. Из вентиляционного отверстия, которое они сразу не заметили, торчала и вылезала огромная, шевелящаяся масса рук. Казалось, это существо образовалось из кучи скреплённых вместе, мёртвых конечностей. Оно медленно, но неумолимо тянулось к ничего не подозревающей Чаре. "Нет, не смей!"— мысль пронзила его, наполнив ужасом за спящую девушку. Сущность, словно порождение ада, приближалась. "Если она её… Нет уж, тварь!"Глеб с молниеносной быстротой выхватил свой тёмный незеритовый меч, символ его борьбы с этим кошмаром. Чара начала беспокойно шевелиться, просыпаясь, в то время как мерзкая масса рук была уже совсем близко к ней. Одна из них отделилась, дёрнулась назад, готовясь к стремительному и опасному рывку. Но в этот самый момент подросток, замахнувшись мечом, обрушил его на груду живых рук. Множество конечностей задергались в конвульсиях, но беззвучно — у них не было даже видимого рта, чтобы кричать от боли. Чара, полностью проснувшаяся, с ужасом наблюдала за происходящим. Сущность, разъярённая атакой Глеба, бросилась в ответ. Оставшиеся руки полетели к нему, пытаясь обрушить град ударов. Одна рука успела толкнуть его чуть назад, но остальные так и не достигли цели. В воздухе возникло большое красное лезвие ножа, которое одним махом перерубило все оставшиеся конечности. Сущность разлетелась на бесформенную кучу рук, из которых теперь сочилась не кровь, а неизвестная тёмная, вязкая жидкость. Зрелище было омерзительным. Чара и Глеб несколько неловких секунд молчали. — С… спасибо тебе, — наконец выдохнула Чара, её голос дрожал. — Эта тварь хотела на меня напасть, пока я спала. Ты бы наверняка и без меня её легко убил, но я чуть ускорила… добила сущность. — Я… — Глеб начал приходить в себя, его пульс постепенно замедлялся. Эта тварь посмела напасть на неё! Но теперь она мертва, и если бы ад существовал, то этой твари было бы именно там и место, — мысли бушевали в его голове. — Глеб… — пурпурно-волосая хотела что-то сказать, но в этот момент дверь распахнулась. В проёме стоял Галвин с двойным пистолетом наготове, его светло-синие глаза сверкали тревогой. — Так и зна… — начал было серовато-красноволосый, но оборвал фразу, увидев результат их битвы. — Ох… — Он опустил пистолет, его лицо нахмурилось. — Вам стоило бы проверить, есть ли в этой комнате вентиляция, из которой может полезть эта тварь! — Да-да, мы понимаем, — ответил кареглазый. — Мы правда не заметили. — Ох… — Напряжение на лице светло-синеглазого смягчилось, сменившись пониманием. — Да, я понимаю, что вам кажется, будто моя злость на вас излишняя, Глебу уж точно так кажется… Но послушайте, я лишь хочу сказать, что это злость из-за беспокойства за членов моей команды. Я же не желаю зла, наоборот. Если вам кажется, что иногда я слишком злюсь, то… — Да, мы всё понимаем, — перебил его подросток. — Мы тебя прекрасно понимаем. Даже если ты перебарщиваешь, тоже пойми, что это со стороны выглядит как занудство. — Я… грх… Ладно, — Галвин наконец признал, что не всегда всё может идти по плану. — Не всегда может всё идти по плану. После этого троица подошла ближе друг к другу, и в напряжённой тишине коридора начались их групповые объятия. Они закончили объятия, медленно отстраняясь друг от друга. — Ну тогда нам нужно всем собираться. Чара, ты выспалась? — спросил Галвин. — Да, выспалась, — ответила Чара с лёгкой усмешкой. — Хотя пробуждение было офигенным, лучше любого будильника, хах. — Шутишь? Это хорошо, значит, выспалась. Тогда одеваемся, собираемся. Я сейчас тоже вернусь в комнату, соберусь и потом приду к вам. — Хорошо, как скажешь, — кивнула красноглазая. — Иди тогда. Галвин покинул их временное убежище, которое скорее походило на маленькую комнату, чем на полноценную квартиру. "Я спал в одежде. Всё, что мне нужно, — это надеть ботинки, в отличие от Чары", — подумал Глеб. — Мда уж, в такой комнате, да ещё с кучей рук, из которых течёт эта тёмная жидкость… — Чара досадливо поморщилась, пока надевала полосатый шарф и свой родной салатовый балахон. — Чёрт, они испачкали мою одежду! Она злобно смотрела на тёмное пятно на балахоне, пытаясь оттереть его тряпкой. Безуспешно. — Блять, прекрасно, эта хрень ещё и не оттирается… Ничего не поделаешь, значит. Чара закончила готовиться, а Глеб уже давно был обут. Теперь им оставалось только ждать Галвина. — Ну… — Чара неловко смотрела на дверь, пока наконец не послышались шаги, а затем и звук открывающейся двери. На пороге появился Галвин со своей бездонной сумкой. — Я так понимаю, вы готовы? — вопросительно посмотрел он. — Да, давно уже тебя ждём, — ответил Глеб. — Простите, мне нужно было просто свериться с маршрутом уровней и найти нужную карту, вот и всё. Кстати, карты Девятого Уровня у меня не было, потому что он постоянно меняется в тех местах, на которые никто не смотрит и никто не видит. Поэтому я просто знал, какой именно выход нам нужен будет, вот и всё. — Спасибо, что пояснил, — сказал Глеб. — Хотя ни я, ни Чара не обратили на это внимания, всё равно спасибо за объяснение. Они вышли из квартиры и снова оказались в коридоре, полном дверей. — Давайте разъебём это место! — заявил Галвин, и на его лице появилась мрачная решимость. — Стоп, ЧТО? Галвин матерится!? Хах, — удивилась пурпурноволосая. — Ну, типо, я думаю, это вам поможет, — Галвин слегка смутился. — Поверь, очень помогает, — Чара положила ему руку на плечо. "Да, действительно, ни разу не видел, чтобы он проронил хоть один мат. Это довольно интересно, и наша команда наконец-то собралась, и больше никто не ссорится!" — раздумывал про себя Глеб. В команде царила боевая атмосфера, все оптимистично смотрели в будущее. Они начали свой путь по уровню. Удивительно, но этот путь был безопасным. Никаких Многоруких или другой нечисти больше не появлялось, и команда спокойно дошла до прохода на следующий уровень. Проход выглядел как ярко раскрашенная дверь с надписью: "Добро пожаловать в детство". — Эм… Галвин, а что за уровень нас ожидает за этой дверью? — спросил Глеб, пока Чара с любопытством смотрела на надпись. — Да, конечно, я должен об этом вам рассказать… — Галвин начал объяснять. — В общем, этот уровень связан с нашим детством. То есть буквально, когда на него заходишь, ты попадаешь в места, похожие на места из твоего детства. После этих слов Чара очень сильно напряглась, словно натянутая струна гитары. — М… Места из детства!? — воскликнула она, услышав как будто что-то потаённое, забытое, к чему нельзя было прикасаться. — Чара, ты… ТЫ чего? — обеспокоенно посмотрел на неё Глеб. — А нам… Нам обязательно идти на этот уровень? — спросила она напряжённым тоном. — Чара, у тебя… Что-то не так с детством было? — с беспокойством спросил серовато-красноволосый Глеб, кажется, был обеспокоен за неё даже больше, чем Галвин. — Ну… Я не хочу туда… — Послушай меня, — Глеб подошёл близко к Чаре и положил ей руку на плечо. — Какая бы хрень там ни была в твоём детстве, ты всё равно пройдёшь это. Ты очень сильная, и я сам в этом убедился. Неужели эта фигня сможет тебя остановить? Пурпурноволосая посмотрела на кареглазого. Кажется, после его слов ей стало лучше. — Да, спасибо, ты прав, — она слабо улыб Они закончили объятия, медленно отстраняясь друг от друга. — Ну тогда нам нужно всем собираться. Чара, ты выспалась? — спросил Галвин. — Да, выспалась, — ответила Чара с лёгкой усмешкой. — Хотя пробуждение было офигенным, лучше любого будильника, хах. — Шутишь? Это хорошо, значит, выспалась. Тогда одеваемся, собираемся. Я сейчас тоже вернусь в комнату, соберусь и потом приду к вам. — Хорошо, как скажешь, — кивнула красноглазая. — Иди тогда. Галвин покинул их временное убежище, которое скорее походило на маленькую комнату, чем на полноценную квартиру. Я спал в одежде. Всё, что мне нужно, — это надеть ботинки, в отличие от Чары, ну точнее она сняла одежду верхнюю— подумал Глеб. — Мда уж, в такой комнате, да ещё с кучей рук, из которых течёт эта тёмная жидкость… — Чара досадливо поморщилась, пока надевала полосатый шарф и свой родной салатовый балахон. — Чёрт, они испачкали мою одежду! Она злобно смотрела на тёмное пятно на балахоне, пытаясь оттереть его тряпкой. Безуспешно. — Блять, прекрасно, эта хрень ещё и не оттирается… Ничего не поделаешь, значит. Чара закончила готовиться, а Глеб уже давно был обут. Теперь им оставалось только ждать Галвина. — Ну… — Чара неловко смотрела на дверь, пока наконец не послышались шаги, а затем и звук открывающейся двери. На пороге появился Галвин со своей бездонной сумкой. — Я так понимаю, вы готовы? — вопросительно посмотрел он. — Да, давно уже тебя ждём, — ответил Глеб. — Простите, мне нужно было просто свериться с маршрутом уровней и найти нужную карту, вот и всё. Кстати, карты Девятого Уровня у меня не было, потому что он постоянно меняется в тех местах, на которые никто не смотрит и никто не видит. Поэтому я просто знал, какой именно выход нам нужен будет, вот и всё. — Спасибо, что пояснил, — сказал Глеб. — Хотя ни я, ни Чара не обратили на это внимания, всё равно спасибо за объяснение. Они вышли из квартиры и снова оказались в коридоре, полном дверей. — Давайте разъебём это место! — заявил Галвин, и на его лице появилась мрачная решимость. — Стоп, ЧТО? Галвин матерится!? Хах, — удивилась пурпурноволосая. — Ну типо я думаю, это вам поможет, — Галвин слегка смутился. — Поверь, очень помогает, — Чара положила ему руку на плечо. «Да, действительно, ни разу не видел, чтобы он проронил хоть один мат. Это довольно интересно, и наша команда наконец-то собралась, и больше никто не ссорится!» — раздумывал про себя Глеб. В команде царила боевая атмосфера, все оптимистично смотрели в будущее. Они начали свой путь по уровню. Удивительно, но этот путь был безопасным. Никаких Многоруких или другой нечисти больше не появлялось, и команда спокойно дошла до прохода на следующий уровень. Проход выглядел как ярко раскрашенная дверь с надписью: "Добро пожаловать в детство". — Эм… Галвин, а что за уровень нас ожидает за этой дверью? — спросил Глеб, пока Чара с любопытством смотрела на надпись. — Да, конечно, я должен об этом вам рассказать… — Галвин начал объяснять. — В общем, этот уровень связан с нашим детством. То есть буквально, когда на него заходишь, ты попадаешь в места, похожие на места из твоего детства. После этих слов Чара очень сильно напряглась, словно натянутая струна гитары. — М… Места из детства!? — воскликнула она, услышав как будто что-то потаённое, забытое, к чему нельзя было прикасаться. — Чара, ты… ТЫ чего? — обеспокоенно посмотрел на неё Глеб. — А нам… Нам обязательно идти на этот уровень? — спросила она напряжённым тоном. — Чара, у тебя… Что-то не так с детством было? — с беспокойством спросил серовато- красноволосый Галвин. Глеб, кажется, был обеспокоен за неё даже больше, чем Галвин. — Ну… Я не хочу туда… — Послушай меня, — Глеб подошёл близко к Чаре и положил ей руку на плечо. — Какая бы хрень там ни была в твоём детстве, ты всё равно пройдёшь это. Ты очень сильная, и я сам в этом убедился. Неужели эта фигня сможет тебя остановить? Пурпурноволосая посмотрела на кареглазого. Кажется после его слов ей стало лучше — Да спасибо, ты прав, — она слабо улыбнулась. — Это всего лишь хрень… «Фух, хорошо, я ей смог помочь. Я не могу смотреть на неё, когда она такая, просто не могу. Что-то как будто сжирает меня изнутри при виде этого», — подумал Глеб, чувствуя облегчение. Глеб размышлял, внутренне взвешивая все риски и возможности, пока они приходили в себя после объятий. — Фух… Я, конечно же, пойду вперёд! — решительно воскликнула Чара, её голос звучал так уверенно, словно сама её Душа Решимости сияла ярче обычного, хоть и тускнее,чем душа решимости Глеба — Галвин погоди-ка… — Глеб остановил его. — Ну, если с этим ты попадаешь в места из своего детства… А если на уровень заходит несколько человек? светло-синеглазый вздохнул, его лицо омрачилось лёгкой грустью. — Ну… мы окажемся каждый в своей версии уровня, отдельно. Но когда дойдём до конца локации, она всё равно станет коридорной, и мы дойдём до комнаты, в которой сможем уже встретиться друг с другом. Вот и всё. — Да, это было всё-таки логично, что мы в итоге будем раздельно… — размышляла Чара. — Ну какая разница, мы ведь всё равно будем в безопасности, там ведь нет никаких угроз. — Да, верно, ты абсолютно права! — уверенно подтвердил Галвин, а затем добавил: — Там нам ничего не угрожает. Ну так что, идём? Я захожу первым. — Да! — хором ответили Глеб и Чара. — Вот и отлично… — улыбнулся Галвин. После этого его рука потянулась к двери. За ней, как они знали, лежали локации, напрямую связанные с его прошлым. Когда Галвин открыл дверь, в проёме был лишь непроглядный, ослепительно-белый свет. И в этот свет первым шагнул Галвин, за ним сразу же последовал Глеб, и последней вошла Чара. Я первым шагнул в ослепительный белый свет. Когда он рассеялся, меня встретило место, мгновенно пробудившее воспоминания. Это был мой детский сад из детства. Меня встретила комната, наполненная множеством игрушек: плюшевые звери, кубики, игрушечные машинки, солдатики, куклы. Всё было до мельчайших деталей таким же, как в детских садах Детройта, куда меня водили родители. На меня тут же нахлынули воспоминания: родители были строги в воспитании, жёстко наказывали за малейшие провинности. Однако я их не винил; наоборот, был благодарен им за то, кем я стал. Я продолжил свой путь по уровню, который словно пародировал моё детство. Те же залы из моих смутных воспоминаний, те же цветные стены, те же яркие декорации — всё, что было создано для комфортного времяпровождения маленьких детей. "Этот уровень… Я знаю информацию о нём", — задумался я. — "Некоторые люди, поглощённые ностальгией, остаются здесь навсегда. Это глупо, ведь не нужно жить прошлым, нужно идти дальше, вперёд. Но такие люди есть, и это их выбор…" Я рассуждал, продолжая идти по уровню. Теперь, пройдя дальше, вместо сада меня встретила моя старая детская комната. Ясли и различные игрушки — то, что, казалось, я никогда больше не смогу увидеть. Но Закулисье доказывало обратное: всё, абсолютно всё, что угодно, возможно здесь. Этим уровнем Закулисье могло исполнить некоторые мечты. Однако моя ностальгия уже улетучилась. Я никогда не скучал по своему детству, возможно, как раз из-за наказаний родителей, хоть я им и благодарен. Да и в будущем у меня всё же были некие разногласия с ними из-за андроидов… "Чёртовы андроиды", — с досадой подумал я. После этого я продолжил идти по этой же комнате, которая просто повторялась несколько раз. Следующие кучи комнат просто повторялись, прямо как в одной хоррор-игре про двери, "Doors", если я не ошибаюсь, она называется. И после того как я шёл ещё некоторое время, я наконец увидел то, что было нужно. Это была обычная комната с белыми стенами и плиткой, а также с двумя дверьми. Одна была красной со знаком восклицательного знака, а другая — такой же белой, как и стены этой комнаты. Когда я к ней подошёл, то проход в эту комнату со мной исчез, и я остался в небольшой комнате. Глеб зашёл вторым после Галвина. Когда его ослепил свет, его встретила шокирующая картина. — К… Какого… — пробормотал подросток, оказавшись в кромешной тьме, в которой не было буквально абсолютно ничего. — Тут… тут просто ничего нет, буквально. Куда я ни повернусь, тут лишь одна тьма! — воскликнул он. — Стоп… После этого Глеб понял одну правду. "У меня не было абсолютно никакого детства… Я ведь из другой вселенной. А мой брат-близнец, который сам себя сюда вставил, когда придумывал… не продумывал моё детство. У него не было такой цели. У меня ведь даже родителей нет, буквально, причём, а не то что они погибли. И именно по этой причине я ничего здесь не вижу, лишь тьма…" Кареглазый с некой грустью шёл и осматривался, всё так же не видя ничего. "У меня буквально ничего не было… При том самое страшное — я почему-то об этом никогда не думал. Или же, точнее… Отрицал это Я знал об этом ещё, когда между вселенными появились порталы, но мысли эти я отодвинул от себя, как будто поставил на них блок…" Тишина, оглушающая тишина, давила на уши и не собиралась оканчиваться. — Ну… ладно, не было и не было, так ведь? — сказал кареглазый самому себе. "Мне нужно лишь идти, идти дальше вперёд. Галвин сказал, что уровень коридорный, и всё, что мне нужно делать — это идти вперёд, вот и всё…" Нервно проговорил мысли вслух кареглазый и после этого начал идти вперёд, никуда не поворачивая, не желая проверять, встретят ли его невидимые стены. Раз Галвин говорил, что уровень коридорный, он шёл дальше по, возможно, невидимому коридору, не остана вливаясь, в ожидании, когда он увидит ту самую заветную комнату. Шёл, шёл, пока наконец не увидел комнату с белыми стенами и двумя дверьми, в которой сидел светло-синеглазый Я зашлла последней. Ослепляющий свет заполнил мои глаза, и когда он рассеялся, я оказалась там, куда никогда, никогда не хотела возвращаться. Это был мой старый дом, ещё из моей деревни… — Н… Нет, нет, нет! — Я лихорадочно осматривалась. Старая комната с камином и ветхой мебелью. В другой части комнаты — печь, возле которой стоял стол, где когда-то проходили все приёмы пищи моей семьи, которая… — Нет, нет, нет, нет! — Я выбежала, едва не выбив хлипкую деревянную дверь. Но это не помогло. Я оказалась на улице, в той самой деревне… — Это, нет, пожалуйста, нет! — Я не хотела этого вспоминать! — Я не сжигала деревню! Я этого не делала! Я знаю, что это было случайно… Я… Я продолжала бежать по этой чёртовой деревне. Вокруг меня возвышался деревянный забор, образуя коридор, ведущий через то, что я старалась забыть, то, что должно было быть похоронено навеки. Но теперь оно преследовало меня. Теперь я была здесь, буквально. В том самом месте, которое когда-то было сожжено мной в пожаре, как и мои родные… Я бежала, бежала как можно быстрее. Деревня сменилась, и теперь я видела гору, с которой когда-то… Но если бы это случилось, меня бы не было здесь. Однако коридор из деревянного забора вёл в другую сторону от этой самой горы. Я повернула и продолжила бежать. Адреналин от страха перед прошлым переполнил меня. Я молилась, чтобы это место наконец закончилось, чтобы мне больше никогда не приходилось это вспоминать, не приходилось об этом думать. Просто стереть это из моей памяти, чтобы никогда больше не вспоминать это в моей жизни. Пока наконец-то… — Неужели! — Выкрикнула я, увидев впереди белую комнату. У неё, по идее, должны были быть стены, но с этой стороны они будто просвечивались. В комнате сидели Глеб и Галвин. Когда я увидела Галвина и Глеба, которые могли бы мне помочь поддержать, забыть об этом… Я добежала до этой комнаты. Как только я забежала внутрь, стены действительно стали видны изнутри. Глеб и Галвин увидели, как к ним в комнату влетела Чара, появившаяся прямо из стены. Оба мгновенно встали, очень обеспокоенные. — Чара, что с… — начал было Глеб, но не успел договорить, как она бросилась обнимать его. — Это было очень ужасно, я оказалась в месте, в которое никогда не хотела возвращаться, Глеб! — сквозь рыдания шептала она, прижимаясь к нему. Глеб стоит в лёгком шоке: "Что же она могла увидеть? Что в её детстве произошло такое, что она прибежала к нам в таком состоянии?" — думал он, пока Галвин с тревогой наблюдал. — Там было… там… — шаркнув словами, начала говорить Чара, но кареглазый подхватил её голос, стараясь заглушить панику: — Тише, тише. Сейчас ты здесь, — сказал он спокойно. — То, что ты видела там, — лишь отголосок прошлого. То, что произошло, произошло. Сейчас ты с нами, всё будет в порядке. Внутри Глеба снова проснулось беспокойство: "Меня вдруг переполнила та жгучая боль, когда я увидел её состояние… Я не понимаю, почему с ней так обращаются судьба и прошлое", — думал он, гладя её по голове. С её глаз текли горькие слёзы. — Эм, Чара… эм… — хотел было что-то сказать Галвин, но понял, что в данный момент лучше молчать и только наблюдать. Объятия продлились некоторое время, и плач Чары постепенно стих. Наконец она отстранилась, и ей, кажется, стало намного лучше. — С… спасибо тебе. Мне лучше. Ты определённо лучшая поддержка для меня, — сказала она, смущённо улыбнувшись Глебу. Он, в свою очередь, смущённо отводил взгляд — для него это было впервые. Но объятия не могли длиться вечно. Чара отстранилась окончательно а Глеб попросил: — Галвин, дай ей воды! Галвин понимал просьбу и сунул руку в бездонную сумку, достал бутылку мендальной воды, и протянул её Чаре. Она открыла и стала пить, медленно возвращаясь к себе. — Даже не буду спрашивать, что там было с Чарой, — тихо произнёс Галвин. — И не надо, — подмигнул кареглазый в ответ. Чара села на пол, неловко отвернув взгляд, чтобы собрать мысли. — Ладно, Чара сказал светло-синеглазый через минуту. — Как только будешь готова, мы идём. — Хорошо, Галвин. — Она кивнула: выглядела уже бодрее, но хотела ещё немного посидеть. Галвин подумал про себя: "Что же такое должно было произойти в её детстве, чтобы это так её ломало?" — и молча смотрел. Они ещё немного побыли в комнате, пока Чара не вскочила, теперь действительно готовая идти. — Ну давайте, нам нужно идти дальше, — Радостно сказал я, ощущая облегчение, что она в порядке. Глеб лишь обнадеживающе кивнул. — Хм, Галвин, нам ведь нужно в ту белую дверь, верно? — спросил Глеб. — Ну да, а куда же ещё? — подтвердил светло-синеглазый. — Хм, тогда куда ведёт эта красная дверь с восклицательным знаком? — спросил Глеб и протянул руку к ручке. Галвин только успел вскрикнуть: — Нет, Глеб, стой! — пытаясь его остановить, но было уже слишком поздно…