Утро начинается с тебя

----- Летний вечер был на редкость тёплым и спокойным. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в золотисто-розовые тона. Улицы были почти безлюдны, и только где-то вдалеке слышался лай собаки и глухой рокот самолёта в небе. Но одно место нарушало идиллию — у одного из домов кипела суета. Т/и, заправив непослушные пряди за ухо, тяжело дыша, осторожно несла в руках очередную коробку с книгами. Коробка была явно не из лёгких — по выражению лица и подрагивающим рукам было видно, что сил у девушки оставалось всё меньше. Она уже занесла половину вещей, но эта — последняя — казалась особенно неподъёмной. — Ты уверена, что эта коробка не наполнена кирпичами? Голос, лёгкий, с чуть насмешливой интонацией, прозвучал рядом настолько внезапно, что она чуть не выронила груз. — Эй! Осторожно! — девушка вцепилась в коробку, удерживая равновесие. Рядом стоял парень с шоколадными глазами и слишком обаятельной улыбкой, чтобы быть безопасным. Высокий, с безупречной укладкой, в светлой рубашке и с той особенной харизмой, которую невозможно не заметить. Он смотрел на неё с лёгким прищуром, как будто уже знал, что её реакция будет именно такой. — Позволь помочь, — он аккуратно подхватил коробку из её рук, будто это была подушка, а не мини-библиотека. — Я... спасибо, но... — Но? — Он повернулся к ней с лукавой улыбкой. — Неужели собиралась тащить всё это сама? В такой жару? Совсем не бережёшь себя, менеджер-сан. Т/и нахмурилась. — С чего ты взял, что я менеджер? Он остановился, поставив коробку у порога, и оглянулся через плечо: — Ты слишком уверенно отдавала команды тем ребятам, что помогали тебе с мебелью. И твой голос — я бы узнал его где угодно. Карасуно, верно? — Ты следил за мной? — Совсем нет! — Ойкава театрально приложил руку к груди, будто его смертельно обидели. — Просто обладаю отличной наблюдательностью. И хорошей памятью. Очень хорошей. — Ладно, ладно... — Она не могла не усмехнуться. — Спасибо за помощь. — Не стоит благодарности. Но, знаешь, я обычно не таскаю коробки для незнакомых девушек. Я Ойкава Тоору. И обычно я делаю первые шаги чуть более изящно, чем с картоном и потом на футболке. — Т/и. Т/ф Т/и, — представилась она, потирая плечо. — Красивое имя. Очень подходит тебе. — Он наклонился чуть ближе. — Хотя я уверен, ты и без имени производишь впечатление. Т/и почувствовала, как щеки начали медленно теплеть. Но привычной защитой стала ирония: — Это твой стандартный способ флирта или ты специально выкладываешься на полную? — Для тебя, Т/ф-сан, я всегда выкладываюсь на полную, — подмигнул он. На мгновение воцарилась лёгкая тишина. В воздухе повисло что-то невысказанное, но совершенно отчётливо ощутимое — как будто от этой случайной встречи только начинался диалог, который им предстояло вести ещё долго. — Спасибо за коробку, — снова тихо сказала она. — Без тебя бы я её не дотащила. — Тогда, может, я заслужил чашку холодного чая или, скажем, твой номер? — улыбнулся он, протягивая телефон. Она вздохнула, но сдалась — с лёгкой, почти незаметной улыбкой, ввела цифры. — Постарайся не надоедать, Ойкава Тоору. — Не могу обещать. Особенно если это будет повод увидеть тебя снова. Он ушёл легко, почти вальяжно, как будто был уверен, что продолжение обязательно будет. А Т/и стояла на пороге, наблюдая, как он исчезает за углом улицы, и всё ещё ощущала тепло его руки на своих пальцах, когда передавала ему телефон. --- Утро выдалось свежим, лёгкий ветер шевелил листву, а небо было чистым, словно вымытым дождём. Район ещё только начинал просыпаться: редкие прохожие, сонные птицы на проводах, запах свежевыпеченного хлеба от ближайшей пекарни. Т/и, в спортивной форме и с наушниками в руках, открыла дверь, вдохнув полной грудью. Пробежки стали её утренним ритуалом — возможностью сбросить накопившееся, упорядочить мысли и побыть наедине с собой. Сегодня было особенно легко на душе: впереди выходной, любимая музыка в плейлисте, и приятное воспоминание о вчерашней... встрече. — Нет, ну он определённо умеет производить впечатление, — подумала она, вспоминая Ойкаву с его харизмой, фразами и тем, как легко он держался. Тем временем, в доме напротив, за занавешенным окном на втором этаже кто-то подскочил от подоконника, как будто его ужалили. — ЧТО?! — Ойкава, растрёпанный, с одной штаниной спортивных шорт и футболкой, свисавшей с плеча, в изумлении уставился в окно, откуда только что мельком увидел Т/и. — Она выходит на пробежку? СЕЙЧАС? Он стремительно оглядел комнату, чуть не споткнувшись о кроссовки. — Так-так-так, Тоору, спокойно, ты красавчик, ты спортсмен, ты легенда… и ты можешь выглядеть нормально через три минуты! Скорость, с которой он натянул форму и забрызгал себя дезодорантом, могла бы претендовать на олимпийское золото. Прыгая на одной ноге и застёгивая часы на запястье, он выскочил из дома с видом человека, который всегда устраивает пробежки в восемь утра. Случайно. Совершенно невзначай. Он вышел как раз в тот момент, когда Т/и поворачивала за угол. И остановился, с самым невинным выражением лица, будто наткнулся на неё совершенно случайно. — О? Т/ф-сан? Какая... приятная неожиданность, — произнёс он с той самой фирменной полуулыбкой. — Не знал, что ты тоже любишь утренние пробежки. Т/и прищурилась. Она видела, как он дышит чуть быстрее обычного — явно не от разминки — и как торчат сзади волосы, будто он их гладил одной рукой на бегу. — Серьёзно? — спросила она, сложив руки на груди. — И ты... тоже случайно бежал в эту сторону? — Абсолютно! Я всегда бегаю здесь по утрам! — кивнул он с чрезмерной убеждённостью. — Ну... иногда. Не каждый день. Ну... в общем, в такие вот... солнечные дни! Когда рядом — хорошая компания, — добавил он, лукаво взглянув на неё. Она не смогла удержаться от смеха. — У тебя шнурки развязаны, «атлет». — А… чёрт, — пробормотал он, присаживаясь и быстро завязывая их. — Ну ничего, зато ты на меня посмотрела. Успех. — Тебя бы и так было сложно не заметить, — покачала головой Т/и, чуть краснея, но улыбаясь. — Значит, я могу составить тебе компанию? — Если сможешь угнаться, Ойкава Тоору. — Это вызов? — Это предупреждение, — кивнула она и сорвалась с места. Ойкава помедлил ровно на секунду, глядя, как её фигура растворяется между деревьями, а потом, усмехнувшись, побежал за ней. — Вот она — мотивация, — подумал он, стараясь не отставать. — Может, эта пробежка и вымотает меня к чёрту, но ради такой девушки я хоть марафон пробегу. И они побежали — по утренним улицам, под пение птиц, почти на равных, но каждый со своей причудливой целью: она — чтобы очистить разум, он — чтобы покорить её сердце. ---