Часть 4: «Город, что никого не жалеет»

Часть 4: «Город, что никого не жалеет» Годжо сидел на подоконнике, закинув одну ногу на другую. Палата была пустая, кроме них двоих. Тусклый свет скользил по потолку, разрезая сумрак бледным прямоугольником. Мако молчала. Что-то листала в телефоне, наигранно делая вид, что её не волнует его присутствие. Но Годжо прекрасно знал — любопытство съедает людей изнутри. Он сделал глоток холодного кофе, скривился. — Ты всегда такая… — он сделал паузу, подбирая слово. — Заносчивая? Мако подняла глаза. — А ты всегда такой наглый? — усмехнулась она. — Кто ты вообще? — Призрак. — Годжо чуть склонил голову. — Или спаситель, если хочешь так. Мако хмыкнула. — Спасители не исчезают сразу после того, как вытаскивают кого-то из-под завала. Он пожал плечами. — Я не герой из дешёвого фильма. Мако пристально посмотрела на него. Долго. Будто пыталась считать с его лица что-то важное. Но Годжо был привычен к этим взглядам — за своей маской он давно стал для людей непрозрачным. — Чего пришёл? — спросила она, откинувшись на подушки. — Сам не знаю. Может, от скуки. — Он улыбнулся, но сам знал, что причина была не в скуке. Никогда не была. Пауза затянулась. Мако снова отвернулась к окну. — Ты тоже ненавидишь этот город? — вдруг спросила она, тихо, почти шёпотом. Годжо прищурился. — Город — нет. Людей в нём — иногда. Мако усмехнулась. — Честно. — А ты? — спросил он в ответ. — Я? — Мако задумалась. — Думаю, этот город уже всё у меня забрал. Так что… без разницы. Годжо ощутил, как в груди снова кольнуло. Это странное ощущение — когда кто-то чужой говорит вещи, в которых ты сам себе никогда не признавался. Он хотел было что-то сказать, но проглотил слова. • В следующие дни он приходил ещё пару раз. Не каждый день, чтобы это стало привычкой. И не настолько редко, чтобы забывалась его тень в дверях палаты. Они не говорили о важном. Спорили о музыке. Бросали друг другу дерзости. Мако дважды обозвала его напыщенным ублюдком. А он сказал, что она ведёт себя как героиня дешёвого боевика. И в этих словах было больше жизни, чем во всём, что он слышал от людей за последнее время. • Однажды вечером, когда город опять провалился в тёмную вязкую ночь, Мако сидела с чашкой чая, а Годжо присел рядом, забрав у неё второй стакан. — Ты всегда так живуча? — спросил он. — Ты всегда такой странный? — парировала она. Он усмехнулся.