Часть 5

Как только Линель поняла, что она видит прошлое этого места, пространство вокруг неё наполнилось ужасом. Весь храм, который раньше был светлым и полным жизни, теперь утопал в хаосе. Слышался громкий гул, как будто сама земля начинала дрожать. Жители этого места бегали в панике, их лица искажали страх. Энергия, исходившая из храма, была настолько мощной, что казалась почти осязаемой. Вдруг, яркая вспышка света озарила храм, и Линель почувствовала, как её сердце учащенно бьётся. Она увидела, как из храма вышел он — нечто ужасное, что должно было оставаться запечатанным в этих стенах на века. Он был... монстром, тёмным существом, покрытым иссушённой кожей, с горящими глазами и чудовищной улыбкой, которая не соответствовала человеческому облику. Его присутствие разрушало всё вокруг, и сам воздух вокруг него был словно наполнен тяжёлым, удушающим страхом. Но среди этой тьмы, как светлячок в ночи, появилась она — женщина из статуи. Линель увидела её, стоящую прямо перед этим ужасом. Женщина была как свет в этой тьме, её золотые волосы сияли, а глаза сверкали, как два огня. Она была одета в белое одеяние, украшенное золотыми рунами, которые сверкали, словно сами светились. Её присутствие наполнило пространство чистотой и силой. Женщина сделала шаг вперёд, её голос был твёрдым и полным решимости. — Зло, что вырвалось, — сказала она. — Тебя нужно очистить. Ты не смеешь находиться здесь. С этими словами, её руки поднялись, и золотые руны на её одежде начали сверкать всё ярче. Линель увидела, как её глаза стали сиять ещё сильнее, и энергия вокруг неё стала концентрироваться, готовая к действию. Всё вокруг замерло, а темное существо, что стояло перед ней, начало иссушаться от этой силы, его форма стала искажаться и рассыпаться в пепел. — Ты… ты не сможешь остановить меня, — прошептал монстр, и его голос был полон ярости и ненависти. — Это место будет моим! Но женщина не ответила. Вместо этого, она произнесла древние слова заклинания, и воздух вокруг неё стал наэлектризованным, словно вся эта энергия была направлена на единственную цель — уничтожить зло, что вырвалось из подземелья. В тот момент, когда Линель снова открыла глаза, она поняла, что видение начало исчезать. Но она запомнила одно — женщина с золотыми волосами и глазами была не просто хранительницей этого места. Она была судьёй, и её цель была не только защищать, но и очищать мир от зла, что могло угрожать всему... Джошуа склонился над Линель, его голос дрожал от беспокойства: — Что это было!? После вспышки света ты упала в обморок! Линель медленно поднялась, моргнула, приходя в себя. Её сердце всё ещё бешено стучало, а перед глазами стояли образы — женщины, монстра, разрушенного храма… — Я… я видела это место… — прошептала она, её голос был слабым, но уверенным. — Видела, каким оно было… Видела, что случилось. Она оперлась на Джошуа, всё ещё не до конца вернувшись в реальность. — Из храма вырвалось нечто… ужасное. Существо… тьма, — она глотнула воздух. — И та женщина, со статуи… она сражалась с ним. Она была как свет… она хотела остановить его… очистить… Джошуа внимательно слушал, нахмурившись: — Ты правда видела всё это? Линель кивнула: — Это не было сном. Кулон… он открыл мне прошлое. Он связан с ней. И… возможно, со мной. Они оба замолчали, ощущая, как тяжесть истории этого места начинает медленно ложиться на их плечи. Джошуа выпрямился и обвёл взглядом окрестности, будто ожидая, что что-то ещё вот-вот появится. — Тогда вопрос один, — тихо сказал он. — Если она не смогла полностью уничтожить то зло… может, оно всё ещё здесь? Линель сжала кулон в ладони. Он снова был холодным и тихим, будто никогда не светился. — Я не уверена... я не смогла увидеть до конца что случилось, но смотря по руинам здесь... она не справилась Джошуа молчал. Ветер прошелестел в сухих травах у подножия разрушенных стен, поднимая мелкую пыль. Всё вокруг казалось безмолвным свидетельством чего-то страшного, давно забытого. — Если это зло вырвалось, — проговорил он, сжимая кулаки, — и она пожертвовала собой, чтобы хотя бы сдержать его… значит, оно может вернуться. Особенно если кто-то… помог ему вырваться снова. Линель вскинула взгляд: — Ты думаешь, кто-то намеренно освободил его? — Всё указывает на это, — он кивнул в сторону храма. — Заклинания, печати, руны… всё было сделано, чтобы сдерживать. Но теперь — они разрушены. И кто-то слишком хорошо знал, куда идти. Они оба замолчали. Линель шагнула ближе к статуе и снова посмотрела в лицо той женщины. В её глазах теперь читалось не только благородство, но и бесконечная печаль. — Мы не можем уйти просто так… — прошептала она. — Надо узнать, что именно она пыталась остановить. И как. — И почему ты увидела это, а не я, — тихо добавил Джошуа. Линель неуверенно начала. — Я думаю… я её потомок, — она перевела взгляд на Джошуа. — В моём видении… я была почти что её полной копией… Она замолчала на мгновение, опуская взгляд на кулон, сжимаемый в ладони. — …и этот кулон… он откликался на меня. Он словно знал, что я вернулась. Джошуа молча смотрел на неё, в его глазах смешались удивление и тревога. — Если ты правда её потомок… — наконец сказал он. — тогда, может быть… не ты её увидела, а она показала себя тебе. Линель вздрогнула. — Но зачем?.. — выдохнула она. — Зачем именно мне? — Потому что всё это может начаться снова, — тихо ответил Джошуа. — И, возможно… только ты можешь это остановить. Внезапно за их спинами раздался холодный, насмешливый голос: — Вы слишком многое узнали… Чёртовы детишки, вечно суёте свой нос куда не надо. Джошуа молниеносно развернулся, в одно движение заслоняя Линель собой. Его рука уже тянулась к мечу, спрятанному под плащом. Линель инстинктивно прижала кулон к груди, чувствуя, как внутри всё похолодело. Из тени полуразрушенной колонны вышел человек. Высокий, в тёмном, потрёпанном плаще. Его лицо частично скрывала тень капюшона. — Кто ты? — бросил Джошуа, не спуская с него взгляда. — О, неважно, — прохрипел незнакомец. Он шагнул вперёд, и земля под его ногами будто вздрогнула. — Ты… был здесь, когда всё произошло? — спросила она, еле слышно. Незнакомец усмехнулся: — Я был частью этого. И знаешь, девочка… — он указал на кулон. — Ты носишь нечто очень опасное. Даже не понимая, на что оно способно. Незнакомец приближался, и воздух вокруг словно становился тяжелее. Линель и Джошуа напряглись, готовые к бою — но он вдруг остановился, криво усмехнувшись. — Расслабьтесь, дети, — прохрипел он. — Если бы я хотел вашей смерти — вы бы уже валялись среди этих руин. Джошуа нахмурился, не опуская руки с рукояти меча. — Тогда чего ты хочешь? Мужчина взглянул на Линель, пристально, словно видел её насквозь. — Хочу, чтобы вы не умерли зря. Если уж вы влезли во всё это, то хотя бы знайте, с чем имеете дело. Он сбросил капюшон. Его лицо было покрыто старыми шрамами, глаза светились тусклым янтарём. — Я не святой. И точно не герой. — Он ухмыльнулся. — Но я слишком долго живу, чтобы снова наблюдать, как история повторяется. Один раз я не вмешался. Больше — не допущу. Линель смотрела на него с тревогой, но кулон, как ни странно, не реагировал страхом. Он лишь мерцал, как будто... признавая его. — Кто ты такой? — спросила она. — Называйте меня, как хотите. Я — тот, кто видел падение света и восстание тьмы. — Он сделал паузу и склонил голову. — И я на вашей стороне. Пока что. Джошуа нахмурился, его голос стал твёрдым и резким: — Пока что? Что ты имеешь в виду? Прекрати говорить загадками и выкладывай всё. Сейчас. Незнакомец фыркнул, будто развеселившись, но взгляд его оставался серьёзным. — Ты смелый, мальчик, это хорошо. Но и глупый, — сказал он, повернувшись к Джошуа. — Я говорю "пока что", потому что всё зависит от неё. Он указал на Линель. — От её решений. От того, что она выберет. Потому что кулон, что она носит, — это не просто древний артефакт. Это ключ. И он может открыть… не только воспоминания. Линель застыла, крепче сжимая кулон. — Что ты хочешь сказать? — Я хочу сказать, что если ты пойдёшь по пути той, чьей кровью связана, — ты сможешь либо повторить её судьбу… — его глаза вспыхнули — …либо завершить то, что она не успела. Но плата будет велика. Джошуа шагнул вперёд. — И если она выберет неправильно? Мужчина пожал плечами. — Тогда мне придётся остановить вас. Обоих. Он замолчал, давая весу слов осесть в воздухе. Потом добавил: — Но если вы готовы слушать — я расскажу вам правду. Всю. — Будь добр, расскажи, — тихо, но уверенно сказала Линель, не сводя с него взгляда. Мужчина кивнул, будто ожидал этого ответа. — Хорошо. Слушайте внимательно, потому что я повторять не стану. Он опустился на один из поваленных камней, скрестив руки. — Давным-давно, задолго до появления ваших королевств, здесь было древнее поселение — Хранители Света. Люди, наделённые даром управлять энергией, идущей от самой земли. Среди них была одна избранная — Аэлия. Та самая, что теперь стала статуей. Та, чей облик ты увидела, девочка. Линель затаила дыхание. — Она была сильнейшей из всех, но даже её сил не хватило, когда Оно появилось. Существо не из этого мира. Его имя забыто, но суть — разрушение. Оно впитало в себя всё, что было тёмным и извращённым в людях, и выросло из этого. Он посмотрел на Джошуа, потом снова на Линель. — Аэлия пожертвовала собой, чтобы запечатать его. Но запечатать — не значит уничтожить. Оно живо. И если кулон снова пробудился — это значит, что печать слабеет. Или… кто-то уже пытается её разрушить. Линель прошептала: — Но зачем? Зачем выпускать такую тьму? Незнакомец наклонился вперёд. Его голос стал тихим и почти жутким: — Потому что в хаосе всегда есть те, кто наживается. Всегда находятся те, кто верит, что смогут контролировать зло. А теперь у тебя, девочка, есть то, что может его либо усилить… либо навсегда уничтожить. Он встал, и на миг в его глазах промелькнула усталость веков. — Чтож, следуйте за мной. Он шагнул в сторону одной из заросших тропинок, ведущих глубже в руины. С каждым шагом воздух становился прохладнее, и листья, будто чувствуя его присутствие, слегка шелестели. — Храм, в котором вы были, — лишь внешний круг, — начал объяснять он. — Под этими землями лежит целая сеть древних коридоров. Тайные залы, защищённые магией Аэлии. Некоторые из них забыты, другие… были затоплены. Но есть один, что остался целым. — И там ответы? — спросила Линель, не отставая. — Там — суть. Место, где Аэлия оставила частичку своей силы. Возможно там и будут ответы на ваши вопросы. Они вышли к обрыву, за которым простиралась долина, укрытая туманом. Внизу виднелись полуразрушенные башни, каменные мосты, поросшие мхом, и тёмный провал в скале — вход, почти незаметный. — Добро пожаловать в Сердце Храма, — сказал незнакомец. — Если правда вас не сломает… она сделает вас сильнее. Они начали спуск по старой, почти разрушенной тропе, ведущей в долину. Каждое их движение отдавалось в тишине, как будто само место следило за ними. Туман вокруг клубился. — Это место… странное, — прошептала Линель, — будто оно ждало нас. — Не сомневайся, — откликнулся незнакомец. — Оно действительно ждало. Ты — первая, кто пришла сюда с кулоном за последние сотни лет. Они подошли к тёмному проёму в скале. Он был обрамлён древними символами, едва различимыми под мхом и пылью. Когда Линель сделала шаг ближе, кулон затеплился мягким золотым светом, и на секунду символы на камне засветились в ответ. Линель удивлённо ахнула и подняла кулон повыше, чтобы рассмотреть. — Цвет кулона… он изменился! — в её голосе прозвучало волнение. — До видения он светился голубым, а теперь... золотой. Джошуа подошёл ближе и тоже взглянул. Свет действительно поменялся. — Золотой цвет — это не просто смена света. Это знак. Аэлия носила кулон точно с таким же свечением, когда обрела полную связь с храмом… и с тем, что хранило её силу. Он подошёл к Линель и посмотрел прямо в её глаза: — Твоё видение было не просто воспоминанием. Ты стала частью её пути. Возможно… ты теперь носительница её дара. Линель чуть отступила, сбитая с толку: — Но я... я не знаю, что с этим делать… — Узнаешь. — Внутри тебя ждёт не только правда, но и испытание. Только пройдя его, ты сможешь понять, кем была она — и кем можешь стать ты. Проходя дальше внутри было прохладно. Стены коридора покрывали барельефы — сцены, будто вырезанные из самой памяти мира. На них изображалась Аэлия: сначала как дитя, потом — как великая жрица, защищающая людей от тьмы. — Это история её жизни… — прошептала Линель, проводя пальцами по камню. Но дальше сцены становились мрачнее. Чудовищные тени, расползающиеся по небу, разрушенные города, горящие поля… И, наконец, сцена, где Аэлия стоит одна, окружённая сиянием, перед гигантской безликой тенью. — Она сражалась одна… — голос Линель дрогнул. Незнакомец остановился перед закрытыми вратами вглубь зала. Они были запечатаны, но кулон в руке Линель начал светиться всё ярче. — Готова? — спросил он, не оборачиваясь. Линель кивнула. Она подняла кулон, и его свет ударил в центр двери. С громким гулом каменные врата начали раскрываться, открывая проход в Сердце Храма.