Экстра 10. Чистое воскресенье.

***

      Наконец-то, воскресенье. Мой идеальный план включал в себя: плед, свежезаваренный травяной чай с мятой и полная тишина. Реальность же была другой. Реальность пахла вчерашним попкорном, старыми носками Кости и неизбежным, пугающим словом: «Уборка».       Я, человек, который ценит порядок, но ненавидит процесс его наведения, стоял посреди гостиной, напоминающей поле битвы после нашествия викингов, и ждал приговора. — Так, команда, — раздался спокойный, но не терпящий возражений голос Кристины. Она стояла с планшетом в руках, выглядя как генерал, готовящийся к стратегическому наступлению, — Мы потратили три часа на просмотр трилогии про вампиров, теперь потратим час на наведение порядка.       Костя, который до этого притворялся мертвым на диване, тут же ожил. — Час? Кристина, это не беспорядок, это экосистема! Мы должны уважать цивилизацию пылевых зайцев. — Ты будешь уважать тряпку и ведро, — отрезала Кристина, не поднимая глаз от списка, — Макс, ты отвечаешь за кухню и посуду. Костя, тебе достается гостиная. Пылесос, вытирание пыли и сбор мусора.       Я вздохнул с облегчением. Кухня — это мой тихий уголок. По крайней мере, там я могу избежать Кости. — Отлично, — пробурчал я, направляясь к горе грязных тарелок, — Только не сломай пылесос в этот раз. — Я не ломал, я проводил испытания аэродинамики! — возмутился Костя, хватая пылесос так, будто это был световой меч, — Смотри, Макс, это не уборка, это квест! Я — охотник на монстров, а пыль — это злобные миньоны!       Я слышал, как за моей спиной Костя начал издавать звуки лазерных выстрелов, гоняя пылесос по ковру.       На кухне было тихо, и я почти вошел в транс, оттирая жир с плиты. Я даже начал думать, что уборка — это не так уж и плохо. Это медитация.       Вдруг из гостиной раздался грохот, а затем торжествующий вопль Кости. — Я победил! Макс, я нашел твой потерянный носок! Он был под диваном, он пережил апокалипсис! — Поздравляю, — крикнул я сквозь зубы, — А что упало? — Ничего важного! Просто ваза, которую ты любил, но она была слишком скучной!       Кристина, видимо, достигла предела своего дзена. Она ворвалась на кухню, чтобы схватить швабру, и ее лицо было непроницаемо. — Костя, ты сейчас же прекратишь имитировать боевые действия и начнешь убирать. Иначе я заставлю тебя перемыть все окна снаружи. — Угрозы? Я люблю угрозы! — Костя появился в дверном проеме, держа в руках вазу, которая, к счастью, была цела, но теперь была наполнена водой, которую он явно вылил из ведра, — Но смотри! Я нашел идеальный способ! Мы можем использовать вазу как.. — Костя! — Кристина забрала у него вазу и поставила ее на безопасное место, — Иди и просто собери мусор.       Я уже почти закончил с посудой, когда по квартире поплыл запах. Это был не запах чистящих средств, и не запах пыли. Это был запах, который мог остановить войну, примирить врагов и заставить даже самого упрямого человека забыть о своих обязанностях. Запах свежеиспеченного хлеба, сыра и трав.       В дверном проеме кухни появилась Катя. Моя младшая сестра, которая, несмотря на то, что ей всего четырнадцать, уже управляла кухней лучше, чем я своей жизнью. Она была одета в фартук, а на голове у нее была небрежно повязана бандана. — Ну что, трудяги? — Катя поставила на стол большой противень с мини-пиццами, — Я тут подумала, что если вы будете убираться на голодный желудок, вы станете злыми. А злые люди плохо моют полы. — Катя, мы посреди уборки! — воскликнул я, хотя мои глаза уже были прикованы к хрустящей корочке. — Это называется «кулинарный перерыв», Макс, — Катя усмехнулась, зная, что победила, — Это повышает КПД. Я даже сделала тебе специальную, с козьим сыром и рукколой.       Костя, который только что пытался приклеить скотчем оторванную ручку от веника, почуял запах и мгновенно материализовался рядом с нами. — Пицца! Катя, ты — богиня чистоты! Нет, ты — богиня еды! — Я просто знаю, как мотивировать ленивых, — Катя протянула мне ломтик, — Ешь, Макс, и перестань хмуриться.       Я откусил. Тесто было идеальным, сыр таял. Мой гнев на беспорядок начал медленно испаряться. Кристина, которая до этого момента держалась, тоже не смогла устоять. — Ладно, пять минут, — сказала она, но уже через секунду с аппетитом жевала, — Но потом Костя моет пол в прихожей. — Только если ты пообещаешь, что Катя приготовит еще что-нибудь после этого! — Костя был готов торговаться.       Перерыв затянулся до пятнадцати минут, и когда мы вернулись к работе, атмосфера была заметно расслабленнее. Пицца действительно сработала как допинг.       Костя, видимо, решил, что раз он поел, то должен выплеснуть остатки энергии. Он взялся за швабру с таким энтузиазмом, что забрызгал половину стены. — Костя! Аккуратнее! — крикнул я, пытаясь спасти кухонные полотенца. — Я просто смываю грехи этого дома, Макс! — он крутанулся, и швабра чуть не сбила с ног Кристину.       Кристина, наконец, сдалась. Она просто взяла у него швабру. — Всё. Костя, твое задание — сидеть на диване и не двигаться. Катя, ты можешь протереть поверхности, пока мы с Максом закончим с полом.       Катя, которая уже успела вымыть руки и приняться за новый рецепт (я слышал, как она что-то бормотала про маринад), кивнула.       В итоге, Кристина и я, работая в идеальной синхронности (она — моет, я — вытираю), довели квартиру до приличного состояния. Костя сидел на диване, как послушный щенок, но не мог удержаться от комментариев. — Смотри, Макс, ты моешь пол с такой страстью, ты должен был стать клининговым менеджером! — А ты должен был стать клоуном, Костя, — пробормотал я, выжимая тряпку.       Через полтора часа все было кончено. Воздух был чистым, мебель блестела, и даже Костя выглядел немного пристыженным (хотя, возможно, это было просто отражение света).       Я налил себе заслуженную чашку мятного чая и сел в свое любимое кресло. Тишина. Покой. — Отлично сработано, — похвалила Кристина, убирая планшет, — Теперь мы можем расслабиться.       В этот момент из кухни вышла Катя. — Отлично! Вы закончили! — Она держала в руках большую миску, — Я тут сделала тесто для печенья. Кто хочет помочь мне вырезать формочки?       Я посмотрел на идеально чистый пол, на Костю, который уже тянулся к миске, и на Кристину, которая улыбалась. — Катя, — сказал я, делая большой глоток чая, — Если ты сейчас же не уберешь это тесто с идеально чистой поверхности, я клянусь, я заставлю Костю съесть все печенье, пока он не лопнет.       Катя только рассмеялась. — Расслабься, Макс. Уборка — это процесс. Грязь — это повод для следующей уборки. А печенье — это повод для жизни.       Я вздохнул. Она была права. Но пока они все начнут новый виток хаоса, я наслажусь этими пятью минутами тишины и моим травяным чаем. И, возможно, одним маленьким кусочком печенья. В конце концов, я же заслужил.

***