Экстра 9. Детский торт.

***

      Солнечный луч пробивался сквозь шторы, лениво скользя по старым обоям в гостиной. Я откинулся на спинку дивана, укутавшись в мягкий плед, и сделал глоток ароматного травяного чая. Вечерний покой был нарушен лишь легким шумом за окном и привычным ворчанием Кости, который пытался жонглировать подушками. — Макс, ты серьезно? Опять этот твой чай из крапивы? — фыркнул Костя, уронив одну из подушек, — Мы что, на приеме у травницы? Где нормальный, бодрящий, кофеинсодержащий напиток? — Костя, оставь его в покое, — мягко, но решительно сказала Кристина. Она сидела в кресле напротив, с книгой в руках, но внимательно следила за нашей перепалкой, — Макс любит уют и покой. И, между прочим, твой энергетический напиток я только что спрятала подальше. — Предательство! А я-то думал, мы друзья! — Костя театрально застонал.       В этот момент из кухни вышла Катя с тарелкой свежеиспеченного кекса. Воздух мгновенно наполнился запахом ванили и шоколада. — Кекс для Кости, — сказала она, протягивая тарелку ему, — Чтобы ты не умер от отсутствия сахара в крови, пока Макс медитирует». — Вот это другой разговор! — Костя тут же набросился на кекс, забыв про свои претензии.       Я улыбнулся, глядя на Катю. — Кстати, о выпечке.. Помнишь, Катя, как мы однажды пытались испечь торт для мамы на День рождения? — О, да! Торт, который чуть не отправил нас обоих в больницу, — Катя захихикала, прикрывая рот рукой. — Рассказывайте! Что за история? — Костя, дожевывая кекс, заинтересованно уставился на нас.       Кристина отложила книгу и тоже приготовилась слушать, глядя на нас с легкой улыбкой. — Мамы не было дома, — начал я, — и нам, детям, пришла в голову гениальная идея. Мы решили сделать ей сюрприз. Мне тогда было лет десять, а Кате, наверное, семь». — И я была абсолютно уверена, что умею печь, — добавила Катя, подмигивая, — Я видела, как мама это делает! — Видела-то видела, — парировал я, — но вот с ингредиентами.. мы решили не мелочиться. Взяли самую большую миску, что нашли. — И я сказал: «Катя, давай все, что есть!» — продолжил я, вспоминая детали, — Насыпали, кажется, полкило муки, потом Катя решила, что чем больше сахара, тем вкуснее, и высыпала почти всю пачку. Потом мы нашли банку сгущёнки.. — И ты, Макс, сказал, что это как раз то, что нужно для клейкости! — перебила меня Катя, заливаясь смехом. — Что, и вы это все туда бухнули?! — Костя давился кексом от смеха. — Подождите, это еще не все, — я поднял палец, — Дальше был маргарин. Мы его растопили в микроволновке.. в металлической кружке». — О боже.. — Кристина ахнула. — Хорошо, что искры не подожгли всю кухню! — усмехнулась Катя, — А потом.. потом мы решили, что тесто должно быть ярким. И нашли пакетик с красителями для яиц. Все цвета радуги в одном тесте. — Там была такая жижа, — я поморщился от воспоминаний, — Всех мыслимых и немыслимых оттенков. Фиолетово-зелено-оранжевая масса. — И Макс сказал, что это будет самый красивый торт на свете! — Катя поддразнивала меня, — Я-то его слепо слушалась, как старшего брата. — Я пытался быть ответственным! — возмутился я, — Но эта смесь.. она даже не хотела лезть в форму. Мы ее ложкой запихивали. И когда поставили в духовку.. — А запах.. — Катя прикрыла нос, — Он был такой.. странный. Сладкий, но с какой-то химической ноткой. — Мы ждали час, — продолжил я, — Потом полтора. А тесто не поднималось. Совсем. И не пахло как торт. — Когда мы его вытащили, — Катя не могла сдержать смеха, — Это был не торт. Это был разноцветный камень. Абсолютно твердый, и, кажется, пахнущий жженой резиной. — Вы испекли строительный материал, — Костя сполз с дивана, хохоча. — Мы попробовали его разрезать, — сказал я, — Но он был настолько крепким, что ложка согнулась. В итоге мы решили, что мама не оценит наш «каменный» торт и постарались быстро замести следы преступления. — Мы выкинули его в мусорку, — добавила Катя, — Но запах остался. И когда мама пришла, она сразу поняла, что что-то не так. — Она спросила, чем так странно пахнет на кухне, — вспомнил я, — А мы стояли, такие, два виноватых щенка, с остатками муки на носах. Мама сначала удивилась, потом увидела наш шедевр в мусорке, и.. она просто расхохоталась. — Это так мило. И что она сказала? — Кристина улыбалась. — Она обняла нас и сказала, что это самый оригинальный торт, который ей когда-либо пытались подарить, — ответила Катя, — И что она любит нас, независимо от кулинарных способностей.       Я кивнул. — А потом она испекла нам свой торт, который был просто божественным. И с тех пор Катя решила, что если уж печь, то по всем правилам, и стала нашим домашним шеф-поваром. — Ну а ты, Макс, с тех пор предпочитаешь чай и тишину, чтобы тебя никто не соблазнял на кулинарные эксперименты, — Катя гордо улыбнулась. — Представляю! Сгущенка, красители для яиц, маргарин.. Вы бы патент взяли! А торт я бы назвал «Радужная подошва», — Костя поднялся с пола, вытирая слезы смеха. — Эта история, — задумчиво произнесла Кристина, — она так хорошо показывает, какие вы. Макс — осторожный, но способный на авантюры, если Катя его уговорит. А Катя — непосредственная и настойчивая, всегда добивается своего.       Я посмотрел на Катю, потом на Костю, который уже попросил еще один кекс, и на спокойную Кристину. Вот оно, наше уютное равновесие. Немного хаоса, немного мудрости, много смеха и воспоминаний, которые делают нас ближе. И да, мой травяной чай был очень кстати после всех этих сладких историй.

***