Пролог. Сердце, которое полюбило дважды.

Дарья Бандераева была девушкой с душой, полною солнца. Жила она в небольшом городе, где каждый знал каждого, а по вечерам пахло жасмином и чем-то чуть-чуть печальным. Дарья училась, мечтала, писала стихи в блокноте с потрескавшейся обложкой и любила Егора Пидрилкина. Егор был яркий, шумный, словно летний ливень — пришёл внезапно, окутал всё вокруг собой, а потом исчез. Первое время с ним было как в сказке: свидания под звёздами, разговоры до рассвета, прикосновения, от которых перехватывало дыхание. Дарья любила его без остатка — такой чистой, искренней любовью, какой любят один раз в жизни. Но Егора всё это начало тяготить. Он искал новизну, впечатления, лёгкость. Дарья же была глубока, настояща — слишком настояща. И вот однажды, в апрельское утро, он сказал без особой драматичности: — Ты хорошая, но… я устал. Мне стало скучно. Мир Дарьи рушился медленно, как старый дом под тяжестью времени. Неделями она ходила, будто под водой. Всё стало тусклым, ненастоящим. Даже стихи не писались — только пустота на страницах. Но жизнь, как известно, любит повороты. Григория Печорина она впервые увидела в городской библиотеке. Он читал «Мастера и Маргариту» и пил чёрный кофе, слишком крепкий для утра. В нём было что-то странное — спокойная уверенность, смешанная с лёгкой тенью в глазах. Не герой, а антагонист, который вдруг оказался нужен. — Ты любишь Булгакова? — спросила Дарья, словно сама себя удивив. — Я люблю тех, кто его понимает, — ответил он, не отрывая взгляда от страницы. Они начали общаться. Он был совсем не как Егор. Спокойный, ироничный, временами даже отчуждённый, но каждое его слово цепляло. Дарья постепенно оживала рядом с ним. Он не обещал звёзд, не говорил громких слов, но он был рядом. Просто был — и этого оказалось достаточно. Любовь к нему пришла неслышно. Без фейерверков. Просто однажды она поняла: когда он улыбается — внутри становится тепло. А когда его нет — чего-то не хватает. И что удивительно — Григорий почувствовал то же. — Дарья, — сказал он однажды, глядя в её глаза, — ты вернула мне веру в людей. В тебя невозможно не влюбиться. И вот тогда она поняла — всё, что было до него, было только прологом. Настоящая история только начинается.