Тень прощания

Похороны были без лиц. Без разговоров. Без людей, которые когда-то знали, как держать друг друга за руки в моменты боли. Джонхан ушёл, и с ним ушёл тот свет, который они все когда-то разделяли. Он не был просто другом или братом. Он был основой, тем, что держало всё вместе, как склеивающая нить, что соединяла обрывки их жизни. В похоронной зале было пусто. Все те, кто когда-то был рядом, остались в своих мирах, в своих городах, в своих трагедиях. Мингю не пришёл. Дино стоял, уткнувшись в плечо Вону, не в силах поднять взгляд. Джошуа был в Лос-Анджелесе. Он не мог вернуться. Слишком поздно. Слишком много боли, чтобы просто так всё оставить позади. Сынчоль не был там. Как и всегда. Он не оставил ни письма, ни прощания. Его не было в этом мире, но он был в каждом из них. Как тень, которой не было видно, но которая всё равно оставалась. Вону стоял у гроба, опустив голову. Он не знал, что делать, что чувствовать. Всё, что он мог, — это смотреть на тело, которое когда-то смеялась, танцевала, пела. Оно было холодным, чужим. Он не мог признать, что Джонхан ушёл. Так и не сказал всех тех слов, которые так долго сдерживал. "Ты ведь говорил, что не оставишь меня…" — его собственный голос звучал как шёпот, как жалобный крик, который никто не слышал. Они похоронили его в одиночестве. Никто не знал, что сказать. Лишь дождь, который хлынул из неба, будто отпевал свою молитву. Тусклый свет фонарей на кладбище, размытый ночной туман, огни машин, проезжающих мимо — всё это создавало иллюзию того, что мир не замечает того, что ушло. И когда люди разошлись, оставив пустое место для прощания, Вону остался. Он стоял у могилы, как если бы хотел сказать что-то важное, но слова не шли. Он просто смотрел на землю, на гроб, на тот последний путь, который Джонхан выбрал для себя. "Ты ведь обещал…" — повторил Вону, но уже в тишине. Он был один, в этом мире, где всё, что когда-то имело смысл, теперь стало лишь памятью. Памятью о том, кто был их светом.