Глава 2 "Утрата"

Слышатся разговоры лаборантов, но Карен как будто в трансе. Все казалось ненастоящим. Понемногу сознание возвращается. На кушетке перед ней лежит тело, Карен обратила внимание на свои руки. Кровавые перчатки держат скальпель. Перед глазами всё поплыло и вот снова характерный скрип – Карен проснулась. Еë голова гудела, ей что-то снилось? Но вспомнить она не могла. Лишь чувствовала какую-то тревогу. Это был первый раз, когда во сне она не увидела Афину. Новый день – все те же дела. Сходить к ноль два, а затем на опыты. На самом деле, все эти пять лет Карен думала над тем, как бы сбежать вместе с подругой. Подкупить кого-то из лаборантов не выйдет - они безоговорочно подчиняются отцу. Да и что они могли бы им предложить? Выхода она никогда не видела, предположительно их держат в самой дальней от него зоне. Казалось бы, надежды на побег нет, но что, если устроить суматоху? Карен думала устроить взрыв: он мог бы отвлечь персонал и даже отца, который так печётся об образцах своих опытов. Устроить взрыв в лаборатории, где много взрывоопасных веществ несложно. Гораздо сложнее было пробраться туда, где все это храниться. Во-первых, она не знает, где это место. Во-вторых, есть ли там охрана, наблюдение? Очевидно, есть, но нужно больше информации, а как еë получить, если ты всего-лишь лабораторная крыса? Карен шла к ноль два и размышляла. Она заметно выросла, волосы стали длиннее, они всё ещё были небрежными и спутанными. Смуглая кожа стала грубой, глаза чуть поблекли, теперь они не так сияли лазурью, как раньше. Зайдя в комнату, подруги не спешили здороваться, они ждали, когда няни оставят их одних. Стоило им выйти, Карен подбежала к ноль два и крепко обняла её. – Привет, как ты? – обычный вопрос от обоих прозвучал по-разному. Карен звучала чуть обеспокоенно – возможно из-за сна или из-за странного ощущения, что что-то в подруге поменялось. И вправду, ноль два выглядела рассеянной, задав вопрос, она даже не посмотрела на Карен. – Я в порядке, но ты выглядишь странно, что случилось? – Карен заметила, что взгляд подруги смотрел словно сквозь предметы, будто она находилась не в этом мире. На вопрос же она не ответила сразу, через какое-то время она пробубнила что-то вроде: «в порядке». Наверное это побочное состояние после какого-то препарата, – подумала Карен и усадила подругу на диван, чтобы та ненароком не упала. – Зачем они позволили нам встретиться, если ты в таком состоянии? – и снова молчание в ответ на вопрос Карен. Но даже несмотря на то, что девочка не могла поговорить с подругой, находиться с ней рядом всё равно было приятно. Это времяпровождение очень успокаивало. Шло время. Ноль два всё больше казалась странной. Её незаинтересованность диалогом и апатия были слишком очевидными. Карен очень хотелось поддержать подругу, она всячески пыталась разговорить ноль два. Попытки были тщетны до определённого момента. Карен избегала разговора на тему экспериментов, но стоило случайно упомянуть, какой эксперимент ждёт сегодня саму Карен, ноль два оживилась. На лице девочки застыл страх, она хотела было что-то сказать, но в комнату ворвались няни. – Ваше время вышло, – сухо и строго отрезала Мия. Схватив Карен за руку, она выволокла её в коридор. Карен была в ярости. Ей почти удалось узнать, что так тревожило её подругу, но няня помешала. Хотя и было обидно, перечить Мие девочка не решилась. Они подслушивали? Почему зашли ровно тогда, когда ноль два пришла в себя? И почему она так сильно испугалась, стоило заикнуться о том, что я сегодня попробую новый препарат? – множество мыслей вертелось в голове Карен, пока они с няней шли в операционную. Уже привычная ей комната, в которой Карен бывала много раз, сегодня выглядела особенно мрачно. Это все сон – он был необычным, странным и весьма пугающим. И хотя Карен не могла вспомнить его, он оставил отвратительный привкус страха. Начиналось все так же: её привязали к сидению, затем записали все её показатели. – Пациент в норме, можем приступать, – человек в маске достал шприц с иглой и передал его своему коллеге. В этот раз уже черная жидкость вливалась в тело Карен. Сознание начало медленно покидать её тело. Впервые я отключаюсь сразу, – последнее, что успела подумать Карен перед тем, как провалиться в небытие. Тело девочки лежало на кушетке, привязанная, она не переставала плакать. Ровный, аккуратный надрез вдоль живота. Скальпель лежал в руке так, будто был продолжением этой руки. Тот, кто его держал, точно знал что делает. При помощи ассистентов удалось вытащить сердце. Оно ещё успело сделать пару ударов перед тем, как покинуть тело носителя. Затем пошли лёгкие, почки и печень. Девочка давно не дышала. На экране тянулась горизонтальная черта, сопровождаемая громким писком. Сознание Карен начало к ней возвращаться. Ей потребовалась пара секунд чтобы прийти в себя. Лаборанты помогли Карен снять окровавленные перчатки и маску. Она смотрела на бездыханное выпотрошное тело перед ней. В нём она узнала свою подругу. Ту, которая была для нее смыслом жизни. А теперь её абсолютно пустое тело лежало с застывшим выражением ужаса на лице. Поначалу Карен стояла в ступоре, а затем не сдержала слёз. Она не знала, что произошло, не помнила. Но реальность была такова: она убила её, убила собственными руками.